Две крайности

Автор главы: @Maria_Vin

Днём природа вокруг, пейзаж, в котором стоял шатёр, напоминал райский сад. Белые занавески игрались на ветру, искрились лоском и белизной. Церемония была тихой, под аркой, наполненной живыми цветами, прозвучали две клятвы, два похожие друг на друга, давно обдуманные "да". Присутствие Виктора таинственным образом придавало смелости Маше, поэтому в процессе поцелуя, долгого поцелуя... очень долгого поцелуя, гости не выдержали и уже начали кричать "горько"! Под носом у регистратора, засмущав ту, хотя той казалось, что в этой жизни она чего только не видела.
С наступлением вечера под куполом тканевого шатра, на металлическом каркасе зажглись огни тёплого света. Маша до последнего не верила, что всё происходило взаправду. Её не покидало чувство, что она пришла на чью-то чужую свадьбу, но никак не на свою. От этого на ней был скромный наряд: брючный костюм сливочного цвета и туфли-лодочки. Она отошла от классики, от пышных неповоротливых платьев, которые были для неё архаикой, потерявшей смысл и значение непонятной традицией минувшего столетия. Вехой прошлого. Она пришла на свою свадьбу, зная, что никогда бы не надела белое пышное платье, вызывающее глубоко в душе испанский стыд, поэтому осталась верна своему строгому стилю даже в такой торжественный день. Ваня её в этом поддержал, ему, в какой-то степени, было всё равно в чём она будет одета, пока одежда на ней белого цвета. К счастью, букет это отречение обошло, по итогу чего он успешно вылетел из-за плеча невесты и попал прямо в руки Евгения Владимировича, в чью сторону тут же полетели радостные взгляды. Теперь к жениху, который был в подобном и подражающем ей костюме сливочного цвета, который удивительно выделял его на фоне других. Его зализанные волосы ещё больше делали его похожим на какого-то актёра или селебрити. Ричи бегал с белой бабочкой на шее вместо ошейника, и радостно знакомился со всеми подряд.
Сам же Ваня, навеселе, загорелся идеей напоить гостей, и придумывал всё новые и новые тосты и поводы. В зале было много знакомых парня, собрались некоторые из его новых партнёров, пара из которых были какими-то послами из-за бугра. И, будучи европейцами, остались очень довольны его теперь уже женой.
Со стороны Маши прибыли её сестра с мужем, родители, несколько коллег, и, разумеется, Валерия, которая практически всё празднество не подходила к Виктору, а только бросала задумчивый взгляд и один раз подошла, с поддержкой взяв того за руку, когда молодожены говорили друг другу да. После она снова пропала в толпе, вероятно, не желая давать людям повода для лишних разговоров, а может и нет. Виктор сам хотел об этом узнать, но немного позже, когда все будут заняты едой и болтавнёй за столом.
Ведя оживлённые разговоры за столом, Ваня не сразу обратил внимание на время. Когда он взглянул на часы, выло далеко за полночь. Он незамедлительно встал из-за стола и постучал вилкой по бокалу. Присутствующие обратили на него внимание и стихли.
- Я благодарю всех, кто смог прийти сегодня и разделить наше счастье, но наше время подошло к концу, - он посмотрел на Машу и улыбнулся, доставая конверт из внутреннего кармана и протягивая ей. - Мы вылетаем через три часа. Собирайся. Наш медовый месяц в лазурной лагуне на экваторе, в просторном бунгало с белым песочным пляжем и водой, прогретой до температуры парного молока.
Маша ошарашенно подняла на него глаза.
- Генеральный директор ООО "SunEver.TOUR" может себе и не такое позволить, - потянул её за собой Ваня, сбивая стул с ножек.
- Какой директор?! - поразилась она, не веря своим ушам, но незамедлительно поспешила за ним девушка, быстро перебирая на шпильках ногами, придерживая причёску вместе с билетами, чтобы те не растрепалась.
Ричи рванул за ними и они втроём скрылись в ночных сумерках, оставляя за собой шлейф шума, лая и белых силуэтов.
- У меня чемодан не собран! - вспомнила она.
- На месте всё купим, - ответил он и засмеялся, открывая ей дверь машины.

———————————————

Автор главы: @Vinyl_Streychl_1

После этого "побега" гости затихли, ощущая некую пустоту без главных виновников торжества, но ненадолго. Снова поднялся гул и звон бокалов, под присмотром персонала, что готовы в любой момент или принести новую вилку, или еще шампанского, или вообще, что угодно. Тогда и появилась возможность узнать причину отстранённого поведения девушки, которая сейчас молча смотрела в сторону озера, стоящего в пятидесяти метрах от шатров и играющего со светом яркой луны. Через минуту Губернев оказался около неё и приглашающе протянул свою ладонь.

— Предлагаю немного пройтись. Подальше от шума. Вижу, тебе это нужно.

— Как и тебе, — своеобразно согласилась Валерия.

Поправив подол длинного голубого платья с открытыми плечами, она приняла протянутую ладонь для более легкого подъема на танкетку и указала вперед, тем самым говоря "веди". И Виктор повел, желая добраться до не большого мостика, напротив готорого была нетронутая арка, а до того путь с тропинкой из цельных каменных плит, тусклый свет фонариков на земле и трещание сверчков. Пройдя пол пути, мужчина не смог не заметить, что девушка выпила чуть больше обычного. Её взгляд будто скользил по льду без единого места, где можно зацепиться. Походка была менее твёрдой и уверенной, словно она жутко устала. И даже так Валерия держала собранность на лице и прямую осанку. Впрочем, как и выдыхающее холодом молчание, которое заставляло зябко приподнять плечи.

— Ты сегодня столько выпила и не выглядишь счасливой, словно искренне завидуешь Маше и тихо ненавидишь её за это. Но я тебя знаю, это не по твоей части, - высказав свои наблюдения, Губернев все ждал её взгляда, но девушка продолжала упрямо смотреть вперед.

— Верно, не по моей, — кратко согласилась она.

Губергев резко остановился и, казалось, поднял перед собой щит из холодной стали с шипами, желая показать силу своих слов и скрыть волнение перед тем, что это может все оборвать. Конец всей их истории, которая так и не пришла к приятному завершению, как у сына.

— Мне начинает казаться, что ты пожалела о своём решении дать мне шанс все вернуть и теперь нарочно ведёшь себя так холодно, чтобы я сам решил плюнуть на это и отстать от тебя. Если это так, просто скажи мне об этом прямо, — слова слетали с его уст так, словно Виктор годами копил их в себе. Но нет, прошло всего несколько часов. Очень тажелых часов, полных тревог, неопределённости и гадких фантазий о самом худшем исходе, — я же не железный, в конце концов.

— Ты прав, — тихо подтвердила Валерия, выбивая своим словами весь воздух из его лёгких, словно четких хук поддых умелым боксёром, — я просто мучаю нас. Это неправильно.

Мучительно ноющий кусок грудной клетки, оставленный после ситуации на конференции, рваным куском висщий на надорваных связках, истекающий кровью и чувствительно отзывающийся на любое изменение, вырвали окончательно. На том самом месте больше ничего не осталось. Образовавшаяся пустота никак не ощущалась, будучи невесомой и неосязаемой. Душа снова получила возможность покинуть плоть, но в этот раз она с горечью осталась стоять рядом. Тело стало легким аж до тошноты, скромно подбирающейся к сжатой глотке. Если бы Виктора попросили описать свое состояние, он бы не смог на это ответить. Таких слов ещё просто не придумали.

— Тогда я сказала, что тебе нужно довести свои отношения с сыном до ума, научиться уважать желания близких и без скрипа в зубах принимать их волю, — с точность до каждого слова повторила Валерия и наконец-то посмотрела Виктору в глаза. — Ты так и сделал. Несправедливо с моей стороны продолжать бегать от тебя и требовать ещё каких-то действий.

— Скажи прямо, — на грани приказа произнёс он.

— Я доверяю тебе. Я хочу быть с тобой. Я люблю тебя, — без доли сомнений выдала она. — В тот вечер я бы ответила согласием и, сделай ты предложение сейчас, мой ответ остался бы тем же.

— Ты выйдешь за меня?

— Да.

— Можно тебя поцеловать.

— Да, пожалуйста.

Посленее слово прозвучали с дрожащеё в голосе мольбой и блестящей влагой в уголках зеленых глаз, и заставило Губернева сорваться с места. Накрыв её щеки ладонями, Виктор приблизился к лицу с доверчиво прикрытыми веками и впился в губы. Ответ последовал незамедлительно. Её пальцы с остервенением сжимали воротник его рубашки и тянули на себя, не давая отстаниться до тех пор, пока не насытится хотя бы малая часть их обоюдного голода друг по другу. Слегка присев и подложив предплечья под женские бедра, Губернев поднял девушку на руки, избавляя от неудобств их ощутимой разницы в росте и позволяя зарыться в уголок челюсти, пока руки Валерии крепко обнимали его шею.

◇——— Конец истории ———◇