Ангел - мститель

Нет, скажу я вам, с этими ангелами дело иметь – никаких человеческих сил не хватит! Сначала создадут проблему на пустом месте, потом такого вокруг нее наворотят, что забудешь, из чего она возникла – и начнут турусы на колесах разводить, выясняя, кто виноват, вместо того чтобы решать, что делать. И даже когда подтолкнешь их к этому решению, опять то же самое – не успеешь отдышаться, они уже снова в бесконечных словопрениях по уши увязли.

Нужно, правда, отдать должное моему ангелу – научился уже все же... немного... человеческой оперативности. Не зря целый год за мной наблюдал – не успела я высказать единственно разумное в сложившихся обстоятельствах предложение перенести не время, а место их встречи с начальством, как он тут же уловил его конструктивность и передал его своему руководителю. Естественно, тот согласился – ведь невооруженным глазом все преимущества видны! Если только глаз этот заслонкой непримиримости не закрыт, конечно.

А потом чего он, спрашивается, замер? В первый раз к нам, что ли, кто-то в гости пожаловал? Мне-то к тому времени уже не до обязанностей радушной хозяйки было – я уже точно поняла, что мой малыш полностью осознал свою принадлежность к ангельскому сообществу и стремится выбраться на белый свет, чтобы как можно быстрее встретиться с соплеменниками. Только мне и оставалось, что лихорадочно уговаривать его потерпеть еще немножко... ну, совсем немножко, объясняя, что если он заупрямится, то придется нам обоим покинуть преждевременно эту встречу, так и не увидев своими глазами, чем все кончилось.

На этот раз уговоры мои оказались не очень действенными – наверно, потому что при появлении трех новых ангелов, я тут же отвлеклась, жадно рассматривая их в попытке угадать, который из них – тот самый руководитель, о котором я столько слышала и с которым так давно хотела познакомиться.

И нужно отметить, что в отношении него я не ошиблась – заслуженно пользующийся уважением представитель солидной организации именно такой внешностью и должен обладать. Это у нас Сан Саныч может приходить на работу в джинсах и встречать сотрудников и партнеров у себя в кабинете, постоянно взъерошивая волосы и фанатично поблескивая глазами.

Ангел, направляющийся к нашему столу в окружении двух,... может, и коллег, но шли они на полшага позади него, был одет в строгий темно-синий костюм с идеально повязанным галстуком поверх белоснежной рубашки. Одного взгляда на его волевое лицо с чуть вскинутой левой бровью и твердыми складками в уголках рта, богатую шевелюру все еще темных волос с легкой проседью на висках, уверенный разворот плеч и прямую осанку было достаточно, чтобы сразу поверить в мощь и надежность стоящей за ним организации. А также в недопустимость нарушения физически ощущаемой дистанции.

В отношении же остальных я ошиблась – и до сих пор не могу понять, почему темным ангелам позволено создавать себе столь привлекательный образ. Рядовым, да еще и на земле – это хоть и обидно, но понятно: они сюда являются людей совращать. А начальнику их зачем этот породистый, с горбинкой нос, изящные брови вразлет, загадочные, чуть раскосые, темные глаза, высокие скулы, тонкие, но четко очерченные губы, сложенные в надменную усмешку, черные, как смоль, гладко зачесанные от лица волосы? От него так и веяло тщательно сдерживаемой, но неуклонно накапливающейся энергией – у меня прямо мороз по коже пошел, когда я представила себе, что будет, если она все-таки прорвется наружу.

А вот Кисын (как впоследствии выяснилось) начальник внешне никак не ассоциировался ни с руководящей должностью, ни с деятельностью руководимого им отдела. Среднего роста, весь какой-то сухонький, реденькие волосики тщательно прилизаны, губы в узелок сжаты, и глаза то и дело в сторону двух других, более импозантных представителей руководящего звена стреляют. Ни дать, ни взять – воробей, он и передвигался также – чуть подпрыгивая. Странно, Киса тоже тощий, как Кощей Бессмертный – можно подумать, что эти распределители не космической энергией с людьми делятся, а своими собственными жизненными силами...

На самом деле все эти наблюдения с последующими размышлениями заняли у меня всего несколько минут – ровно столько времени, сколько потребовалось ангельскому руководству, чтобы подойти к нам, а мне – чтобы сообразить, что все их подчиненные (из глубокого почтения, разумеется) опять словно воды в рот набрали. Снова мне пришлось человеческое гостеприимство демонстрировать. Из вежливости я, конечно, поинтересовалась вкусами гостей, но в глубине души (вспомнив опыт как моего ангела, так и Тоши) ни секунды не сомневалась, что начинать нужно прямо с чая с какими-нибудь вкусностями – для создания атмосферы, способствующей задушевной беседе и улучшению умственной деятельности.

Слава Богу, и Марина меня поддержала. А там и Стас подключился. Ну, конечно, он – сам себе начальник, ему и капризничать в выборе напитков можно!

К сожалению, волшебные слова «чай с пирожными» услышал и мой малыш – и принялся еще активнее толкаться, чтобы тоже к столу выбраться. Кто бы сомневался, что он и аппетит от отца унаследует! Мне пришлось опять все силы сосредоточить на том, чтобы уговорить его, что мы с ним просто морального права не имеем отрывать папу от серьезного мероприятия. Не говоря уже о том, что нам не мешало бы и самим на нем поприсутствовать на тот случай, если папа опять мыслию по древу растекаться начнет.

Стоило мне отвлечься, как все они именно этим и занялись. Ну, почему каждый из них одной фразой ограничился, когда те стражи ангельского порядка явились, а теперь соловьем разливаются? А мой ангел – так и вообще соловьем-оратором по связям с небесной общественностью? Мысли он высказывал, на удивление, разумные – особенно в отношении терпимости, сосуществования и сотрудничества (я ему их припомню, когда он опять на меня давить начнет!) – но зачем так многословно? Не досижу ведь! Вспомнив занятия с будущими родителями и прикинув, сколько времени проходит между попытками моего малыша вырваться на волю, я поняла, что встречу эту пора сворачивать.

Вот и руководителю моего ангела тоже так кажется! Нашу позицию он понял, аргументы выслушал, теперь передаст, куда нужно, а к тому времени, как они решение примут, я уже из больницы вернусь – знаю я их медлительность!

Но тут на Марину красноречие напало. И после этого кто-то будет мне говорить о женской солидарности? Ведь она-то точно не могла не понять, что со мной творится, а туда же – невтерпеж ей, понимаешь, свое равенство с ангелами в праве голоса доказать! А то, что собрат-человек либо в больнице от неутоленного любопытства умрет, либо прямо здесь, в антисанитарных условиях ребенка родит – это ей, ключевой болтунье, все равно!

Хотя, впрочем, если бы меня так время не поджимало, я бы даже порадовалось тому, как она всех этих ангелов припечатала – и за непонимание земных условий работы, и за драконовские методы руководства, и за отсутствие чуткости и внимания... особенно, к людям. А тут еще и интересные подробности подвига моего ангела по спасению Марины выяснились... А потом и возможность того, что у Марины появится-таки свой собственный хранитель, замаячила...

Так, все. Вот на этом и нужно ставить точку. Пока они все от неожиданности задумались и замолчали. Возникло блестящее, удовлетворяющее все стороны решение – нужно срочно принимать его. А то они сейчас опять дискутировать начнут...

Да какие условия, Марина?! Пусть в принципе соглашаются, пока растерялись – условия потом выставим! Ведь совершенно естественно, чтобы новый примкнувший к нашей хорошо сработавшейся компании ангел попал под наше с моим ангелом руководство – с нашим-то опытом взаимодействия с Анабель и Тошей! И нечего моего ангела слушать – он всегда возмущается, прежде чем подумать! Порадовался бы лучше, что все вокруг, включая его собственного руководителя и вечно несогласную с ним Марину, глубоко верят в него и его выдающиеся способности...

Я просто не могла допустить, чтобы он из ложной скромности перечеркнул это глубокое доверие. У меня хватило сил дождаться, чтобы на этой встрече прозвучала безусловно оптимистичная, жизнеутверждающая нота – на которой мы его и закончим.

Меня чуть не скрутило от уже совсем нешуточной боли – вот и малыш говорит, что пора и честь знать. У него, по-моему, тоже терпение уже кончилось.

Прикусив губу, чтобы не охнуть, я сообщила об этом моему ангелу.