Ангел - мститель

Как и следовало ожидать, застолье началось с поздравлений нам с ангелом. Поздравлений и пожеланий. Многословных и сулящих, особенно со стороны Светки с Сергеем, в самом скором будущем бездонный источник невероятной радости. Поглядывая время от времени на Олежку, я мучительно размышляла, через сколько лет мы с удивлением обнаружим, что у этого источника дно все-таки имеется.

Затем, как водится, разговор зашел о работе.

– Татьяна, я тебе одно скажу... – решительно заявила Светка. – Марина, если ты сейчас хоть слово скажешь...! – Марина с невинным видом замахала перед собой руками. – Уйдешь в декрет – не забрасывай язык! Ты себе даже представить не можешь, как трудно потом на работу возвращаться.

– Ты, что, все забыла? – с ужасом спросила ее я.

– Ну, все – не все... – Она досадливо качнула головой. – Но прилично. И если бы только это! Как выяснилось, – покосилась она на мужа, – технический прогресс все эти три года на месте, за компанию со мной, не стоял. Вот Анатолий у тебя – молодец, он сам сторонник того, чтобы человек свои способности в землю не зарывал.

Сергей возмущенно закашлялся.

Я скрипнула зубами – если вместо «человек» поставить «Татьяна», тогда перед «зарывал» нужно «не» убирать.

Мой ангел чуть наклонил в знак признательности голову.

Марина насмешливо отсалютовала ему бокалом.

– Спасибо, Света, – душевно ответил ей мой ангел, – но я также считаю, что человек не должен распылять эти свои способности. Если он берется за несколько дел сразу, да еще и неумело, – добавил он, настолько нарочито не глядя на Марину, что лучше бы прямо к ней обращался, – ничего хорошего у него не выйдет.

Так, понятно – поменялись ролями: он язвит, она глазами стреляет.

– И здесь я с тобой абсолютно согласен! – с энтузиазмом подхватил Сергей.

– А мне кажется, – не сдержалась и я, – что если этому человеку в некоторых делах помогать, то все у него замечательно получится!

– Вот именно, – тут же поддержала меня Светка, – у каждого своя работа, но есть и общие дела. И нечего к ним относиться по принципу: права одному, а обязанности – другому.

– Это когда я так говорил? – взвился Сергей.

– Да я же не об этом, – досадливо поморщился мой ангел. – Я двумя руками за взаимопомощь, но только до, а не после. А то бывает, что человек в одиночку такого наворотит, что потом уже не помогать ему приходится, а ошибки его исправлять. Иногда и всем миром, – добавил он, попытавшись захватить стратегическое преимущество – сопроводив свои слова проникновенным взглядом, чуть задержавшимся на упорно молчащей Марине.

Она, естественно, не осталась в долгу.

– Ребята, хватит воду в ступе толочь, – решительно заявила она, вставая. – Говорить о помощи мы до бесконечности готовы – давайте перерыв сделаем. Пойдем, пройдемся, оглянемся вокруг – может, и сделать что-то удастся. Да и еда заодно утрясется. Давай, давай, Анатолий, поднимайся – ты первый за помощь делом голосовал! – Глянув в упор на моего ангела, она кивнула в сторону двери.

У него желваки заиграли. Забеспокоившись, я толкнула его ногой под столом. Он повернул ко мне лицо, на котором было неразборчиво написано что-то об участи, ожидающей того, кто первым поднимает меч.

Я незаметно покачала головой.

Он неумолимо кивнул.

И вышел вслед за Мариной.

Тут же поднялся и Сергей.

– Олег, пойдем – тарелки отнесем, – неожиданно внушительно заявил он, – а то мама устала, того и гляди – рассердится.

Олежка надулся, но, испуганно глянув на мать, потом – на бассейн, понуро поплелся за отцом на кухню.

Проводив их взглядом, Светка тяжело вздохнула.

– А что это Анатолий сегодня какой-то... как сам не свой? – спросила вдруг она. – Вот уж никогда бы не подумала, что у него такой зуб на Марину отрастет – ведь год уже с того недоразумения прошел. Или это он от мяса агрессивным сделался? Я давно уже хотела спросить – с чего это он от вегетарианства отказался?

Скрипнув зубами, я опять принялась выкручиваться. И кто-то будет еще мне рассказывать о том, что один творит, а остальные его шедевры разгребают?

– У него сейчас столько работы, что на одних овощах не продержишься, – пошутила я. – Да и мне сейчас белок в обязательном порядке нужен, а ведь готовит он – на разные блюда уже времени нет. А с Мариной они постоянно цапаются, это у них – что-то вроде разминки у спортсменов... – У меня просто язык не повернулся вслух сказать, что агрессивности в нем и в помине нет. – Он ведь по долгу службы склоняется к словесному разрешению конфликтов, а Марина – человек действия, ты же знаешь...

– Да уж... – Светка искоса глянула на меня. – Что-то у нее в последнее время уж слишком глаза разгорелись...

Я почувствовала, что нужно срочно менять тему разговора.

– Так это же – Марина! – примирительно махнула я рукой. – Ты мне лучше скажи, что с Олежкой случилось?

– Ох, Татьяна! – выдохнула она. – Садик с ним случился – вот что. Их в группе двадцать человек, и на всех одна воспитательница с нянечкой – куда уж за всеми уследить. А дети – разные: и ругаются, и плюются, он уже и драться начал... И с едой фокусы начались – набрался от других: «Не буду!» и все! А если с воспитательницей это «Не буду!» проходит, отчего же и дома не попробовать...

Слушая Светку, я нервно поглядывала через окно. На этот раз Марина с моим ангелом остались в зоне прямой видимости. Добравшись до гаража, Марина резко повернулась к нему лицом, сложила руки на груди и что-то коротко сказала. В ответ он принялся рубить ребром ладони воздух – жаль, я лица его не видела. Судя по Марининому лицу, однако, все его слова нисколько ее не задевали – она то и дело насмешливо прищуривалась, склонив голову то к одному, то к другому плечу, и бросала короткую реплику. Которая, похоже, только масла в огонь подливала. Господи, хоть бы до драки не дошло – хороша я буду со своими разговорами о «разминке»!

– ... Честно говоря, я вообще не знаю, что делать! – произнесла вдруг Светка уже совершенно расстроенным тоном.

Я мгновенно пришла в себя. Что за глупости насчет драки в голову лезут – не допустят небесные силы такой дискредитации собственного представителя! А мне не к лицу забывать о своей извечной роли Большого Уха – да и самой весьма полезно будет послушать, что меня через пару лет ждет.

– Так ты, что, увольняться будешь? – участливо спросила я Светку.

– Да я уже думала – не выход это! – Она досадливо цокнула языком. – Ему ведь все равно рано или поздно придется в детский коллектив вливаться – хоть в школе...

– А может, тебе на полставки перейти? – предложила я. – Пусть с утра... вливается, а ты его после обеда будешь от всего ненужного отучать.

– Ага, – саркастически кивнула Светка, – будут меня на полставки держать! Они скорее предпочтут, чтобы за одну ставку двойной объем работы выполнялся.

Я сочувственно кивнула. Вот у нас тоже – Сан Саныч не стесняется меня обязанностями менеджера по продажам нагружать, когда надобности в переводе нет.

– Нет, ты не подумай – я не жалуюсь, что мне сейчас больше работать приходится! – разгорячилась вдруг Светка. – Я и домой работу сама беру, без напоминаний – переводческие навыки-то подрастерялись, и новые издательские программы вышли за это время... Меня они напрямую, конечно, не касаются, но надо же разобраться, как теперь коллектив работает... Но меня обстановка в нем убивает!

Я удивленно глянула на нее. Вот в нашем офисе что-что, а атмосфера такая, что не жалко и за двоих работать.

– Что-то у них за время моего отсутствия поменялось, – хмуро пояснила Светка, – и совсем не к лучшему. Каждый в свое уткнулся – за целый день могут ни разу глаз не поднять. А спросишь о чем-то – во взгляде такое подозрение, что чуть назад не отбрасывает. А к начальству вообще не подступись – секретаршу такую поставили, что в глаза смотрит и врет, что главного редактора сегодня нет и не будет, когда он пять минут назад к себе в кабинет прошел. И ладно бы только мне, а то ведь и заказчикам тоже.

Я нахмурилась – обмануть клиента у нас в фирме не решился бы никто. Больше одного раза...

В этот момент небесные силы дали, наконец, знать о себе – выпустив из кухни на веранду Олежку, который пулей проскочил мимо нас со Светкой на улицу и ринулся к моему ангелу.

– Куда...? – завопила Светка и тут же махнула рукой. – А, ладно, пусть бежит, я хоть душу отведу. С Сергеем говорить... У него один ответ: бросай все к чертовой матери и воспитывай ребенка, как следует. Против моей зарплаты он, однако, не возражает. – Она поджала губы. – Хотя мне она уже поперек горла.

Я вытаращилась на нее во все глаза. Мне еще в жизни не приходилось слышать, чтобы кто-нибудь жаловался на то, что получает зарплату. Даже Тоша недавно у Сан Саныча повышение вытребовал.

– И не смотри на меня так! – буркнула Светка. – Я недавно краем уха услышала, что когда меня не было, нового сотрудника в штат не брали – переводчиков со стороны нанимали, то одного, то другого... И каждому обязательно для пробы один-два рассказа или главы вручали – для оценки их стиля. Так сборник или отдельная книга и набирались – а испытуемым сокрушенно сообщали о слабости перевода. После чего можно было спокойно брать следующих – благо в желающих увидеть свое имя напечатанным, даже самым мелким шрифтом, никогда недостатка не было. А теперь мне зарплату надо платить – и смотрят на меня так, словно я ее у них из кармана вынимаю.

– А может, тебе в другое издательство перейти? – попыталась я найти Соломоново решение.

В этот момент на веранду вернулась Марина. Я быстро глянула через окно – никого. Видно, началось уже морское сражение.

– Ты на что это Светку подбиваешь? – усмехнулась Марина, усаживаясь рядом с нами за стол.

– И ничего смешного! – обиделась Светка. – Если бы где вакансия открылась, я бы без раздумий перешла.

– А что такое? – Улыбку с лица Марины словно ветром сдуло.

– Да махинации у нас какие-то идут, – поморщилась Светка. – И, похоже, все о них знают – и молчат. Сейчас ведь каждый за работу двумя руками держится...

– Слушай... – Меня вдруг как будто озарило. – А может, ты вместо меня работать пойдешь? Но только где-то до августа подождать придется.

– А ты, что, не собираешься на работу возвращаться? – остро глянула на меня Марина.

– А я не знаю, будет ли куда, – деланно улыбнувшись, пожала я плечами. – Меня уже предупредили, что на мое место человека брать будут. А если тебя возьмут, – снова глянула я на Светку, – я точно буду знать, что никто мою работу не запорет.

– А потом что? – спросила Светка. – Потом мы с тобой в положении двух ворон над одним куском сыра окажемся?

– Ну, почему же? – удивилась я. – Мне шеф заранее сказал, что если новый человек с ним сработается, придется мне что-то другое искать.

– Интересно, – протянула Марина, – значит, ты должна вместо себя хорошего специалиста подыскать – при том, что назад тебя взять никто даже не обещает, так что ли?

– Да ничего я не должна! – возмутилась я. – У нас просто ребята хорошие, и Франсуа тоже – не хотелось бы, чтобы им кто-то работу развалил. Марина, ты же сама – начальник! Ты же лучше нас должна понимать, что на любом предприятии отношение к работникам, в первую очередь, служебное.

– Я, между прочим, хорошими сотрудниками не разбрасываюсь, – натянуто возразила мне Марина, – можешь у своего Анатолия спросить...

– Да я знаю, знаю! – уже искренне рассмеялась я, и вновь обратилась к Светке: – Ну, что, пойдешь? А там три года прожить еще нужно, тогда и подумаем, что делать...

– Нет, Татьяна, – решительно качнула головой Светка. – На твое место не пойду, да и торговля мне эта твоя не по душе. Буду пока у себя сидеть, а там глядишь – что-нибудь поприличнее появится... Ладно, давайте сладкое накрывать, – поднимаясь со стула, она повысила голос, – а то Сергей уже, наверное, по третьему разу все тарелки перетирает. Хоть бы постеснялся подслушивать!

Постесняются они, как же, подумала я, вспомнив, как у моего ангела немедленно обнаруживалось несметное количество дел в гостиной, как только я начинала говорить с кем-то из девчонок по телефону. Можно подумать, я ему хоть раз дала основания усомниться в искренности любого из моих слов! Я же не он, чтобы с Тошей в невидимости, да еще и мысленно перешептываться. И у него еще совести хватает жаловаться, что он мысли мои читать не умеет... Ой, пришел!