Эпилог 2
Три года спустя
— Тренер Морт из Сантора обязательно бы оценил эти ваши пирамиды, — бухтела я, спускаясь с исторического памятника родного мира фифы Лин Акройд. — Я еле дышу, а думала, в отличной физической форме.
— Ты просто не привыкла к такой жаре и отсутствию воды рядом, — смеясь, ответила Лин.
— Возможно. Наверное, мне стоило остаться с маленьким Уиллом.
— Поверь, дорогая, ему вполне хватает двух нянек и моей мамули. Надо мной она так не тряслась, клянусь тебе, — пожаловалась Лин, немного ревнуя мать к сыну.
— Зато ты можешь посещать самые красивые места планеты и не переживать, что сынишка что-нибудь натворит, — беззаботно ответила я, не желая вмешиваться в чужие отношения.
— Это потому, что в моём мире нет магии, — вздохнула она. — Я завела себе блог в Инстаграме, это у нас такая... Ладно, не важно, нет смысла забивать тебе голову. Боже, с какой радостью я бы вернулась в мой любимый Столичный Вестник, ты не представляешь!
— Я не представляю, как вы живёте без магии. Это кошмар кошмарный.
— Плохо живём, — едва не пустила слезу фифа. — Ну, ято, конечно, живу прекрасно. Знаешь, никогда так не шиковала. Сейчас у меня несколько дворцов в разных странах, счета в банках, сейфы с сокровищами и поддержка сильных мира сего. Не знаю, как Хёнджин налаживает связи в разных мирах, но одно могу сказать точно — организатор он великолепный. Но, Джису, ни капли магии! Точнее, такие крохи, что даже чашку кофе не пододвинешь. Ужасно сложно переучиваться и, признаться, не хочется.
Она глубоко вздохнула и пошла к следующей груде камней, внимательно вглядываясь в каждый в поисках иероглифов. Я неспешно шла за ней, надеясь, что блуждания среди песков скоро закончатся, я нырну в бассейн с морской водой и вынырну после захода злого солнышка. Эта страна мне не нравится. До этого мы отдыхали в других, более симпатичных мне местах.
— Лин, а ты не спрашивала Хёнджина, может, он не против, чтобы ты вернулась?
— Как ты себе это представляешь? — фыркнула Лин. — Я состояла на службе тайной канцелярии Арратора и, по сути, шпионила против Хёнджина и Подводного царства. Доверия ко мне не будет ни у одной из сторон. Кроме того, Хёнджин может заставить меня жить в Жемчужном дворце, чего я не хочу.
— Не заставит, — проговорила я уверенно и спокойно. — У его величества началась совсем другая жизнь, ему не до тебя. Если ты сможешь самостоятельно содержать вас с сыном, он какое-то время даже не узнает, что вы вернулись.
Пыталась не давиться от хохота, но выходило с трудом. Как только мы с Джином начали путешествовать по мирам, налаживая контакты с родственниками и собирая армию, Йери снизошла до общения с бывшим возлюбленным, регулярно посещая жемчужный замок.
Честно говоря, узнав, как свекровушка крутит его величеством, побаивалась с ней знакомиться, но Иайана великодушно сообщила, что нам с Джином опасаться нечего. Йери испытывает чувство вины и для сына сделает всё и даже больше. Учитывая, что муж души во мне не чает и слушает в первую очередь, свекрови придётся искать моей дружбы, а не наоборот. Такое положение вещей меня вполне устраивает, но знакомиться я не тороплюсь.
Всё равно ведь страшно!
Я и к Лин сбежала под предлогом дня рождения любимого племянника. И не спешила возвращаться. А всё потому, что Йери в очередной раз пришла в мой родной мир, надеясь застать в нём лягушку-путешественницу — меня.
Спасибо муренушке, предупредила! Жаль только, не заранее. Пришлось бежать к телепорту, теряя тапки и позабыв обо всём на свете. Я не то что шубу свою не захватила, я даже не оделась!
Впрочем, на моё растрёпанное и босоногое появление Лин и глазом не моргнула, лишь спросила, буду ли я кофе.
А мир Лин прекрасен! И не только тем, что у Йери нет сюда доступа. Честно-честно! Красивый и необычный, яркий и интересный, с огромным количеством рас и языков, с интернетом, в который я влюбилась сразу и безоговорочно. Великолепный мир!
«Йери рвёт и мечет. Ой, милая, наверное, стоит вернуться», — вдруг активизировалась мурена.
«Шутишь?» — с надеждой уточнила я.
«Ни капли. Она уже в Арраторе, разговаривает с Лалисой, требуя, чтобы та с тобой связалась. Я молчу — делаю вид, что не слышу её», — призналась Иайана дрожащим от ужаса голосом.
Я на мгновение задумалась. Знаю я эту прохвостку-мурену. Вечно взбаламутит воду, потом смотрит, как мы выкарабкиваемся.
Что она там говорила в прошлый раз? Йери вынуждена будет со мной подружиться? Ну, это действительно так. Я уже не молоденькая наивная девушка, общение с Хёнджином меня здорово закалило.
— Лин, как насчёт идеи вернуться в Арратор всем вместе? — предложила я прыгающей по камням, как горная коза, журналистке. — Сейчас. Меня там свекровь хочет видеть, и я вдруг осознала, что нам давно пора познакомиться.
— Настраиваешься на войну? — хмыкнула Лин, спрыгнув на песок и направившись в мою сторону.
— Нет. Хочу посмотреть на её поведение, когда Джина нет рядом, а там определюсь с дальнейшими действиями, — поделилась ближайшими планами.
— Мудро. И надеюсь, не опасно.
— Я уверена в этом.
Лин не пришлось уговаривать: в мире людей и без магии жить она уже не могла, и деньги не помогали. Единственное, о чём она попросила — чтобы мы забрали и её маму. Я не видела причины для отказа, потому мы собрались и открыли особый телепорт, сконструированный для доступа в закрытые миры.
— Готовы? — спросила я, активируя артефакт.
— Да! — откликнулась Лин весело.
— Дя! — поддержал маму маленький Уилл.
Оставила родственников на попечение Чонгука и Лалисы, сама же, не мешкая, переместилась в жемчужный дворец. Потому что мурена как обычно наврала с три короба, и демоницу в Арраторе не видели и не слышали.
По коридорам подводного дворца шла степенно и плавно, никуда не торопилась, хотя знала, что меня ждут с нетерпением — об этом мне сообщили все кому не лень.
Подождут.
— Посмотрите-ка, какая цаца! — процедила Йери, когда я вошла в кабинет Хёнджина вслед за бледным секретарём. — И где ты пряталась?
— Добрый день, отец, — с ласковой улыбкой поздоровалась с его величеством и села в любимое кресло. — Иайана сообщила, вы хотели меня видеть.
— Ты собираешься мне отвечать? — рыкнула Йери.
Хёнджин прочистил горло, видя, что я и не думаю реагировать на истерические попытки заставить меня оправдываться и отчитываться.
— Джису, позволь тебе представить мою возлюбленную Йери, мать твоего мужа и жрицу храма богини Мори. Йери, это Джису, жена нашего сына.
— Наслышана, — фыркнула демоница.
Она оказалась невероятно эффектной и красивой, и совсем не напоминала жрицу. Скорее вспыльчивую военачальницу, которая под настроение могла покрошить пару-тройку вражеских армий, чтобы немного успокоиться.
Платиновые пряди её волос словно окунули в чан с кровью, окрасив кончики в ярко-алый. Взгляд кошачьих жёлтых глаз пробирал до костей. От сумасшедшей энергетики этой женщины хотелось сбежать далеко и надолго, однако я не позволила себе слабости. Это в прошлом.
— Не могу сказать, что рада нашему знакомству, — проговорила нейтрально. — Признаться, до сегодняшней встречи была о вас лучшего мнения. Разочарована.
От повисшей в кабинете паузы зазвенело в ушах.
«Она думала, раз ты избегаешь её, ты слабая. Потому так себя повела», — попыталась оправдать поведение моей свекрови Иайана.
«Зря», — только и ответила я.
Йери переваривала моё поведение и делала выводы. И явно шевелила мозгами лучше прежнего.
— Характер есть — это хорошо. Упрямая — это, — она нарочно помедлила, — тоже хорошо. Уверена в чувствах Джина — отлично. Но ты здорово просчиталась, девочка, — протянула Йери, сверкая глазами. — Без меня вам не получить императорский трон, а значит, не я за тобой должна бегать.
Я неспешно нажала на звонок, дождалась секретаря и заказала чай. Так же неспешно выпила первую чашку и, пока свекровушка совсем не лопнула от ярости, перешла к делу.
— Боюсь, вы неверно оценили ситуацию. Мы с Джином совсем не рвёмся на чёрный трон. Нам и так хорошо. И бегать я за вами не собиралась и не собираюсь. Кстати, маленькое наблюдение: это вы навещаете наш мир каждый месяц, а не я ваш.
Я вернулась к чаю, держа спину прямо, не дёргаясь и не волнуясь. Эмоции заперла глубоко внутри. Будет возможность их выплеснуть — воспользуюсь, но сейчас никому не позволю заподозрить меня в слабости.
Йери метнула в Хёнджина яростный взгляд, не понимая, что вообще происходит.
— Она вправе говорить за нашего сына? — рявкнула она.
— В полном, — донеслось от двери. — Джису — единственная женщина, к чьему мнению я прислушиваюсь и чьё мнение для меня по-настоящему важно.
«Иайана, спасибо», — поблагодарила я рыбку, не сомневаясь, кто вызвал сюда моего сонного и чуточку растрёпанного мужа.
«Не стоит благодарности. Ты там лучше не отвлекайся и не сдавай позиций. Для Йери чем ты более жёсткая, тем лучше, иначе уважения от неё не дождёшься», — посоветовала мурена.
— Сын, — выдохнула Йери еле слышно и разом сдала свои позиции. — Прости меня, прости, сыночек. Прости.
— Боюсь, в настоящее время я не настолько великодушен. Ты обидела и оскорбила мою жену, мама.
— Я... мне... Прости, сын. Я так долго ждала нашей встречи, а ты всё не шёл и не шёл. И женился без материнского благословения...
— Манипуляциями ты ничего не добьёшься, мне уже не десять, — холодно заметил Джин. От его тона я с ног до головы покрылась гусиной кожей, каково же сейчас ей?
— Я официально приношу извинения за то, что обидела твою жену. — Йери склонила голову перед сыном.
— Извинения принято приносить лично, ты сама меня так учила.
Я боялась и слово вставить. Никогда не думала, что мой нежный и ласковый муж может быть столь холодным и жестоким. Особенно по отношению к дорогому и любимому человеку. Тем более к матери.
Но так же понимала и то, что, если он сразу не установит для неё нерушимые границы, она будет раз за разом пытаться их протаранить.
— Мне потребуется время, — призналась Йери, метнув в мою сторону ненавидящий взгляд.
Интересно, это в переводе с демонического на женский сколько? Два, три, четыре тысячелетия?
«Не язви. Йери не так плоха», — вновь вставила мурена.
— Время — это замечательно, — жизнерадостно заметила я и подняла чашку, салютуя Хёнджину. — Мы тоже никуда не торопимся, у нас здесь ещё множество дел. Фассов возродить совместно с богиней, к примеру. Верно, отец?
— И откуда ты всё знаешь? — со вздохом спросил Хёнджин, но я уверена — второй папа невероятно гордится моими успехами.
— Меня любят боги, — ответила без капли стеснения. — Маирус, кстати, наконец простил меня. Сто семнадцать мечей и триста с чем-то ножей в качестве даров и жертвоприношений сработали. Спасибо за совет, отец.
— Ему понравилась ты, — рыкнул Джин.
— Он мне тоже понравился, — ответила в тон мужу. — Но люблю я только тебя!
— Я тоже тебя люблю! — резко отозвался он и поднялся, подавая мне руку.
Мы уже выходили из кабинета, когда я услышала недовольный голос Йери:
— И что, он всегда будет её слушать и ставить её интересы выше наших?
— Да, — ужасно довольным тоном проговорил Хёнджин. — И если хочешь добиться расположения сына...
Дверь захлопнулась, лишив меня информации.
— Не волнуйся, с мамой я потом помирюсь. Это вынужденная мера, чтобы показать ей, кто теперь у власти, — объяснил Джин.
— И кто же? — со вздохом спросила я, направляясь в нашу спальню во дворце. Хотелось с головой нырнуть в бассейн, слиться с водичкой и прийти в себя.
— Ты, — хмыкнул мой любимый демон. — Неужели сомневалась?
— Нет, просто люблю, когда ты так говоришь, — призналась, начиная улыбаться. — Как думаешь, если я расскажу ей, что через пару поколений в нашем роду появится маленькая милая полубогиня, Йери станет ко мне лучше относиться или нам так и придётся всю жизнь враждовать?
Джин замер. Я впервые говорила с ним о детях, не жалуясь на шум, вопли, слёзы и капризы.
— Ты? — Он положил руку на живот и прислушался к ощущениям.
— Нет! — возмутилась я. И почему-то мне вдруг стало очень-очень горько от этой пустоты внутри. От того, что сейчас он поймёт, как ошибся. Вспомнит, что на моём теле по-прежнему стоит защита Иайаны.
«Могу её снять», — кротко произнесла та.
Я посмотрела на Джина. На то, как мужественно он скрывает свои эмоции, чтобы меня не расстроить.
«Снимай!» — велела я, обмирая от собственной смелости.
«Готово! — отрапортовала Иайана о завершении спецоперации. — Удаляюсь. Пойду посмотрю, во что сейчас модно наряжать маленьких демонят», — едва не визжа от счастья, закончила она и исчезла, оставив нас наедине.
— Прости, — пробормотал Джин, прижимаясь губами к моему лбу.
— Это ты меня прости. Я заставила Соён избавиться от страхов, сама же спрятала голову в песок.
— В своём глазу бревна не видно, — заметил он, начиная стаскивать с меня одежду.
Я не сопротивлялась, ожидая, когда Джин заметит отсутствие специальных знаков на моём теле. Но, как назло, именно сегодня он и не думал рассматривать меня во всей красе.
На мгновение я подумала устроить ему большой сюрприз, но здравый смысл подсказал, что есть вещи, которые стоит планировать и проживать совместно.
— Джин.
— Ы? — промычал любимый, целуя моё плечо и не желая отрываться от столь важного занятия.
— Я попросила Иайану снять печать.
Он замер.
И всё вокруг словно остановилось.
Нет ни звуков, ни запахов. Ни-че-го!
Только бешеное биение его сердца, такое отчаянно сильное, гулкое.
И моя паника. Застилающая сознание.
Вдруг он не хочет...
Стоило этой мысли оформиться у меня в голове, как Джин тут же строго на меня посмотрел. Затем вдруг ухмыльнулся. Коротко и быстро. Но губы так и замерли в улыбке, а затем и вовсе продолжили счастливо растягиваться. Казалось, он не в силах совладать с собственным лицом — так доволен произошедшим.
— Конечно, я не хочу детей, — солгало моё бесстыжее чудовище, так и не избавившись от широкой улыбки. — Они громко орут, вредничают, капризничают, чего-то требуют. У нас для этого есть родители, правда же?
— Угу.
— И если мы сейчас заведём детей, это же будет настоящая катастрофа: Хёнджин будет пугать окружающих улыбкой и стараться во всём тебе угодить. От такой невероятной картины у нас половина океана успеет вымереть, не разобравшись в ситуации.
— Точно.
— Айаурргх выползет из Бездны и начнёт крушить затонувшие корабли в поисках древних артефактов, чтобы тебя порадовать. Приволочёт тебе все драгоценности со дна морского.
— Но ведь Хёнджин не поощряет мародёрство, — заметила я, представляя тонны чудесных сокровищ.
— А кто его будет спрашивать? Ты улыбнёшься драгоценностям, и он тут же простит Айаурргху всё. Отец на самом деле обожает детей, так что боюсь представь, как он будет баловать внуков. Нет, мы решительно не можем на это пойти! — заявил Джин, окончательно избавившись от моей одежды.
— Ты прав. Дети — это чересчур, — согласилась я, прекрасно понимая, что мы только что по-своему пришли к согласию в очень важном для нас вопросе.
— Чересчур прекрасно, — мурлыкнул он, сжимая мою талию.
— Восхитительно, — выдохнула я, начиная целовать его подбородок, щёки, губы. — И поскольку в нашей семье мои желания первостепенны...
— Да-а-а? — протянул Джин довольно.
— Исполняй моё первое желание, — царственно произнесла я. — Хочу все драгоценности со дна морского!
— Слушаю и повинуюсь, моя царица!
Конец!