7.
«Ты ничтожна, ты это знаешь?» со смехом спрашивает тень, пока я смотрю на неё, привязанная к большому стулу для пыток. «Ты рассказала им то, что поклялась хранить в тайне. Как думаешь, они будут с тобой возиться после этого?», спрашивает она, медленно подходя все ближе и ближе. «Даже твоя Саша. Думаешь ей не противно находится рядом с тобой? Она это делает из жалости». Черный сгусток давит на меня все сильнее и сильнее, пока я заливаюсь слезами, пытаясь выбраться из этого кошмара. «Ты на столько жалкая, что не можешь выбраться даже из собственной фантазии». Я мотаю головой из стороны в сторону, не в силах издать и звука. «Думаешь прогнать меня? Я часть тебя, дорогая». Противный смех режет слух. Тень подобралась совсем близко, и уже сидит на против меня. «Неужели ты меня не узнала?» спрашивает та, снимая черную дымку, а за ней... я... Глаза расширяются от увиденного, горло скрежет от немого крика, и тело дрожит, словно я нахожусь на сорокоградусном морозе. «Я - это ты, а ты - это я, избавится от меня не получится. Ты обречена на одиночество, и смерть, пойми уже...», договорить она не успевает, ведь я вновь обретаю голос. «Убирайся из моей головы, поганая сволочь!». Кричу я, противясь отвратительной массе, пока она заливается истерическим смехом. «Урса, Урса, проснись!», слышу я отдаленный женский голос, и тень с моим лицом исчезает, оставляя меня в одиночестве.
- Урсула, ебаный рот, проснись же! - кричит Крючкова, нервно тряся меня влево - вправо.
Я резко открываю глаза, из-за чего солнечный свет врезается в них.
- Блять наконец-то, ты чего так пугаешь?! - говорит Влада, нависая надо мной.
Потерев глаза, я вижу всех девчонок, перепуганных не на шутку, и пару человек со съемочной группы, хотя камер пока нет.
- Что...? Что случилось? - спрашиваю я, усаживаясь и прохожусь по всем взглядом.
- Ты кричала во сне. Громко. - отвечает Саша, обеспокоено покосившись.
Я нахмуриваюсь, вспоминая ужасный сон, который ко мне пришел. Меня пробирает дрожь, от осознания того, что я видела. Черная тень, которая мучила меня на протяжении нескольких месяцев, была мной. Или же это разыгралось воображение на фоне ломки, потому что трясет меня знатно.
- Урса, золотко, ты напугала нас до чертиков! - говорит Жека, усаживаясь рядом. - Боюсь даже спросить, что тебе снилось.
- Я не помню. - лгу я, опустив взгляд.
Не хочу рассказывать об этом, слишком это странно выглядит. Какая-то тень, которая пытается вогнать меня в комплексы. Подумают ещё, что у меня какое-нибудь психическое отклонение.
- Точно? Может скорую позвать? - уточняет Женя, пристально за мной наблюдая.
- Ой, да что они мне сделают? Ебанутость таиландские врачи не вылечат, скажут только «Извините, у нас только стандартные препараты, а вам нужно что-то из серии «экстремальные приключения для наркоманок» - говорю я, пытаясь перевести тему в шутку, и у меня получается.
Девочки расслабляются и начинают улыбаться, а после расходятся, давай мне возможность переодеться. Нацепив чистую одежду, я сразу натыкаюсь на Крючкову, которая явно не оценила мою шутку. Она зашла в наши апартаменты, прикрывая за собой подобие двери.
- Ты ведь соврала. Ты помнишь сон. - утверждает она, подходя ближе ко мне.
- С чего ты решила? Я не запомнила этот сон. - отвечаю я, пытаясь скосить под идиота.
- Ну я же вижу, что ты все помнишь. Я с тобой провожу больше времени, чем все остальные, поэтому вижу твою ложь. Расскажи, что тебе такого снилось, что ты закричала.
Помолчав секунд пять, я решила увести тему немного дальше.
- Настолько громко кричала, что пришла даже съемочная группа?
- Ты своими криками разбудила с начала меня, что я аж подпрыгнула от неожиданности, а потом девочек. Кричали ты минут 5, все громче и громче, начиная ворочаться в разные стороны. Влада позвала группу боясь, что у тебя какой-то приступ.
- Ого, знаете меня меньше недели, а уже во всю переживаете. - говорю я, натягивая улыбку.
- Не смешно. Ты меня действительно напугала...
30 минут назад:
Саша лежала на Урсуле, обхватив её за талию. Её лицо уютно уткнулось в ямочку между ключицами, и обе девушки были погружены в глубокий сон. Ночь была тихой, и только звуки улицы доносились до них, создавая атмосферу спокойствия.
Внезапно мирное спокойствие нарушил крик Урсулы. Она начала кричать во сне, её голос становился всё громче: «Нет, нет, нет, не трогай меня!» Саша резко проснулась, её сердце забилось быстрее от неожиданности. Она мгновенно осознала, что происходит, и с тревогой обвела взглядом дряхлый домик .
- Урса! - прошептала она, стараясь не паниковать. Саша начала лёгко трясти её, надеясь вернуть в реальность. - Урса, проснись!
Крики Урсулы становились всё более отчаянными, и Саша почувствовала, как её собственные нервы начинают сдавать. Она продолжала трясти девушку, пытаясь пробудить её от кошмара.
Вскоре к ним подошли другие девчонки из комнаты, которых разбудил крик красноволосой одноклассницы . Они переглянулись, их лица выражали беспокойство и недоумение. Одна из них, Влада, наклонилась ближе.
- Что за хрень? Почему она кричит? - спросила она обеспокоено, обводя кричащую от кошмара девушку взглядом.
- Не знаю! Она во сне, я пытаюсь её разбудить! - ответила Саша, продолжая трясти Урсулу. - Урса, проснись! Да еп твою мать!
Крики девушки стали менее частыми, но всё ещё полными страха.
- Убирайся из моей головы, поганая сволочь! - раздался ещё один крик, и из глаз девушки полились слезы.
Саша чувствовала, как её сердце сжимается от беспокойства. Она знала, что такие кошмары могут быть мучительными, и боялась, что это навредит ей, девушке, которой было все равно на её особенность, которая помогала ей и поддерживала, когда ей это было нужно.
- Урсула, ебаный рот, проснись же ! - снова позвала она, и на этот раз её голос звучал более уверенно.
Вдруг красноволосая резко открыла глаза и замерла, глядя на Сашу с растерянным выражением лица. Она глубоко вдохнула и, наконец, успокоилась.
- Блять наконец-то, ты чего так пугаешь?! - сказала Влада, нависая над ней.
В моменте стало легче. Все девочки, которые были рядом, и пару людей, которых привела Алча, успокоились. Только никто не знал, что происходило в душе у Крючковой. Её беспокойство никуда не ушло, она все ещё продолжала смотреть на некогда кричащую девчонку с испугом. Слышать её крики, её голос, срывающийся на рев, было для Саши невыносимо. Ей хотелось забрать это себе, что бы её однокласснице стало легче. По какой причине случились такие резкие перемены, Крючкова сама не понимала, она поснимала лишь то, что не хотела бы, что этой девушке было плохо.
- Что...? Что случилось? - спросила пробудившаяся Урсула, усевшись и обведя всех взглядом.
- Ты кричала во сне. Громко. - ответила Саша, не понимая, что именно она чувствует...
Сейчас:
- Саш, у меня ломка, очень сильная ломка. Мне даже стоять тяжело. Кажется, будто все органы наружу через рот сейчас выйдут. - говорю я, осматривая девушку. - Мало ли, что может присниться в таком состоянии, и я правда не помню.
Наступает гробовая тишина. Александра все ещё смотрит на меня с большим скепсисом, но все же сдается.
- Ладно, поверю на слово, в этот раз. Идем, у нас испытание. - говорит она, подзывая меня идти за собой.
Мы выходим и следуем к девчонкам. Уточнив как я себя чувствую, и ответив им, что все нормально, мы следуем к Диме. Выяснилось, что он привез с собой целый спа-салон. Мелочь, но приятно. Проблема в том, что это всё, конечно же, нужно заработать упорным трудом. Под упорным трудом подразумевается испытание, которое будет происходить, разумеется, в океане... Нам снова надо идти к берегу...
В нескольких метрах от суши стоит странная деревянная конструкция. Мне она доверия не внушает. Выстроившись около но берега, перед нами встает Влада с жилетами.
- Девки, кто не умеет плавать, кроме Урсы и Маф?
Пару девчонок подняли руки, и нам передали жилеты. Надев его, я начинаю всматриваться в даль. Плыть-то дальше, чем было до этого. Видя моё выражение лица, Саша подходит ко мне ближе, начиная шептать на ухо.
- По старой схеме. Заходим в воду, хватаешься за меня и мы идем вместе. - говорит девушка, также рассматривая пейзаж, окружающий нас.
Я киваю, и хватаю её за руку, что бы хоть немного сбавить стресс. Вдохнув и выдохнув, я захожу в воду, следуя за девушкой, пытаюсь не думать о чем-либо плохом. Я уже начинаю не чувствовать дна, как Саша закидывает мой руку себе на плечо, обхватывает мою оголенную талию, прижимая меня ближе к себе, и ведет нас обеих на эту деревянную платформу.
- Если боишься, закрой глаза. Я держу. - говорит девушка, уверено ведя вперед.
Пару секунд спустя, мне уже помогают девчонки, которые пришли до этого. Я нахожусь в самом конце, то есть выполняю испытание первой.
Дима сообщает в громкоговоритель, что испытание началось, и мне приходит гениальная идея. Зачем идти по этой палке ногами, обходя всех, если можно делать это сидя, что бы девочки меня перешагивали?
Я так и поступаю, сажусь на деревянную палку, и медленно начинаю ползти пешком, давая девочкам время меня перешагнуть. Слова поддержки летят как от одноклассниц, так и от Димы, который говорит из в громкоговоритель. Спустя несколько минут, я уже нахожусь около заветных табличек с процедурами, и выбираю душ.
Девочки двигаются по моей схеме, в конце которой я поиграю им перепрыгнуть, и не даю упасть. Саша, которая проходит все испытания на ровне со всеми, приходит к концу конструкции, и я хватаю её за руку, помогая удержать равновесие. Она перешагивает, и подходит к табличкам, выбирая массаж для лица.
Я улыбаюсь ей, а она мне в ответ. Она очень целеустремленная, и не жалуется на жизнь, а как раз наоборот, просит не помогать ей. Я уважаю это, и уважаю её.
- Ты молодец, я горжусь тобой. - говорю я, уставившись на Крючкову.
- Спасибо. - отвечает она, смущено улыбнувшись, и я вижу, как на её щеках расплывается легкий румянец.
Мы проходят испытание с первого раза, ведь никто из нас не упал в воду. Мы забираем заветные таблички с собой, и плывем на берег. Я снова плыву на Саше, ну что сделаешь? Я плавать не умею, одна не поплыву.
Приплыв на остров и получив то, чего мы так хотели, и остались крайне довольными. Все чистые, волосы у всех помыты, некоторым даже массаж перепал, да только сказка длилась не долго.
Церемония выгона... самая страшная часть прошедший недель на проекте. Сегодня мы узнаем, кто же покинул проект, стараясь меньше всех.
Снова эти стулья, снова Дима Масленников, и снова стресс.
Усевшись поудобнее, мы начали слушать Диму.
- Добрый вечер, девушки. - говорит Масленников, получая в ответ те же пожелания. - Вы на этом острове прошли огонь воду и медные трубы, в виде джунглей. Вы добывали еду, вы проходили испытания, вы оборудовали себе лагерь, и самое главное, что вы сделали, вы преодолевали себя, и смотрели страху в лицо.
Мы переглядываемся друг с другом, чувствуя самую настоящую гордость. Только Дима, в очередной раз, заставил нас присесть на очко. Всё, что было, это был всего лишь отборочный этап, и не известно, кто попадет в школу, а кто нет.
Наша задача была выбрать, кто был лучшей, а кто худшей. Лучшей выбрали Женю, и я полностью поддерживаю коллективное решение. Она всю неделю преодолевала себя, ещё и умудрялась нам помогать. В общем, Женя красотка. Если выбрать лучшую было легко, то с худшей всё было иначе. Кто-то выбирал Маф, кто-то Барби, кто-то Лейлу, а мы с Сашей, не обговаривая это, обе выбрали Яну. Барби выбирать я не хотели, потому что она продержала воду, и участвовала везде, кроме последнего испытания, а с Яной я даже толком не контактировала, поэтому решила выбрать Яну.
Худшей все равно стала Барби, и в какой-то мере я понимаю девчонок, но все равно слегка обидно за неё. Пока я раздумывала над этим, Дима начал говорить.
- И проект сегодня покинет... - эта пауза длилась будто целую вечность. - Только нежелание изменяться. Вы, каждая, остаетесь. У вас будет ещё шанс проявить себя и раскрыться. Встретимся завтра, доброй ночи.
Мы начали расходится, почти все девчонки уже ушли, кто-то разговаривал не далеко от стульев, например Саша, Влада и Женя, а я сидела не подвижно на этом стуле, уткнувшись взглядом в колени, пытаясь сгладить дрожь в руках.
Каждая клеточка моего тела кричала о помощи. Я чувствовала, как ломка проникает в меня, как будто я стала частью этого ада. Сердце колотилось так, что казалось, вот-вот вырвется из груди. Я закрыла глаза и попыталась сосредоточиться на чем-то другом, но воспоминания о том, как легко было забыться, не давали покоя.
Вспоминала те моменты, когда все вокруг теряло смысл, и только маленькая таблетка или укол могли вернуть мне ощущение счастья. Но сейчас я понимала: это была всего лишь иллюзия. Я надела на себя маску радости, но внутри меня бушевала пустота.
Я открыла глаза и посмотрела на свои руки. Они дрожали, словно листья на ветру. Каждая мышца содрогалась в ужасной судороги, и кости болели так, будете их ломают изнутри. Меня ужасно трясет, зубы клацают, будто от мороза, а из моих глаз начинают катится слезы. Легкие выбивают весь воздух, и я начинаю задыхаться. Ко мне подлетают девочки, осматривая меня.
Слезы текут огромным ручьем, тяжелые всхлипы доносятся на далекие расстояния, пот стекает ручьем, а я сижу на этом стуле, и меня трясет крупной дрожью. Болит все тело, и я начинаю реветь навзрыд, проклиная тот день, когда я впервые взяла это дерьмо в руки.
- Не знаю на чем ты сидела, дорогая, но ломает тебя пиздец. - говорит Влада, уставившись на меня.
Саша встанет напротив, беря моё лицо одной рукой, стирая крупные капли слез с моего зареванного лица. Я хватаюсь за её плечи, крепко сжимая, все ещё продолжая рыдать от боли. Она обнимает меня, крепко, очень крепко, а я все ещё пытаюсь вцепиться поудобнее, надеясь, что так, моя боль пройдет.
Влада и Женя побежали за помощью, оставив нас с Сашей наедине.
- Саш, мне больно... - произношу я в истерике, содрогаясь в очередных судорогах.
- Я знаю, Урс, я знаю. - отвечает она, поглаживая меня по голове.
Её рука выводит на моей спине узоры, пытаясь хоть как-то облегчить мне этот период, она говорит мне слова поддержки: что верит в меня, и что у меня все получится, и я преодолею это.
Новая порция конвульсий, и адской боли обрушивается на меня. Я снова содрогаюсь в руках девушки, и в полуобморочном состоянии вижу, как к нам бегут девочки, Дима и медики. В эту же секунду я проваливаюсь в бессознательное состояние, и последнее что я слышу, это голос Саши: «Держись, малыш»