-Тебе нужно узнать, что произошло с этой девушкой.
Весь полёт Т/И проспала. Как только сели в кресло, она уткнулась в плечо Димы и отключилась. Сон был глубокий, как будто тело решило взять всё, что не удалось восстановить за короткую ночь.
Самолёт мягко приземлился в Уфе, но даже звук тормозов не смог разбудить её. Дима лишь молча подтолкнул её плечом, когда пришло время выходить.
-Мы на месте.-Тихо сказал он.
Она приоткрыла глаза, всё ещё с трудом соображая, где находится.
-Уже?..
-Ага. Впереди ещё семь часов.-С мягкой усмешкой ответил он.
До деревни Алексеевка они ехали в автобусе, предоставленной организаторами. По пути всё смешалось-леса, поля, редкие огни деревень, убаюкивающий шум дороги.
И снова Т/И уснула. Глаза она открыла только тогда, когда автобус остановился.
-Приехали.-Сказал Дима, уже открывая дверь.
Т/И медленно села, потянулась, ощущая, как затекло всё тело.
На улице было темно, прохладно. Дул пронзительный ветер. Над деревней нависло чёрное звёздное небо, и воздух был наполнен какой-то особенной, предвкушающей тишиной.
Но стоило им выйти из машины, как тишину прорвали радостные крики.
-Они приехали! Экстрасенсы тут!
-А вон Дима!
-Сфоткать бы... хотя бы издалека!
Вокруг уже начали собираться люди-местные, зрители, кто-то из съёмочной группы. Все знали, кто приехал.
Было 22:00, и темнота только подчёркивала напряжение в воздухе.
Первой на испытание должна была идти Т/И.
Потом-Дима.
И только затем-Виктория Райдоc.
Когда Т/И это услышала, сердце забилось быстрее. Не от страха. От осознания: это по-настоящему началось.
-Эй.-Дима мягко дотронулся до её руки, притягивая ближе.
Она посмотрела на него.
-Ты готова.-Сказал он тихо, обнимая её.-Всё будет хорошо.
Т/И уткнулась лбом в его грудь на пару секунд, глубоко вдохнула, а потом выпрямилась.
-Спасибо.-Шепнула она.
-Удачи, ведьмочка.-Добавил он с лёгкой улыбкой.
Она кивнула и пошла вперёд.
Холодный ветер ударил в лицо, волосы разлетелись. Со всех сторон-вспышки, камеры, радостные крики, шёпоты:
-Она идёт... это она...
Но Т/И просто мило улыбнулась всем. Без лишней эмоциональности-тепло, спокойно, уверенно.
И, не оборачиваясь, прошла в дом.
Впереди-её первое испытание.
Дом был пропитан чем-то тяжёлым, невидимым-будто стены напитались горем и теперь дышали им. В гостиной стояли четверо: Илья Ларионов, женщина, мужчина и пожилая женщина. Все выглядели так, будто не спали и не ели несколько дней.
У женщины-матери-лицо было перекошено от слёз. Глаза налились красным, веки распухли, волосы спутаны, а движения резкие, дёрганые. Она словно существовала на грани срыва, и любое слово могло стать последним ударом. Мужчина рядом-,скорее всего, отец-бледный, напряжённый, будто изнутри сдерживает крик или кулак. Рядом-бабушка, седая, с серым лицом, руки сжаты в узел, ногти впились в ладони.
-Здравствуйте. Я Т/И.-Девушка вошла, сжав свою сумку чуть крепче, чем нужно.
-Т/И, привет. Очень рады тебя видеть.-Ларионов улыбнулся ей, почти рефлекторно, но тут же спрятал улыбку.-Тебе нужно узнать, что произошло с этой девушкой.
Он протянул ей чёрный конверт. Она положила на пол свою сумку и аккуратно, в молчании, разложила атрибуты.
Две чёрные свечи-по сторонам. Одна ало-красная строго по центру. Маленькие зеркала треугольником. Металлическая чаша. Кинжал с изогнутым лезвием. Девушка кинжалом проткнула себе палец над чашей, давая каплям упасть в металл. Пламя свечей колыхнулось. Комната словно «вжалась» внутрь себя, стало душно и тихо. Т/И закрыла глаза и заговорила-на низком, вязком шёпоте, слова на мёртвом языке стекали в пол, проходя сквозь воздух.
Зеркала затянуло дымом. Образы стали появляться: комната, учебники, слёзы, ночные окна. Т/И видела всё, но не озвучивала сразу. Она ждала. Потом-выдохнула:
-Ей было лет семнадцать. Она умерла. Сама.
-Что?!-Взвыла мать.-Что ты несёшь?!
Она рванулась вперёд, Илья чуть не успел подхватить её за локоть.
-Ты ничего не понимаешь! Её убили! Ты слышишь?! У-БИ-ЛИ! Она бы не... она бы не... Она не могла! Она мечтала о жизни! Она хотела поступать! Она любила!
-Любила.-Спокойно повторила Т/И.-Только не взаимно. А ещё-учёба. Постоянные ожидания. Кто-то говорил: «будь умнее», кто-то-«будь сильнее». Она не выдержала.
-ЗАТКНИСЬ! ЗАТКНИСЬ! Ты врёшь! Ты ведьма хренова! Это не правда! Ты просто... ты пришла, наговорила!
-Знаете,-Сказала Т/И спокойно, без капли раздражения,-я сказала то, что увидела. Если вы не хотите слышать правду-я не виновата.
Она молча начала собирать ритуальные предметы обратно в сумку. Не торопясь, методично. Закрыла замок. Встала.
Мать плакала навзрыд, крича и всхлипывая вперемешку. Мужчина опустился на диван, лицо спрятал в ладонях. Бабушка просто шептала: «Господи, Господи...»
-Т/И, спасибо огромное.-Сказал Ларионов, чуть тише, чем обычно.-Мы ждём вас на консилиуме.
Т/И кивнула. Ничего не сказала. Развернулась и вышла из дома.
На улице было темно, воздух-холодный, но чистый. Она достала из кармана пачку мятных сигарет, закурила. Первый вдох-резкий, очищающий. Она прикрыла глаза, позволив дыму заполнить лёгкие.
За её спиной в доме продолжали кричать, плакать. Но это уже были не её проблемы.
Т/И медленно шла по гравийной дорожке к машине. В руках всё ещё тлела мятная сигарета, догоревшая до фильтра. Она не оглядывалась.
Навстречу вышел Дима. Шёл уверенно, но не спеша, глаза-внимательные, будто сканировали её состояние. Он прищурился, заметив, как она морщится от боли-не физической, глубже.
Они почти поравнялись.
-Удачи.-Тихо бросила Т/И, не глядя на него, и пошла дальше, оставив за собой тонкий шлейф мяты и пепла.
Дима остановился на пару шагов, провёл взглядом ей вслед, но ничего не ответил. Только чуть дернул уголком губ-понимал: она сейчас в себе. Лучше не лезть.
Т/И открыла телефон, провела пальцем по экрану, и на самом верху-сообщение от Олега.
"Т/И, как вы там? Прошла испытание?"
Она на секунду задержала взгляд на строке. Улыбнулась-не широко, но по-настоящему.
Села в машину, захлопнула за собой дверь, откинулась на спинку сиденья. Пальцы быстро заскользили по клавиатуре.
"Мы в норме. Прошла. Это было тяжело. Мать -истеричка там."
Секунду подумала и добавила:
"Кричала, орала, чуть в лицо мне не вцепилась. До сих пор звенит в ушах."
Ещё секунда-и:
"А ты как? У тебя всё спокойно?"
Отправила. Она посмотрела в окно. Темнота деревни за окном уже не давила. Теперь она была просто фоном.
Экран мигнул-новое сообщение.
Олег:
"Я в норме. Без вас скучно."
Через пару секунд-ещё одно. Селфи. Он сидел где-то в тёмной комнате, освещённый только экраном ноутбука. На лице-самая наигранная грусть, надутые губы.
Т/И не удержалась-усмехнулась. Скинула телефон на колени, провела рукой по лицу и набрала ответ:
"Ты ужасный актёр, Олег."
"Скучно, говоришь? Ну потерпи, у нас тут драмы на трёх человек минимум."
Секунду подумала и добавила:
"Когда вернусь-расскажу. Не в чат. Вживую."
Нажала "отправить" и, прикрыв глаза, на секунду просто посидела в тишине, позволив себе впервые за день почувствовать, что она не только экстрасенс, но ещё и обычная девчонка.
Телефон снова вибрировал почти сразу.
Олег:
"Тогда жду. Только вживую, ага. И желательно с твоими мятными сигаретами-у меня тут кончились."
Т/И хмыкнула, уткнулась подбородком в плечо, лёжа на спинке кресла, и скользнула взглядом по окну. Ветер крутил пыль над дорогой, по которой она только что шла.
Она снова взяла телефон.
"Поделюсь. Но только если ты перестанешь делать вот такие рожи."
И к сообщению прикрепила фото, где увеличила и обвела красным особенно драматично вытянутую нижнюю губу на его селфи.
Олег не заставил себя ждать с ответом.
"Поделишься? Да ты что, я ради этих сигарет готов на всё. Даже не ныть, пока тебя нет."
И следом, уже серьёзнее:
"Но вообще, серьёзно-береги себя. Если мать была в таком состоянии, то тебе тоже досталось."
Т/И какое-то время просто смотрела на экран. Пальцы уже почти печатали "всё нормально", но потом передумала. Не хотелось врать.
"Досталось. Но я держусь. Просто вымотало."
И через пару секунд добавила:
"Спасибо за поддержку."
Слова вышли простыми, без пафоса. Но в них было всё.
Она откинулась на спинку сиденья, выдохнула. Мята уже почти выветрилась, остался только лёгкий привкус на губах. В салоне было тихо, машина еле слышно поскрипывала кузовом на ночном ветру.
Телефон снова мигнул.
"Ты всегда можешь на меня рассчитывать. Знай это."
Т/И так и осталась сидеть в кресле, с телефоном в руке, экран которого давно погас. Глаза слипались — слишком много всего за день: напряжение, чужая боль, материнская истерика, резкие слова, кровь, зеркала, пепел, сигареты... и одно тёплое, настоящее сообщение.
Она устроилась поудобнее, подтянула ноги на сиденье, обняв сумку, и, не заметив, как, — уснула.
Сон пришёл стремительно. Без снов, без образов. Просто темнота, в которой было наконец спокойно.
***
-Эй.-Кто-то тронул её за плечо.
Сквозь плотный слой забытья голос пробился не сразу.
-Т/И... просыпайся. Уже пора.
Она вздрогнула, приподнялась, моргнув несколько раз. В лицо ударил холодный ночной воздух из приоткрытой двери машины.
Перед ней — Дима. Он смотрел на неё чуть сбоку, с полуулыбкой, в которой всегда была смесь иронии и заботы.
-Ты реально вырубилась,-сказал он.-Я думал, ты просто думаешь о вечном, а ты дрыхнешь тут как кот.
Т/И зевнула и села ровнее, протирая глаза.
-Сколько прошло?
-Один час сорок минут. У нас скоро консилиум. Илья всех зовёт. Да и... ты выглядишь чуть живее,-добавил он, оценивающе глянув на неё.
Она усмехнулась, потянулась, хрустнула шеей.
-Спасибо, что разбудил.
-Ну, конечно. Кто ещё тебя разбудит, если не я?
Т/И кивнула, смахнула со щеки прядь волос и снова взялась за ручку двери.
-Пошли. Сейчас я уже почти человек.
Т/И и Дима вышли из машины. Ночь обдавала холодом, от которого сразу зябко повело плечами. Ветер гулял по пустой деревенской улице, в лицо били редкие, колючие порывы. Т/И запахнула куртку, а Дима, насупившись, быстро шагал рядом, держась ближе к стенам домов, где чуть меньше дуло.
Дом был тёплым, но воздух внутри — тяжелый, как перед грозой. Пахло пылью, старым деревом и чем-то неуловимо больным — смесь отчаяния, слёз и времени. У окна стояла семья: мать, всё ещё красноглазая, но напряжённая; отец — молчаливый, будто замороженный изнутри; и бабушка, крепко сжавшая пальцы на ручке стула. Все они сидели как на иголках, будто ждали приговора.
Илья Ларионов обвёл взглядом комнату, дождался, пока Дима и Т/И войдут и встали у стены.
-Все в сборе,-сказал он, спокойно, но с твёрдой интонацией.-Прошу, экстрасенсы, обсудите то, что вы увидели. Родители хотят услышать мнения каждого. А затем примут решение, как двигаться дальше.
Он сделал шаг назад, давая слово участникам.
Т/И, как обычно, не ждала, пока её кто-то подтолкнёт. Говорила спокойно, без наигранной мистики:
-Девочка. Семнадцать. Перегруз. Давление — экзамены, страх не оправдать ожиданий. Плюс сильная влюблённость. Невзаимная. Всё это сжалось в один момент. Она не выдержала. Она ушла сама.
Отец сжал кулаки, отвёл взгляд. Бабушка тихо перекрестилась. Мать-замерла. Но ничего не сказала.
Следом заговорил Дима:
-Я видел то же. Она пыталась говорить, но её не слушали. Всё время — «будь сильной», «учись». Она копила, копила... пока не сорвалась.
Пауза. Все взгляды обратились к Вике. Она стояла, сложив руки на груди, взгляд — жёсткий, уверенный.
-А я видела мужчину. Старше её. Он пришёл к ней. Она плакала. Он злился. Была агрессия. Рука на запястье. Боль. И страх. Большой страх. Не перед жизнью — перед ним. Я не могу сказать точно, как она умерла, но то, что был кто-то ещё — я чувствую это. Это могло быть не прямое убийство, но он — часть причины.
В комнате воцарилась тишина. Как будто даже воздух затих. Семья переглянулась. Мать первой нарушила молчание. Голос её дрожал, но был решительным:
-Я чувствую, что она говорит правду.-Она кивнула на Вику.-Там... был кто-то. Я чувствовала это с самого начала. Я знаю свою дочь. Она бы не...
-Выбор за вами,-мягко сказал Илья.-Мы можем провести ритуал. Один. Кто-то из них — поможет вам глубже понять, услышать. Но только один.
Мать не сомневалась.
-Мы хотим, чтобы это сделала Виктория.
Слова прозвучали просто. Без паузы, без колебаний. Но для Т/И - будто нож.
Она стояла в углу комнаты, сумка всё ещё висела на плече, взгляд опущен, руки сцеплены перед собой. Улыбки на лице не было. Просто молчание.
И только глаза чуть блеснули. Не от слёз — ещё не совсем. Но в уголках запеклось, как будто внутри резко подскочила температура.
Она кивнула. Медленно.
-Я поняла.
Дима бросил на неё быстрый взгляд. Он видел. Почувствовал. Хотел что-то сказать, но сдержался. Не время.
-Т/И,-вдруг сказал Илья, чуть мягче,-ты сегодня всё равно сделала важное. Мы ценим это.
-Конечно,-кивнула она коротко.-Всё в порядке.
Но внутри — не было.
Она сделала шаг назад, тихо, почти незаметно вышла из комнаты. Как будто растворилась в воздухе.
Никто не остановил.