2. Честность и роли.
Артём постепенно начал двигаться, выходя из неподвижной позы человека, уставшего от людей и хотящего побыть в тишине, по ощущениям, минут через 10 или 15. Он с головой провалился в чувство комфорта, которое возникало рядом с Владом, не трогавшим его лишний раз во время таких экстравертно-заебавшиеся эпизодов.
– Я реально сильно устал. Не думал, что выдам что-то такое. Не сильно ударился, нормально всё? – Краснов решил не скрывать напавшее на него смятение от осознания того, ЧТО он сейчас вытворил без мельчайшего предупреждения или чего-то типа этого. Артём облокотился руками на край переднего сиденья и приподнялся, разгибая локти. Твою мать, как спорно это выглядит. Благо, они одни в машине и дорога пустует.
– Да ладно тебе, с кем не бывает, – Влад поймал на себе взгляд чутка даже испуганных глаз Краснова и улыбнулся одним уголком рта, как бы смягчая происходящую ситуацию, – Ничего страшного. Ты ничего плохого не сделал, а предупреждать в момент, когда тебе ну прям позарез надо и радостно, думаю, не обязательно. Согласен? – Влад подставил локти, слегка приподнимаясь. Он попытался достать ногами, находящимися за пределами машины и спокойно торчащими в вынужденном положении из открытой двери, до земли, пытаясь найти точку опоры для того, что бы встать позднее.
– Согласен, – чуть помолчав ответил Артём, – Но всёравно извини, надо было как минимум сказать, а как максимум - позвонить тебе вместо геопозиции, – Он оттулкнулся от края сиденья руками и, проскользив наполовину голыми ногами по штанам Влада, встал на землю, повезло. Если бы сейчас под подошвой оказалась грязь, было бы не так приятно. Артём сделал несколько шагов назад и в сторону, давая Череватому место припарковаться не на дороге.
– Факт, но, ты молодец, вовремя вышел к дороге, а то я бы тут заплутал. Место, конечно, десять из десяти, – Влад вышел из машины и продолжил диалог, как только смог нормально поставить авто у дороги так, что бы в случае диких поворотов и неадекватных водителей, её точно не снесли, – Вместо сотни беседок и оборудованных мест для отдыха у нас, у взрослых людей, рандомное место за чертой города. Атас, – Череватый усмехнулся и открыл заднюю дверь машины. С заднего сиденья он взял, а потом надел свою чёрную куртку ‐ всё-таки, не жарко на улице. Затем достал портфель, лямка которого уже привычно оказалась у него на левом плече, стоило ему только закрыть машину. Артём тоже усмехнулся, он хотел было спросить кое-что другое, но тут, глядя на Влада, вдруг выдал:
– Опять "чс-портфель"? Ты когда-нибудь отучишься от этого? У меня с собой нормальный чемодан, ты бы мог не брать ничего, – "чс-портфелем" между ними двумя назывался необходимый набор из всевозможных вещей, который Влад часто брал с собой на любые поездки и походы, прогулки, ещё со школьной скамьи. В него обязательно входили: сменный набор одежды, небольшая аптечка (обязательно с хлоргесидином или перекисью водорода, а ещё бинт и пластыри, жить "без происшествий" не получалось), зарядный блок, провод, портативный аккумулятор (или просто повербанк, если без выебонов), что-то съестное, бутылка воды и зажигалка, всё остальное докидывалось в зависимости от срока и цели совершаемого выхода из дома. Этот портфель раньше спасал Череватому жизнь, а сейчас стал всего лишь глупой привычкой, на которую человек, посвящённый в его ситуацию, типа Краснова, среагировал бы незамедлительно, что и произошло.
– Это просто портфель, не "чс". Самый обыкновенный, – оправдывался Влад в зрительных поисках того, на что сейчас можно быстро переключить тему, пока разговор не начал напоминать приём у психолога, который докапывается до старых травм и тщетно пытается проработать родителей. Взгляд тёмных глаз бегло осматривает Артёма, слегка подрагивающего от дуновения прохладного ветерка на лёгкие шорты, – Ёпт твою. А ты чего в шортах? Не май месяц, – Влад обратил внимание на интересный дресс-код ещё перед эпичной остановкой рядом с Артёмом, но сказать решил сейчас, отводя тему подальше от рюкзака.
– Я так давно не был в России, что уже и забыл, что конец марта ‐ это ещё зимнее время года. А тем более у нас в мухосрани, – недовольно и быстро проговорил Артём. Он настолько устал после нервозной подготовки, бронирования билетов, перелёта, кучи пересадок, что до разбора чемодана у Оли в машине, забравшей его с аэропорта, и быстрого утепления сменой нижней одежды руки просто уже не дошли.
– Надеюсь, у тебя в чемодане есть пара тёплых штанов? Не думаю, что болеть целую неделю в родном городе прям сильно хочется, – Влад не отчитывал, его тон звучал даже не очень строго, хотя слова были достаточно правильными. Он опустил рюкзак с плеча, взял его за тканевый крючок, а затем послышался звук расстёгивающейся молнии, – Посвети.
Артём без колебаний достал телефон из кармана куртки и осветил в момент включенным фонариком на внутренности портфеля. Даже не задумывался, делал автоматически, ведь такие просьбы в их общении были базой и забыть их, даже если долго не видеться, очень и очень сложно. Он догадывался, что сейчас сделает Влад, но интрига всёравно присутствовала.
– Одевайся и веди, – Череватый протянул Артёму свёрнутые спортивки и закрыл портфель. Бинго, Краснов не ошибся, о да, быстрое решение любых ситуаций действиями - вот он, тонкий почерк Влада, ненавязчиво показывающего отличие между своими близкими и чужими, незнакомыми людьми дичайшей готовностью помочь, работая в кооперации.
Артём кивнул и убрал телефон обратно в куртку. В предлагающем жесте Влад приоткрыл заднюю дверь авто, но Краснов захлопнул её, облокачиваясь на вертикальную поверхность машины, отвергая предложение и протягивая Череватому в ответ куртку. Влад взял куртку и отвёл взгляд в сторону, что бы не смущать Артёма. А тот без стеснения спустил шорты и, не снимая кроссовок, натянул на ноги не свои спортивные штаны. Такое у них двоих происходило часто и накой ляд Влад отворачивается Артём не очень понимал, но в любом случае был благодарен ему за попытки создания хоть какой-то цензуры в их общении, да и за спортивки, собственно, тоже.
– Ты договорился по поводу того, где мы с тобой контуемся или это нужно будет сделать мне? – Влад смотрел наверх, на очень яркие в такой тёмной глуши звёзды. Он ждал, пока Артём заправится, сделает из своей одежды и его штанов лицеприятное комбо, стилизует их как-то на ходу, как обычно ‐ короче, всячески давал время. И действительно с большим интересом смотрел наверх ‐ небесное пространство страшно заворажило его. Так тихо, звёзды светят, ветерок свестит, редкие деревья покачиваются. Спокойствие, которого так долго не хватало во всей этой чёртовой неразберихе с учёбой, практикой, друзьями, общагой и кучей других дел, обязанностей, ответственности, находившейся на Владе ежедневно. Он любил выбираться куда-то "в тишь, да глушь", как не сказал бы его друг-бывший страшеклассник Макс, тоже любивший подобного рода отдых.
Артём тронул Влада за плечо, привлекая его внимание. Краснов заправил футболку в объёмные штаны, создав некий баланс между вещами. Череватый опустил взгляд на Артёма в ответ на касание.
–Не-а. Не договорился. Думал, что у Оли заночуем, но у неё муж, об этом я забыл, – Краснов надел куртку, которую взял обратно из рук Влада. Артём уверенно пошёл назад к тусе бывших одноклассников, жестом поминанив за собой своего спутника, быстро закинувшего "чс-портфель" на плечо и последовавшего за ним в грязь, жухлую траву на слабый запах жареного мяса, не успевший выветриться, – В целом его не воспринимаю. Такое чувство, что он не понимает, что Оля с ним тупо из-за статуса и денег.
– Я, кстати, тоже думал, что она замуж за этого деда точно не пойдёт. Странно, конечно, но, сделаем вид, что это её выбор и сердцу не прикажешь, – Влад поровнялся с Артёмом и теперь дальше по вполне проходимому загородному ландшафту они шли вровень, – А у Сони не варик остаться? Или всё, не общаетесь?
– У Сони - спорно. Я, конечно, понимаю, что все выросли, повзрослели и поумнели, но ты не забывай, что она вышла замуж за Сашку. Хорошо, со мной он ещё худо-бедно здоровается, если видит. А тебе напомнить, какие у вас с ним отношения? – Краснов остановил Влада рукой, перешагнул через небольшой овражек и обернулся назад, ожидая от него этого же действия.
– Чего? Реально? – Череватый удивлённо посмеялся и вслед за Артёмом перешагнул через овраг, – За Сашку? Это за Шепса-то? Твою мать, вот это семейка у них там будет. Когда у него была Мэрилин, я хотя бы знал, что можно от него ожидать, а сейчас что одна - на голову, что другой. Мне страшно за гены их будущих детей.
– Ну, любовь зла - полюбишь и козла, – усмехнулся Артём, продолжая идти около проймы, оставленной от колёс машин одноклассников, – Это просто у тебя с ним не заладилось сразу. Из двух палочек твикс ты выбрал младшую и в комплект к ней взял злаковый батончик с клюквой, а сейчас ходите, грязётесь при каждой встрече.
– Ты сам сказал, "козла", ну не козлину же, ёмаё. Я просто не могу нейтрально к нему относиться, совесть не позволяет. И за Олега, и за Мэрилин. Нельзя же быть таким человеком, честно. Хотя, Соньке да, Соньке такое и надо, нечего мозги другим ебать, – Влад заметил вдалеке горящие фары и разведённый костерок, на секунду замолчал.
– Меняем тему? – уточнил Артём, зная, что за их подобные рассуждения им обоим может страшно влететь и дружеские отношения с одноклассниками точно помехой не будут.
– Да, в точку. Так как говоришь ты межсессию сдавал? Прям всю на английском? Или тебе дали хотя бы немного лажи? – Череватый быстро и правдоподобно переключился. Он всегда за короткий срок, буквально по щелчку придумывал такие штуки и выкручивался так, что если не знаешь его изначального мотива - никогда не догадаешься, что это всё придумано только что и на коленке буквально. На слова Влада Артём слегка опустил голову и закрыл глаза, соглашаясь с выбранной темой. Краснов получил ответный жест от Череватого и они преспокойно пошли дальше, будто бы только что не откровенно сплетничали.
Если нужно обсудить что-то лайтовое ‐ обсуждай учёбу, не прогадаешь. Было сложно вспомнить, кто из них двоих и когда конкретно придумал это правило, но оно безотказно работало, а сейчас это было безумно важно. Ведь никто из бывших одноклассников не должен знать ни о долгих объятиях в машине, ни об обсуждении с их стороны, ни о том, что Краснов ждал на всей этой тусовке, считай, одного только Череватого, которому предстоит договориться о ночлеге для них обоих. Это всё всегда остаётся за кадром, являясь рутиной: каждодневной, хорошо отточенной игрой закреплённых ролей при людях и безграничной, заслуженной обилием прожитых вместе стрессовых ситуаций, кристальной честностью друг с другом.