1. Оба горазды.
За свою жизнь Артём Краснов – выходец из очень богатой семьи – успел повидать множество городов, в некоторых из которых ему даже удалось пожить некоторое время. "Остановки" где-либо на период выходных или каникул (только в такое время родители брали его с собой, ведь учёба - это самое важное в их семье) происходили то в силу расширения бизнеса отца, то в силу новых заказов от клиентов матери. Во время учёбы Артёма совершенно спокойно оставляли дома одного: не маленьким он стал лет так с 7-ми и вполне неплохо справлялся с базовыми необходимыми действиями, которые не выполняли домработники. Краснову в целом очень сильно "везло" - он на протяжении всей жизни был периодически одинок, но не сильно страдал из-за этого, привыкнуть к знакомым на пару недель не так сложно. Да о чём говорить: на данный момент Артём буквально учится в другой стране, его окружают люди с другим менталитетом, не очень понимающие, почему Краснов так безумно сильно рвётся каждые выходные длиннее 6-ти дней в небольшой русский городок, на свою Родину. Именно там он чувствовал себя чуть менее одиноко, чем обычно: основное свойство маленьких населённых пунктов заключается в том, что на такой территории легко знать абсолютно всех, причём не поверхностно, а буквально чуть ли не до родословной, до 3-го колена. В таких местах можно заговорить практически с любым человеком и у вас найдутся общие знакомые, а возможно, вы даже учились в одной школе, ходили в один кружок или садик. В общем, ладно, одиноким среди родных панелек, здоровающихся на улице людей, готовых обсудить всё, что угодно: от погоды до местного управления, исхоженных вдоль и поперёк дворов чувствовать себя попросту не получается. Это страшно радует Краснова каждый раз, когда ему только удаётся вырваться из своего плотного графика каждодневной учёбы, рутины и встретиться с теми, кто ещё со школьной скамьи заставлял его чувствовать себя живым, открываться людям, пробовать что-то новое. Или, говоря проще – не переставать терять надежду на то, что всё будет хорошо.
И встреча с одним из самых ярких представителей этого "чувствовать себя живым" ждала его прямо сегодня. Ладно, с ключевым представителем. И да, Артём точно знает, что он приедет раньше, это его то ли стиль, то ли принцип – что-то между. Краснов торкнул этого человека буквально из другого города, тоже с учёбы, камон. И, самое главное, Артём знал, что ему не откажут, да даже не наедут за навязчивое самовключение в чужую жизнь, о нет, ха.
Время уже не детское, Краснов тусуется за городом в компании знакомых. Все они – его бывшие однокашники, с ними приятно и поболтать, и выпить. Да что уж там таить – Артём рад их видеть, соскучился, всё же. Бывший 9Б (а именно этот год был последним, когда они учились этим составом. Дальше – 10 Г, гимназия, как никак) цивильно отдыхал у проезжей части, где-то за чертой города: место было выбрано случайное, Краснову только стоило написать, что он вернулся и ему надо бы переночевать где-то (родители продали частный дом в этом захолустье и, как хотели, перебрались в Петербург), как была организована нетипичная, но тусовка. Машины припаркованы в рядок, бутылки алкоголя стоят в открытом багажнике одной из машин, в другом – закусь в виде разнообразных снеков (когда Артём так выразился про "3 корочки", Оля – его закадычная подружка, сказала, что ему пора возвращаться обратно в Россию на срок дольше, чем 5 дней), каких-то бутербродов, приготовленных Соней – специфической девушкой, которая вопреки своим отчаянным заявлениям об отстойности старшего брата их одноклассника, в итоге вышла за него замуж, а ещё был дерьмоватый шашлык, который Краснов жарил вместе с Олегом Шепсом – главной нетакусей всея "Б" класса, от полного обсёра которого со стороны Артёма останавливали только безумное уважение к нему как к человеку и относительно дружеские отношения, чувство благодарности со стороны того, кого он так отчаянно ждёт. К слову, этот человек и шашлык бы ахуенный сейчас с Красновым состряпал, ведь именно он и учил этому навыку Артёма по методу "делай на глаз и не убей печень", до сих пор помнит. Тогда мясо жарилось где-то в гаражах, в самодельном мангале, и от огня можно было закурить, и перемещаться из страны в страну без санкций и сотни обходных методов. И дышалось как-то проще в те недалёкие времена, как будто бы.
Быть весело Артёму медленно, но верно переставало. Может быть, под влиянием алкоголя, может из-за ностальгии, а вполне вероятно, что и в силу долгого отсутствия того, кого он так отчаянно ждал с самого своего приезда, с самого рождения появившейся возможности в целом уехать в родной город на недельку. Одноклассники болтали о семьях, учёбе, личной жизни, о том, кто с кем и когда, о других выпускниках их школы, обсуждали городские сплетни, вот только слушать это всё Краснову не хотелось – все эти новости он по 500 раз уже слышал, ему всё это рассказывали эти же люди в мессенджерах, поэтому, отходя от места общего сбора, он совершенно ничего не терял. Артём сказал, что хочет чуток прогуляться и, в целом, его спокойно отпустили. Только Оля проводила лучезарной понимающей улыбкой – she knows, что чувствует её друг, в какой-то степени.
Краснов дошёл до проезжей части по сухой траве и грязи. Вот же, ожидал тёплую погоду в конце марта, а в итоге стоит в холодрыге в куртке поверх толстовки и сраных шортах, вычитать за которые его успел весь класс, вот только чего-то сменного не нашлось ни у кого. Печально.
Стоять в полной темноте у дороги рядом с лесом было, пускай и холодно, но всё же эстетично. Артёму бы сейчас в руки блокнот с ручкой (заметки в телефоне для таких дел он катастрофически не признавал) и полились бы рифмованные строчки, что-то околоромантичное, скорее всего. Мимо Краснова периодически пролетали машины разных марок, цветов, размеров. Ночь – любимая пора для тех, кто хочет гульнуть. Да и осуждать как будто бы не за что – вечер пятницы. И, если честно, то и не хочется – даже завышенный уровень эксцентричности Артёма будто улетучился в момент тишины рядом с полосой живого, открытого пространства, где росло много травы, каких-то кустов, но почти совсем не было деревьев. Место находилось недалеко от черты городка, поэтому сильно беспокоиться о наличии змей Краснов и не думал – всёравно не боялся их. И это полнейшее состояние дзена, нарушал лишь шум несущихся по проезжей части авто, среди которых Артём раз за разом тщетно пытался найти что-то знакомое. Он должен приехать, обещал же. И думать о том, что такого важного человека для Артёма сегодня не будет с ним, попросту не хотелось.
Прошло минут 5, за всё это время машин не было. Краснов постепенно начал терять надежду. Он уже готов был уйти от проезжей части к прежнему веселью с выпивкой и, может быть, даже послушать грязные сплетни про бывших страшеклассников их с одноклашниками школы, как рядом с ним, буквально в сантиметре, после сильного дрифта с разворотом в сторону Артёма, остановилась тёмная знакомая машина. Краснов не двинулся с места, ведь если это был действительно тот, кого он так долго ждал, то доверять ему более чем на сто процентов можно, проверено. Стекло с водительской стороны, за которым в ночной темноте ничерта видно не было, поползло вниз. Из него на Артёма смотрел задорный взгляд молодого шатена, улыбавшегося во все свои 32 зуба:
– Такой красивый, а почему один, где наших потерял, Тём? – уменьшительно-ласкательная форма имени, использованная для обращения, буква "г", произношение которой в речи больше напоминала более грубую версию звука "х", тупые шутки и идиотское выделывание в виде рискового дрифта на не самой широкой дороге.
Артём больше не сдерживался. Дверь со стороны водительского сиденья распахнулась и тот, кто сидел за рулём, не успев выйти, но успев сменить положение, рухнул обратно, ударившись спиной о подлокотник, под весом и напором безумно обрадованного Краснова, кинувшегося на него с крепкими объятиями.
– Влад, наконец-то! Ещё минуту в этом гадюшнике без тебя я бы точно не выдержал, честное слово, – Артём не спешил вставать, даже когда закончил свой короткий спич, призванный уточнить происходящую на пьянке ситуацию и то, почему он вдруг неожиданно оказался вдали от всеобщего веселья. Влад не сильно был против объятий, он не сопротивлялся и внимательно слушал Краснова, накрыв его спину руками.
– Я тоже соскучился по тебе. Долго, потому что немного так пробки и немного так после пар ехал. Спасибо, что ждал, – коротко рационилазировал ситуацию Влад, прекрасно зная, что Артём этого в жизни не скажет, даже если много раз прокрутит в мозгах тоже самое.
Краснов же лишь кивнул. Его голова где-то в районе плеча Влада, там вполне мягко и тепло, а что самое важное – спокойно. Артёму нужен небольшой перерыв от суматохи этого сложного дня с длительным перелётом в Россию, прежде чем вернуться назад и продолжить воссоздавать существующий со школы образ цивильной твари. А вот Владу, кажется, и морально готовиться не придётся – он абсолютно честен с окружающими во многих аспектах, поэтому многие считают его абсолютным гандоном. Короче, оба горазды, как говорили школьные педагоги.