Потерянный в рассвете.

— Да все нормально, мам! — голос мой сорвался на крик, чему, в глубине души, я была совсем не рада. Ненавижу повышать на кого-либо голос, а тем более на тех, кого люблю.

— Луиза, ты не ешь ничего! Посмотри на себя, на что ты стала похожа?! Ты живой скелет! Что ты делаешь с собой?! Ты хочешь умереть?! — кричала мама. Ненавижу когда она кричит, потому что это никого не заканчивается хорошо.

— Да что ты понимаешь?! Всю жизнь вы называли меня свиньей, шутили про мой вес, постоянно напоминали что я ем слишком много! И теперь, когда я наконец-то добиваюсь худого тела, ты жаждешь чтобы я снова стала коровой?! Снова начала жрать как вне себя?! Позволить Ей контролировать меня?! — голос предательски дрожал, руки начали трястись, а в груди, словно ком,  повисло напряжение.

— Да как ты смеешь, паршивка? Ты больная, ты понимаешь это?! Лучше бы я сделала аборт, чем растила такую идиотку как ты! — Она посмотрела на меня с нескрываемым раздражением и ушла в свою комнату, громко хлопнув дверью.

Я не могла сдержать слез. Я практически ничего не вижу, но бегу в свою комнату. Если она увидит мои слезы - подумает что я слабая, начнет орать еще больше. Она ненавидит когда я плачу. Заперев дверь в свою комнату, я упала на пол и стала бить пол руками.

Грудь, будто бы изнутри, разъедала боль, глухо отдаваясь по всему телу. Но, кажется, мое сознание не знало какому чувству поддаться. Злость соперничала с болью, заставляя меня избивать пол руками, лишая себя последних сил для существования. Я сжимала зубы, боясь издать лишний звук.

Никогда не пойму, как можно говорить такое своему ребенку. Разве я выбирала жизнь? Родители согласились подарить мне жизнь, но зачем? Чтобы каждый день на меня выливались тонны грязи? Чтобы жить от ссоры до ссоры в ожидании худшего?

Никто не должен знать, насколько мне больно. Насколько я слаба.

Всю жизнь я верила в то, что со мной произойдет невероятное чудо, которое спрячет меня от всей боли и лжи этого мира.

Но чудес не бывает, Луиза, а тебе суждено умереть в бою за жизнь, в которой нет места для тебя.

Я очнулась, а за окном уже темнело. Я заснула? Тело ужасно затекло, но боль помогала мне чувствовать себя человеком. Перед глазами промелькнули последние события, заставив мое дыхание сбиться.

Дерьмово.

Все тело болело, а глаза слипались и ко всему примешалась дикая усталость. Когда мои воспоминания потеряли цвета? Когда стали рисоваться черной тушью?

Кажется, в детстве никто не мечтает о бесконечных истериках дома, шрамах по всему телу и полнейшем уничтожении личности. Медленно поднявшись, я пошла в ванну.

Посмотрев на свое отражение в зеркале, я ужаснулась - все лицо было красным и опухшим, а на левой щеке остался отлежанный узор свитера. Видимо, я удобно устроилась на своей руке.

Если честно, я была бы не против сейчас исчезнуть из реальности на несколько часов.

Стянув с себя всю одежду, я медленно залезла в душ. Бросив взгляд на полку рядом с зеркалом, я вспомнил о лезвии, лежащим под баночкой крема.

Нет, не смей.

Еще несколько дней назад я дала себе обещание, что на моем теле не будет ни единого пореза... Последний раз. Да. Больше этого не будет. Сегодня шрамы появятся на мне в последний раз.

Здорово, хороший денек, ничего не скажешь. На дрожащих ногах я вылезла из ванной и двинулась к себе в комнату, слегка опираясь на стену. Порезы еще кровоточили, поэтому мне пришлось замотать их бинтом. Устроившись на кровати поудобней, я закрыла глаза, но, кажется, мое тело уже проснулось и не желало больше проваливаться в сон.

Прекрасно, кажется оставшуюся вечность придется провести наедине со своими больными мыслями, попавшись в ловушку собственных грез.

Пролежав еще несколько минут, я полностью осознала что спать я сейчас точно не буду, поэтому потянулись за телефоном, лежащим на тумбочке.

19:27.

Всего лишь 7 часов? А казалось что уже около 10 часов... Итак, разблокировав телефон, я заметила оповещения о сообщениях. Зайдя в беседу, на моем зареванном лице заиграла улыбка. Странное ощущение, ведь казалось, что уже никогда не сможешь улыбаться.

Ким А.: ТВОЮ МАТЬ АОАОА ПАРНИ ЗНАЕТЕ СКОЛЬКО Я ВЕШУ?
Амелия Б.: ТЫ ЧО КАПСЛОКСИШЬ МРОСЬ, ПОРЕЖУ
Ким А.: А НУ ИДИ СЮДА УБЛЮДОК МАТЬ ТВОЮ
Твоя К.: ой орууууу
Ким А.: НУ Я СЕРАВНО СКАЖУ, РЖУ)))0 ПАРНИ 51.2 ПРИКИНЬТЕ. А СКОЛЬО БЫЛО ДА? Я НЕ ВЕРЮ
Твоя К.: ваааааааа, ты такой молодец с:
Ким А.: я сам в шоке, если честно
Амелия Б.: сегодня взвешивался с утра, 47.1. Мухахаахах, соси писос)0)0
Ким А.: ну, для меня это рил невероятное достижение. Учитывая, что раньше я весил 75
Кира Р.: я вешу 60.3, бл(
Кира Р.: кстати, Лию не видели? Чот ее давно нет((
Луиза Ш.: да здесь я, хех.
Твоя К.: ОООООО, КАКИЕ ЛЮДИ
Амелия Б.: ВЕЧЕР В ХАТУ, ПРЕФ ЧЕЛИК
Ким А.: киииииса^^
Луиза Ш.: ооооох, вы шо такие милые, у мя щас передоз милости будет, мур^^.
Твоя К.: Лия, какой вес?
Луиза Ш.: 38.9, ахах.
Ким А.: твою ж за ногу, ты что, святым духом питаешься? А какой рост?
Твоя К.: божечки-кошечки, го фотку
Амелия Б.: я в стороне буду нервно курить
Кира Р.: пестюк, ты что дурачок( кушать же надо(
Луиза Ш.: *нажмите, чтобы просмотреть вложенный файл*
Луиза Ш.: я 1.77, вах.
Ким А.: Луиза, это ты?
Луиза Ш.: ага.
Бекки Л.: это так анорексия выглядит?
Амелия Б.: боже, такая хрупкая. Тебе ветром не сносит?
Луиза Ш.: лол, что? какая анорексия?
Бекки Л.: а что это? Кожа да кости. Это отвратительно.
Серафим А.: Признаками анорексии является отрицание больным болезни))
Луиза Ш.: Я не больна ничем.
Твоя К.: ты еще худеешь?
Луиза Ш.: хочу сбросить еще немного, до 37. Тогда буду идеальной.
Серафим А.: ага)) а потом еще немного, а потом еще) до сколько ты там худела, когда начинала?
Луиза Ш.: до 45. Но я не выглядела худой в том весе.
Серафим А.: думаешь на килограмм меньше будет лучше?))
Ким А.: Лия, мне что, приехать и покормить тебя?
Бекка Л.: и сколько раз на дню в обмороки падаешь, самая здоровая из нас всех?)
Луиза Ш.: ВСЕ. СО МНОЙ. НОРМАЛЬНО.
Крис Т.: оп оп чо за срач?
Фелиция К.: охрененно*0*. Как по мне - Луиза невероятная. Я бы хотела быть как она^^
Луиза Ш.: ох с:.
Серафим А.: ага. Такой же больной. Удачи.
Бекка Л.: идиотки.

Я отбросила телефон в сторону. Поссорилась с беседой, прекрасно. Я поднялась с кровати, а в голове крутилось это сообщение «это так анорексия выглядит?». Я пялилась на себя и не понимала, где же тут анорексия. Даже особой худобы нет. Мерзкий живот, мерзкие руки и ляжки. Неужели они хотят чтобы я стала такой же жирной как раньше? Ни за что в жизни. Я не позволю себе.

Страданиями человек закаляет себя.
Вот и я страдаю. Чтобы быть сильней.

7:50.

Звенит будильник. Не смотря на то, что сейчас летние каникулы, я предпочитаю просыпаться рано. Вчера я уснула сразу же после ссоры в беседе, так что мне удалось выспаться.

Глаза болели, а лицо, как я и думала, опухло. Я встала на четвереньки и достала из под кровати весы. Я тяжело вздохнула, боясь привеса. 38.6. Отвес в 200 грамм! На моем лице тут же заиграла улыбка. Еще совсем немного до идеала... Итак, сейчас время позаниматься спортом.

Достав из шкафа свою спортивную одежду, я принялась разминаться. Я включила музыку, после чего отвлеклась на свои мысли.

Когда я закончила, было уже 9:32, поэтому я решила выйти на пробежку. Спустившись вниз, я заметила маму. Она смотрела на меня виноватыми глазами, но ничего не говорила. Накинув ветровку, я поспешила убраться из дома.

Вновь включив музыку, быстрым шагом, я направила на стадион, находящийся в нескольких кварталах от дома.

Не смотря на то, что на улице было почти 20 градусов, мне было холодно, поэтому ветровку я не снимала.

Дойдя до стадиона, я заметила несколько девушек, а они заметили меня. Они разминались, а я, тем временем, сбросила ветровку на сиденье и отправилась на пробежку. Я старалась бежать в размеренном темпе, однако дыхание все равно сбивалось.

Спустя минут 40, голова начала жутко кружиться, а в глазах потемнело. Чувство невероятной тревоги поглотило меня, но физически мне стало так легко, будто бы я стала перышком или пушинкой. Однако не прошло и секунды, как я почувствовала острую боль в затылке и услышал чьи-то вскрики, ощутив себя так, будто бы с меня снимают скальпель.

— Ты в порядке? — спросило меч расплывчатое цветное пятно, кажется выливая на меня воду.

— Твою мать, какой логичный вопрос, Сара. Ты на нее посмотри, она же больна. — говорило другое расплывчатое пятно, которому я очень хотела возразить.

Зрение еще не сфокусировалось, однако вода помогла. Я через чур резко поднялась, от чего в глазах снова потемнело, а к горлу подступила тошнота.

— Со мной все нормально. — сиплым голосом сказала я и попыталась встать, однако девушка, которая вылила на меня воду, покачала головой и попросила лечь.

Послушавшись ее, я вернулась в лежачее положении и закрыла глаза.

— У тебя что, рак? — меня это немного разозлило. Она завидуют моей силе воли? Что я могу стремиться к своей мечте, а она слишком слаба для этого?

— Я полностью здорова. — слегка напряженно ответила я и открыв глаза, стала рассматривать девушек.

Они были полными противоположностями друг друга — девушка сидевшая рядом со мной была слегка полноватой, с жутко бледной кожей и рыжими волосами. Но ее глаза меня заворожили. Они были зелено-бюрюзовыми, такими насыщенными и глубокими, что от них не хотелось отрываться. Вторая девушка была обладательницей смуглой кожи и темно-каштановых волос. У нее было тело более напоминающее мужское, однако обе эти девушки выглядели. привлекательно.

— Ну да. От того что ты такая здоровая, наверное и упала в обморок. — меня задели слова темноволосой девушки больше, чем я думала.

— Энди! — воскликнула рыжеволосая и с намеком посмотрела на подругу.

— А что такого? Если она больная - ее место в больнице. — мне опять захотелось рыдать. Почему они все называют меня больной? Почему не верят в мою мечту? — Тупые анорексички... — не пытаясь скрыть свое презрение ко мне, темнокожая девушка развернулась и быстрым шагом двинулась к трибунам, где, наверное, лежали ее вещи.

— Не слушай ее. — рыжеволосая посмотрела на меня и улыбнулась. — Она хорошая, просто немного заносчивая. Я Сара, к слову. — она протянула мне руку, а я, приподнявшись, пожала ее. — Давай я провожу тебя до дома.

11:17.

Сара проводила меня, а перед прощанием, мы обменялись номерами.

С порога я тороплюсь в душ, где провожу около получаса. Расчесав и высушив голову, я надеваю халат, после чего спешу в комнату. Не забыв закинуть спортивную одежду в стиральную машину, я хватаю телефон и поудобней устраиваюсь на постели.

Спустя несколько часов, я получаю сообщение от своей близкой подруги, с предложением погулять. Я с радостью соглашаюсь, мы договариваемся встретиться через 20 минут около перекрестка.

Открыв шкаф, я не знайю что надеть. В конечном итоге я решаю надеть темно-синие джинсы, которые слегка велики мне, от чего приходится поискать ремень. Наверх я предпочла белую рубашку, а так же милый цветной свитер. Так же я надела свои очки, без которых я ничерта не вижу, а так же не забыла сигареты, телефон, наушники и деньги. Ну вот, вроде готово.

Спустившись вниз, я предупреждаю маму что я пошла гулять, после чего быстро влезаю в кроссовки и закрываю за собой дверь.

— Лия! — Агнес бежит на встречу, чтобы обнять меня и я делаю тоже самое. Я люблю теплые объятия, а уж тем более с жизнерадостной Агнес. Агнес была голубоглазой блондинкой, почти на голову ниже меня. На лице у нее рассыпались веснушки, а на руках у нее не было места без родинки. У нее чудесная спортивная фигура, которая впечатляет меня. В общем-то, полная мне противоположность.

Меня озаряет ее улыбка, после чего мы начинаем неспешно болтать о том, что происходит в наших жизнях.

— В общем, я так боюсь что он не любит меня... Он будто бы охладел, даже не знайю. — на ее лице было написано, как она переживает об этом, поэтому я старалась поддержать ее как могла.

— Хей, солнышко мое, ну ты чего? Как можно не любить тебя? Да и если он не любит тебя - то он придурок теряющий свое счастье. Потому что таких людей как ты надо поискать. — я говорю об этом так искренне, что сама уже готова расплакаться.
— Я люблю тебя. — шепчет она и обнимает меня. Какая же она невероятная. Я хотела бы побыть ею, хотя бы немного. Как я счастлива, что она мой друг. Эти слова вонзаются в меня, доставляя невероятное тепло и боль.

Все кого мы любим, всегда уходят. И Агнес уйдет. Никаких привязанностей, Луиза. Ты же знайешь, как больно потом. Несколько минут счастья не затмят месяца боли.

Уже практически 10 часов, а мы только разошлись с Агнес. Мы резвились как дети сегодня и это было здорово. Это стало моим чудесным воспоминанием. По дороге домой, я слегка притормозила, от желания обдумать все происходящее в моей жизни.

Когда я вернулась домой, за столом сидела мать и отец. Ох, боже. Сейчас будет серьезный разговор. В горле встал ком, я не на шутку испугалась. Обычно отец сторонится наших ссор, но сегодня... Что они задумали?

— Мам, пап, я дома. — тихо сказала я, после чего уставилась на родителей.

— Луиза, сядь, пожалуйста, нам нужно поговорить с тобой. — говорил отец, его голос был таким... Грустным? Он постукивал пальцами по столу, кажется, он нервничал не меньше меня. Я подошла и уселась рядом, сердце стучало как бешеное, будто бы пытаясь вырваться из груди.

— Луиза, ты же знайешь, мы желаем тебе только добра, чтобы в твоей жизни было все только самое лучшее. — я покачала головой, вспоминая вчерашние слова матери, а она тяжело вздохнула.

— Завтра мы хотим сходить с тобой к психиатру. — внутри что-то оборвалось.

Они считают меня сумасшедшей? Зачем мне врач? Что они задумали? Они хотят избавиться от меня.

— Что? — опешила я. — Вы считаете меня чокнутой? Да? Хотите избавиться от меня? — в груди клокотала злость. — Вы настолько ненавидите меня, что хотите запереть в гребаной больнице?! Что я вам такого сделала, черт подери?! — в глазах стояла пелена из слез, а в голове творился хаос.

Быстро нацепив обувь, я схватила пальто и выбежала из дома. Я не смотрела куда бежала, не могла разобрать что кричали родители. Я бежала и бежала, пока легкие не стала раздирать адская боль. Я упала на землю, уже не думая о том то испачкаюсь. Я схватила телефон и набрала Агнес.

— Алло, Лия?

— А - Агнес.. — мой голос предательски дрожал, а дыхание сбивалось.

— Лия, что случилось? Где ты?

— В парке, рядом с «Одо» и л - лесом, — я вдохнула в легкие побольше воздуха. — п - прости, что звоню, тем более я так поздно, но кажется в т - такие проблемы я еще не в - влипала.

— Жди там, только не делай ничего с собой.

Она положила трубку. Агнес. Боже мой, такая милая и добрая Агнес. Она не оставила меня.

Почему?

Что во мне такого, что она готова сорваться и поехать за мной куда-либо в любое время суток? Достав из кармана пачку сигарет, я нервно зажала сигарету губами. Раз не получилось зажечь, два... Но вот мое временное спасение прибыло ко мне и я втянула в свои легкие никотин.

Нет, сигареты не помогали мне расслабиться, не помогали собраться. Мне нравилось знать, что я умираю. Что медленно во мне отмирают частички жизни. Что я становлюсь к мертвым ближе, чем к живым.

— Лия?! Лия, солнышко. — Агнес неслась ко мне, осматривая меня с ног до головы.

— Я жива. — голос охрип из-за рыданий, а запах сигаретного дыма еще не выветрился от волос.

— Что случилось? Впрочем, сейчас не до этого. Уже прохладно, пойдем ко мне. — нервно теребя волосы, говорила Агнес.

— Я.. — я замялась. Я не знала чего хотела. Я хотела к ней, но не хотела стеснять ее, хотела обнять ее, но хотела быть одна, хотел рассказать обо всем, но хотела пережить все сама. Боже, как же я запуталась..

— Все в порядке. Пожалуйста, пойдем. Ты же понимаешь, что я не оставлю тебя здесь? Или мне придется ночевать с тобой на улице. — на ее лице появилась добродушная улыбка и я поверила. Я пошла за ней.

10:01.

— Доброе утро, соня! — Агнес улыбалась мне, пока от меня разило сигаретным дымом и отчаянием. — Прекрасно выглядишь, Золушка, но все таки иди умойся. Если хочешь возьми мою зубную щетку, но если что, в шкафчике лежит еще одна. А потом приходи, тебя будет ждать лучший завтрак из всех, которые ты пробовала.

Агнес была старше меня на 2 года и уже год как жила без родителей. Она собирается поступать в медицинский, так что скорее всего уедет из нашего города, в место поперспективней. На самом деле, это не ее. Она такая нежная, такая творческая.. А слышали бы вы ее голос.

Тем не менее, сейчас не время думать об этом, поэтому я поднялась на второй этаж и зашла в ванну. Достав зубную щетку и взяв зубную пасту, я залезла в душ и попыталась расслабиться. Спустя несколько минут, я все таки вылезла и принялась сушить голову, думая о том, что же меня ждет дома.

Спустившись вниз, я села за стол и уставила на готовящую Агнес. Она делала это с таким упоением, полностью отдаваясь делу. Иногда она начинала напевать что-то своим чудесным голосом, но быстро замолкала.

— Луиза Шмидт? Ваш заказ готов, приятного аппетита! Если вам понадобится что-нибудь, обращайтесь! — я улыбнулась, а Агнес подмигнула мне.

— Мьсье Булсара, не уж то ли вы кокетничаете со мной? — я вопросительно изогнула бровь, а так же намотала на палец невидимые усы.

— Оу, нет, да как вы могли подумать? Меня интересуют исключительно Ваши методы оплаты такого прекрасного завтрака. — она подмигнула мне бровями, а я расхохоталась.

— Ладно, это все мило и прекрасно, но, солнышко, что произошло вчера? — голос Агнес был наполнен жалостью, коей я не желала.

— Поссорилась с родителями. — коротко, но ясно ответила я. — Они хотят отвезти меня к психиатру.

В глазах Агнес я прочитала удивление смешанное с жалостью, от чего немного разозлилась. Агнес поджала губы и нахмурилась.

— Что? — не понимая ее взгляда, спросила я.

— Просто... Я считаю, что они поступили правильно. — и тут я взорвалась.

— И ты туда же?! Тоже считаешь меня больной, да? Ненормальной? Да это вы все ненормальные! Вы хотите, чтобы я снова стала жирной, жрала Ее! Как же я ненавижу вас вех за ваше лицемерие, ненавижу, черт подери! — я кричала как ненормальная. Закончив говорить я почувствовала дикую слабость и головокружение, кажется...

— Лия! Лия, боже мой, очнись! — Агнес сидела подле меня и из глаз у нее брызнули слезы.

— Все хорошо. — солгала я. Мне было еще хуже чем вчера. Во всем теле я чувствовал отголоски боли. Мало того что моя голова раскалывалась, мне было жутко стыдно что я накричала на Агнес. Она заботиться обо мне, волнуется, но чем я ей отплатила...

12:17.

— Спасибо что подвезла... — слегка неловко проговорила я и вылезла из машины, оставив Агнес наедине со своими мыслями.

— Пока. — провожая меня взглядом, сказала Агнес и уехала.

Я жутко волновалась. Я сбежала из дома и мне не сойдет это с рук просто так. Дрожащей рукой я дотронулась до ручки двери, не решаясь открыть...