Часть 12. Празднование.
Придя домой, они сразу окружили бар и принялись праздновать победу. Вскоре к ним присоединились и остальные участники отеля, кроме Аластора и Амани. Большинство подозревало, что они находились вместе в данную минуту. От радости Хаск вновь стал готовить коктейли, однако позже он стал просто разливать обычный алкоголь, но ребята не были против. Сперва Энджел выливал всё дерьмо, жалуясь на Валентино и покрывая его различными ругательствами сначала на привычном ему английском, а затем и итальянском языке. Потом, терпеливо выслушав Энджела, они стали просто разговаривать на разные темы, и так каждая перетекала в иную ещё около часа.
Большую часть этого времени Хаск молчал, просто слушая голос парня и наслаждаясь обществом с ним и друзьями. Он сам не замечал, как улыбка ложилась на его губы и угрюмый — то есть привычный ему — вид исчезал и ребятам выпадал шанс смотреть на его настоящую улыбку.
Хаск всё разглядывал глаза Энтони, стараясь привыкнуть к тому, что оба глаза теперь жёлтые. Он не мог не отметить, что это ему очень нравилось. Энтони теперь свободен. Они с Хаском могут быть вместе...
Внезапно все замолчали и бармену подумалось, что все уставились на него, однако, подняв голову, он увидел причину, которая только что спустилась с лестниц. Амани неуверенно улыбалась, но это выражение её лица говорило о её радости, радости за победу. Запястья её были перевязаны, а глаза — чёрные. Казалось, в такой суматохе и счастливом праздновании свободы Энджела они все забыли, что им пришлось отдать взамен.
Энджел стремительным шагом, громко стуча каблуками, преодолел расстояние между ними и вцепился всеми руками за Амани. Та, опешив, обняла его в ответ.
— ... А теперь... Какого хрена это было?! — отпрянул он на шаг назад, схватив её за плечи.
Энджел был зол на Амани. Очень зол, но и благодарен в одно время. Он сердился, потому что его лучшая подруга не рассказала ему о своих планах, потому что она отдала самое ценное и рискнула своей жизнью. Он смотрел в её потухшие, наполненные горечью глаза и видел, как она облегчённо улыбается.
— Да! Нельзя было как-то без... этого?! — проворчал бармен, указывая на её глаза.
Хаск до сих пор не мог принять тот факт, что Ама отдала свою душу тому фрику, поставила свою Валентино и ни о чём из этого не сообщила её лучшему другу!
— Не-а. — просто ответила та.
— Амани, ты как? — спросила Чарли, подходя к сестре со стаканом в одной руке и проведя по щеке другой.
— Все хорошо. Я правда в порядке. — утешала она, но ей не верили.
— Поздравлю с-с-с победой, принцесса. — прошипел Пентиус.
— Спасибо, Пен.
— Я так и не поняла. Что произошло? — спросила Вэгги.
— Я месяцами придумывала, как освободить Энджела и...
— И не нашла ничего лучше, чем это?! А если бы я, блять, проиграл? — не успокаивался бармен за стойкой и тому действительно была причина.
— Мы хотя бы пытались, Хаск! Я придумала все это довольно давно. Когда я сказала Валу, что, если мы выиграем, он отпустит Энджела и возьмёт любую душу, которой я владею, он повелся. Он был неосторожен в игре, понимая, что в любом случае получит мою душу. По нашему с Аластором договору, моя душа переходит ему в руки сразу после окончания игры, чтобы Вал не смог овладеть ею первым.
— Так... Теперь он может тебя отпустить, разве нет? — слегка качнула стакан в руке Вэгги.
— Нет, не может. Я не учла одну деталь: теперь Вал тоже является хозяином моей души. Если Аластор меня отпустит...
Хаск широко раскрыл глаза в изумлении, как и остальные. Переглянувшись с некоторыми, они все осознали в один миг, на что на самом деле пошла Амани. И это действительно было страшно. Бармена стала мучить одна мысль: если Аластор умрёт, Амани будет принадлежать Валентино.
Энджел в это время, как и все, ошарашенно вглядывался в Амани, не в силах поверить, что она практически обменяла душу Энджела на свою. На секунду Энтони подумал, что лучше бы он сам остался у Вала.
— Ты станешь собственностью Валентино. — Закончил Энджел напряжённо, преодолевая дрожь в голосе. — Амани, чем ты, блять, думала? — приложил он руку ко лбу, а после снова отвёл.
— Хватит задавать мне тот вопрос! Оно того стоило, Энджи.
— Ебанутая. — произнес он и запил это слово.
— А что у тебя с руками? — внезапно подбежала Ниффти, всматриваясь в бинты.
— Пройдет, Ниф, не переживай.
— А ты разве не можешь их вылечить?
— Эти — нет.
— Почему? — снова заинтересованно вгляделась она в её запястья.
— Это ангельские веревки. Они довольно долго заживают.
— Ниф, думаю, Амани нужно немного выпить. — отвлекла ее Вэгги.
— Читаешь мысли. — слегка улыбнулась девушка.
Хаск, заранее выбрав бутылку, подкинул ей полную ещё закрытого виски и она поймала ее, забыв о недавних ранениях и прошипев сквозь зубы. Хаск ощутил укол вины за то, что сам забыл о ранах.
— Немного? — усмехнулся Энджел.
Та без труда открыла её, воспользовавшись магией. Остальные слегка посмеялись.
Весь вечер и полночи они сидели и праздновали победу над Валентино. Иногда в разговорах снова всплывали комментарии о безумной идее Амани, хоть все и были ей благодарны, учитывая, какую цену пришлось заплатить. Разговоры и смех великолепной мелодией раздавались по гостиной, опьяняя сильнее, чем виски. Ближе к полуночи Чарли ушла спать и заодно забрала Ниффти и Вэгги. Почти сразу ушел и Пентиус. Когда они остались втроём, Амани быстро допила до дна свой алкоголь и произнесла :
— Я спать. День был трудный, а мне его ещё переваривать перед сном.
Энджел слегка покраснел и легко улыбнулся, желая подруге спокойной ночи. То же прохрипел пьяный Хаск.
Они остались втроём: Хаск, Энджел и ещё почти полная, только что открытая бутылка виски. Хаск, чтобы не ощущать неловкости, стал протирать бокалы ребят, стараясь хоть как-то утешить тот пожар, что разгорался в его груди при виде Энтони. Тот, в свою очередь, постукивал пальцем по столу, пытаясь поднять глаза на бармена.
— Спасибо.
Хаск, на миг остолбенев, поднял вопросительный взгляд на Энджела, что не отрывал своего от стола.
— За что?
— Ты и Ама избавили меня от сделки. Теперь я... свободен. — улыбнулся Энджел.
— Не благодари. Я хотел этого не меньше твоего, как и Ама. Ну, теперь ты можешь делать что хочешь.
— Хм, ты прав. — ухмыльнулся Энджел. — И знаешь, чего я хочу сейчас больше всего?
Парень внезапно слегка поддался вперёд, блеснув азартом и наглостью в глазах. Хаск, вскинув одну бровь произнёс :
— Чего?
Энджел, потянувшись рукой, просунул два пальца за бабочку на шее бармена и слегка потянул на себя, прошептав у его уха :
— Тебя...