Любила его..
Хейли: Кайла, ты чего застыла?
Я моргнула и отвела взгляд, будто мысль, за которую зацепился разум, можно было просто стряхнуть.
Кайла: Да так... вспомнила кое-что. Всё в порядке. Пойдём.
Мы вышли из дома почти одновременно. Эффи задержалась на секунду, запирая дверь, и глухой щелчок замка растворился в вечерней тишине. Прохладный воздух ударил в лицо, возвращая в реальность. Как обычно, компания быстро начала расходиться по машинам — без лишних слов, будто это давно отработанный ритуал.
Зирк, Коул, Лена, Эффи, Руби и Хейли направились к фургону.
Нейт, Крис и Трей свернули к своей машине.
А я вместе с Эмми пошла к авто Ника. Сам Ник, этот вечный подкидыш, шагал рядом, лениво щёлкая ключами. Я ускорила шаг и первой дёрнула ручку двери.
Кайла: Я чур на переднем сиденье!
Эмми тут же возмущённо фыркнула и почти налетела на меня плечом.
Эмми: Черта с два. Переднее моё.
Кайла: Фигушки. Ты — на заднем.
Эмми: А почему это я?! Это ты будешь сзади!
Мы уже спорили на повышенных тонах, когда Ник остановился и посмотрел на нас сверху вниз с таким выражением лица, будто перед ним не две девушки, а пара особенно шумных детей.
Ник: Вы чего тут ругаетесь, как дети малые?
Эмми резко повернулась к нему, скрестив руки на груди.
Эмми: Потому что она не хочет садиться на зад!
Ник даже не стал задумываться. Решение было принято мгновенно.
Ник: Козявка — на заднее сиденье. Мелкая — на перед.
Я не сдержала улыбки и победно посмотрела на Эмми.
Кайла: Выкусила?)
Эмми всплеснула руками, явно оскорблённая до глубины души.
Эмми: Да что за несправедливость?! У тебя, между прочим, единственная любимая младшая сестра, а ты с ней так?!
Ник только пожал плечами, уже открывая водительскую дверь.
Ник: Козявка, переживёшь. Садитесь уже.
Я замерла на секунду, переваривая услышанное, а потом тихо рассмеялась.
Кайла: Стоп... «козявка»? Хах. Козявочка.
Ответом мне стал демонстративный хлопок дверью.
Эмми: Суки вы! Идите нафиг, старпёры!
Я уселась на переднее сиденье и бросила на неё взгляд через плечо.
Кайла: Да ладно тебе, Блонди. Расслабься, не дуйся.
Эмми: Иди ты нахуй. Желательно — на Ника.. Ой.
Ник: Эмми, солнышко, прикрой рот, если не хочешь маршировать пешком до города.
Эмми: Уважаемый сударь, возражаю. Вы начали первые.
Машина сорвалась с места. Мы ехали следом за машиной Нейта, и дорога потянулась ровной лентой. Я уставилась в окно и тихо начала напевать себе под нос, больше для фона, чем для слуха.
Кайла: Эммикозявочка, ту ти би, ту ту ти би. Мышка сосиска, ту ти би, ту ту ти би.
Ник: Мелкая, ты сейчас серьёзно решила буллить Эмми этим прозвищем?
Кайла: Эй, между прочим, ты сам рассказал про кличку Блонди. Я просто развиваю тему.
Эмми: Возлюбленные, закройте рты. Оба.
Мы с Ником переглянулись — тот самый немой договор: не трогаем её. Хотя бы пару минут. В салоне повисла тишина, густая и напряжённая, будто перед грозой.
Эмми: Может, музыку включим?
Кайла: Я за!
Ник: Нет. Я знаю ваши плейлисты. У одной — депрессивный экзистенциальный кризис, у второй — K-pop и визг.
Кайла: А чем тебе K-pop не угодил? И вообще, у меня есть и французские, и английские, и немецкие треки. Так что не начинай.
Эмми: И у меня, между прочим, не только «деприсняк». Я умею быть весёлой. Иногда.
Ник: Ладно. Убедили. Какие варианты?
Эмми: «Мы умрём» — Парниша & ELLA.
Кайла: «Damn Right» — Jennie.
Ник: Вот. Я же говорил.
Эмми/Кайла: Эй.
Сказали мы одновременно.
Ник: Всё, сдаюсь. Включайте уже.
Кайла: Чур моя первая!
Эмми: Ладно. Тогда моя — вторая.
Машина наполнилась музыкой, и дорога вдруг стала чуть короче, чем минуту назад.
В городе
Ник притормозил у небольшого кафе на углу. Мы с Эмми выбрались из машины — тёплый летний воздух тут же накрыл, пахнущий асфальтом, кофе и городом.
Ник: Всё. Давайте. Мелкая, напишешь, когда и где вас забрать.
Кайла: Хорошо.
Эмми: Пока.
Ник кивнул, тронулся с места, развернулся и исчез за поворотом — туда, где начинался путь к полицейскому участку, который мы только что проехали.
Кайла: Ну что, в кафе?
Эмми: Гоу!
Эмми: Я наконец-то выпью кофе. А то некоторые с утра всё выпили. Даже немного не оставили!
Кайла: Ну извини. В большой компании друзей клювом не щёлкают. Кто первый — тот молодец. Остальные... ну, ты поняла.
Эмми: Лохи?
Кайла: Видишь, сама догадалась.
Мы зашли внутрь. В кафе было непривычно тихо — всего три человека, рассеянные по залу. Понедельник. Город уже жил своей рабочей жизнью, а сюда, видимо, забегали только такие же ленивые души, как мы. Мы заняли свободный столик у окна с видом на улицу.
Кайла: Что будешь?
Эмми: Кофе. И.. пончик.
Кайла: Скромно. Одобряю.
Я встала и подошла к кассе. Официантка заметила меня почти сразу и улыбнулась — дежурно, но приятно.
Кайла: Здравствуйте. Фруктовый чай без сахара, черничный чизкейк, кофе с двумя ложками сахара и малиновый пончик.
Официантка: Хорошо. Заказ будет готов минут через десять.
Кайла: Спасибо.
Я вернулась к столику и опустилась на стул, закинув ногу на ногу.
Кайла: Ждём десять минут — и счастье обеспечено.
И тут дверь кафе распахнулась с таким звоном, будто в неё влетел ураган. Внутрь буквально ворвалась девушка. Растрёпанные волосы, расширенные глаза. Она огляделась — и, заметив нас, тут же рванула к столику.
??: Бегите! Они убьют вас! Никто из вас не выживет!
Кайла: Эм... женщина, простите, но мы как-нибудь без ваших советов справимся.
??: Вы не понимаете! Они принесут вас в..
???: Вивьен! Простите, пожалуйста. Она... немного не в себе.
Эмми: Это заметно. Будьте добры, держите её поближе к себе.
Кайла: И желательно — под присмотром. Постоянным.
Я скользнула по девушке, которую только что назвали «сумасшедшей», холодным, ленивым взглядом и снова откинулась на спинку стула — будто ничего странного здесь не происходило. Словно крики про смерть и убийства были обычным понедельничным фоном, наравне с запахом кофе. Девушка, впрочем, не спешила успокаиваться. Она перевела взгляд на вторую — ту, что выглядела куда собраннее. Моложе, чем первая казалась на фоне её истерики. Лет двадцать девять, тридцать. Ну, максимум — тридцать пять. Аккуратная причёска, напряжённая челюсть и тот самый взгляд человека, который слишком долго живёт с чужими проблемами.
Вивьен: Элизавет, ты не понимаешь! Мы должны...
Элизавет: Ничего мы не должны.
Отрезала она, резко, без тени сомнения. После добавила: "Вивьен, идём."
Она повернулась к нам.
Элизавет: Простите ещё раз.
Её взгляд скользнул по нам так, будто мы были чем-то липким на подошве — неприятным, но не стоящим внимания. Мне даже захотелось крикнуть им вслед что-нибудь максимально милое. Например: удачного дня, пусть вас искусают красные муравьи.
Но, увы. Я — слишком добрая натура. Иногда.
А иногда просто ленивая, чтобы устраивать цирк. Я проглотила комментарий, проводив их спинами, и сделала глоток воды, которую официантка уже успела принести.
Эмми: ...Это сейчас было реально?
Кайла: Если да — у меня плохие новости для их лечащего врача.
Эмми хмыкнула, но взгляд её всё равно задержался на двери чуть дольше обычного.
Эмми: Она выглядела... напуганной.
Кайла: Полгорода выглядит напуганным до первой чашки кофе. Не драматизируй.
Я сказала это легко, почти насмешливо, но внутри неприятно царапнуло. Потому что в голосе Вивьен не было фальши. Ни истерики ради внимания, ни пьяного бреда. Только голый, животный страх. Дверь кафе тихо звякнула — они вышли.Через пару секунд официантка принесла поднос и расставила заказ.
Официантка: Ваш фруктовый чай, кофе, чизкейк и пончик.
Кайла: Благодарю.
Я обхватила чашку с чаем ладонями. Тонкие струйки пара медленно тянулись вверх, растворяясь в воздухе. На секунду стало спокойно. Почти.
Эмми: Ладно... возможно, она и правда чекнутая. Что дальше делаем?
Кайла: Без понятия.
Я пожала плечами. А после подумала и ответила.
Кайла: Может, осмотримся? Поймём, что тут вообще за город. А то бродить вслепую — так себе идея.
Эмми: Ну да, в принципе...
Эмми взяла чашку с кофе, сделала глоток и довольно прикрыла глаза.
Эмми: О боже. Он идеальный.
Кайла: Я, между прочим, тоже бы не отказать от кофе.
Эмми: Не многовато тебе кофе? Вторая чашка.
Я закатила глаза. После отпила чай и скривилась — слишком полезный на вкус.
Кайла: Блин... жаль, здесь нет Мэри. Я бы уже вывалила ей всё, что с нами сегодня произошло.
Эмми: Мэри? Это ещё кто?
Кайла: А. Мой платный психолог. Уже лет пять как.
Эмми: Платный?!
Она возмущённо фыркнула.
Эмми: Ты серьёзно? У тебя вообще-то есть я. Я, между прочим, учусь на психолога. Могу слушать бесплатно. Пока учусь — по акции. А дальше посмотрим.
Кайла: Ой, нет... спасибо. Мне мои нервы ещё дороги.
Эмми: Эй!
Кайла: И к тому же я привыкла к Мэри. Она знает обо мне всё. Даже то, о чём я сама стараюсь не вспоминать.
Я сделала ещё один глоток чая и уставилась в окно.
Кайла: Сомневаюсь, что ты готова к такому объёму правды.
Эмми: Ладно, аргумент принят.
Мы замолчали. За окном город жил своей привычной, ленивой жизнью: кто-то спешил по делам, кто-то болтал по телефону, кто-то просто шёл, не думая ни о чём. А у меня внутри крепло неприятное ощущение, будто для нас этот день только разгоняется. И ничего хорошего на финише не будет.
Может, написать Нику?
Узнать, как у них там дела. Может, им хотя бы что-то внятное сказали. Я взяла телефон, открыла телеграм и зашла в чат с контактом, заботливо подписанным как «рыжая бошка дай пирожка». Усмехнулась и набрала сообщение.
Кайла: Эй, чучело. Как у вас дела? Что-нибудь узнали?
Ответ пришёл почти сразу.
Рыжая бошка дай пирожка: С хуяли я чучело?
Рыжая бошка дай пирожка: Да всё хреново. Нам нихуя толком не говорят. Гоняют обычную фигню, которую мы и так знаем.
Я тихо выдохнула и уставилась в экран, будто надеясь, что между строк появится что-то обнадёживающее.
Кайла: Мда... фиговые дела.
Рыжая бошка дай пирожка: Кстати. Ребята хотят погулять потом. Спрашивают где мы можем вас встретить.
Кайла: ну мы сейчас хотели сходить по городу прогуляться.
Рыжая бошка дай пирожка: Тогда напишете куда пойдете, окей?
Кайла: Ладно.
Я выключила телефон и убрала его в сумку. Экран погас, а в голове — наоборот — вспыхнули воспоминания. Яркие, назойливые, слишком живые. Мы с Ником. Постоянно вместе. Смех до боли в животе, дурацкие шутки, ночные разговоры ни о чём и обо всём сразу. Нам было легко. По-настоящему хорошо. Я даже помню момент, когда это случилось.
Я... любила его.
Да. Любила.
И всё было бы почти идеально, если бы однажды на нашем пути не появилась она. Лайла.
Светло-русые волосы, мягкие серые глаза. Аккуратная улыбка, спокойные движения.
Она была моей полной противоположностью — и внешне, и внутри. Милая. Добрая. Женственная. Та, рядом с которой хочется быть лучше.
А я... Я всегда была слишком сильной для чувств. Отталкивала всех, кто подходил ближе, чем позволяла. Повторяла, что отношения — не для меня. Что я выше этого. Умнее. Холоднее. Пока сама не влюбилась. Даже не заметила, как именно это произошло. А потом Ник сказал, что он с ней.
И моё сердце рассыпалось. Не громко. Без криков. Просто треснуло — и развалилось на куски, которые уже не собрать.
Я улыбнулась тогда. Искренне. Сказала, что рада за него. Что он нашёл своего человека. И, наверное, это правда. Я повторяла себе это снова и снова, как мантру. "Это хорошо. Он счастлив. Значит, всё правильно." И каждый раз с этими словами шла к Мэри. Чтобы она снова и снова слушала моё «я в порядке».
Воспоминания
Я пришла на платный приём к психологу поздно. Слишком поздно, даже для меня.
Мэри встретила меня с привычной улыбкой — тёплой, искренней. Мы давно не виделись, она была в отпуске. Но стоило ей взглянуть на меня внимательнее, как улыбка медленно сползла с её лица.
Мэри: Кайла... что случилось? Проходи скорее.
Она отступила в сторону. — Я тебе твой любимый чай заварила. Фруктовый.
Я опустила голову, тихо закрыла за собой дверь и прошла внутрь. Кабинет был таким же уютным, как всегда: мягкий свет, плед на диване, запах травяного чая. А внутри меня — хаос. Во мне одновременно бушевало всё. Хотелось рыдать так, чтобы не осталось сил. Хотелось крушить, ломать, разбивать всё, что попадётся под руку. Хотелось исчезнуть. Или, наоборот, чтобы кто-то просто сказал: тебе можно быть слабой.
Я села на диван и сжала пальцы так сильно, что побелели костяшки.
Мэри: Он?
тихо спросила она, ставя чашку передо мной. Я кивнула. Этого было достаточно.
Кайла: У него есть она.
Голос дрогнул, но я быстро взяла себя в руки. — И она... идеальная.
Мэри села напротив, не перебивая. Как всегда.
Мэри: А ты?
Кайла: А я снова оказалась той, кто слишком поздно понял, что вообще умеет чувствовать.
Чай остыл, так и не тронутый. А я впервые за долгое время позволила себе заплакать. Тихо. Без истерик. Просто потому, что больше не могла держать это внутри.
Наше время
И вот снова. Это предательское чувство подкрадывается тихо, без спроса, будто имеет на меня полное право. Нет. Я не могла влюбиться. Не снова. Не в него. Не хочу. Не могу. Не имеет смысла.
Шансов — ноль. Для него я максимум лучшая подруга. В худшем случае — что-то вроде младшей сестрёнки, за которую переживают, но не выбирают. В голове всплыли слова Эмми, брошенные когда-то между делом: "Ну посмотрим, как долго ты сможешь лгать себе".
Чёрт. Неужели она была настолько права? Я глубоко вдохнула и выдохнула. Нет. Я не буду ничего говорить. Ни ему, ни кому-либо ещё. Пусть все думают, что со мной всё в порядке. Я умею. Я всегда умела. А потом... потом я просто перелюблю его. Как будто это так легко.
Эмми: Я доела. Идём?
Кайла: Конечно.
Мы расплатились, собрали вещи и вышли на улицу. Солнце уже клонилось ниже, свет стал мягче, теплее. Мы решили пройтись к фонтану. Вода переливалась бликами, воздух был наполнен смехом и прохладой. Красиво. Почти слишком. Я достала телефон.
Кайла: Подожди, хочу пару фоток.
Эмми: А я? Я тоже хочу!
Кайла: Тогда иди ко мне.
Эмми широко улыбнулась и подошла ближе. Мы сделали десяток снимков — глупых, смешных, красивых. Она смеялась, я улыбалась. Слишком старательно, наверное. И тут я услышала знакомые голоса.
Зирк: Да этот шериф — гандон просто! Несёт нам какой-то бред и делает вид, что это информация.
Лена: О, девочки.
Кайла: Приветик.
Я опустила телефон.
Кайла: Судя по лицам, ничего полезного?
Ник: Ну... почти. Мелкая, дома всё расскажем.
Раньше я бы ответила сразу. С улыбкой. С привычными подколками. А сейчас...
Кайла: Угу. Хорошо.
Ник на секунду замер. Он заметил. Конечно, заметил. Он знает меня как свои пять пальцев. Слишком уж долго мы дружим. 15 лет вам не мало.
Ник: Ты в порядке?
Кайла: В полном. Просто устала. Забей
Ложь, ложь, ложь. Легла слишком глатко. и снова я зарываю себя в ту же самую яму вранья и обмана. А зачем? Зачем? Просто чтобы оттолкнуть его от себя? и кому лучше будет? Мне? Ему? Столько вопросов, а кто нибудь даст мне на них ответы? Вряд-ли..
Но я знаю одна: лучше я оттолкну его. Не хочу опять чувствовать себя брошенной. Возможно это не правильно, зато надежно. Как Швейцарские часы.
Продолжение следует...
Ну как вам часть? Не перегрузила вас информацией? Надеюсь нет. Пыталась намного интереснее сделать.
Есть небольшая просьба. Подпишитесь пожалуйста на мой канал.
Никого конечно не заставляю, но мне будет приятно.
Ссылка на канал: https://t.me/cell_vixie