Способно ли время исцелить?

Солнечные лучи пробивались через витражное окно, падая на глаза спящего Кавеха, чем смогли пробудить его. Груз множества смешанных мыслей долго не давал уснуть ему ночью, потому с утра он спал достаточно долго. Потянувшись на своей кровати, парень встал, изначально направляясь в ванную, но вместо этого сначала отправился на кухню. Его заинтересовал аппетитный запах, исходящий оттуда. Зайдя в комнату, увидел Хайтама, стоящего у плиты.

– О, ты проснулся? Я успел приготовить завтрак, пока ты спал. Присаживайся за стол, я сейчас накрою.

Архитектор осмотрел его с недоумением. Аль-Хайтам был в приподнятом настроении, улыбался ему, общался с ним в приятном тоне. Более того, приготовил завтрак, не забыв о нём. Кавех ещё не успел осознать, что всё услышанное вчера являлось действительностью и что его любимого соседа не подменили. Он просто перестал скрывать своё отношение к нему.

До их ушей донёсся стук, исходящий от входной двери дома, на который оба обратили внимание.

– Ты садись, кушай. Я посмотрю, кто там, - сказал Хайтам, поставив тарелку на стол, и отправился к двери.

Тот не стал его слушать и остался в дверном проёме комнаты, что бы посмотреть, кто к ним пожаловал.

Когда секретарь отворил дверь, за ней стоял их ушастый приятель.

– Привет, Хайтам.

– Привет. Ты просто в гости? Или за чем-то конкретным?

– В гости в другой раз. Я за Кавехом пришел. Мы с ним договаривались, что он сегодня со мной на базар сходит. Да, Кавех? - последнее сказал, посмотрев на стоящего поодаль взглядом с намёком на то, чтобы тот подыграл.

Сначала он нахмурил брови, не понимая, о чём идёт речь, а когда дошло понимание, сразу постарался подыграть.

–...Ааа, точно, совсем забыл, - сказал он, подойдя к другу ближе.

– Ты так и пойдёшь?

Тигнари выставил палец, указывая на внешний вид блондина, который всё ещё был в пижаме.

– Ой, я сейчас.

Осмотрев себя, быстро удалился в свою комнату и через несколько минут вышел оттуда переодетым.

– Ну всё, я готов. Идём, - сказал он, выйдя за порог.

– Погодите, - остановил их Хайтам.

Те повернулись на него, и он продолжил:

– Я знаю, что наверняка я не входил в ваши планы. Не хочу напрашиваться, но, может, я мог бы пойти с вами? Погода хорошая, было бы неплохо прогуляться.

Тигнари немного замялся, не зная, как бы аккуратно отказать ему. И довольно быстро придумал:

– Да, конечно, пошли. Как раз ещё Сайно прийдёт. Он новые шутки придумал. Мы с Кавехом уже слушали. Он как раз хотел тебе их рассказать.

Слова про шутки Сайно подействовали так, как он и планировал. И Хайтам сказал:

– Хотя, знаете... Я, наверное, лучше дома останусь. Да, вы, пожалуй, идите.

Тигнари мысленно хихикнул, и они с Кавехом отправились на прогулку по городу. Конечно же, они не договаривались ни о каком походе на базар. Лесной страж придумал это, чтобы вытянуть Кавеха на разговор. Поэтому аль-Хайтама и пришлось как-то отвадить. В ином случае он бы не был против его компании.

Хайтам же, закрыв за ними дверь, отправился обратно на кухню. На столе стояла тарелка с едой, к которой Кавех так и не притронулся. Он посмотрел на неё с ноткой грусти и убрал со стола.

– Почему ты не пришел вчера? Не смог решиться? - тем временем спрашивал Тигнари, прогуливаясь по городу со своим другом.

– Да я уже было вещи все сложил и собирался уходить, но...

– Что «но»?

И блондин рассказал ему всё, что произошло вчера, не утаивая ни одной детали.

– ...Ты уверен, что тебе это не приснилось? - спросил собеседник, опешивший от рассказа.

– Я сам до сих пор не могу поверить во всё это... Но это действительно было. Тигнари, я ему важен, понимаешь? Он не мечтает избавиться от меня, а наоборот, боится потерять. Он плакал... Тигнари, он плакал при мне! Из-за меня! Ты вообще можешь представить это?

– Поэтому ты не смог уйти?

– Как я мог уйти, когда тот, кого я так сильно люблю, слёзно просит не делать этого...? Ты сам бы смог?

– Мне сложно представить подобную ситуацию в своей жизни, но я понимаю тебя...

Кавех лишь молча тяжело вздохнул, глядя в пол.

– Послушай, я ни в коем случае не собираюсь давить на тебя. Ты сам должен принять решение, которое кажется тебе правильным. Но ты ведь осознаёшь, что твоя проблема не решена? Может он и начал показывать тёплое отношение к тебе, но твои чувства так и остались без ответа, и они будут болеть. Хотя, конечно, его мне тоже жаль... Он не виноват, что не испытывает те чувства, которых ты бы хотел. Вы оба мои друзья, и я не хочу, что бы кому-то из вас было плохо. Поэтому мне кажется, ты должен хорошо подумать над этим сам.

Кавех выглядел подавленным, пока размышлял над словами друга, поэтому Тигнари, заметив его состояние, остановился и обнял его, сказав при этом:

– Не удручайся ты так. Всё обязательно наладится. Я верю, что однажды вы будете сидеть перед нами с улыбками, не скрывая за ними никаких тягот. И неважно, будете вы влюблены друг в друга или хорошими друзьями без иных чувств. Главное, что будете счастливыми.

– Было бы славно, но я пока что ума не приложу, какими действиями всё привести к тому, о чём ты говоришь. Тебе легко говорить. У вас с Сайно всегда всё хорошо.

Тигнари сразу переменился в лице. Он отстранился от Кавеха и взглянул на него с недовольством.

– У нас всегда всё хорошо? Конечно, мы не имеем и никогда не имели похожих проблем на ваши, но это не значит, что мы не знаем печали. Ты хоть знаешь, сколько раз я задыхался от боли и страха потерять его, когда он с трудом доползал до дома, раненный и терял сознание у меня на руках? Когда я в попытках остановить кровь из ран каждую секунду проверяю его дыхание. Когда слёзы на моих щеках не успевают высыхать, пока я день и ночь сижу у изголовья кровати, вознося молитвы Архонтам, лишь бы он открыл глаза. Каждый раз, когда он уходит по своей работе, я мучаюсь от страха, что он может не вернуться, что я получу весточку о его кончине. Конечно, мы имеем совершенно разные ситуации, но не нужно зарекаться, что у нас всегда всё хорошо.

Кавех глядел на него с испугом, слушая эти страшные речи.

– Прости, я не думал, что всё так... Мне очень жаль, что вам приходится проходить через такой ужас. Это очень страшно... Я надеюсь, что ты никогда не познаешь той горести, которой так боишься, и что он будет жив и здоров на протяжении всех отпущенных ему лет.

– Спасибо, я тоже очень надеюсь на это...

После недолгого молчания лесной страж снова продолжил:

– Кавех, поэтому помни: самое страшное - это смерть. Безысходность наступает только вместе с ней, а до этого всегда есть возможность всё изменить. Выход есть всегда, и ты обязательно найдёшь его, приняв то решение, которое посчитаешь правильным.

Светловолосый парень поблагодарил друга за поддержку и, попрощавшись, отправился домой. Переварив все слова ещё раз, он решил, что лучше пока что подождать и посмотреть: какой будет их жизнь после того, что произошло вчера.

Он вернулся в пустой дом. Они долго загулялись, так что Хайтам уже успел уйти на работу. Кавех подошёл к зеркалу, висящему в прихожей, чтобы рассмотреть себя, и заметил зацепленный на нём кусочек бумаги, на котором было написано:

«Если хочешь, можешь встретить меня в Академии, когда я закончу работу. Можем пойти прогуляться после».

Архитектор улыбнулся тому, что прочитал. Когда такое было, чтобы он звал его погулять? Настроение несколько приподнялось, и он пока что приступил к своей работе, дожидаясь вечера.

Солнце понемногу заходило за горизонт, сменяя время суток. Кавех пришёл встретить с работы любимого им мужчину, как тот и писал. Они увлечённо болтали друг с другом, выходя из Академии, от чего Кавеху вроде бы становилось лучше. Или ему только хотелось, чтоб так было?

– Говорят, скоро в Сумеру хотят провести художественную выставку. Академия в качестве премии выделяет билеты туда для всех сотрудников. Я попросил два. Одному мне нет смысла идти туда. Скучно, во-первых. Во-вторых, я ничего не понимаю в искусстве. Может, если бы ты согласился пойти со мной, то смог бы рассказать мне там много интересного, и мне будет не так скучно. Ты ведь разбираешься в этом.

На щеках Кавеха появился румянец, и он ответил:

– Конечно, с удовольствием! Я люблю подобные мероприятия.

– Ну вот и славно, - улыбнулся тот.

А голову Кавеха посетили ненужные мысли:

«Это звучит как... свидание? О, Архонты, Кавех! Какое, к чёрту, свидание? Что за нелепость. Он просто приглашает провести с ним время, как с другом. Интересно, как долго мне ещё придётся напоминать себе, что не имею шанса выйти за пределы дружбы с ним...?»

– Предлагаю сегодня выпить. Что скажешь? - предложил аль-Хайтам, когда они дошли до таверны.

– Ну... Я не знаю...

– Не поверю, что ты откажешься.

– Просто мне кажется это нехорошей идеей. Пить на пустой желудок...

– Ты что, голоден?

– Нет, - за этим ответом иронично последовало громкое урчание в животе.

– Погоди, ты сегодня вообще хоть что-то ел?

– Ну...

Выражение лица Хайтама изменилось на немного сердитое.

– Ты в своём уме? Ты что, решил почить от голода?

– Нет... Просто как-то... Кусок в горло не лезет, - говорил он тихо и неохотно.

Взор того сменился на несколько печальный, и голос стал тише:

– Это из-за меня? Я прав?

– Нет, нет, всё нормально! - слегка заволновался Кавех.

Секретарь недоверчиво рассмотрел его. А после уже проще сказал:

– Что ж, тогда, раз всё нормально, иди, садись за столик, а я закажу тебе поесть. Можешь даже не пытаться отнекиваться.

Блондин решил не спорить, тем более что действительно уже чувствовал себя нехорошо физически. Хоть и аппетит до сих пор в себе не находил.

Через некоторое время Хайтам подошёл к нему за столик с порцией еды и двумя бокалами вина.

– Вот, я взял для тебя сырные шарики масала, как ты любишь. К вину не притрагивайся, пока не поешь.

Приятная мысль о том, что он хранит в голове знания о его вкусовых предпочтениях, наконец подарила Кавеху аппетит, и он сразу приступил к трапезе.

Парни не стали много пить и, в принципе, долго не засиживались, так как Кавех ещё планировал сегодня поработать над чертежами.

И работа, и беспокойные мысли сегодня решили поработать в команде, чтобы снова не дать уснуть ему пораньше.

Потому на утро он снова проснулся достаточно поздно. Но сегодня его настроение несколько улучшилось. Его отвлекала приятная мысль того, что он, наконец, закончил чертёж для заказчика, над которым пришлось достаточно тяжело поработать.

Встав с кровати, он сразу направился к своему рабочему месту, чтоб ещё раз поглядеть на эту работу. Каков был его ужас, когда на столе не обнаружилось этого самого чертежа. В панике он стал быстро перебирать все чертежи, которые только были в комнате, и в итоге не нашёл. Испуг в смеси с тем, что он был спросонья, сподвигло его срочно побежать в комнату соседа и прокричать:

– Хайтам!! Нас обокрали!!!

Тот был абсолютно спокоен до этого. А после повернулся на него с удивлённым выражением лица и напряжённо спросил:

– Что? Ты о чём говоришь? Как? Что пропало?

– Чертёж! Мой чертёж пропал! Я столько времени на него потр...

– Хахах, чшш. Тише, успокойся, Кавех. Никто его не крал, - прервал его, немного посмеявшись.

– В смысле? А где он...? - растерянно спросил тот.

– Пока ты спал, я решил немного прибраться в доме. Когда увидел твои чертежи, они мне приглянулись, и я взял несколько поразглядывать. Ты же не против?

Кавех сделал тяжелый выдох, положив руку на сердце.

– Фух, слава Архонтам, до чего ж так пугать... Я, конечно, не против, но в следующий раз не делай так без моего ведома. Я чуть с ума не сошёл. Я словно ребёнка своего потерял.

– Прости, больше не буду так, - улыбнулся он.

Архитектор некоторое время наблюдал, как тот рассматривает его работы. И, успокоившись, спросил:

– Так говоришь, они тебе понравились?

– Да, у тебя чудесные чертежи. Судя по ним, я думаю, что и рисовать у тебя тоже должно хорошо получаться. Я надеюсь, моя просьба не покажется тебе наглой. Но, может, ты мог бы попробовать нарисовать мой портрет? Хотел бы увидеть, как я получусь твоей рукой.

На лице Кавеха засияла такая детская и милая улыбка.

– Ты хочешь... чтобы я нарисовал тебя?

– Именно.

– Я с радостью! Подожди немного и приступим.

Он быстро побежал умыться и переодеться, взял из комнаты всё необходимое и вернулся к нему в комнату.

– Как мне сесть? Может, взять в руки книгу?

– Я считаю, что для того, чтобы выразить в портрете красоту человека, ничего лишнего не нужно. Просто поверни лицо в полупрофиль. Этого будет достаточно.

Аль-Хайтам слегка улыбнулся одним уголком губ, а после послушался указанию и расслабил лицо.

Архитектору было трудно сосредоточиться на рисовании. Он сильно смущался, когда было позволено так долго смотреть на него.

«Как же он прекрасен... Его строгие черты лица будто специально были созданы для написания картин. Не уверен, что мои навыки способны отобразить на бумаге всё его превосходство. Как же сильно я люблю его... Хотел бы я стать одной из его книг, что бы он так же часто прикасался ко мне. Но мечтания, это всё, на что я имею право. Как же это всё легкомысленно...Соберись, Кавех. Очнись от этого нелепого сна.»

Так они провели пару часов за этим занятием. Кавех, чтобы натурщику не пришлось долго сидеть в одном положении, сделал набросок основных черт лица, а после, ушёл в свою комнату дорисовывать. Хайтам нетерпеливо ждал в предвкушении увидеть результат.

– Я закончил, - стеснительно протянул он ему лист бумаги, когда вернулся в комнату.

Портрет получился превосходным. Кажется, аль-Хайтам выглядел на нём даже красивее, чем есть на самом деле. Может, это потому, что нарисован был глазами влюблённого?

– Вау! Твои руки созданы для шедевров. Я и вправду насколько красив, как здесь?

Кавех ничего не ответил. Он улыбался и немного покраснел, смущённо отводя взгляд.

– Спасибо, это потрясающе. Я буду беречь этот портрет, - сказал Хайтам, продолжая восторгаться.

– С чего ты решил, что я подарил его тебе? - забрал он рисунок из рук.

– Ты хочешь оставить его себе?

Архитектор согласительно кивнул, прижав лист бумаги к груди.

– Как пожелаешь, это ведь твоя работа. Только можешь расположить его где-нибудь на заметном месте? Хочу раз от раза взирать на него.

Послушав его, он повесил своё творение на стене в гостиной, что теперь радовало взгляд обоих жильцов.

Подобные события создавали для Кавеха ощущение, что всё хорошо. Например, через неделю они сходили на ту самую выставку. Парни отлично провели время вместе, и секретарю было не скучно, благодаря познаниям Кавеха, которыми он с ним делился. Блондину хотелось думать, что это свидание. Но какое может быть свидание без нежностей, поцелуев, слов любви?

Дело в том, что эти новые взаимоотношения с Хайтамом хоть и были приятными, но затуманивали глаза ложной иллюзией взаимности. И когда она сталкивалась с реальностью, разбиваясь об неё, Кавеху приходилось больно. И не важно, были это мелкие незначительные моменты или более болезненные события.

Под мелочами можно рассказать о том, когда их друзья достали четыре билета в не так давно появившийся у них первый плёночный кинотеатр. Там была премьера романтическо-драматического фильма, привезённого из Фонтейна. Как правило, в кинотеатрах во время таких фильмов влюблённые пары любят целоваться. Это создаёт определённую атмосферу романтики.

И этот день не стал исключением. Их друзья, сидящие неподалёку, тоже не стали сопротивляться любовным флюидам. Один только Кавех с тоской глядел на аль-Хайтама, понимая, что с ним ему не светит ощутить тоже самое.

А если говорить про более горькие моменты, то в пример можно привести недавнюю ситуацию:

Архитектор прогуливался по вечерним улицам Сумеру, когда встретил знакомое лицо. Это была та самая девушка из борделя, которая раньше по-дружбе впускала его переночевать.

– Оо, привет, Нилу. Куда-то направляешься?

– Привет, Кавех. Да, на работу иду. Как ты вообще? Давно тебя не видно, не заходишь.

– Кое-что поменялось в жизни, но я бы не хотел говорить об этом, если спросишь.

– Что ж, ладно, твоё право. А у тебя вообще есть планы сейчас? Может, зайдёшь к нам? Посидим, поболтаем. Я тебя выпивкой угощу.

Кавеху было немного неловко принимать предложение об угощении от дамы, но отказываться не стал, тем более что дел у него сегодня не намечалось, и был не прочь поболтать с подругой, которую давно не видел.

Когда они уже были в заведении, то провели немало времени за разговорами. Пил парень не много, так как знал, что Хайтаму не нравится, когда тот перебарщивает с алкоголем.

Он делился с девушкой многими новостями из своей жизни, но обходил всё касаемо его соседа. Ей в принципе ничего не было о нём известно, она даже не знала, с кем он живёт. Нилу никогда не давала поводов в себе усомниться, но Кавех всё же считал её не столь близкой подругой, чтобы делиться этими подробностями своей жизни. Хотя она и не пыталась что-то выведать, уважая его личные границы. Плюсом ко всему, ему казалось, что это единственный человек, с кем он может забыть всё, что его так гложит.

Сменив множество тем разговоров, он затронул тему, которая давно интересовала его, но ранее он боялся залазить в её душу:

– Слушай, я давно хотел спросить: ты никогда не думала, что достойна лучшего, нежели такой работы?

Улыбка с её лица не сразу, но сошла. Видно было, что он дотронулся до того, что болело.

– Об этом невозможно не задумываться... Понимаешь, я нахожусь в золотой клетке. Я живу в обмане, что моя жизнь хороша, так как я могу обеспечить себе безбедную жизнь, особо не напрягаясь. И каждый раз, когда я открываю глаза на сущую грязь этой работы, мне становится плохо. Но для того, чтобы выбраться из этого, нужно иметь силу воли и любовь к себе. А я слабачка, и такими качествами не обладаю.

– Не говори так, ты сильная девушка. Я уверен, что однажды ты сможешь выбраться и чувствовать себя хорошо.

– Спасибо, Кавех, но, к счастью, тебе этого не понять. Поэтому, лучше не пытайся говорить об этом так, словно это плёвое дело. И давай больше не будем говорить на эту тему, ладно?

– Хорошо, извини, что потревожил тебя этой темой.

– Всё в порядке, просто лучше забудь.

Кавех примерил слова девушки о её ситуации на свою. Как назло, во многом они очень подходили. Исходя из всего этого, получается вопрос: быть может, для решения его проблемы тоже нужна сила воли и любовь к себе? Если так, то она права: это не так просто, как может показаться.

Нилу обернулась на зов какого-то мужчины в костюме.

– Ой, погоди, я сейчас. Меня начальник зовёт.

После этих слов она удалилась, и блондин остался ждать её, разглядывая свой бокал вина. Подняв глаза, его взгляд зацепил силуэт вдали, который показался ему уж больно знакомым. Немного прищурил глаза, чтобы лучше разглядеть.

Сложно было не узнать силуэт того, с кем давно живёшь вместе, потому достаточно быстро понял кто это.

«Хайтам? Он разве бывает в таких местах? А это ещё кто рядом с ним...? Девушка??»

Тот действительно увлечённо болтал с одной из девушек, работающих в этом месте. И хоть сути их общения издалека слышно не было, визуально можно было разобрать тон флирта.

Дыхание Кавеха тревожно сбилось. Ревность прожгла горло неприятной горечью, которую он залпом запил бокалом вина. А ещё хуже стало тогда, когда он в компании этой девицы поднялся из-за столика и направился с ней на верхний этаж заведения. Архитектору было хорошо известно, какие комнаты находились на втором этаже и для чего они были предназначены, а потому боль в груди начала надоедливо пульсировать от осознания, что происходит. Он понимал, что не сможет объяснить сейчас подруге своё состояние, поэтому поспешил покинуть заведение, не дожидаясь её возвращения.

Выбежав на улицу, он не знал куда подать себя. Хотелось кричать и плакать от разъедающей боли. Дома он не найдёт утешения. В стенах, в которых отовсюду чувствуется присутствие того, кто разрывал сердце, было бы сложно успокоиться. Идти к друзьям тоже не вариант. Он не хотел снова нагружать их своими проблемами. Потому нашёл единственным решением отправиться в таверну и утопить своё горе в алкоголе.

Позднее, когда небо становилось значительно темнее, а уличные фонари горели ярче, аль-Хайтам направлялся домой. По случайности, ему тоже удалось в этот день встретиться со своей старой знакомой.

– О, Хайтам, давно не видела тебя. Рада встрече! - хрипловатым голосом, сказала девушка с тёмно-каштановыми волосами.

– Дэхья? Привет, взаимно рад. Как поживаешь?

– Да всё в порядке. Я тут, кстати, в таверну направлялась. Может, раз встретились, присоединишься ко мне пропустить пару бокалов?

– Я бы с радостью, но, думаю, лучше не сегодня. Меня наверняка ждут дома.

– Я не задержу тебя надолго, так что не заждутся.

– Ладно, уговорила. Только недолго.

Как только они зашли в таверну, секретарь сразу заприметил светловолосую голову, спящую на столе, заставленном большим количеством опустошённых бокалов.

– О, нет... Только не снова... - тихо сказал он и, повернувшись на подругу, обратился к ней:

– Извини, я всё-таки не смогу сегодня посидеть с тобой. Хорошо тебе провести вечер.

И сразу направился к тому столику.

– Кавех, какого чёрта?! Ты зачем так напился?

Немного пробудившись, но не открывая глаза, тот пьяно пробормотал:

– ...Хайтам...? ...Ты что делаешь здесь?

– Давай вставай, пошли домой!

Аль-Хайтам попытался своими руками поднять его, и ,как только опустил его на ноги, тот не устоял и сразу упал.

– О, Архонты, ты даже на ногах не стоишь! Для чего так напиваться?!

После этого снова поднял, решив взять его на руки, понимая, что по-другому доставить его до дома не получится.

Дэхья провела парней взглядом, когда один выносил другого из таверны, подумав:

«Видимо тот, кто «ждал» его дома, не дождался...»

Подписывайтесь на тгк https://t.me/arinatyping91