Шаг навстречу
для меня важно
чтобы вы оставляли
звезды и комментарии,
этим вы помогаете продвигать
историю, и мне от этого
безумно приятно, спасибо❤️
____________________________________
Мы шли не спеша, как будто никуда не торопились, и разговор сам собой тек легко, без напряжения, без пауз, которые хочется срочно чем-то заполнить. Валера шутил, иногда чуть иронично, иногда совсем по-детски, а я ловила себя на том, что смеюсь искренне, не контролируя это, не думая, как выгляжу со стороны. Он рассказывал какие-то мелочи про Вахита, про завтрашний день, про какую-то глупость, случившуюся недавно, и всё это почему-то было интересно, как будто важно не что он говорит, а как.
Я шла рядом, чувствуя его плечо, его шаг, совпадающий с моим, и это ощущение спокойствия накрывало неожиданно. Не было тревоги, не было внутреннего сопротивления, только ровное, теплое чувство, будто я на своем месте. Я даже не сразу заметила, как знакомые дома сменились другим двором, как мы свернули, как показался нужный подъезд. Осознание пришло внезапно, мы уже пришли.
— Быстро дошли, — сказала я почти удивлённо, останавливаясь.
Валера усмехнулся, посмотрел на меня чуть сбоку, тем самым взглядом, от которого внутри что-то сжималось.— Значит, не зря шли, — спокойно ответил он.
Он первым зашёл в подъезд и тут же придержал дверь, пропуская меня вперед. Я машинально кивнула, шагнула внутрь, и теплый свет подъездной лампы выхватил его лицо, серьёзное и собранное. Мы поднялись по лестнице, ступень за ступенью, и каждый шаг отдавался глухо.
На нужном этаже Валера остановился, сделал шаг вперёд и уверенно постучал. Мы замерли рядом, плечом к плечу, ожидая.
Дверь открылась почти сразу, и на пороге появился Вахит. Он окинул нас быстрым взглядом, сначала меня, потом Валеру, потом снова меня и губы его растянулись в знакомой ухмылке.
— О, - протянул он с явным удовольствием, —пришла сладкая парочка.
— Закройся, — бросила я, проходя мимо него первой, и без злобы, но ощутимо ударила его в плечо.
Вахит рассмеялся, даже не увернулся, будто ждал этого, а я уже повернулась к нему полностью и шагнула ближе.
— С днём рождения, — сказала я искренне.
Он обнял меня крепко, по-дружески, прижав на секунду сильнее, чем нужно.— Спасибо, Полька, — сказал он тихо, уже мне в ухо.
Я отстранилась и тут же протянула ему пакет.— Держи.
Он взял его, заглянул внутрь, вытащил пачку сигарет и на секунду завис. На лице мелькнуло недоумение, брови сошлись.— Ээ... — он посмотрел на меня. — Ну...спасибо, конечно.
Я не выдержала и рассмеялась.— Да открой ты её нормально.
Вахит хмыкнул, пожал плечами и начал распечатывать пачку. Картон хрустнул, он вытащил сигареты... и вместе с ними выпала зажигалка Ленэмальер.
Он уставился на неё, потом медленно поднял глаза на меня, и лицо его резко изменилось. Улыбка стала широкой, почти детской.— Ты серьезно?...— выдохнул он.
— Абсолютно, — кивнула я.
— Бля...— он рассмеялся, покачал головой. — Это топ.
Он шагнул ко мне и снова обнял, уже не сдерживаясь, крепко, с благодарностью, будто этот маленький подарок попал точно туда, куда нужно.— Спасибо, правда, — сказал он. — Это ахуенно.
Я улыбалась, чувствуя, как внутри становится тепло, и только потом заметила спокойный взгляд Валеры, будто ему было приятно видеть меня такой.
Я отступила в сторону, все еще улыбаясь, и тут вперед вышел Валера. Вахит уже повернулся к нему, всё ещё вертя в пальцах зажигалку.
— С днём рождения, — сказал Валера ровно, по-мужски, и крепко пожал Вахиту руку, задержав её чуть дольше обычного.
Вахит сразу посерьёзнел, кивнул.— Спасибо, брат.
Валера протянул ему небольшой тёмный пакет.— Это от меня, — добавил он. — Пригодится.
Вахит заглянул внутрь, достал кожаный портсигар, тяжелый, добротный, с простой гравировкой, без выебонов, но со вкусом. Он провёл по нему большим пальцем, проверяя защёлку, щёлкнул идеально.
— Ого...— он хмыкнул и поднял взгляд на Валеру. — Ты как всегда.
— Чтобы сиги не мял и не терял, — спокойно ответил тот. — И чтоб при себе было.
Вахит усмехнулся, явно довольный, и кивнул.— Вещь. Реально вещь.
Он убрал портсигар в карман, потом посмотрел на нас обоих, задержал взгляд на мне и снова ухмыльнулся.— Ну всё, — сказал он, — теперь точно праздник удался.
Он хлопнул Валеру по плечу, по-братски, без лишних слов, и жестом пригласил нас дальше в квартиру.
— Проходите, — добавил он. — А то стоим, как будто не ко мне пришли.
Я шагнула вперед, чувствуя, как Валера идет рядом близко, но не навязчиво.
Мы прошли в зал, и меня будто накрыла волна шума, смеха и табачного дыма. Комната была уже полной, стол ломился от еды, бутылки стояли вперемешку, пепельницы уже наполовину забитые. В воздухе висело это особое ощущение праздника.
Алина крутилась возле стола, как ураган, поправляла тарелки, раскладывала салфетки, что-то передвигала, одновременно переговариваясь с кем-то из парней. Парни уже сидели кто где, на диване, на стульях, кто-то прямо на подоконнике, и во всю шли разговоры, перебивающие друг друга, с матами, смехом и хлопками по столу.
Как только мы вошли, разговоры на секунду стихли. Несколько взглядов тут же уставились на нас, потом кто-то громко сказал:— О, гости подъехали!
— Здарова! — посыпалось со всех сторон.
Кто-то присвистнул, кто-то хмыкнул, кто-то демонстративно приподнял брови, разглядывая нас вместе. Я почувствовала, как на щеках появляется тепло, но сделала вид, что мне всё равно.
— Привет, — сказала я, улыбнувшись, и кивнула сразу всем.
Валера рядом со мной спокойно кивнул в ответ, а потом, будто это было само собой разумеющимся, отделился от меня и пошел здороваться с пацанами, крепкие рукопожатия, короткие фразы, хлопки по плечам.
Алина тут же заметила меня. Она оставила салфетки, подошла почти вприпрыжку и встала рядом.— Ну наконец-то, — сказала она и легко толкнула меня локтем в бок. — Я уж думала, вы не дойдёте.
Она подмигнула мне так, что всё стало ясно без слов. Я улыбнулась, наклонилась к ней ближе и тихо, почти шёпотом, сказала ей на ухо:— Он подарил мне цветы.
Вы бы видели её лицо.
Алина буквально замерла, потом её глаза расширились, рот открылся, и через секунду она расплылась в такой широкой, довольной улыбке, что я не выдержала и тоже рассмеялась.— Ты серьёзно?! — прошептала она, хватая меня за руку. — Вот это поворот...
Она посмотрела в сторону Валеры, потом снова на меня, и в её взгляде было всё сразу: восторг, азарт и это её вечное «ну я же говорила».
— Полин... — протянула она многозначительно и покачала головой. — Это уже не просто так.
Я только пожала плечами, стараясь выглядеть спокойной, хотя внутри всё приятно щекотало.
Мы расселись за стол быстро, почти хаотично, кто куда втиснулся, кто подвинулся, кто сел боком. Алина тут же оказалась рядом со мной, будто специально. Не спрашивая, она налила мне вина, пододвинула бокал и тихо сказала:— Расслабься.
Вахит встал, поднял свой стакан и оглядел всех. Шум постепенно стих.— Короче, — сказал он просто, —рад, что вы все тут. Реально рад. Спасибо, что пришли. За нас, за то, что все живы, рядом и не поодиночке.
— За Вахита! — кто-то крикнул.
Мы чокнулись. Стекло приятно звякнуло, я сделала глоток, вино оказалось мягким, тепло сразу разлилось по телу. Напряжение, которое я даже не осознавала, начало понемногу отпускать.
Разговоры пошли легче почти сразу. Кто-то смеялся громко, кто-то спорил, кто-то перебивал. Я постепенно знакомилась с парнями: имена, клички, рукопожатия, взгляды. Кто-то смотрел с интересом, кто-то с уважением, кто-то просто по-доброму.
В какой-то момент напротив меня оказался Сутулый. Он откинулся на спинку стула, прищурился и спросил:— А ты, Полин, вообще на кого учишься?
— На учителя русского языка, — спокойно ответила я.
Он хмыкнул, покрутил рюмку в руках и не особо думая, выдал:— А как это вообще...учительница и мутит с группировщиком?
В комнате будто щёлкнул выключатель. Смех оборвался, кто-то замер с рюмкой в руке. Я почувствовала, как воздух стал плотным. Я уже открыла рот, но не успела сказать ни слова.
— Не твое собачье дело, гав-гав.— резко сказал Валера, даже не повышая голос.
Секунда и зал просто взорвался смехом.
Кто-то хлопнул по столу, кто-то закашлялся от смеха, Алина уткнулась мне в плечо, трясясь. Даже Сутулый сначала завис, а потом махнул рукой и рассмеялся вместе со всеми.
Я посмотрела на Валеру. Он даже не смотрел на меня, сидел спокойно, уверенно, как будто ничего особенного не произошло. Но внутри у меня что-то мягко, тепло перевернулось.
Разговоры снова потекли сами собой, как будто того неловкого момента и не было вовсе. Бокалы наполнялись, кто-то вставал покурить, возвращался, перебивал, смеялся. Вино приятно кружило голову.
Марат, как и ожидалось, был главным заводилой. Он шутил без остановки то про Вахита, то про зал, то про кого-то из пацанов, изображая их интонации так точно, что все сгибались пополам. В какой-то момент я не выдержала и, смеясь, сказала:— Слушай, Марат, ты мне нравишься. Такой смешной, вообще.
Он аж выпрямился, грудь вперед, подбородок вверх.— Вот! — довольно заявил он. — Я всегда говорил, что у меня харизма. Полина, ты тоже прикольная девчонка, уважаю.
И тут же — шлёп.
Адидас без лишних слов дал ему легкий, но показательный подзатыльник.— Не девчонка, — спокойно сказал он. — А дама.
Стол взорвался смехом. Марат схватился за затылок:— Да понял я, понял! Всё, беру слова обратно. Полина дама.
— Записал? — поддела его Алина, приподняв бровь.
— Уже выучил, — ответил он и поднял рюмку. — За дам!
— За дам, — подхватили со всех сторон.
Мы снова чокнулись. Я поймала взгляд Валеры — он смотрел на меня с этой своей спокойной, чуть хитрой улыбкой, будто ему нравилось видеть меня вот такой: смеющейся, живой, в центре всего этого шума.
— Ты, кстати, — наклонился ко мне Вахит, — нормально держишься. Обычно после второго бокала народ начинает чудить.
— Не дождетесь, — ответила я и усмехнулась.
— Посмотрим, — хмыкнул Марат. — Вечер только начинается.
Адидас покачал головой, но тоже улыбался.
Музыка играла фоном, разговоры переплетались, и я вдруг поймала себя на мысли, что впервые за долгое время не думаю ни о Вике, ни о Кощее, ни о завтрашнем дне.
Я снова налила себе немного, почти машинально, и только когда поднялась со стула, поняла, что зря. Комната вдруг поехала, смех стал слишком громким, свет резким. Мне резко стало жарко, в голове закрутилось, и я поймала себя на мысли, что Марат, черт возьми, был прав, вечер только начался, а я уже плыву.
— Алин, — наклонилась я к ней, стараясь говорить уверенно, — я на кухню выйду, проветрюсь.
Она тут же насторожилась, внимательно посмотрела на меня.— Может, с тобой?
— Нет, все нормально, правда, — я улыбнулась, чтобы убедить её больше, чем себя.
Я встала, аккуратно обошла стол и вышла из зала. На кухне было тише. Я сразу подошла к окну, повернула ручку и распахнула его настежь. Холодный воздух ударил в лицо. Я высунулась чуть вперёд, оперлась руками о подоконник и глубоко вдохнула, будто пыталась собрать себя обратно по кусочкам. Легкие наполнились морозной свежестью, голова немного прояснилась.
— Простудишься.
Голос прозвучал совсем рядом, за спиной, низкий и спокойный. Я вздрогнула, выпрямилась и обернулась.
Валера стоял в дверном проёме кухни, прислонившись плечом к косяку. Свет из коридора падал на его лицо, делая черты мягче. Он смотрел внимательно, без насмешки, будто реально переживал.
— Мне нужно было, — сказала я тише, чем собиралась. — Жарко стало.
Он подошёл ближе, но не вплотную, оставляя расстояние.— Я видел, — усмехнулся он.
Я фыркнула, снова повернулась к окну и вдохнула ещё раз.— Ты зачем пришёл?
— Проверить, — просто ответил он. — И убедиться, что ты не сбежала.
Я невольно улыбнулась. Он это заметил.— Вот, — сказал он мягко. — Уже лучше.
Мы стояли рядом, молча. Холодный воздух смешивался с теплом кухни, шум из зала доходил приглушённо. Я чувствовала его присутствие, и от этого внутри снова начинало тихо, но настойчиво щекотать.
Он молча шагнул и одной рукой резко, почти грубо, закрыл окно. Стекло глухо дрогнуло, и в кухне сразу стало тесно от его присутствия. Он развернулся ко мне вполоборота, оперся ладонью о подоконник рядом с моей рукой, перекрывая выход, и посмотрел так, что у меня внутри всё сжалось.
— Ты вообще понимаешь, что ты со мной делаешь? — тихо сказал он, почти сквозь зубы. — Я, блять, никогда так не сходил с ума от кого-то.
Я сглотнула, но не отвела взгляд.
— Я ловлю себя на том, что мне мало, — продолжил он, приближаясь ещё на шаг. — Мало видеть тебя, мало просто говорить. Я хочу чувствовать, что ты рядом, хочу трогать, хочу знать, что ты настоящая, а не моя фантазия, которая поселилась в голове.
Он поднял руку и медленно провел пальцами по моим волосам, будто изучая. Потом наклонился, уткнулся лицом в мою шею, вдохнул глубоко, жадно, так, что у меня перехватило дыхание.
— Черт... — выдохнул он. — Я могу закрыть глаза и вспомнить этот запах, и меня сразу накрывает. Я, блять, схожу с ума, Полин. Мне сносит крышу.
По коже побежали мурашки, ноги стали ватными. Я тихо усмехнулась, хотя внутри всё дрожало.
— Я просыпаюсь и думаю о тебе. Иду по делам и думаю о тебе. Слышу смех где-то в толпе и оборачиваюсь, потому что кажется, что это ты. Это, черт возьми, бесит, потому что я так не привык.
Он усмехнулся, но это была не привычная насмешка, скорее честность.
— Я привык контролировать всё. Людей, ситуации, а тебя нет. Ты в голове постоянно, Полин. Я ловлю себя на том, что хочу просто знать, как ты сейчас, замерзла ли, ела ли, улыбаешься ли кому-то не мне.
— Думаешь, мне легче? — сказала я, почти шепотом. — Я тоже всё время ловлю себя на том, что ищу тебя взглядом. Злюсь на себя за это, говорю себе, что нельзя, что не мой мир, что я не готова... но потом ты рядом, и все это перестает иметь значение.
Он поднял голову, посмотрел мне прямо в глаза серьезно, без улыбки.
— Тогда не ври себе, — сказал он глухо. — Я чувствую, когда ты рядом со мной, ты вся дрожишь, а потом говоришь, что тебе все равно.
Я не успела ответить. Он резко притянул меня к себе за талию, так, что я врезалась в его грудь. Его рука уверенно легла на поясницу, прижала, не оставляя шансов отстраниться.
Поцелуй был жадным, глубоким, почти голодным. Он целовал так, будто долго держал себя в руках и больше не собирался. Его губы требовали ответа, и я ответила, забыв про страх и сомнения.
Он был не тем нежным, как в прошлый раз. Глубоким, наполненным чувствами. Он двигались уверенно, будто вкладывал в этот поцелуй всё, что не сказал словами.
Сердце билось так сильно, что казалось он чувствует это через мою грудь. В животе все сжалось и одновременно вспыхнуло, по коже пробежали мурашки. Я держалась за него, как за единственную точку опоры.
Мир сузился до его рук, его губ, этого огня между нами. Я утонула в ощущении, в тепле, в том, как он прижимал меня к себе, как будто уже выбрал, и отпускать не собирался.
Он целовал так, будто хотел вдохнуть меня целиком. Губы двигались настойчиво, требовательно, дыхание путалось, и в какой-то момент я поняла, что воздуха катастрофически не хватает. Я первая чуть отстранилась, уперлась ладонями ему в грудь, тяжело дыша.
Он тоже остановился, но не отпустил. Лоб упал мне на лоб, его дыхание было горячим, рваным, я чувствовала, как под ладонями вздымается его грудь. Несколько секунд мы просто стояли так, ловя воздух, будто вынырнули из воды.
Он медленно провел большим пальцем по моей щеке, задержался у губ, будто все еще чувствовал их вкус.— Черт... — выдохнул он с тихим смешком, в котором было больше напряжения, чем веселья. — Я реально забываю дышать рядом с тобой.
Я закрыла глаза, сердце колотилось так, что казалось он слышит. Когда я снова посмотрела на него, его взгляд был уже не темным от желания, а каким-то решительным.
— Ты моя, — сказал он спокойно, но так, что у меня внутри всё перевернулось. — И неважно, в каком мире мы живем. В моем ты уже есть. И я тебя оттуда не отпущу.
Я сглотнула, пальцы сами сжали ткань его кофты.— Валера... — начала я, но голос предательски дрогнул.
Он наклонился ближе, почти касаясь моих губ, и тихо добавил:— Не думай сейчас. Просто будь со мной.
И в этот момент я поняла, что больше всего на свете мне хочется именно этого.
__________
ТГК: Пишу и читаю🖤
оставляйте звезды и комментарии ⭐️
