Выбор и прощение
для меня важно
чтобы вы оставляли
звезды и комментарии,
этим вы помогаете продвигать
историю, и мне от этого
безумно приятно, спасибо❤️
____________________________________
Я зашла в квартиру, захлопнула за собой дверь и только выдохнула, как будто всё напряжение дня навалилось разом. Скинула куртку, прошла на кухню и резко остановилась.
— Ааа! — вырвалось у меня.
В проеме оказалась Вика.— Ты чего? — удивлённо сказала она.
Я схватилась за грудь, сердце колотилось как сумасшедшее.— Да я... — выдохнула. — Я уже привыкла, что живу одна. Не ожидала тебя тут увидеть.
Вика нахмурилась.— Полин, перестань.
Я усмехнулась, но в этой усмешке не было ничего весёлого.— А что перестань? — сказала я холодно. — Чего пришла то?
Она помолчала секунду, потом тихо ответила:— Да к тебе... поговорить.
Я кивнула, развернулась и прошла на кухню, села за стол, положив локти на холодную поверхность.
— Ну, пошли, — бросила я. — Поговорим.
Вика медленно подошла, села напротив. В воздухе повисло плотное напряжение. Я смотрела на неё и чувствовала, как внутри всё сжимается: злость, страх, обида, тревога, все вперемешку.
— Ну? — сказала я наконец. — Я слушаю.
Вика постояла пару секунд, будто собираясь с духом, потом выдохнула и сказала:— Я его люблю, Полин. И он мне ничего плохого не сделает. Это мой выбор, я взрослая и не хочу тебя обманывать или что-то скрывать, поэтому говорю прямо.
Я коротко рассмеялась, без радости, почти истерично.— Спасибо, конечно, но я уже всё знаю. Видела и слышала.
Она опустила глаза, потом подняла их снова.— Полин... прости, что так вышло. Но, пожалуйста, не лезь к нему. Он правда ничего мне не сделает. Просто... лучше не надо.
Я тяжело вздохнула, будто из меня разом выпустили весь воздух.— Хорошо, Вика. Если ты его любишь и тебе с ним хорошо валяй. Я умываю руки с этого дерьма. Правда.
Я замолчала, а потом голос предательски дрогнул.— Я просто переживаю за тебя. Я не хочу тебя потерять... Я и так одна...
Слова оборвались. По щеке покатилась слеза, горячая, злая. Я отвернулась, но было поздно, Вика всё увидела.
Она подошла ближе, села рядом и вдруг тоже расплакалась. Без истерики, тихо положила ладонь мне на плечо.
— Полин... прости меня. Я не хотела, чтобы так вышло. Я просто... устала быть одна. Устала всё тянуть сама.
Мы сидели молча, плечом к плечу, и слёзы текли сами собой. Потом я тихо сказала:— Помнишь, как мама нас заставляла по утрам завтракать вместе? И злилась, если мы убегали...
Вика всхлипнула и кивнула.— И папа... как он смеялся, когда мы ругались из-за игрушки...
Мы обе засмеялись сквозь слёзы, болезненно и тепло одновременно. В комнате стало тихо, будто время на секунду остановилось. Только мы вдвоём, воспоминания и это чувство, что несмотря ни на что, мы всё ещё семья.
Вика вдруг посмотрела прямо мне в глаза и аккуратно спросила.— Что у тебя с Турбо?
Я вздохнула, провела ладонью по щеке, стирая слёзы, и попыталась улыбнуться.— Ничего у меня с ним, — сказала я тихо. — Ходит за мной, как хвост, вот и всё.
Вика посмотрела на меня слишком внимательно, будто видела насквозь. Помолчала пару секунд, а потом села рядом, подтянула колени к груди.— Ты врёшь, — спокойно сказала она. — Не мне, себе.
Я усмехнулась, но улыбка вышла кривая. — Вик, ну серьёзно... Он просто... рядом оказался в нужный момент и всё.
Она хмыкнула, покачала головой.— Ага, ага, конечно. Просто рядом. Просто смотришь на него так, будто он тебе воздух перекрывает.
Я хотела что-то ответить, но слова застряли в горле. Вместо этого я отвернулась, уставилась в столешницу, где от света лампы тянулись жёлтые полосы.
— Мне страшно, — выдохнула я наконец. — Понимаешь? Я боюсь снова привязаться. Больше, чем остаться одной.
Вика тихо вздохнула и придвинулась ближе. Положила голову мне на плечо, как в детстве.— Я знаю, Полин. Я тоже боюсь. Просто... мы же уже столько потеряли. Иногда кажется, если ещё и счастье оттолкнуть, совсем пусто станет.
Я сглотнула.— Он не мой тип. Он опасный, у него жизнь другая. Я туда не вписываюсь.
— Зато он за тебя горой, — спокойно сказала Вика. — И это видно невооружённым глазом.
Я усмехнулась.— Ну да, особенно когда орёт на меня на улице.
Она тихо рассмеялась сквозь слёзы.— Значит, переживает.
Мы замолчали. В квартире было тихо, только часы тикали на стене. Я чувствовала, как постепенно отпускает напряжение, как усталость накрывает тяжёлым пледом.
— Ладно, — сказала я наконец. — Хватит на сегодня драмы. Ты устала, я устала. Живы и слава богу.
Вика кивнула и слабо улыбнулась.— Спасибо, что не отвернулась от меня.
Я обняла её крепче.— Ты моя сестра. Я тебя никуда не дену, даже если ты будешь творить глупости.
Она фыркнула.— А ты у нас, значит, образец разумности?
— Ну... — я вздохнула. — Я стараюсь.
На кухне повисла тишина.
— Чёрт... — прошептала я в темноту и сама себе тихо призналась:— Кажется, я всё-таки вляпалась.
Вика усмехнулась сквозь слёзы.— Поздравляю. Ты попала.
Я тихо рассмеялась.— Да иди ты.
Мы замолчали. В квартире было тихо, только часы на стене тикали слишком громко. Я вдруг поняла, как сильно устала от переживаний, от нервов, от постоянного напряжения.
— Ты останешься сегодня? — спросила я тихо.
Вика кивнула.— Останусь.
Я облегчённо выдохнула.— Хорошо.
Я встала и поставила чайник, достала кружки. Всё было как раньше, почти нормально. Только внутри всё равно тянуло, ныло, будто что-то важное ещё впереди.
Я поймала себя на мысли, что думаю о Валере.
О том, как он смотрел. Как сжимал челюсть.
Как сказал — "я не хочу делить тебя".
Я мотнула головой, прогоняя мысли.— Чай будешь? — спросила я.
— Буду, — ответила Вика.
И в этот момент я вдруг поняла, сколько бы ни было вокруг проблем, Кощей, Турбо, ссоры, страхи — мы у друг друга есть.
А значит, ещё не всё потеряно.
Мы сидели, крутя в руках кружки с уже остывшим чаем, когда телефон вдруг зазвонил на весь дом. Вздохнула, встала и вышла в коридор.
— Алло? — сказала я, прижимая телефон к уху.
— Полин, мы с Вахитом скоро будем, — её голос звучал бодро, как будто ничего плохого сегодня не происходило. — Минут через двадцать, нормально?
— Да, конечно, приходите, — ответила я почти автоматически. — Я дома.
— Отлично. Тогда не скучай, — она хмыкнула и сбросила.
Я ещё пару секунд стояла, глядя в стенку, потом медленно выдохнула и вернулась на кухню. Вика сидела за столом, обхватив чашку ладонями, и смотрела куда-то в сторону.
— Алина с Вахитом скоро придут, — сказала я, садясь напротив.
Вика подняла глаза.— А... ну ладно, — кивнула она. — Может, тогда в магазин сбегать? Печенье взять, чай у нас почти закончился.
Я пожала плечами.— Сходи, если хочешь. Я пока дома побуду.
Она кивнула, быстро встала, натянула куртку и, уже выходя, обернулась:— Я быстро.
Дверь хлопнула, и в квартире стало неожиданно тихо.
Я осталась одна на кухне. Села обратно, облокотилась на спинку стула и уставилась в окно. В голове крутились обрывки разговоров, лица, слова...Турбо, его взгляд, его голос, эта злость, смешанная с чем-то. Потом Вика. Кощей. Алина. Всё смешалось в один плотный ком, от которого начинала болеть голова.
Я сделала глоток чая, он был уже холодный, но мне было всё равно.
— Господи... — тихо выдохнула я себе под нос.
Я смотрела на стол и думала о том, как странно всё складывается. Как будто жизнь специально проверяет, сколько я ещё выдержу, прежде чем сорвусь.
И в этот момент я поняла, что устала. Не физически, а внутри. От переживаний, от постоянного напряжения, от чужих выборов, за которые я почему-то чувствую ответственность.
Я прикрыла глаза, сделала глубокий вдох и попыталась хоть немного успокоиться.
Скоро придут Алина и Вахит. Потом Вика. Потом снова разговоры, шум, эмоции.
А сейчас — тишина.
Я поставила чайник, достала ещё две кружки, положила на стол сахарницу. В голове всё ещё шумело от мыслей, от усталости, от всего этого дня. Хотелось тишины, но я понимала, что её сегодня уже не будет.
Вика вернулась с пакетом, шумно разулась, бросила куртку на стул.— Ну вот, взяла всё, что было. Печенье, пряники... — она заглянула в пакет. — И эти, как ты любишь.
Я кивнула, не особо всматриваясь. Мы разложили всё на столе, я налила чай, села, обхватила кружку ладонями, грея пальцы. В комнате стало чуть уютнее, теплее. На секунду даже показалось, что всё нормально.
Звонок в дверь раздался резко. Я вздрогнула.
— Это, наверное, Алина, — сказала Вика и пошла открывать.
Я даже не успела ничего ответить.
Сначала в прихожей послышались голоса, потом смех... мужской. Я нахмурилась.
И в следующую секунду на кухне появился Вахит, за ним Алина, и следом...Валера.
Я замерла.
Он стоял, как ни в чём не бывало, в своей куртке, с той самой полуулыбкой, от которой у меня внутри всё начинало злиться и путаться одновременно.
— Всем привет, — спокойно сказал он, будто мы договорились встретиться.
У меня внутри щёлкнуло.— Ты что здесь делаешь? — резко спросила я, даже не скрывая раздражения. — Тебя вообще-то никто не звал.
В комнате повисла пауза. Алина посмотрела на меня, потом на него, потом на Вахита.
Валера же только хмыкнул.— О, да ладно тебе, — он развёл руками. — Я с компанией пришёл. Или мне теперь и заходить нельзя?
— Нельзя, — отрезала я. — Особенно когда тебя не звали.
Он усмехнулся, как будто это его только забавляло.— Какая ты злая сегодня, — протянул он. — Прямо кусаться хочешь.
— Не выводи меня, — я поднялась из-за стола. — Ты и так сегодня отличился.
Вахит кашлянул, явно чувствуя неловкость.— Может, мы... чаю? — осторожно сказал он, переводя взгляд с меня на Валеру.
— Да, давайте чай, — подхватил Валера и нагло прошёл к столу, усаживаясь, будто имел на это полное право.
Я смотрела на него и чувствовала, как внутри снова поднимается волна раздражения.— Ты вообще понимаешь, что ведёшь себя как... — я осеклась, сжала губы. — Ладно. Неважно.
Он посмотрел на меня чуть серьёзнее, уже без этой дурацкой ухмылки.— Полин, ну чего ты? — тихо сказал он. — Я же не враг тебе.
— А ведёшь себя именно так, — холодно ответила я.
В комнате стало напряжённо. Даже Алина перестала улыбаться.
Валера откинулся на спинку стула, вздохнул и сказал уже спокойнее:— Я просто не люблю, когда меня отталкивают. Особенно ты.
Я отвернулась, делая вид, что занята чаем, но внутри всё снова перевернулось.— Ты сам всё усложняешь, — сказала я тише. — Я не игрушка, Валера.
Он замолчал. И в этой тишине стало ясно: разговор ещё далеко не закончен.
Я молча встала из-за стола, взяла чайник и пошла к плите. Спина напряглась сама собой, я чувствовала его взгляд, чувствовала, как он сидит в моей кухне, будто ему тут и место. Внутри всё кипело, но я сделала вид, что мне всё равно.
— Тебе с сахаром? — бросила я через плечо, даже не глядя.
— Как ты любишь, — ответил он спокойно, слишком спокойно, будто между нами ничего не было.
Я закатила глаза, но ничего не сказала. Поставила ещё одну кружку, залила кипятком, достала чай. Руки немного дрожали, но я списала это на злость.
Вернулась к столу, поставила перед ним чашку почти демонстративно.— Держи. И не думай, что это что-то значит.
Он усмехнулся, но промолчал.
Алина тем временем кашлянула и, будто собравшись с духом, повернулась к Вике.— Слушай... я вчера перегнула, — сказала она уже без привычной резкости. — Я просто... переживаю за тебя. Ты мне не безразлична, понимаешь?
Вика сначала напряглась, потом медленно выдохнула.— Я понимаю, — тихо сказала она. — Просто ты тоже должна понять меня. Это мой выбор. Да, может, глупый. Но мой.
Алина кивнула.— Я не лезу больше. Честно. Просто... если что, я рядом.
Они переглянулись, и в воздухе повисло что-то теплое, тяжелое, но уже не злое. Я смотрела на них и вдруг поняла, как мне этого не хватало — нормального разговора, без криков и истерик.
Вахит, как обычно, решил разрядить обстановку:— Ну всё, разборки закончены, можно есть? А то я ради этих пельменей сюда шёл, а не ради семейной драмы.
Алина фыркнула, Вика даже улыбнулась.
— Ешь уже, — буркнула я.
Валера тем временем откинулся на спинку стула, внимательно смотрел на меня, не отрываясь.— Ты злая сегодня, — сказал он тихо, но так, чтобы я услышала.
— А ты сегодня слишком много говоришь, — ответила я, не поднимая глаз.
— Значит, не всё равно, — усмехнулся он.
Я наконец посмотрела на него.— Не надейся.
Он только хмыкнул, но в глазах мелькнуло что-то другое.
Мы сидели так ещё какое-то время, пили чай, перебрасывались фразами, Вахит с Алиной снова начали спорить о какой-то ерунде, Вика тихо слушала. А я ловила себя на том, что напряжение понемногу уходит.
Но внутри всё равно жило ощущение, что это затишье. Что дальше будет сложнее.
И тут резкий стук в дверь. Я подняла голову.— Я никого больше не жду, — сказала вслух, больше себе, чем остальным.
Все переглянулись. Вахит нахмурился, Алина прищурилась, Валера поднял брови, но промолчал.
Я встала со стула, отодвинув его ногой, и пошла в коридор. Сердце почему-то стукнуло быстрее, чем обычно. Я даже не знала почему, просто неприятное предчувствие.
Подошла к двери.— Кто? — спросила, уже берясь за ручку.
В ответ тишина. Потом коротко:— Открывай.
Я вздохнула, повернула замок и распахнула дверь.
На пороге стоял Кощей.
Спокойный, улыбка уголком губ, куртка расстёгнута, руки в карманах. Смотрит прямо на меня, будто у себя дома.
Меня внутри передёрнуло.— Привет, — выдавила я сухо.
Он прищурился.— Привет, принцесса.
Меня передёрнуло ещё сильнее, но я сжала зубы и сделала шаг в сторону.— Ты к Вике? — спросила холодно.
— Ага, — ухмыльнулся он. — А что, не радa?
Я скривилась, но промолчала.— Проходи. На кухне все.
Он вошёл, даже не разуваясь толком, уверенный, как у себя дома. Я закрыла дверь и пошла за ним, уже заранее чувствуя, что сейчас будет.
Как только Кощей зашёл на кухню и увидел всех, его лицо моментально изменилось. Улыбка исчезла.— Это что за сборище? — холодно бросил он, переводя взгляд на Вику.
Вика напряглась.— Мы просто сидим... чай пьём, — тихо сказала она.
Кощей усмехнулся, но в голосе уже звучала злость.— Ты вообще нормальная? — он сделал шаг к ней. — Я за тобой пришёл, а ты тут с пацанами расселась?
Я сразу встала.— Эй, всё нормально, мы просто...
Он резко повернулся ко мне.— Тебя вообще не спрашивали, — отрезал он. — Это мои дела.
Вика поднялась с места.— Кость, перестань, — сказала она тихо. — Мы просто сидели...
— Я сказал собирайся, — жёстко перебил он. — Мы уходим. Сейчас.
В комнате повисла тишина.
Я посмотрела на Вику, в её глазах мелькнула растерянность. Она посмотрела на меня, будто спрашивая: что делать?
Я сделала шаг вперёд.— Вика, если ты не хочешь, ты можешь остаться, — сказала я спокойно, но твёрдо.
Кощей резко повернул голову ко мне.— Ты опять лезешь, да? — процедил он.
Я уже открыла рот, чтобы ответить, но Вика вдруг посмотрела на меня и чуть заметно покачала головой.— Всё нормально, Полин, — сказала она. — Правда. Я пойду.
Мне стало больно. Очень. Я хотела сказать ещё что-то, но она уже взяла куртку.
Кощей довольно хмыкнул, обнял её за плечи и повёл к выходу. Проходя мимо меня, он наклонился чуть ближе и тихо сказал:— Не лезь туда, где не вывезешь.
Дверь захлопнулась.
В квартире повисла плотная тишина, Алина медленно выдохнула.— Блять...
Вахит покачал головой.
Валера молчал. Он смотрел в сторону двери так, будто хотел снести её к чертям.
А я просто стояла посреди кухни и чувствовала, как внутри всё сжимается от бессилия.
Я смотрела на Алину, и в её голосе вдруг не было ни злости, ни насмешки, только усталое спокойствие.— Ну это её выбор, Полин, — тихо сказала она. — Не думай об этом. Ты же не можешь прожить за неё жизнь.
Я выдохнула медленно, как будто всё это время держала воздух в лёгких и только сейчас позволила себе отпустить. В груди неприятно сжало, но вместе с этим стало... легче. Правда.
Я кивнула, опустила взгляд на стол, на кружки, на печенье, которое уже никто не трогал.
— Да... ты права, — тихо сказала я. — У меня своя жизнь. У неё своя. Пусть делает как хочет.
В комнате повисла странная, тяжёлая, натянутая, как струна пауза. И именно в этот момент Вахит, будто чувствуя, что надо срочно разрядить обстановку, хлопнул в ладони и усмехнулся:— Так, раз уж все живы, никто никого не убил объявляю официально. Завтра у меня днюха. В четыре, все приглашены.
Я подняла голову.— Прям приглашаешь? — спросила я.
— Ага, — ухмыльнулся он. — Без отмазок. Придёшь?
Я показательно на секунду задумалась... и кивнула.— Ладно. Приду.
Он довольно улыбнулся, а в комнате наконец стало чуть легче дышать. Даже Валера, который всё это время молчал, слегка расслабился, оперся о стену и бросил на меня короткий взгляд, не дерзкий, не наглый, а какой-то... внимательный.
Я отвела глаза.
— Ладно, мы пойдем, наверное, — сказала Алина и встала.
Я кивнула, молча наблюдая, как она и Вахит направляются к двери.
Вдруг Валера медленно повернулся ко мне, улыбка играла на губах, и сказал:— Я могу остаться... если тебе будет легче.
Я опешила. Сердце на секунду пропустило удар. Я не ожидала такого предложения, и на миг задумалась, оценивая, что он имеет в виду. Его взгляд был мягким, не таким, как обычно, кокетливым или вызывающим, а... внимательным, почти заботливым.
Он слегка кивнул и тихо добавил:— Ну... если хочешь.
Я не знала, что ответить. Но внутри разлилось что-то теплое, как маленький огонек.
Валера сделал шаг к коридору, улыбнувшись мне и продолжая слегка ухмыляться:— Я помогу Полине убрать и тоже пойду, вы идите.
Ребята уже оделись и ждали Валеру у двери. Они переглянулись и усмехнулись, явно заметив мой шок. Я оставалась стоять на месте, чуть ошарашенная. Внутри меня вертелись разные эмоции: удивление, смущение, лёгкая радость, и... странное чувство доверия к нему.
— Пока, до завтра! — сказала Алина, улыбаясь, а Вахит кивнул.
Мы проводили их к двери, обмениваясь короткими прощальными взглядами, и как только они вышли, я тихо закрыла дверь за ними.
Я повернулась и встретилась взглядом с Валерой. Мгновение казалось вечностью: мы стояли рядом, но мир вокруг будто исчез. Его глаза такие темные, зеленые с оттенком серого смотрели прямо на меня, а внутри меня что-то дрогнуло.
Я почувствовала тепло от его присутствия, слышала его медленное дыхание, и сердце стало биться быстрее. Он слегка наклонился, и я заметила, как его взгляд мягко смягчился, лишенный обычной шутливой насмешки, только искреннее внимание.
Я едва слышно вздохнула, а он тихо улыбнулся, чуть приподняв уголки губ. Мы молчали, просто смотрели друг на друга, будто пытаясь прочитать мысли, передать словами то, что не осмеливались сказать.
Внутри всё парило: легкое волнение, трепет, смешанный с теплом и безопасностью. Мир сжался до этого маленького пространства, где только мы двое и наше молчаливое взаимопонимание.
Я почувствовала, как руки сами тянутся к нему, но пока только слегка соприкасаются, будто этот момент слишком ценен, чтобы нарушать его словами или действиями. Мы стояли так, поглощённые друг другом, и казалось, что весь мир подождёт.
__________
ТГК: Пишу и читаю🖤
оставляйте звезды и комментарии ⭐️