Лечение
Лоу приостановил демонстрацию.
— Мы все знаем, — начал он, слегка наклонившись вперёд, — что большинство людей, переживших личностную трансформацию во время виртуального "трипа", по идее, должны возвращаться к своему обычному состоянию — как пробуждающийся от кошмара, постепенно осознающий, что всё было лишь сном. Но, увы, для некоторых этот путь оказывается закрыт. Вместо облегчения — сбой в работе мозга. Вместо пробуждения — синдром виртуального шока. CВШ.
Лоу ненадолго замолчал, давая друзьям осмыслить сказанное.
— Пациент, попавший в лапы СВШ, не воспринимает никакие доводы. Для него произошедшее — абсолютно реально. Демоны депрессии захватывают разум, вытесняя причинность, и надолго поселяются в самых глубоких извилинах сознания. Когда этот пациент оказался в моих руках, он находился в стадии глубокой апатии, практически за гранью. Никакие препараты не помогали. Наоборот — лишь усиливали его состояние. А ведь вы знаете — то, что проникло в подсознание, вытащить оттуда невероятно сложно. Призраки продолжают наводить ужас — даже когда их не видно. Особенно когда их не видно.
Лоу взглянул на экран.
— Вот почему я решил: если невозможно вытянуть призрака наружу — нужно самому войти в его логово. Сделать страх видимым. Визуализировать монстра и уничтожить его в мире, где он родился. Этот пациент был одним из первых, кого я рискнул вернуть в виртуальную реальность — но уже с терапевтической задачей.
Он нажал кнопку, и экран ожил.
Взгляд камеры — то есть глаз пациента — стремительно двигался по длинному, тускло освещённому коридору с ржавыми стенами, будто отформатированными в старой видеоигре. Голос был уже совсем другим — напряжённым, решительным, местами злым:
— Я бреду по этому коридору целую вечность. За спиной — рюкзак, тяжёлый, булькающий чем-то вязким. Кто же меня сюда вывел?.. Не помню. Но если я иду в сторону проклятого сервера, значит, есть надежда. Я должен добраться. И уничтожить эту мерзкую кремниевую тварь. Любой ценой.
Взгляд пациента уткнулся в массивную металлическую дверь. На табличке значилось: «Главный сервер Творческого Имитатора».
— Наконец-то...
Рука осторожно надавила на ручку, но та не поддалась. Заперто. Из-за двери доносилась музыка — словно внутри был кто-то, занятый прослушиванием своих виртуальных фантазий.
— Надо выждать. Оператор должен выйти.
Прошло несколько томительных секунд — и дверь внезапно распахнулась. В коридор стремительно выскочил молодой человек в белом халате, явно торопившийся к своей личной цели. Он промчался мимо, оставив дверь открытой.
— Вот как приспичило... — пробормотал пациент. — Значит, у меня не больше пяти минут.
Он вошёл внутрь. Помещение оказалось холодным, как операционная. В углу — скромный столик, на нём играющий плеер и раскрытая книга. Оператор коротал скучные часы между сеансами.
У стены возвышался сам сервер — огромное металлическое тело, посапывающее, будто спящий дракон.
— Нашёлся... Пора с тобой покончить.
Из рюкзака была извлечена пластиковая канистра.
— Всё просчитано. Температура бензинового пламени — примерно 2550 градусов по Фаренгейту. А температура плавления кремния варьируется от 1000 до 2570. Значит, мы в точке — ты попал, приятель.
С ловкостью крышка была откручена, и пять литров бензина выплеснулись на корпус сервера.
— Этого достаточно.
Но тут — шаги. Оператор возвращался. Пациент нервно схватил коробку спичек, выронил её, и спички рассыпались по полу. Сдавленный голос прошептал:
— Спокойно... не волноваться...
Он подобрал спичку, чиркнул. Пламя заплясало на кончике, будто издеваясь — нетерпеливо, обжигающе. Пациент замер.
— Как это вообще зажечь?.. Помню фильм, где огонь ударил прямо в лицо поджигателю... Нет. Я так не хочу.
Взгляд метнулся по комнате в поисках альтернативы — и внезапно остановился на книге оператора. В мгновение ока несколько страниц были вырваны и поднесены к пламени. Бумага вспыхнула — и пылающими крыльями устремилась к серверу, впиваясь в бензиновую маслянистую кожу дракона.
— Всё. Победа. Надо уходить.
Он бросился к выходу — и столкнулся лицом к лицу с ошеломлённым оператором. Тот, не зная, что в комнате уже полыхает огонь, заметил в руке пациента ту самую книгу. Его глаза округлились, вероятно решив, что пришёл вор — похититель интеллектуального времени.
Экран замер на крупном плане книги. Твёрдая обложка, потемневшая от жара, всё ещё читалась: «451 градус по Фаренгейту». Рэй Брэдбери.
Лоу медленно выключил экран.
— И остаётся сказать... что мой пациент, ничего не помня из этого "трипа", вернулся в свою обычную жизнь. К своим сонатам, к своему звучанию. Демон был побеждён там, где он родился — в недрах подсознания. Единственное, что осталось — и это, согласитесь, немного забавно, — это то, что пациент утверждает: каждый раз, когда он перелистывает страницу в бумажной книге, кажется, что пальцы обжигает. Но кто в наше время читает бумажные книги?..
------------------------------------------------------------------------------------------------------------------