35
Обалдеть, какой выбор... Замуж или в свой мир... Закрываю лицо руками, а потом запускаю пальцы в волосы.
А мой ли он? Мне кажется, что я тут себя чувствую чуть ли не привычнее, чем там. Даже вон репутацию умудрилась подправить...
— Лили, — с легким синим мерцанием на конце стола появляется Таэмар, — знаешь, это неправильно для фамильяра, желать другую хозяйку. Но с тобой мне хорошо. И весело.
Я скептически смотрю на него, словно уточняю, уверен ли он.
— Да, я, может, не самый умный и заботливый, — вздыхает он, — но с тобой я впервые узнал, как это, быть по-настоящему полезным. А не только для того, чтобы узнавать вопросы к экзамену. Не уходи...
— Мне кажется, что я уже предугадываю твои аргументы, — обнимая меня крепче говорит Чонгук. — Для меня уже все решено: я бы никогда не смог устоять перед такой язвительной и упертой девушкой, даже если бы ты не была моей истинной. Ректор готов поддержать нас. Я сделаю так, что никто и никогда не узнает твою тайну.
Прижимаюсь ухом к груди дракона и слушаю уверенный стук его сердца и верю. Верю, что если я соглашусь, то все будет хорошо.
— А еще, — Чонгук склоняется к самому моему уху и тихо шепчет: — Я тебя люблю. Ты выйдешь за меня замуж?
Краска заливает щеки, губы сами собой растягиваются в улыбке и... Разве я могу что-то другое ответить?
— Я согласна.
Ректор серьезно кивает и указывает на артефакт:
— За него нужно взяться одновременно и произнести имя того, с кем заключается союз.
— Так просто? — удивляюсь я.
— Самые древние и самые сильные артефакты — самые простые в то же время. Не стоит недооценивать силу простоты... — он смотрит на свой преподавательский кристалл. — Нужно поторопиться.
Чонгук поднимает диск и протягивает его мне. Все началось с того, что он одновременно с Лили дотронулся до артефакта. И все... закончится этим же. Хотя конец ли это?
Задерживаю дыхание и обхватываю ладонью диск.
— Чон Чонгук! — выдыхаю я.
— Лалиса Лефрон! — одновременно со мной произносит дракон.
Пару мгновений ничего не происходит, и я даже переживаю, что из-за того, что мое настоящее имя другое, ничего не произойдет, а потом запястья обжигает, и на них появляются золотистые ободки из заковыристого узора.
— Ого... — рассматривая, замечаю, что там, в браслетах записаны наши имена.
И это все? Никаких сверкающих и звуковых спецэффектов? Только полное осознание даже не в голове, а где-то в груди, что все произошло. Мы связаны с Чонгуком навсегда.
— Теперь, Чонгук, ты должен сообщить обо всем родителям, — говорит ректор и убирает сферу и булыжник по местам. — Меня здесь не было, и вы воспользовались диском Единства только из-за своей безумной любви.
— Но...
— У меня сейчас будет и так очень много проблем с Винтер, так что вы спокойно отработаете в библиотеке, сдадите экзамены и будете свободны, — ректор поправляет манжеты.
— Ректор Мин, это же вы были там, на крыше? Но как вы догадались? — не выдерживаю я.
— Догадался о чем? — он хмурится и снова смотрит на свой кристалл. — Мне пора, я должен передать вашей матери, что ей отказано во встрече.
Он выходит за дверь, я кидаюсь вперед, чтобы сказать спасибо, но... его там уже нет. Что это значит?
Таэмар тоже заинтересованно оглядывается, хмыкает и, мерцая, исчезает. Вот... лис. Пошел на разведку?
— Ну все, Лиса, теперь никуда ты от меня не отвертишься, — Чонгук обнимает и склоняется так, что его дыхание обжигает мои губы.
— И не собираюсь, — усмехаюсь я. — Я лучше тебя пошлю.
Дракон смеется и нежно и сладко целует.