Something so good, so pure

По совету Рейнис, Рейнира сосредоточилась на укреплении связей со своей семьей. Эйгон быстро стал еженедельно появляться в ее квартире. По крайней мере, раз в неделю он устраивал истерику, пока няни не были вынуждены отвести его к Рейнире и Висеньи. В те дни они занимались чем угодно - от игр в комнате до походов в драконью нору, где жила Санфайр. Ей все еще нужно было сблизиться с Хелейной и Эймондом, но они были моложе Эйгона, так что пока все было в порядке.

- Ах, какая ты хорошая старшая сестра и хорошая мать, - воркует Лейнор, когда возвращается в их комнату после того, как сама отнесла спящего Эйгона в детскую. Он развалился на краешке шезлонга в их квартире. В кои-то веки в их комнате не царит оживление. 

Она хотела провести день в тишине, в которой так нуждалась, после долгого утреннего заседания Малого совета и непрекращающихся криков Висеньи прошлой ночью. У ее любимой дочери резались зубки, и она была уверена, что все будут страдать так же сильно, как и она. Так что они с Лейнором провели ночь, каждые несколько минут успокаивая свою дочь и проклиная Деймона за то, что он передал Висенье свое плохое настроение.

- Нашей дочери всего год, она еще не взрослая и не замужем, - парирует Рейнира, падая на шезлонг рядом с ним, измученная за день, несмотря на то, что солнце все еще стояло высоко в небе. - Разве ты не должен быть на тренировочных площадках? - спрашивает она, кладя голову ему на плечо.

- Сегодня меня это не интересует, - отвечает Лейнор, склонив свою голову на ее.

- Даже несмотря на то, что сир Харвин возглавляет городскую стражу и занимается их обучением? удивляется она.

- Слишком мускулистый для моих желаний. Он больше соответствует желаниям Лейны, чем моим, - отвечает Лейнор. - Я вижу в нем привлекательность, но, увы, не для меня.

- Он очень привлекательный, - соглашается Рейнира. - Сир Мика?

- Слишком грубый.

- Уиллем Стокворт?

- Ты, должно быть, шутишь.

- Сир Вайларр?

- Потрясающий, но скучный. Никто не хочет умереть от скуки.

- Джейсон Ланнистер?

- Я скорее пущу в ход свой меч, чем продолжу с ним беседу дольше, чем на несколько минут. По крайней мере, у Тайланда есть что-то особенное, помимо хвастовства своим драгоценным камнем, но даже разговоры с ним вряд ли заходят дальше обсуждения того, что делать со своей казной для получения максимальной прибыли. Казалось бы, он должен понимать, что они не самая богатая семья, и Веларион лучше разбирается в деньгах.

- Эм... Мейс Флорент?

- Ты что, совсем потеряла чувство вкуса, Рейнира? Спрашивает он, оскорбленный названными ею именами. Пара разражается смехом

- Похоже, в городе не осталось хороших мужчин, - говорит Рейнира, когда перестает смеяться.

- А как насчет тебя? Кто-нибудь привлек твое внимание? Мужчина? Женщина? Спрашивает Лейнор. - Не мне судить об этом.

- Той ночью... Мы с Деймоном поклялись друг другу на валирийском. Что я принадлежу ему, а он - мне, навсегда. Каждый раз, когда я думаю о том, чтобы завести любовника, я вспоминаю ту ночь, как он смотрел на меня, каково было чувствовать его на мне. В ее словах звучит грусть. Чувство тоски по мужчине, который владел ее сердцем столько, сколько она себя помнила. Желание быть с ним, даже после того, как была без него почти два года.

- Нам не нужны никакие мужчины, - заявляет Лейнор. - Мы - всадники драконов, а мужчины ничего не значат, когда у нас есть драконы. Наступает тишина, потому что после этого им нечего сказать. Это дружеское общение, не неловкое или что-то в этом роде, а мирное.

- Как мужчина ложится в постель с другим мужчиной? Я имею в виду, я видела, как мужчина сосет член другого мужчины, но, кроме этого, как это работает? Спрашивает Рейнира через несколько мгновений. Лейнор садится и поворачивается к ней лицом, приподняв бровь и явно не веря в заданный ею вопрос.

- Когда ты видела, чтобы мужчина сосал член другому? - спрашивает он в ответ. - О боги, я не могу поверить, что мы ведем этот разговор. Если король услышит, он оторвет мне голову и член за то, что я так вульгарно разговаривал с его драгоценной дочерью, - стонет он.

- Деймон отвел меня в бордель. 

Это очевидный ответ, не так уж много мест, где принцесса могла бы увидеть, как мужчина сосет член. Это было бы только в борделе, который в большинстве случаев не посещала бы принцесса в компании своего дяди, но они были Таргариенами. Или, по крайней мере, так всегда говорил Лейнор, когда она рассказывала ему что-то, что, по ее мнению, было нормальным, но он утверждал, что это не так. 

- Не будь таким ханжой, Лейнор. Короля здесь нет, и он никогда не узнает об этом разговоре. И если он это сделает, что с того? Он и так думает, что ты трахнул меня достаточно, чтобы подарить ему внучку, и разговоры о том, что мужчины сосут члены, не могут быть хуже этого. И это не может быть хуже гобеленов, которыми увешаны стены Красного замка.

- Когда мы были детьми, ты нравилась мне больше. Никаких разговоров о члене или сексе. Тогда ты была больше похожа на принцессу, - говорит он. Это шутка, она всегда нравилась бы ему, независимо от ситуации. - Овладеть мужчиной - это то же самое, что овладеть женщиной, только сзади... Над этим нужно еще поработать. Много масел и средств по уходу, если ты хочешь, чтобы все было сделано правильно и не навредило твоему партнеру, - объясняет он в общих чертах.

- Ты берешь? Или тебя берут? спрашивает она. Любопытство на ее лице было ясно как божий день.

- Я предпочитаю брать. Я все еще Дракон, а Дракон берет. Но я не против, чтобы меня взяли, если это будет подходящий мужчина, - говорит он ей. - А что насчет тебя? Как Деймон принял тебя? - спрашивает он, обращаясь к ней.

- Так много способов, - вспоминает Рейнира. - Сначала он был на мне, его вес успокаивал и доставлял удовольствие. Потом я оказалась на нем. "Верхом на драконе", как он это называл. Сзади, когда мы были перед зеркалом, за столом, у стены, а потом он снова оказался на мне, - перечисляет она, почти мечтательно вспоминая все способы, которыми Деймон овладевал ею. Это была чудесная ночь, которая привела к чему-то еще лучшему.

- Шесть раз? Не могло пройти и нескольких часов с того момента, как ты вернулась в квартиру, до того, как он ушел утром на Караксес. Он брал тебя шесть раз, и каждый раз ты достигала пика? Лейнор недоверчиво переспрашивает. - Неудивительно, что после этого ты не завела любовника. Я бы тоже не хотел заводить любовника, пережив такое.

- Чего бы я только не отдала, чтобы испытать это снова, - говорит ему Рейнира. 

Лейнор встает и подходит к столу, чтобы налить им вина. Вернувшись к креслу, он протягивает ей один из кубков.

- За Деймона Таргариена и его поразительное либидо, - произносит он тост.

- За Деймона! - говорит Рейнира.

Произнеся тост, они продолжают праздную беседу, отвлекаясь от разговоров о сексе и Деймоне.

- Вас двоих не было сегодня на тренировочной площадке, - говорит Лейна, входя в их комнату несколько часов спустя. - Захватывающее зрелище, - заявляет она.

- Я уверен, что там были захватывающие зрелища, но Рейнира завела здесь гораздо более увлекательный разговор, сестра, - говорит Лейнор.

- Более увлекательный, чем сир Харвин без рубашки и потный? Лейна спрашивает: - Что ж, я заинтригована. Умоляю, расскажи кузине, что привело вас обоих в восторг.

- Сир Харвин в твоем вкусе, милая кузина. Мы обсуждали других мужчин и то, что было с мужчинами. 

Вот краткое содержание их разговора, но оно говорит о том, о чем он был. О Деймоне не упоминалось.

- И ты сделала это без меня? Я оскорблена, мне больно. Я хочу поговорить о мужчинах и о том, как Алери, похоже, очаровала Джейсона Ланнистера, - надулась Лейна, принимая кубок с вином из рук Лейнора и отпивая из него.

- Это было мое!

- И что?

- Алери и Джейсон Ланнистер? Разве он не невыносим? Спрашивает Рейнира. 

И Лейна рассказывает им о том, чему стала свидетельницей на тренировочной площадке. Как Джейсон Ланнистер хвастался перед Алери утесом Кастерли, как он говорил о своем мастерстве владения мечом. На что Алери спросила его, лучше ли он сира Харвина.

- Пожалуйста, скажи мне, что сир Харвин победил, - умоляет Лейнор, - иначе Джейсон Ланнистер будет еще невыносимее.

- Не будь дураком, Лейнор, конечно, сир Харвин победил. Он пользовался моей благосклонностью, как он мог не выиграть?, - говорит Лейна. Стук в дверь прерывает Лейну, прежде чем она успевает продолжить.

- Войдите! - зовет Рейнира, достаточно громко, чтобы ее было слышно сквозь толстую дверь. Входит Алери с подносом, полным сладостей. - Ты как раз вовремя, кузина, мы как раз о тебе говорили, - говорит она, жестом приглашая Алери присоединиться к ним.

- Надеюсь, все хорошее, - говорит Алери, ставя поднос на стол.

- Если ты продолжишь приносить сладости, то это могут быть только хорошие вещи, - говорит ей Лейнор, протягивая руку за лимонным пирогом. - Лейна рассказывала нам о поединке сира Харвина и Джейсона Ланнистера на тренировочном дворе.

- Джейсон Ланнистер не великий фехтовальщик, - говорит Алери, присаживаясь на один из стульев.

- О, слава богам, - говорит Лейнор, заставляя Алери рассмеяться.

- Действительно. Я не понимаю, как можно быть таким хвастливым. Но, кажется, я ему нравлюсь, - говорит Алери.

- Ты хочешь принять его? Скажи только слово, и я попрошу его вернуться на свою любимую скалу, - спрашивает Рейнира.

- Может, он и невыносим, но он хорош собой. Лучше, чем большинство лордов великих домов, - утверждает Алери. - Мама хочет, чтобы я нашла хорошую партию. Джейсон Ланнистер - хорошая партия и податливый человек, если я все сделаю правильно, - говорит она.

- Тогда я помогу тебе с этим, если ты так хочешь, - говорит ей Рейнира.

- Я всегда буду нуждаться в твоей помощи, кузина, - отвечает Алери с легкой усмешкой на губах и лукавством в глазах.

-------------

Поскольку он был назван наследником их деда, Визерис знал, что его отношения с Рейнис пострадали из-за этого. Они оставались близки, но уже не так, как раньше. Возможно, из-за того, что вскоре после этого он потерял Балериона, он больше не мог подниматься в небо с Рейнис и Деймоном. Он знал, что Рейнис помирилась с Деймоном не на земле, а в небе, когда они мчались верхом на драконах, на которых когда-то летали их родители. Мелейс когда-то была драконьим яйцом, из которого вылупилась мать Визериса и Деймона, Алисса; Караксес когда-то был драконьим яйцом, из которого вылупился отец Рейнис, Эймон.

- Ты звал меня, кузен? Спрашивает Рейнис, когда сир Аррик ведет ее в свои покои. Он сидит у макета Древней Валирии, держа в руках единственного дракона, который был сломан и починен Алисентой. - Я помню, как вы с Эйммой начали это делать, - замечает она, беря в руки самый первый фрагмент модели. Это не центральное здание, которое находилось в самой высокой точке модели или в центре, а храм валирийского пантеона. - - Эймма была так взволнована, увидев, как твои рисунки оживают.

- Она всегда была моей самой большой сторонницей, - говорит Визерис.

- Нет, это не так, - говорит Рейнис, усаживаясь напротив него. - Эймма любила тебя и поддерживала больше, чем кого-либо другого, за исключением Рейниры. Но она не была твоей самой большой сторонницей и не была самой преданной. - При этих словах он нахмурил брови, он не мог вспомнить никого, кто поддерживал бы его больше, чем его Эймма. - Ты помнишь, когда мы были детьми? спрашивает она.

- Как я мог забыть? Я бегал за тобой, надеясь, что ты поиграешь, а Деймон - за мной. Отец всегда говорил, что это напоминает ему о детстве, о том, как он бегал за дядей Эймоном, а мама - за ним, - отвечает он, и воспоминания возвращаются к нему. Тогда все было намного проще: ни тяжести короны, ни забот, только радость. - Ты всегда больше играла с Деймоном, ему это нравилось, особенно после того, как мама...

- Ты был всего на два года моложе меня, я была тебе не нужна. Не так, как Деймон. Я говорю это не для того, чтобы обидеть тебя, но я любила его больше, - говорит Рейнис. - Когда дедушка созвал Большой совет, я умоляла его поддержать меня. Поддержать мои притязания на трон и моих детей. Знаешь, что он мне сказал? "Я люблю тебя, Рейнис, но не больше, чем своего брата. Мой меч принадлежит ему". Ничто из того, что я говорила или делала, не могло убедить его в обратном. Он собрал для тебя армию, не похожую ни на одну другую, большую, чем любая другая. Пока ты был с Эммой, заботясь о ней и Рейнире, Деймон отстаивал твои права, - продолжает она. - Эймма поддерживала тебя больше, чем кто-либо другой, но Деймон всегда был твоим самым большим и преданным сторонником.

- Возможно, он и поступал так, когда мы были моложе, но теперь он претендует на мой трон, на права моей дочери, он запятнал ее честь и развратил ее полностью ради моего трона, - утверждает Визерис.

- Он ищет твоей любви и признания. Это все, чего Деймон когда-либо хотел. Быть любимым и принятым своей семьей. Взойдя на трон, ты забыл, что именно Деймон боролся за твои права. Не потому, что он хотел этого для себя, а потому, что он любил тебя больше всех на свете, потому что ты был его старшим братом, и он был готов на все ради тебя. Ты отталкиваешь его, изгоняешь, едва веришь его слову, и все же он возвращается. Он приходит домой каждый раз, - заявляет Рейнис.

- Он осквернил мою дочь!

- Деймон чувствует зов нашей крови сильнее, чем кто-либо другой. Ему было в этом отказано. Ты и я, мы поженились на тех, кого любили, и никто нас не останавливал, они поощряли это. Бабушка продала его Рее Ройс против его воли. У него не было выбора - он был женат на женщине, которую не любил, на женщине, которая не понимала его, не заботилась о нем, не знала, как сильно он чувствовал зов Старой Валирии. Она даже не была дочерью кого-то важного, не из великого дома, который связал бы с нами королевство, не была богатой, как Веларионы, его брак с Реей Ройс ничего нам не дал, - говорит Рейнис. - Он нашел в Рейнире то, что ты нашел в Эймме, а я нашла в Корлисе. Я согласна, что он поступил не лучшим образом, но он действительно заботится о Рейнире. Так же сильно, как он заботится о тебе.

Визерис задается вопросом, что было бы, если бы он поженил Деймона и Рейниру, как просил Деймон после ночи в борделе. Это был не первый раз, когда кто-то поднимал вопрос о браке Рейниры с Деймоном. Эймма предложила это, когда Рейнире исполнилось восемь и они потеряли еще одного ребенка. 

- Пожени их, Вис. Он будет любить ее и заботиться о ней, и это укрепит ее положение. 

Тогда он отшутился. Он разозлился, когда Деймон попросил руки Рейниры.

- Деймон ушел, теперь это не имеет большого значения. Рейнира замужем, у нее есть дочь, и он ушел. Беспокоиться не о чем, - заявляет он.

- Пока его нет. Он всегда возвращается, Визерис, он вернется. Потому что он скучает по тебе, Рейнире, по своей семье. Возможно, это произойдет не сегодня, возможно, даже не раньше, чем через несколько лет, но это произойдет. Он никогда не мог оставаться в стороне, - говорит ему Рейнис.

- Мы поговорим о Деймоне позже, но я позвал тебя не для этого, - говорит Визерис, на мгновение задумавшись над ее словами.

- Я буду настаивать на этом, - говорит Рейнис.

- Рейнира говорит, что они с Лейнором хотят отправиться с Висеньей на королевскую процессию, посмотреть королевства, - говорит ей Визерис, - Но ты же знала об этом. На лице Рейнис нет удивления, в ее глазах нет шока.

- Мы говорили об этом во время нашего послеобеденного чаепития на днях. 

По словам Алисенты, послеобеденные чаепития стали обычным делом в садах. Рейнира и ее фрейлины приглашают гостей по-разному. Иногда это придворные дамы, которые приезжают к нему в гости или чьи мужья дают ему советы. В других случаях это простые люди. По словам Алисенты, Рейнира собирает придворных в садах вместе с Рейнис и Амандой Редфорт. Насколько ему известно, Алисента не была приглашена, и она не присутствовала на послеобеденном чаепитии каждый седьмой день, когда приглашения нет и прийти может любой желающий. Он считал послеобеденные чаепития пустой тратой времени, но время от времени Рейнира приходила на заседание Малого совета с идеями и проблемами, которые ей высказывали люди, посещавшие ее послеобеденные чаепития. Хорошие идеи, которые постепенно начали приводить к изменениям в городе. Улицы стали чуточку чище, сиротские приюты стали немного лучше финансироваться и так далее.

- Она хочет взять Эйгона с собой, - говорит ей Визерис.

- Это я предложила. Эйгон уже ладит с Рейнирой; они встречаются по крайней мере раз в неделю, если не чаще, когда Эйгон скучает по Висеньи. Он был бы невыносим, если бы его оставили, - отвечает Рейнис.

- Она также сказала, что вы и леди Редфорт поедете с ней.

- Демонстрация единства дома Таргариенов. Королева, которая никогда не поддерживала наследника. Наш дом настолько разделен, кузен, что я хочу показать всем, что это не так. Если для этого придется путешествовать по Вестеросу большую часть года, пусть будет так, - говорит Рейнис. - И мои дети, и внучка будут участвовать в процессии. Я буду той, кто проведет почти год с Висеньей, пока вы с Корлисом будете заниматься скучными делами, такими как заседания Малого совета и ролью короля.

- Ты злая женщина, - говорит Визерис, заставляя Рейнис рассмеяться. Он тоже смеется, и кажется, что прошла целая вечность с тех пор, как они с Рейнис смеялись вместе.

- Умная женщина, кузен. 

Визерис вынужден согласиться. Рейнис всегда была самой умной из них троих. Рейнис умная и свирепая, Деймон дерзкий и обаятельный, Визерис щедрый и любезный.

О, как он скучал по тем дням, когда бегал за Рейнис, а Деймон - за ним.