7. Обещаю.
Время близилось к закату. Нога ныла, таблетки почти не помогали, но я старалась ходить, чтобы ребята не волновались. Женя вышел на балкон покурить, а меня что-то потянуло за ним. Он казался опустошенным, задумчивым, уставшим. Он облокотился на чугунные перила, а рука свисала вместе с сигаретой.
— Что с тобой? — Женя вздрогнул, явно не ожидая моего вопроса. Он тяжело вздохнул.
— Отец на связь не выходит. Мать себя извела всю.
Тема отца была тяжелой для него. Пользы от него нет. В детстве он редко появлялся, да и я его помню. Высокий мужчина с короткой стрижкой, вся его шея, спина и руки были покрыты татуировками, он был под два метра ростом, накачанный, занимался тайским боксом в юности. Считал, что если его боятся, значит уважают. Все вопросы решал через силу. Каждый раз, когда он приезжал, доставалось Жене за то, что он слишком шумный, а матери Жени доставалось за то, что она не досолила суп, не так погладила его рубашку или приготовила не то на обед.
Помню, как мы собрались двумя семьями на ужин. Мой папа тогда еще был в России. Так вот, мы собрались, я весь день помогала маме что-то приготовить, мне было тогда восемь, а Жене почти десять. Я жарила свои фирменные панкейки на маленькой блиннице. Мы накрыли на стол, семья Василевских уже пришла. Александр Викторович сел рядом с тетей Ариной, мамой Жени. Моя мама отправила меня на кухню принести фруктов. В тот момент тетя Арина и мои родители ушли в кабинет обсудить новый ремонт.
Выйдя в гостиную, я поскользнулась и упала вместе с тарелкой. Отец Жени взбесился и сказал:
— Что ж за дите, ничего она нормально не может. Ты девочка или кто?
Он поднял меня за кофту и поставил на ноги. Я чуть не взвизгнула, когда он поднял руку, в этот момент выскочил передо мной Женя:
— Не трогай ее! — уверенно сказал он, хоть и знал, что получит за это.
— Защищаешь эту никчемную девчонку? — раздался хохот. Нет, не добрый, он был злым и холодным, скорее даже угрожающим. Мое сердце билось где-то в пятках.
Только он опять замахнулся, как они вернулись. Я побежала к своему папе и обняла его, возможно, это выглядело лицемерно, но я с детства была папиной дочкой, я сделала это на рефлексе.
— Что-то случилось, солнышко? — папа погладил меня по волосам. Я обернулась, Александр так зыркнул на меня, что кровь в жилах стынет, а ноги от страха подкашиваются. Я поняла, что говорить не стоит, ведь подставлю Женю. — Все хорошо, просто упала и ударилась сильно. Еще и фрукты рассыпала.
Папа обнял меня, а потом присел и посмотрел, все ли цело. У меня было разбито колено. — Иди на кухню, мама тебе все обработает, а из-за фруктов вообще не переживай. У нас вроде ягоды еще есть, сегодня без фруктов посидим, — он поцеловал меня в лоб, а потом я ушла за мамой, Женя пошел следом.
Мы не обсуждали эту тему. А сейчас снова он. В данный момент я уверена, что Евгений сильнее, ведь его отцу скоро 50, а ему 19. К тому же Женя тоже занимался боевыми искусствами. Сейчас он ходит в тренажерный зал и там же подрабатывает фитнес-тренером. Я всегда задавалась вопросом, почему Арина Григорьевна все еще с Александром. Но насколько я знаю, он постоянно в командировках, а после одного скандала съехал в другой дом, а мама Жени поехала за ним, забрав его с собой. Любовь слепа, но терпеть такое ради какого-то мужчины для меня казалось чем-то невообразимым.
Сказать честно, мне кажется, он привил Жене то хладнокровие, рассудительность и умение брать на себя ответственность. Его сломали, но сломает ли он кого-то — хороший вопрос. Он уникален, это тот человек, что всегда рядом, может не физически, но он всегда будет в моем сердце, в моей душе.
Я была удивлена, что он начал курить, он раньше больше всех презирал курение. У меня резко появилось желание попробовать.
— Жень, дашь покурить? — видимо, он не ожидал такого услышать, особенно от меня.
— Что? — его голос звучал растерянно.
— Покурить дашь?
— Ты же не куришь? Зачем тебе?
— Попробовать хочу.
— Уверена? Обещай, что не подцепишь мою привычку.
— Обещаю.
Женя достал пачку, открыл и протянул её мне. Я взяла сигарету, он достал зажигалку. Только я попробовала затянуться, как закашлялась. А после мои ноги начали подкашиваться. Чёрт возьми, давление! Женя сразу это заметил, подхватил меня под руки и повёл в комнату. Ещё и нога разболелась — что за вечер такой. Я легла на кровать, а он прилёг рядом. Голова кружилась, перед глазами всё плыло, через пару минут я уснула.
Только Алиса заснула, в комнату ввалились Рома с Риной. Всем им знать надо! Они сначала удивились, потом начали переглядываться и хихикать. Я пригрозил им кулаком, Рома чуть ли не в голос рассмеялся. Закатив глаза, я жестом показал, чтобы они были тише.
В комнате Алисы был небольшой диванчик, куда эта парочка плюхнулась и начала обсуждать нас. Вот так нагло. Я вообще в шоке — ни стыда, ни совести у них.
— Эй, парочка «Р», молчите, пожалуйста. Если она проснётся из-за вас, Роме голову откручу точно, а с Риной разберётся Спящая красавица. Думаете, она будет рада, что в таком состоянии её кто-то разбудил?
— Да всё, всё. Молчим мы, даже порадоваться за вас нельзя.
— Какой тут радоваться, она плохо себя чувствует, потому что дурочка. Я слежу, чтобы ей не стало хуже.
— Ну-ну, следит он. Тебе лишь бы быть с ней поближе.
Может, он и прав. Мне нравится быть рядом с ней, обнимать её, дарить цветы, радовать любимым кофе, проводить каждую минуту, которую мы упустили из-за расстояния.
Я вспомнил про отца. Ненавижу его всей душой, но мать держится за него до последнего. Я сменил номер и банковские карты, чтобы он не переводил мне денег. Все переводы я вернул обратно. Мне не нужны его деньги, мне нужен был он, а не его агрессия.
Словно почувствовав, Алиса прижала мою руку к себе. Я улыбнулся, а она прижала её сильнее.
— Это считается, что я её облапал?
— Да, — сказала Рина со смешком.
— Ну значит, она сама виновата, — я улыбнулся, а эта парочка смеялась вовсю.
Алиса повернулась и обняла меня. Я знаю, что неосознанно — она же спит, — но кажется такой беззащитной, такой маленькой. Я приобнял её рукой. Не дай бог её кто-то обидит — я закопаю его живьём в ближайшей лесополосе.
На мой телефон пришло сообщение. Одной рукой я обнимал Алису, а второй разблокировал телефон.
«Сын, папа вышел на связь. Всё хорошо, не переживай» — как может быть всё хорошо, если он снова появился?