Глава 24. Избегание
Наоми
Рикардо задумался об этом, пока я наблюдала за ним. Я сильно нервничала по этому поводу, сжимая кулаки. Мне очень нужно сделать временное опекунство, чтобы дать разрешение на операцию.
— Это будет непросто, — сказал он, но я не собираюсь сдаваться. Он не отказался, но и не согласился. — У меня затруднительные отношения с семьей мальчика, ты сама это видела.
Действительно. Я и упоминала об опасности этого условия. Кивнув ему, я заново поправила пиджак на своих плечах. Возможно, не выглядит этично то, что я не сняла пиджак. Но лучше я буду скрывать шрамы, которые виднелись на открытой спине. Так как мы притворяемся, что у нас сегодня важный день, как предложение, я надела самое дорогое платье из моего гардероба.
— Но, у меня есть некоторые основания, лишить их родительских прав. Тогда Эрой будет постоянно под твоим присмотром.
Серьезное заявление, но правильное. Возможно, я не смогу стать примерной матерью для Эроя, но я по крайней мере, проявляю для него заботу.
— Я сама позабочусь о мальчике, — улыбнулась я. — Мне нужна твоя помощь, чтобы ты подписал договор, как отец. Мне бы одной его не отдали. И, когда закончится наш договорной брак, ты имеешь право написать отказное, и я дальше продолжу воспитывать Эроя.
Рикардо засмотрелся на меня, затем коротко кивнул, дальше сфокусировав взгляд на бокале вина.
С этого момента мы помолвлены, а уже завтра отправляемся на семейный ужин с его семьей. Мне жутко страшно, но зная, что возле меня будет Рикардо, страх пропадает. Я знаю, что буду под его защитой.
Мы снова сидели в тишине, и я медленно разглядывала бриллиантовое кольцо, которое блестело под ярким светом. Сколько же он потратился на это все?
Он может и сказал, чтобы цены меня не волновали, но внутри меня мне было неловко. Мы всего лишь притворяемся, играем в опасную игру. И он заходит далеко, тратив на меня бешеные деньги. Я даже при живом отце так не сидела на его шее, как на Рикардо. С младшим сыном настоящего Дона, организатора преступного сообщества.
— Ты наелась? — спросил он, когда мы закончили. Я кивнула и улыбнулась.
— Было очень вкусно.
Сейчас все наблюдали за нами, поэтому нам снова пришлось вжиться в роль, переплетая пальцы. Обнимая друг друга, мы вышли с ресторана и зашли в машину.
Когда тронулись в путь, я задумалась о том, что бы мне сказать маме? Она же с ума сойдет, если увидит кольцо.
Может стоит маме признаться обо всем? Я не могу больше лгать, скрывая обо всем. Это неправильно.
Всего месяц и мы сможем жить свободной жизнью. Переедем. Не знаю как, но я уговорю ее найти работу в другом городе. И сама поступлю в другой университет в аспирантуру. И расскажу об Эрое. Я больше не отдам его семье Бано. Они его угробят. Он будет жить с нами и я подниму его на ноги, прежде вылечив от коллапса.
— Завтра, когда ты приедешь ко мне, я вручу тебе твои деньги за лечение и документы о усыновлении. Можешь не волноваться на этот счет, я сделаю асе, что угодно, чтобы мы усыновили Эроя.
Мое сердце стало обливаться теплотой.
— Но к нам иногда будут заезжать опекунство, чтобы проверить, как мы заботимся о нем.
Об этом мне было известно. Я часто видела такое в школе, когда училась. Они находили установленных детей везде и вели свою проверку. Но, кажется, такое не происходило с Эроем.
— А как семью Бано не лишили родительских прав? Они ужасные родители, которые игнорировали здоровье ребенка.
Рикардо посмотрел на меня, и я затаила дыхание от этих глаз. Почему же они сводят меня с ума? С первой нашей встречи.
— Для них это выгодно, — я сжалась в сидении. Какие же его приемные родители сволочи. — Они получают доход от того, что усыновили его, ты это слышала. Но я узнал еще кое-что. Они стали бы получать деньги за его внезапную смерть от диагноза.
Черт.
Я стала чувствовать себя ужасно от услышанного. Как так можно? Что с ними не так? Они недостойны Эроя. И теперь лишатся его навсегда.
Подъехав к моему дому, я вышла с машины и поблагодарила Рикардо. Пока я шла у дому, рассматривала кольцо. А мой настоящий брак будет ли таким же волшебным?
Мама открыла дверь, когда я не успела даже постучаться. В первом делом она осмотрела меня, затем посмотрела вперед и расплылась в улыбке. Я тоже обернулась, увидев, что машина Рикардо все стояло на месте. А его самого я не видела из-за тонированного окна. Сердцем я чувствовала, мы смотрим друг на друга.
— Пригласила бы его в дом, — сказала мама, и я покачала головой. Когда мы закрыли входную дверь, машина Рикардо уже уехала.
Как только я переоделась, вышла к маме с серьезным разговором. Пора вести ее в курс всего дела. Но я не скажу об одном детали. Что он опасный человек.
Как и я, мама избегает таких, как Рикардо. Он первый, кого я не избегала, дав ответный удар. И увидела, что он другой. Может таким видела только я, но для мамы факт остается фактом.
— Мам, — обратила я не внимание, когда она делала себе сок из яблок. Когда она обернулась ко мне, я прикрыла глаза: — Мы заключили с Рикардо фиктивный брак.
Свежее яблоко упало с ее рук, и мама с изумлением посмотрела на меня.
— Ты серьезно?
Я не смогла выдавить слова, поэтому только кивнула. Она прикрыла рот от удивления, затем посмотрела на кольцо на моем безымянном пальце.
— Господи! Она выглядит таким дорогим. Я так рада, доченька. Так и знала, что вы будете вместе. Я же говорила, — улыбалась она, подняв упавшее яблоко.
Я покачала головой, и мама вопросительно взглянула на меня.
— Только на месяц, мам.
— Что на месяц? — спросила она. Я выдохнула.
— Наш брак. Мы притворяемся женатой парой, — отвечаю я и мама расстроилась. Знала бы, что стало этому причиной. Это ее расстроит еще больше, но лучше он услышит это от меня, чем от кого-то еще. — Мам, дай мне все объяснить. Если бы не Рикардо, — я затаила дыхание. Сердце бешено стало колотиться, что сейчас случится и с мамой. — Меня бы отдали кому-то другому.
— В каком смысле отдали? — прошептала она, сев на мягкое кресло. Я прикрыла глаза, чтобы нарастающие слезы не потекли по моим щекам.
— Отчим продал меня. В день, когда он пришел сюда. Когда я отправила тебя в Неаполь, я пришла туда, куда он велел.
По щекам мамы потекли слезы, а на ее лице застыл ужас. Она стала мотать головой, словно видела все своими глазами.
— Рикардо появился во время. Я сделала вид, что он мой жених. И чтобы Макарио и отец мужчины, которому он продал меня, поверили в мою ложь, Рикардо подтвердил это.
Я взглотнула и старалась унять дрожь в своем теле.
— Они братья. Человек, которому отчим меня продал и он. Они позвали меня с Рикардо на семейный ужин. И, чтобы все выглядело правдоподобно, он надел на меня обручальное кольцо. И мы заключили брак на месяц.
— Господи, Наоми... — мама дрожащими руками обняла меня, поцеловав в макушку. — Это... слишком опасно. Что если закончится этот месяц и Макарио найдет тебя? Вдруг они узнают, что вы притворяетесь?
Я покачала головой, уняв ее панику. Взяв ее теплые ладони, которые гладили мою щеку шрам, поцеловала их.
— Все будет хорошо. Мам, у меня есть еще новости.
Она внимательно стала меня слушать. Я ей объяснила всю ситуацию с Эроем и то, что Рикардо поможет мне с оформлением усыновления.
— Если ты готова брать ответственность за чужую жизнь, то я не против, солнышко, — ответила мама и я обняла ее.
Я всегда беру ответственность за чужую жизнь своей работой, но это другая ситуация. Здесь ответственность о воспитании и заботе, на что я и готова.
Последний день лечения. Джан Жак, так оказывается его имя, а не так, как я его коверкала, подвез меня перед особняком.
В первый день Рикардо назвал меня его девушкой, а сейчас он всем объявил меня невестой. Как только открыли мне дверь, я зашла в особняк, который словно знаю наизусть.
Рикардо ждал меня у двери уже раздетым торсом. Я старалась не обращать туда внимание, но это было чертовски сложно.
— Привет, — говорит он и заходит в свою комнату. — Проходи.
Я немного отдышалась, за тем пошла за ним. Когда он сел в свое привычное дело, я приготовила вату с перекисью.
Все таки сдавшись, я рассматривала его тело, пока обрабатывала ранения. Почувствовав дыхание на своей макушке, я подняла на него взгляд.
Рикардо сидел слишком близко. Или это я приблизилась к нему поближе? Что происходит?
Как можно быстрее закончив с обработкой, я выкинула использованную вату, затем сполоснула руки о раковину.
— Спасибо за помощь, — сказал Рикардо, вручив мне конверт. — Две тысячи евро твои. Там еще немного чаевых. Ты же хочешь поступить в аспирантуру?
Это был вопрос или утверждение, я не поняла. Скорее вопрос, на что я кивнула.
Я приняла конверт, но открывать не стала. Неприлично. Положив его в сумочку, взглянула на Рикардо.
Вот и завершился наш первый договор о лечении. Возможно я больше никогда не зайду в этот особняк, в эту комнату.
Но мне не хотелось его покидать.
— Бернандо достал все нужные документы, пока я вел переговоры с приемной семьей Эроя, — я взглянула в его глаза. — Если у тебя сейчас есть время, нам стоит сходить в регистратуру брака и там же оформить документы об усыновлении.
— Правда? — я представить не могла, что мой голос будет звучать таким звонким от счастья. — Спасибо, Рикардо. Спасибо, — не осознанно обняла его я.
Как и вчера. Я замерла на мгновение, затем почувствовала его руки на своей талии. Он снова обнял меня в ответ, и миллионы бабочек запорхали в моем животе.
Его руки были такими большими, что от его объятий моя талия горела вечным огнем. От его голого тела тоже исходил неописуемый жар.
— Ты сделал нечто большее для меня. Я буду всю жизнь благодарна тебе за это, — я в жизни не улыбалась, как сейчас.
Мне не хотелось отводить глаза от него, и я просто стояла на одном месте. Его одна рука все обнимала меня за талию, а другая медленно прикоснулась шрама на моей щеке.
Я замерла, глядя на его глаза. Его пальцы все были на моих щеках, и я чувствовала, как мое лицо наполнялось краской.
— Улыбайся так всегда. Тебе она очень идет.
Взглотнув, вовсе я перестала дышать. Мои руки крепко сжали его голый торс. Мне не хотелось от него отстранятся. Не сейчас.
Мне кажется, что я сошла с ума.
Я смотрела на его глаза и заметила, как они опустились ниже. На мои губы. Не осознавая, с облизнула свои губы, не отрывая взгляда от его глаз.
Он еще раз аккуратно пальцем провел по моему шраму, оставляя за собой горячие следы.
— Я заставлю твоего отчима поплатиться за это, — с ненавистью прошептал он. А поцелуя, которого я так хотела, не последовало.
***
А теперь Рикардо меня избегал. Как только мы прибыли в регистратуру брака, между нами был какой-то невидимый барьер. Это я должна его ставить, а не он. Кретин. Придурок. Айсберг. Каменное лицо. Ghiaccio!
После того, как он подписал свидетельство о браке, пришел мой черед подписать.
Быстро оставив свою подпись, женщина фальшиво улыбнулась нам. В ее глазах был страх, и источником ее стаха был Ghiaccio возле меня.
— Примите мои поздравления, Рикардо и Наоми Эрнесто.
Снаружи нам ждал Бернандо с документами в руках.
— Давно не виделись, куколка, — улыбнулся он, подмигнув мне. Но его улыбка немного спала, когда он посмотрел на Рикардо. — Вот документы, молодые родители. Эрой Бано теперь официально стал Эрой Эрнесто.
Я поблагодарила Бернандо за помощь, взяв документы. Осталось последние два дела за сегодня. Это предупредить Леона, чтобы тот приготовил для Эроя операционную на завтра и подготовиться к семейному ужину.
Сегодня там будут и люди, о которых не думал Рикардо. Он об этом рассказал мне в машине, но я ничего ему не ответила.
Что ж. Опасная игра, где можно обжечься, начинает стартовать.