Глава 16
Зима
Я уже стояла у двери, закутанная в белый тёплый свитер, в котором чувствовала себя особенно уютно. Куртка застёгнута, шарф повязан. Только ботинки осталось подтянуть.
— Лёш, ну ты собрался уже или как? — крикнула я в сторону комнаты, где он всё ещё копошился.
— Да-да, сейчас, пять минут! Я только джинсы надену! — донёсся его голос.
— Хорошо-хорошо, — вздохнула я. — Я уже полностью готова!
Прошло ещё пару минут, и вот он вышел в коридор, на ходу натягивая куртку.
— А шапку не будешь надевать? — спросил Лёша, косо глянув в окно. — Там же холодрыга жуткая.
— Не знаю... — протянула я, слегка дёрнув плечом. — Наверное, нет. Даже если немного замёрзну — ну и фиг с ним.
Он посмотрел на меня строго.
— Давай всё-таки наденешь. Не надо, чтобы простыла. У тебя ж там скоро по учёбе важное — зачёты, экзамены...
— Ну, Лёш, у меня укладка сегодня классно получилась. А эта шапка она всё испортит...
— Ну, если не хочешь — не надевай, — сказал он, — но шапку я всё равно возьму с собой, на всякий случай.
Я лукаво улыбнулась, но протянула ему чёрную вязаную шапку. Он аккуратно сложил её и положил в свою сумку.
— Ну всё, Лёлик, пока-пока! Жди, мы скоро будем, — сказал Лёша, наклоняясь к нашему коту.
Лёлик лениво мяукнул в ответ, как будто действительно понял и провожал нас по-своему.
...
Когда мы вышли на улицу, нас сразу окутал холодный, но удивительно свежий воздух. Лёгкий снежок медленно кружился в свете фонарей, опускаясь на землю пушистыми хлопьями. Снег не колол лицо, а наоборот — будто ласкал, придавая всему вокруг мягкость. Зима была здесь во всей своей красоте. Вдалеке играла негромкая музыка из уличной кофейни — что-то уютное, с рождественскими нотками. Кафешки одна за другой светились огоньками, на витринах висели гирлянды, а из дверей доносились ароматы корицы и кофе. На улице царила настоящая зимняя сказка — та, что бывает только раз в году, в короткий миг между суетой и покоем.
Лёша сунул руки в карманы, немного поёжился и вдруг заговорил:
— Слушай, Леся, у нас же скоро Новый год. И я вот тут думаю... Что твоей маме можно подарить?
— Ты не представляешь, Лёша. Я с лет шестнадцати об этом думаю каждый декабрь. И до сих пор без понятия. У неё реально всё есть , как будто всё-всё.
— Проблема в том, что ты её дочка, а я ей нифига не сын, — вздохнул он. — Вообще не знаю, что ей можно подарить.
Я рассмеялась:
— Вот у Ксюши, например, жизнь полегче, чем у нас. Каждый год — открытка. Всё, миссия выполнена.
— Ну ты ж понимаешь, — сказал он, усмехнувшись, — что с открыткой у нас прокатить не получится.
— Конечно не получится, — подтвердила я. — Тут надо думать. Делать раздельно или вместе... тоже вопрос.
— Хочешь — сделаем совместный, — предложил Лёша, и его голос был серьёзным.
— Хорошо, совместный так совместный. Теперь осталось придумать, что именно.
Он на секунду задумался, глядя под ноги, а потом предложил:
— А может, ей что-нибудь... типа поездки? Может, она куда-то хотела?
— Я даже не знаю... — протянула я. — Может, в какой-нибудь санаторий? Она же в школе устает — с утра до вечера. А дома ещё Ксюша устраивает ей свои представления...
— Ну вот, — оживился он, — поездка в санаторий — это прям мысль. Надо будет подумать получше, конечно, но идея хорошая. Время у нас ещё есть, что-нибудь обязательно придумаем.
Я кивнула, улыбаясь.
— Ну вот, видишь? Какой ты молодец, — сказала я, посмотрев на него искоса.
Он посмотрел в ответ и хитро улыбнулся, немного вытянув губы, будто собирался отпустить шутку, но передумал.
— Конечно молодец, — с притворной важностью ответил он.
И именно в такие моменты я особенно чувствовала, как сильно его люблю и ценю.
— Леся, а как мы вообще будем праздновать Новый год? Вдвоём? Или как?
Я повернулась к нему, ловя его взгляд. В его голосе не было ни давления, ни безразличия — просто искренний вопрос. Он хотел понять, как будет правильно, как будет лучше для нас обоих.
— Слушай, — ответила я спокойно. — Ксюша очень ждала этот праздник. Она прямо с начала декабря мечтает, чтобы мы встретили Новый год все вместе. Она тебя обожает, ты ведь знаешь. Для неё было бы настоящим счастьем, если бы мы с ней, с мамой, с тобой — были рядом , как семья.
Лёша кивнул, задумчиво глядя на снежинки, что оседали ему на капюшон.
— Тогда, может, сделаем вот как, — предложил он спустя паузу. — Вечером, тридцать первого, когда пробьют куранты, мы встречаем праздник с ними — обмениваемся подарками, посидим, порадуем Ксюшу... А уже потом, ближе к ночи, уйдём к нам и проведём остаток праздника вдвоём. Всё-таки я помню, как ты хотела, чтобы мы встретили Новый год вместе, только ты и я.
— Да, конечно, так и сделаем. Мне очень нравится эта идея, — сказала я, тепло глядя на него.
Прошла ещё пара шагов в молчании, и вдруг я снова заговорила:
— А как же твоя сестрёнка? Ты не будешь праздновать с родителями?
Лёша мягко усмехнулся.
— Нет, сестрёнка будет с мамой и папой — втроём. Мы ещё заранее всё обсудили. Я сказал, что, возможно, буду праздновать с тобой, и они были только за эту идею. Сказали, что поймут и примут любое моё решение.
Я слегка замедлила шаг, посмотрела на него более серьёзно:
— Хорошо. Но, Лёш... если ты чувствуешь, что хочешь быть со своей семьёй — просто скажи. Я не обижусь, честно. Мне важнее, чтобы ты сам был на своём месте, рядом с теми, кого любишь. Я знаю, насколько для тебя дорога твоя семья. И уважаю это, выбор за тобой.
Он остановился, повернулся ко мне и заглянул прямо в глаза. Его голос был тёплым и спокойным:
— Лесь, ты можешь вообще не волноваться насчёт этого. Я правда всё хорошо обдумал. Я помню, как ты сказала, что мечтаешь встретить Новый год вдвоём. Это для тебя важно значит и для меня — тоже. Вот поэтому я хочу: сначала — праздник с Ксюшей и твоей мамой, а потом — только ТЫ и Я.Наш Новый год.
Я не удержалась и улыбнулась, как будто он снова в точку попал. В самый центр. Он не просто говорил — он запоминал. Вещи, о которых большинство забывает через пять минут. А он — помнил и делал. Без громких слов, без обещаний. Просто потому что знал, что мне это важно.
— Ты даже не представляешь, как мне приятно, что ты помнишь такие вещи, — тихо сказала я. — Это мило. И... очень ценно для меня.
Он только пожал плечами, как будто в этом не было ничего особенного. А для меня — было.
— А что насчёт Ксюши? — вдруг спросил он. — Я могу у неё аккуратно выпытать, — с серьёзным видом сказал он. — Тайно, под прикрытием. И мы ей вдвоём подарок организуем.
— Гениально, Лёша, — улыбнулась я. — Просто идеально.
...
Когда мы подошли к торговому центру, из дверей повеяло теплом и запахом свежего кофе, шоколада и мандаринов. Внутри всё сияло — гирлянды, ёлки, витрины, каждая по-своему старалась быть самой праздничной. Повсюду звучали рождественские мелодии — тихо, ненавязчиво, будто фон для хорошего настроения. Люди ходили с пакетами, кто-то спешил за подарками, кто-то просто гулял, улыбаясь без причины. Возле центрального холла стояла огромная ель, украшенная сотнями золотых и серебристых шаров. Под ней лежали бутафорские подарки, перевязанные лентами, а рядом дети фотографировались с Дедом Морозом. Всё вокруг напоминало, что праздник уже где-то совсем близко — буквально за углом.
— Ну что, книжная принцесса, — сказал Лёша, чуть наклонившись ко мне с озорной улыбкой, — идёмте в ваш книжный рай? Как раз и бывшее место работы — навестишь.
Я засмеялась:
— Точно! Я же когда там работала, к нам новую девочку привели. Как раз посмотрю, как у неё там дела.
— Ну вот, тем более идём, — ответил он.
Под звуки тихой рождественской мелодии мы подошли к знакомой витрине. На полках аккуратно стояли книги, рядом — праздничные открытки, блокноты, кружки с надписями "Winter Magic" и "Book Lover". Над кассой свисала веточка ели с серебристыми лентами. Всё выглядело так уютно, что у меня даже сердце дрогнуло — как будто я вернулась домой.
Колокольчик на двери тихо звякнул, когда мы вошли.
— Леся? — услышала я знакомый голос.
Я обернулась — ко мне шла Полина, а рядом стояла Ира.
— Привет! — улыбнулась я, обрадованно шагнув к ним.
— Ой, Лесь, привет! — сказала Полина, и на лице у неё появилась искренняя улыбка. — Здорово, что зашла!
— Да вот, решили прогуляться, — ответила я. — Смотрю, у вас тут красота какая!
— Мы старались, — вставила Ира. — Хотелось, чтобы всё по-новогоднему, чтобы люди заходили и сразу чувствовали праздник.
Я кивнула, осматривая зал.
— У вас получилось, правда. Так уютно стало, даже лучше, чем раньше.
Полина засмеялась:
— Да, мы тут елку сами украшали. Вечером, после закрытия. С Ирой, вдвоем.
— Вот молодцы, — улыбнулась я. — Ира, как ты? Всё по-старому?
— Да вроде да, — ответила она, облокотившись на прилавок. — Работаем, как всегда. Иногда тебя вспоминаем, без тебя скучновато.
— Спасибо, — тихо сказала я. — Мне приятно это слышать.
Лёша тем временем стоял неподалёку, рассматривал полки с книгами и время от времени бросал на меня тёплый взгляд.
Полина, заметив его, улыбнулась:
— Это, наверное, Лёша? Ты же про него рассказывала.
Я кивнула, слегка смутившись.
— Да, он самый.
— Очень приятно, — сказала Полина.
— Взаимно, — ответил Лёша, вежливо кивнув.
В этот момент я вдруг ощутила, как сильно скучала по этому месту — по запаху бумаги, по шороху страниц, по тихому уюту, который бывает только в книжных магазинах зимой. Всё это было частью меня, и теперь, стоя здесь рядом с Лёшей, я понимала, как сильно изменилась.
— Ну всё, девочки, — сказала я с улыбкой, — пойду пополню свою коллекцию книжек. А то знаю я себя — если не уйду сейчас, потом забуду. Да и вам, с такими-то продажами, премию точно дадут!
Полина засмеялась, а Ира покачала головой:
— Давай-давай, иди. Мы потом проверим, сколько ты там "немного" набрала.
— Проверяйте, — подмигнула я и направилась к полкам.
Лёша догнал меня, взял за руку и сказал с тем самым спокойным, но уверенным тоном, от которого у меня всегда теплее становилось:
— Так, корзинку давай я понесу.
— Да там немного будет, — ответила я, чуть пожав плечами. — Пару книжек, не больше.
— Не верю, — сказал он, хитро прищурившись. — Ты же себя знаешь. Сначала "пару книжек", а потом корзинку нельзя поднять с полу. Так что не спорь — я понесу.
— Лёша, — сказала я с притворным возмущением, — я сейчас с тобой подерусь за эту корзинку.
Он рассмеялся:
— Драться бесполезно. Всё, решение окончательное. Мне корзинку, это не обсуждается.
— Хорошо-хорошо, — сдалась я, улыбаясь. — Какой вы у нас джентльмен, а!
— Вообще-то ещё какой, — сказал он, гордо выпрямившись.
— Да, по тебе и видно, — хмыкнула я, и мы оба рассмеялись.
Потом я потихоньку начала рассматривать полки. Одна книга, вторая, третья... ещё пара, "на подарок", "в коллекцию", "ну эту я давно хотела" — и вот уже корзинка наполнилась почти до краёв. Лёша стоял рядом, с каждым новым томом только закатывал глаза, но ничего не говорил, лишь тихо улыбался.
— Леся, — наконец произнёс он, глядя на переполненную корзину, — ты уверена, что мы унесём всё это?
— Всё под контролем, — ответила я невозмутимо. — Если что, понесу я.
— Нет, ни в коем случае, — сказал он твёрдо. — Даже если эта охапка будет больше меня — всё равно понесу я.
— Как скажешь, — улыбнулась я, глядя на него с теплом.
И вот мы подошли к кассе, и я невольно почувствовала ту самую радость, которую испытывает каждый, кто обожает книги — когда держишь их в руках, чувствуешь запах свежей бумаги и понимаешь, что каждая из них — маленький подарок самой себе.
Лёша поставил корзинку на прилавок и усмехнулся:
— Ну вот, книжная принцесса, теперь премия вашим подругам точно обеспечена.
Я засмеялась:
— Да, думаю, после этого я у них в списке почётных покупателей на первом месте.
Ира аккуратно пробивала мои книжки, а я, стоя рядом, смотрела, как стопка на кассе растёт всё выше.
— Леся, вот это ты, конечно, — сказала она, улыбаясь. — Нам точно премию обеспечила.Так, — сказала Ира, продолжая пробивать покупки, — у тебя же есть скидочная карта, да?
— Конечно, — ответила я, доставая её из кошелька. — Там, по идее, бонусов должно быть немного. Я помню, что откладывала, но не прям много.
Я протянула карту, и в этот момент краем глаза заметила, как Лёша вдруг тихо отходит в сторону. Сделал вид, будто его внезапно заинтересовала дальняя полка с художественной литературой.
Я нахмурилась. Что за странности?
— Так, — протянула Ира, глядя на экран, — у тебя тут бонусов... дохренища!
— Что? — удивилась я.
— Да вот, — засмеялась она, — у тебя явно кто-то что-то пополнил. Можешь хоть всю покупку ими оплатить, представляешь?
— Здрасьте, — сказала я, моргнув. — Я, конечно, люблю копить, но не настолько.
— Хочешь сама посмотри, — протянула она мне экран. — У тебя там прямо клад.
Я заглянула и, честно, обомлела. Цифра светилась солидная — уж точно не та, что я оставляла.
— Хорошо, я тебя поняла, — тихо сказала я, переводя взгляд на Лёшу.
Он стоял у полки, делал вид, что изучает аннотацию какой-то книги, но по выражению лица было видно — всё знает.
— Давай, оплачиваю этими бонусоми с к карты всю покупку.
— Отлично, — улыбнулась Ира.
Мы всё оформили, попрощались, и, когда вышли из магазина, я тут же схватила Лёшу за куртку.
— Так ты, гангстер малолетний, — сказала я, глядя ему прямо в глаза, — это что такое было?
Лёша замер, потом невинно пожал плечами:
— Так, не надо. Я вообще ничего не делал. Это, считай, тебе Дедушка Мороз подарок сделал.
Я приподняла бровь:
— Дедушка Мороз, говоришь?
Он улыбнулся, чуть наклонился и легко чмокнул меня в лоб:
— Ага, с наступающим, книжная принцесса.
Я не удержалась от улыбки. В груди стало тепло — то самое чувство, когда от счастья будто щекотно внутри.
— Дедушка Мороз, вы сегодня в ударе, — сказала я с легкой усмешкой.
Лёша хитро прищурился:
— Не смотрите так, а что, вам не нравится?
— Знаете, — ответила я, приподняв подбородок, — меня всё устраивает.
— Вот и отлично, — сказал он, улыбаясь. — Давай свою охапку, пойдём потихонечку домой. Главное, мы сходили в книжный магазин — миссия выполнена.
— Правильно, правильно, — кивнула я. — Спасибо вам большое, уважаемый Дед Мороз.
Он тихо засмеялся и сказал, глядя прямо в глаза:
— Ой, Леся... я тебе говорю, я всё что угодно для тебя сделаю.
...
Мы шли по заснеженной улице, снег тихо падал на плечи и волосы, а где-то вдали доносилась радостная музыка. Свет фонарей отражался на снежном покрове, создавая мягкое, мерцающее свечение вокруг.
И тут я краем глаза заметила что-то знакомое.
— Лёш, смотри, каток! — воскликнула я, указывая рукой. — Смотри, как прикольно! Людей так много!
Он повернулся, глядя на каток, и улыбнулся:
— Реально, прикольно!
Мы остановились на мгновение, просто наблюдая за людьми, скользящими по льду, слышали лёгкий смех и звон коньков о лёд.
— Знаешь что? — вдруг сказал Лёша, слегка наклонившись ко мне. — С Ксюшей можно будет сходить обязательно!
Я засмеялась и радостно кивнула:
— Точно! Какая прикольная идея! Нужно будет обязательно сходить!
Мы продолжили идти дальше по улице, снег шуршал под ногами, а огоньки витрин создавали ощущение маленькой зимней сказки.
И тут Лёша неожиданно посмотрел на меня с хитрой улыбкой:
— А ты вообще-то умеешь кататься на коньках?
— Я тебе сейчас расскажу кое-что.
Я замерла, глядя на каток, и тихо начала рассказывать:
— Знаешь, Лёша... у меня с детства была какая-то мания на фигурное катание. Очень любила этот спорт, особенно выступления фигуристов. И знаешь что? До сих пор я помню почти всех по именам — кто на ком женат, кто с кем выступал, кто какие места занимал, какие программы показывал, где выступал... в общем, полностью всё знаю.У мамы даже стояли фигурки разных фигуристов, мне бы перевезти их к себе домой, но постоянно забываю. И, видимо, из-за этой мании я сама пошла на фигурное катание. У меня всё очень хорошо получалось... Я действительно любила этот спорт. Но, знаешь, спорт этот тяжёлый... И вот однажды на тренировке я сильно упала. После этого мне сказали, что профессионально заниматься фигурным катанием нельзя... что, в общем, мне больше это не светит...
Я чуть прикусила губу, и голос мой на мгновение дрогнул.
— Так вот, Лёша... мечты мои разрушились просто так, легко и просто.
Он молча слушал меня, держа за руку, и его взгляд был полон тепла и заботы.
Я подняла на него глаза и тихо спросила:
— Так что думаешь, Лёша... умею я кататься или нет? Если хочешь, вот когда с Ксюшей пойдём, я вам покажу, что умею. Там и аксель какой-нибудь, и ласточку, и ещё что-то базовое. Четвёрной, конечно, я вам не покажу, но базовое что-то точно получится.
Лёша мягко приобнял меня за плечи, обвив рукой, и сказал с лёгкой улыбкой:
— Ну что ж, давай, идём, моя прекрасная.
Идя по дороге мы услышали знакомую мелодию, доносившуюся из уличного динамика, сквозь шум города и тихий звон коньков на катке. Я слегка замерла и с улыбкой повернулась к Лёше:
— Ты же знаешь, что это за песня?
Он посмотрел на меня с удивлением, потом с улыбкой, как будто уже догадывался:
— Конечно, знаю.
Он сделал паузу, затем тихо добавил:
— Леся... хочу пригласить вас на танец.
Я слегка засмеялась, улыбаясь:
— Как это мило с вашей стороны
Откуда ты тут взяла-ась?
Классные шортики — бывшие джинсы Levi's
Простой макияж
Пахнешь, как первый ландыш, тебя не буду срыва-ать
Откуда ты тут взяла-ась? Оу
Пахнешь, как первый ландыш, тебя не буду срыва-ать
Подумал о тебе — и пошёл снег
Холода нас греют: ближе к семье
Всюду суета эта, где нас нет
Новые текста, но не о тебе
Он протянул руку, и я осторожно вложила свою в его. Сразу почувствовала, насколько уверенно и бережно он держит меня. Он слегка приподнял меня на носочки, так что мои пальцы коснулись его руки
Хлопья летят наверх, всюду магия и свет
Ты чё тут одна? Привет, пойдём на парад планет
Я дам тебе тёплый шарф: там в космосе холода
И мы встречаем рассвет, укутавшись в облака-а
Эти уютные дни. Падают хлопья, и с ними мы
Медленно тают, как наш поцелуй
Медленно тают все наши мечты
Я подняла глаза и встретила его взгляд. Он смотрел на меня так глубоко, что казалось — видит прямо в душу. Его глаза были тёплыми и одновременно острыми, искрящимися, будто знали все мои секреты и принимали их без остатка. Сердце колотилось быстрее, и воздух вокруг нас казался насыщенным электричеством.
Подумал о тебе, — и пошёл снег
Холода нас греют: ближе к семье
Всюду суета эта, где нас нет
Новые текста, но не о тебе
Хлопья летят наверх, всюду магия и свет
Ты чё тут одна? Привет, пойдём на парад планет
Я дам тебе тёплый шарф: там в космосе холода
И мы встречаем рассвет, укутавшись в облака-а
Смотри
Мы щуримся от этой белоты
Летят снежки и слышен детский смех
Исчезнут вдруг дома, слова, мосты
Всё просто потому, что выпал снег
Хлопья летят наверх, всюду магия и свет
Ты чё тут одна? Привет, пойдём на парад планет
Я дам тeбе тёплый шарф: там в космосе холодa
И мы вcтречаем рассвет, укутавшись в облака-a
Мы кружились по заснеженной улице под мягким светом фонарей, который отражался на белом снегу, создавая вокруг нас золотистое сияние. Снежинки тихо падали на плечи, а музыка где-то вдали делала всё вокруг особенно уютным. В одном из поворотов он слегка притянул меня к себе, и я почувствовала, как тепло его тела мягко обволакивает меня. Его рука на моей спине была такой надёжной, что я могла полностью расслабиться. И когда музыка стихла на мгновение, он крепко обнял меня, так, что сердце забилось быстрее, и я поняла: в этих объятиях хочется оставаться навсегда.