Сердце 12. Катерина
Казалось, очередь не уменьшалась. Даже напротив, кривая ширинка из людей словно становилась длиннее с каждым шагом. Катерина устало вздохнула и потерла виски, они откликнулись ноющей болью.
С каждым днем полет отнимал все больше сил, а голова начинала болеть все чаще. Катерина к такому не привыкла, но сдаться сейчас означало бы признать поражение, а к такому она не привыкла еще больше.
Девушка подошла к молодому парнишке — ожидаемо, он оказался брюнетом; в зелёных глазах его светилась досада.
«Ну, он хотя бы не в ужасе и не взбешён», — подумала девушка.
Здесь и таких было немало: периодически из толпы вылетали яростные выкрики или детский плач. Грубую силу Гард разрешил применять только в крайнем случае, за что Кати была ему очень благодарна. Такого случая ещё не представилось.
— Можно я возьму вас за руку? — спросила она, обращаясь к юноше.
Тот обворожительно улыбнулся:
— Для такой красивой девушки –всё что угодно.
И протянул ей правую ладонь.
— Будет немного больно, — предупредила Кати, сжимая грубое мужское запястье, а затем осторожно провела по нему медицинским лезвием. На коже сразу выступила капля крови. Красной.
Катерина немного удивилась, но виду не подала: до этого момента она была уверена, что перед ней очередной некромант.
— Сколько вам лет? — поинтересовалась Кати.
— Двадцать.
В таком возрасте дар должен был давно проснуться, а значит, перед ней действительно обычный смертный.
— В таком случае вы можете быть свободны.
Юноша кивнул и поспешил удалиться. Катерина подняла взгляд на небо. Солнце подходило к зениту, погода стояла ясная и свежая. Под ногами хрустел тонкий снежный наст и хвоя. Всё было бы прекрасно, если бы не одно «но». Они с Гардом прибыли сюда ещё на рассвете, и, если так дальше пойдёт, закончат только к вечеру. Катерина поджала губы и двинулась дальше.
— Зачем вы всё это устроили?
Вопрос принадлежал роскошной черноволосой красавице, у которой остановилась Катерина. Девушка действительно была чудо как хороша: высокая и стройная. Длинные, до талии, волосы тяжёлыми волнами спадали на плечи и укрывали пышную грудь. Милое личико портили только сдвинутые на переносице брови и злобный прищур.
— Это приказ его величества, — пояснила Кати.
— Старый дурак совсем спятил, — процедила брюнетка. — Всех без разбора стремится засунуть в самое пекло.
Катерина встревоженно покосилась на стражника, дежурившего рядом, но лицо того оставалось бесстрастным: он сделал вид, что не услышал.
— Учти, милая, — продолжила брюнетка, направив в грудь Катерины острый, натертый лазуритом, ноготок, — воевать я не пойду, можете сразу сжечь.
Кати совсем опешила.
— Да вас никто и не заставляет.
— И зачем тогда королю некроманты?
— Изучать Безонное Озеро.
В глазах брюнетки блеснул огонёк недоверия. Она переспросила:
— Изучать?
Кати кивнула.
— Ладно, — процедила незнакомка и огляделась, словно оказалась на поляне впервые. — Куда мне?
— Для начала дайте свою руку.
— Вот ещё, — брюнетка фыркнула. — Руки мне резать? Не дай Дианар, шрам останется!
А затем оскалилась — и на её белёсой щеке выступил контур некромантской звезды. Едва заметный, но, тем не менее, он был. Из этого Кати сделала вывод, что источник девушки очень слаб: та, видимо, магией крови не пользовалась.
— Этого достаточно?
— Да. Пройдите, пожалуйста, к тому листолету.
Катерина указала в сторону, где несколько бойцов Гарда вели учёт некромантов, записывая их имена в список и сопровождая в каюты. Эта девушка была двенадцатой.
«Неплохо. Совсем неплохо», — подумала Кати, глядя в спину удаляющейся красотки.
— Как успехи? — спросили сзади.
Катерина вздрогнула, узнав голос Гарда и мгновенно залилась горячей краснотой. Без маски дракон выглядел даже внушительней: высокий, широкоплечий. На подбородке появились красные следы щетины, скрыв под собой несколько шрамов; остальные, тем не менее, всё ещё расчерчивали его лицо и сливались с падающими тенями веточек. Незрячий глаз мужчина спрятал под кожаной черной повязкой, а во втором девушка заметила озабоченный блеск.
Катерина уже не единожды про себя отметила, что ей безумно нравится его улыбка. От неё сердце почему‑то меняло свой ритм. Это чувство было чуждым для, но оно ей нравилось. Девушка тоже улыбнулась.
— Двенадцать человек, — словно хвастаясь, объявила она.
— У меня примерно так же, — уголки губ Гарда снова вздрогнули, а затем дракон посерьёзнел. — Госпожа, давайте отойдём.
Катерина кивнула, предчувствуя нечто нехорошее. Дракон указал куда‑то в сторону, подальше от лишних ушей, и девушка двинулась следом.
— У меня для вас неприятные новости, — начал дракон, едва они отдалились от толпы. — Скворец принёс письмо из Авскома.
Катерина глядела выжидающе, но продолжать дракон не торопился.
— Ну не тяните же! — почти взмолилась девушка.
— Простите, — Гард прочистил горло. — Нам стало известно, что прошлым вечером скончался его величество Пётр.
Какое‑то время Катерина пребывала в ступоре.
Вот, значит, как. Она не знала короля лично, но, несмотря на это, в груди всё равно разлилась глухая тоска. Она слишком хорошо помнила то время, когда жила в Верхних землях. Тогда, когда становилось совсем нестерпимо, она слышала голоса умирающих людей, их молитвы к ней. Это случалось редко: всё‑таки она стояла не очень высоко в пантеоне, и последователей у неё было немного. Чаще всего молитвы возносили отцу, но от этого становилось только хуже. Иногда казалось, что она помнит каждого, хотя этого, конечно, быть не могло. Но всё‑таки она богиня людей, и её место всегда было среди них. В этом мире молитв она не слышала, но очень хорошо могла представить, о чём мог взывать умирающий король: о дочери, о будущем преемнике, королевстве и треклятом Константине. От этого становилось трудно дышать. В глазах помутнело.
— Госпожа, вы в порядке?
Её плеча коснулась тяжёлая рука, и Катерина встрепенулась, глянула на Гарда и прочла в его глазах неподдельное беспокойство. Тот крепче сжал её плечо.
— Госпожа, с вами всё хорошо?
— Я... Соболезную вам.
На этот раз во взгляде дракона проскочило недоумение. И что‑то ещё, что‑то большое и тёплое, но распознать это чувство Кати не смогла.
— Вам, наверное, лучше присесть. Давайте я отведу вас в листолет, пообедаем.
— А как же?..
Упираться Катерина не стала, только глянула с надеждой на толпу народа, словно надеялась, что её попросят остаться, но люди, казалось, даже не заметили их короткой беседы, увлечённые своими разговорами.
— Мои люди здесь обо всём позаботятся, — заверил Гард, осторожно ведя её за плечи в сторону листолетов.
— К сожалению, — добавил он с какой‑то горечью, — я вынужден буду в скором времени вас оставить, но солдаты позаботятся и о вашем благополучии тоже.
Катерина резко замерла, словно наткнулась на невидимую преграду. Подняла лицо на Гарда и нахмурилась.
— Что это значит?
— Сейчас Королевство осталось без правителя, а в нашем положении это недопустимо. Так что мне приказали немедленно явиться в Авском, охранять будущего короля до коронации.
Ага. Значит, Александр тоже летит в столицу, Надя наверняка будет с ним.
Не поняв как и главное зачем, Катерина схватила мужчину за руку и крепко сжала.
— Я лечу с вами! — воскликнула она. — Одного я вас не отпущу.
† † †
Нежная рука пару раз коснулась щетины. В сердце разлилось приятное спокойствие, тихое умиротворение. Как давно дракон не чувствовал ничего подобного? Нет, не всегда он был в центре событий, передохнуть от суеты ему удавалось, но чтоб так... Уютно и тепло.
Гард понял, что задремал. Сказалась бессонная ночь. А когда он открыл глаза, увидел Катерину. Девушка склонилась над ним и тихонько что‑то говорила. Думая обо всём на свете, но ни о чём конкретном, дракон схватил её за запястье, притянул и усадил себе на колени. Она была такой невесомой, почти фантомной. А ещё она только что ему снилась. Девушка ойкнула. Проснувшись окончательно, дракон резко сел, как от толчка, и несколько секунд тяжело дышал, уставившись в круглые от шока глаза девушки.
Девочка с крыльями. Катерина. Кати. И жар, бурлящий где-то в грудной клетке. Её теплые нежные ручки, её пухлые губки, её такой наивный и одновременно с этим чарующий взгляд. Мягкие волосы, скользящие меж его пальцев, он ощущал до сих пор. Бархатная щёчка, которой она прижималась к его телу, её влюблённый взгляд, ставший для неё желанным и поистине ценным подарком, и горькое осознание того, что всё это осталось во сне, наверняка навеянном её неосторожными словами. Катерина, Кати... Если бы она знала, как давно он не ощущал ничего подобного, но каждый раз оказывалось, что это не более чем насмешка или ошибка весёлой молодости. Но почему сейчас так хочется думать, что эта девочка особенная?
«О‑Сол, дай хоть шанс», — взмолился он мысленно.
Катерина деликатно откашлялась, и Гард чуть не взвыл, глядя в её краснеющее лицо. Он ощутил, что и сам вот‑вот станет пунцовым. Её упругие бёдра касались колен, а запах... О боги, что это был за парфюм? Гард никогда не видел, чтоб девушка пользовалась духами, но без них пахнуть так сладко и терпко было бы невозможно.
— О, боги, госпожа, простите! — он неохотно отпустил Катерину, и та встала, поправляя подол платья.
— Вы хорошо себя чувствуете? — обеспокоенно спросила она, всё ещё заливаясь краской.
Дракон медлил с ответом. Боги, каким глупцом он себя чувствовал!
— Всё в порядке. Извините ещё раз. Это всё сон.
Но стоило только подумать о сне, как волна жара тут же накатывала на Гарда, захлёстывая его приступом стыда. А ещё казалось, будто все его мысли бегущей строкой отражаются на лбу. Он уронил лицо в ладони и с силой потер, словно стараясь стереть из головы все лишние мысли.
— Мне кажется, у вас жар, — Катерина чуть нахмурилась, протянула руку и положила ее на лоб Гарда.
Тот нахмурился, ощущая, как напрягаются лопатки, и накрыл ее ладонь своей.
— Все в порядке, правда, — он вздохнул. Вдох получился какой-то грустный и уставший. Девушка убрала руку и отступила на шаг.
— Вы так устали, — сочувственно проговорила она, — но, я бы не стала будить вас попусту, — В лице её читалось неподдельное беспокойство, а ещё тревога. — Дело в том, что ветер сменил направление, нас сносит с пути, да и облаков осталось ничтожно мало. Такими темпами мы вернёмся в Авском не раньше завтрашнего вечера.
Дракон тихо выругался. Думать о деле оказалось слишком трудно — он всё ещё ощущал фантомный запах её волос, хотя девушка находилась на достаточном расстоянии. Да и сон яркими обрывками вспыхивал в мозге, не давая сосредоточиться ни на чём другом.
Гард снова потер лицо, теперь уже пытаясь взбодриться, но помогло это плохо.
— Мне нужно выпить, — он нехотя поднялся и только тогда понял, что Катерина находилась в его каюте. Вид этой девушки, каким‑то чудом оказавшейся в его личном, почти интимном пространстве, смутил ещё сильнее.
Он нагнулся и вынул из шкафчика небольшую стеклянную бутыль. Наклейка на ней почти стёрлась от времени, но та всё ещё оставалась запечатанной. Гард редко пил алкоголь, при этом все так и норовили подсунуть ему что-то дорогое и крепкое на любой праздник, поэтому дома у него собралась небольшая коллекция. И на служебном листолете он хранил на всякий случай стратегический запас. Видимо, такой случай настал.
— Плесните и мне тоже, — попросила робко Катерина.
Гард глянул на неё удивлённо, но молча достал два стакана. Девушка присела рядом на койку и с благодарностью приняла протянутую наливку. Принюхалась. Чокаться не стали. Гард в два глотка осушил содержимое — мысли от этого яснее не стали, но наваждение сна прошло.
— На самом деле я пришла сообщить ещё кое‑что, — вздохнула Кати. Она лишь слегка смочила губы; Гард сразу понял, что настойка будет слишком крепкой для неё. — Надя прислала мне письмо. Светлана Эйрфаер пропала.
— Час от часу не легче.
Гард с трудом подавил в себе порыв потянуться за бутылкой снова.
— Я могла бы помочь, — девушка вдруг накрыла его ладонь своей и заглянула дракону в глаза. — Вы доверяете мне?
Гард тяжело сглотнул, невольно напрягшись. Мягкое, тёплое прикосновение разожгло в нём странное, почти незнакомое чувство. Он вдруг подумал, что всё ещё спит — настолько нереальным казалось для него происходящее. Он медленно, но уверенно кивнул.
† † †
Фигурка Катерины выглядела неожиданно крохотной на корме огромного корабля. Она выглянула за борт и какое‑то время всматривалась в безмятежную синюю гладь, потом отступила. Сняла с плеч плащ Гарда, который продолжала переодически носить, пока была на листолете, аккуратно сложила его и отдала дракону. В этот момент они встретились взглядами, и он невольно нахмурился, заметив в её лице помимо решительности ещё что‑то — и это нечто его встревожило. На секунду показалось, что это страх. Он едва удержался от того, чтобы не схватить девушку за предплечье и не повернуть к себе лицом.
Девушка набрала полные лёгкие воздуха и, закрыв глаза, шагнула за борт.
† † †
Сердце замерло в груди, а потом застучало часто‑часто. Воздух обжёг щёки своими ледяными поцелуями, губы тут же высохли и потрескались, когда она попыталась улыбнуться. Чувство — то самое, желанное и вместе с этим наводящее панику — поглотило её целиком. Лента слетела с волос, и они осыпались во власть встречного ветра. Это длилось всего пару мгновений и вместе с тем — целую вечность.
А потом она раскрыла крылья. Её резко дёрнуло в сторону: одно крыло чуть замешкалось, и она слегка вскрикнула, на пару ударов сердца потеряв равновесие, но быстро выровнялась. Крылья словно сами знали свою работу, а ещё они впервые за долгое время обрели жизнь — стали не просто бесполезными конечностями, мешающими спать, а настоящим мощным орудием. Они словно глотнули воды после длительной жажды: капли влаги облакивали каждое пёрышко, возвращая к ним утраченную свежесть.
Кати зависла в воздухе, и перевела дыхание. Крылья заработали тяжело и мерно. Она вдруг ощутила усталость. В Верхних Землях это чувство ей было незнакомо, а сейчас она осознала, что держать своё тело в воздухе может быть трудно.
Она глянула вверх: над ней неспешно проплывал огромный листолет, из‑за борта выглядывал Гард. Глаза его округлились от смеси волнения и восторга. Катерина ни с чем не спутала бы эти эмоции — сама она ощущала то же самое.
Она взмыла вверх, позабыв об усталости, и пролетела совсем рядом с кормой. Дракон проследил за ней взглядом, его губы сложились в озорную, совсем мальчишескую ухмылку. Он ещё немного стоял там, а потом девушка потеряла его из виду.
Она потерянно оглянулась, и с губ её сорвался восхищённый, полный детского восторга вдох: в небе под кораблём раскрыл свои огромные перепончатые крылья величественный чёрно-алый дракон. Размером он был почти с листолет, а размах крыльев его просто поражал воображение.
Девушка громко, почти истерично рассмеялась и штопором рухнула вниз. Всё ещё опасаясь подлетать близко, она застыла в десятке метров над драконом — взмах этих огромных крыльев просто смел бы её, как сухой листик.
Дракон покосился на девушку треугольным зрачком, и жёлтые глаза его заговорщицки сузились. Он щёлкнул огромной пастью — руки девушки невольно покрылись мурашками: эта пасть могла бы проглотить её целиком. Но она не испугалась, скорее исполнилась невольного уважения к этому могущественному созданию.
Дракон вырулил из‑под корабля, и вызванный этим движением ветер заставил листолет покачнуться. Девушка тоже взмыла вверх, выше — к свету солнца. Она уже ощущала, как его тёплые лучи нежно касаются её щёк и плеч, тепло от них прокатилось по лопаткам.
Дракон вдруг взмыл прямо перед ней, и его широкая спина заслонила солнце. Девушка невольно взвизгнула, но визг этот быстро перетёк в смех. Она разглядела огромный ошейник, обвивающий шею дракона, и невольно нахмурилась. По пальцам пробежали электрические искры — злость на короля на секунду перекрыла восторг. Так вот как этот хмырь заставил Гарда подчиняться! Но только на секунду.
Перед ней стрелой промелькнул огромный хвост, всколыхнув воздух и заставив девушку перевернуться, новый прилив адреналина вызвал приступ смеха. Она закрыла глаза, пропуская через себя магию. Её тело завибрировало от переполнявшей его силы, и далеко над ними, под самым днищем листолета, начали сгущаться первые тучи.
Ветер усилился, подхватил волосы, неприятно ужалив ими её обнажённые ключицы. Внизу сверкнула одинокая молния. Она вызвала очередной приступ почти детского восторга. Кати чувствовала, как магия переполняет её грудь, буквально умоляет выпустить себя наружу. И девушка выпустила.
Тучи уже волнами клубились внизу, ветер раздувал паруса листолета, и тот набирал скорость. Девушка удовлетворённо улыбнулась — такой сильной и могущественной она не ощущала себя никогда. Даже когда была настоящим богом.
Она направилась было к листолету, но порыв встречного ветра отшвырнул её в сторону, и девушка ненадолго потеряла управление. Но испугаться она не успела. Перед ней возникла огромная драконья спина. Не теряя ни секунды, девушка опустилась на шею Гарда, обвив руками гигантский ошейник.
Тело дракона оказалось на удивление мягким и тёплым — почти горячим. Она провела рукой по чешуйчатому боку, кончиками пальцев ощущая приятный рельеф. Дракон издал тихий рык и отвесно, почти штопором, рухнул вниз, направляясь к листолету.
С губ Кати сорвался радостный вскрик. Она невольно завизжала, чувствуя, как от бешеной скорости сердце замирает в груди, а всё внутри начинает вибрировать. Волосы её окончательно растрепались и спутались, но это мало волновало. Всё её существо переполнялось только встречным ветром, счастьем и бесконечным ощущением свободы.
Корабль быстро приближался, и в какой‑то момент ошейник под её руками начал становиться меньше, словно ссыхаясь. Чешуя исчезала из‑под пальцев. Она невольно зажмурилась, уже не ощущая под собой твёрдую шею. В последнюю секунду перед глазами промелькнули паруса листолета, а потом жёсткий удар заставил её вскрикнуть — хватка на её талии и бёдрах усилилась.
Открыв глаза, Кати встретилась со взглядом Гарда. Он смотрел на ее губы, не в силах отвести взгляд, а грудь его часто и тяжело вздымалась. Дракон крепко прижимал девушку к себе, и его тёплые сильные руки разжигали в ней что‑то волнующее и немного болезненное. Она все пыталась выровнять дыхание, но это никак не получалось, сердце так ломилось в грудную клетку, что казалось, вот-вот вывалиться наружу. Дракон медленно приподнял руку, словно боясь спугнуть мгновение, и осторожно провёл пальцами по её щеке. Прикосновение было таким лёгким, почти невесомым, но оно заставило Катерину застыть, все тело ее трепетало. В глазах его она разглядела что-то глубокое и всепоглощающее.
— Поцелуйте меня, — проговорила она, чувствуя, как это незнакомое чувство затягивает и ее, а она просто была не в силах этому сопротивляться. Да и не хотела вовсе.
На лице Гарда отразилось недоверие, он замешкался:
— Катерина, вы...
А потом вдруг нахмурился, хватка на ее талии усилилась. Гард наклонился к ней, и на мгновение замер, едва касаясь её губ своими. Этот миг тянулся, казалось целую вечность. Сначала Кати обожгло его дыхание, а потом мягкое нежное прикосновение. Он поцеловал её — сначала робко, будто пробуя на вкус, а затем настойчиво и жадно.
Её руки скользнули вверх, обхватив его шею, пальцы запутались в жестких волосах.
Время остановилось. Под ними продолжал плыть листолет, где‑то вдали перекатывались грозовые тучи, но для Катерины существовал только этот миг, только тепло его губ, только биение двух сердец, слившихся в едином ритме. И в этот миг Кати поняла — что бы ни ждало их впереди, они встретят это вместе.