У холода есть ключ

— Я возьму шахматы и алкоголь, мы будем развлекаться и не думать о других. Я позволю тебе выиграть, чтобы притупить твою осторожность. Я позволю тебе напиться, чтобы ослабить бдительность. Угадай что будет дальше?

! [Так как книга имеет тег "songfic", каждой главе будет предоставлен в начале плейлист, для атмосферки. Не призываю читать обязательно под музыку, просто делюсь с вами треками, что вдохновили меня на определённые сюжеты;)]

♪ Pastel Ghost/ playlist ♪

Уверенными пальцами цепляют за лямку тонкого лифчика. Задирают вверх материю. Впиваются в мягкую плоть. Пускают по телу мелкую дрожь, где только касаются, заставляя млеть от прикосновений. Её плавные движения распаляют нутро, пробирают через раз табуном мурашек. Щекотливый рой вынуждает невольно выгнуться в пояснице и прислониться оголённой спиной к её груди. Мягкой. Аккуратной. Со сбитым дыханием.

Требовательным движением прижимают ближе к себе, а чужие острые колени заставляют расставить ноги шире.

Прикусываю губу, понимая в какой до безобразия стыдливой позе хотят разложить прямо на плетёной кушетке в лоджии, пытаясь, не свойственной сейчас резкостью в движениях, показать нежелание так просто подчиниться. А она даже не церемониться. Тонкая ладонь плавно перемещается в сторону промежности, оставляя опухшие соски, и не сильно щипает правую ягодицу. С губ заместо накопившегося недовольства, срывается то ли полустон, то ли всхлип, больше похожий на мяуканье. И от этого звука собственный стыд добивает ещё больше, выступая алым налётом на скулах. Кажется, этого она и добивалась. Та, что смела все представления о личных границах в первый же вечер. Та, что сгребла в свои объятья, не дав возможности даже возмутиться ее наглостью. Наглость эта была не раздражающая, скорее возбуждала, приправленная самодовольной ухмылкой красивых губ, и может чуточку пугала. Пугала тем, что смогла понять моё тело за жалкие десять минут лучше, чем я за все свои тридцать два года, и заставила выгнуться в этой бесячей собачьей позе. Никто не может меня заставить. Потакать. Приказывать... никто ведь?

— Если так и продолжишь молчать, я не пойму нравится тебе или нет — бархатный голос на выдохе, возле самого уха — Мне всё же надо учитывать "твои" пожелания — словно специально, тянут на последнем слове ухмылку.

— Будто..., ты прислушивалась ко мне... все эти полчаса — цежут сквозь зубы и сбитое дыхание.

Вместо ответа короткий смешок опаляет ухо. А следом очередной влажный укус.

И в какой момент всё свернуло к такому горячему финалу? Во время третьего бокала вина? Быть может, когда снимала этот гостиничный номер? Или сутками ранее, оставляя анкету на сомнительном сайте интимных, чёрт возьми, услуг?

Взгляд падает на загорелую кожу женских рук, что переплетаются с моими, и понимаю — даже в выборе партнера я провалилась с треском. Мне ведь всегда нравились брюнетки, может старше себя, а Она полная их противоположность. Нагрянувшая внезапно одним звонком, будничным тоном назначив время и место встречи, и уже через динамик телефона смела неясным волнением всю концентрацию, заодно и мысли, в кучу.

Это был рабочий четверг, заваленный предзаказами на будущие проекты жилых квартир в DUMBO*, в просторном до безобразия кабинете на двадцать пятом этаже R.I**. Молодая женщина за рабочим столом листает пёструю новостную ленту. На экране ноута плывут разного рода статьи, начиная от "жёлтых" скандальных прямиком из шоу-биза, и заканчивая ростом цен акций до внезапно взлетевшего курса валют.  Впрочем, и первые, и вторые, лишь мелькают перед скучающим взглядом, что словно выискивает среди всего земного хаоса что-то более интересное. Хотя, знать бы что именно... Светло-голубые зрачки цепляют мигающее окошко рекламы на очередной странице, отчего-то начиная вчитываться в яркие зазывающие буквы, и запоздало догоняя, что дважды кликнули на ссылку. Внезапная мысль, словно вспыхнувшее детское любопытство, и, возможно, блондинка успеет пожалеть ещё десятки раз, оставляя сейчас собственную анкету и несколько слов в строке "личные предпочтения". Задумываются, не будут ли эти пару пунктов выглядеть слишком вульгарно для ее возраста, и тут же выключают ноутбук, пока здравый рассудок не заставил вообще отменить заказ. Женщина напоследок окидывает взглядом кабинет, обставленный с любовью перфекциониста. Стрелки часов перевалили за девять вечера, утопая в сумеречных закатах Бруклина. Офис давно опустел, помимо парочки охранников, что делают обход и с неподдельным удивлением в глазах натыкаются на свою начальницу.

Ноябрьский ветер ударяет в лицо, стоит лишь выйти за двери, проникая под лёгкое пальто и заставляя съежиться. Одно лишь желание — быстрее окунуться в горячую ванну, снимая напряжение в мышцах, и наполнить лёгкие сладковатым ароматом геля, а не влажным, липким петрикором. Белый ягуар разрезает ночную автостраду. Цепляет литым корпусом многочисленные неоновые блики и восхищённые взгляды парочки прохожих. Город со всех сторон обступает высокими многоэтажками. Стеклянные верхушки утопают в нависших свинцовых тучах и лёгкой туманной дымке. В одних окнах давно потухли лампы, в других до сих пор зависали трудоголики как Рэйс.

Вскоре перед ней возникает такое же ничем не приметное здание. Местная гостиница "Афтэ Дарк". Название говорит само за себя, порождая в мыслях неясное волнение. Приглушенный свет и темные матовые оттенки интерьера успокаивают взгляд, а за стойкой регистрации Хисторию встречают профессионально отрепетированные приветливость и готовность обслужить. Три. Семь. Двенадцать. Цифры на табло плывут вверх, и с каждым сокращаемым метром дрожь в пальцах становится ощутимее. Вскоре каблуки утопают в мягком ворсе ковров в номере, а в нос бьет запах ароматизированных свечей. Аккуратно застеленная кровать королевских размеров, на котором она сегодня, возможно, проведет приятную ночь, сбросит накопившееся напряжение, да и просто позволит себе чувствовать чужие блуждающие руки. Она ведь может позволить себе расслабиться, в конце концов.

Понимая что чертит уже седьмой круг по комнате, Хистория скидывает пальто и сумку на кресло неподалеку, сама же исчезая за дверцей в ванную.

Когда она в последний раз имела годный секс и подрагивающие от оргазма колени? Год назад? Полтора? Два? И этот промежуток давал понять что ни холодная вода, ни бокал красного полусладкого не снимет напряжения в истосковавшем по обычным ласкам теле. А может вовсе неудачной была эта задача с самого начала, но три внезапных ритмичных стука в дверь сметают все крутившиеся в голове сомнения. Сметают все бредовые домыслы о том, что "любовница" разочаруется увидев женщину в возрасте, заместо молоденьких черт. Но смуглое лицо напротив вспыхивает неясным любопыством, стоит им скрестить взгляды, и лениво тянет тонкие губы в приветливой улыбке.

— Здравствуй, так значит это ты меня выбрала? — прошагивают внутрь, оставив небольшой кейс на тумбе — Признаться честно, ожидала... — девушка вовремя затыкается, чуть не выдав "смазливое личико", и тут же исправив — ...скучающую особу, но приятно удивлена.

Снова эта довольная не ясно чему улыбка и протянутая ладонь.

— Хистория — блондинка пожимает руку в ответ, ощущая как чужие пальцы не теряя времени оглаживают тыльную сторону.

— Имир.

— Тут есть вино, и совсем не дурное на вкус — кивает головой блондинка в сторону откупоренной бутылки, пытаясь не совсем резко высвободить ладонь.

Имир пускает тихий смешок, уловив смущение в бегающих зрачках напротив, и отпускает руку.

— Можешь раздеваться — полушёпотом и внезапно, отчего Хистория дёргается, упираясь спиной в женскую грудь.

— Так быстро?... — не может подобрать та слов, вцепившись в чужие руки на своей талии.

— Мы ведь не хотим терять времени — тянут возле самого уха. Горячее дыхание щекочет шею.

— Мы ведь толком и не знакомы! — переправляют фразу, разворачиваясь лицом.

Имир пускает ещё один смешок, ловким движением поддев молнию на юбке. Та легко скользнула вниз по крутым бедрам, открывая вид на оголенные ноги в телесных чулках. Хистория прикусывает губу, пока одна рука шатенки на талии заставляет прижаться вплотную и ощутить поднимающуюся температуру ее тела, а вторая поглаживает за линию челюсти.

— У нас с тобой два часа. Мне бы не хотелось терять минуты впустую рядом с такой обольстительной женщиной.

Взгляд карих зрачков падает на пухлые губы, понимая что согласно чертовому кодексу работника не имеет права прикасаться к ним. Девушка лишь замирает в жалких сантиметрах. Чужой ванильный запах, с пряными нотками дразнит рецепторы, и Имир поддается, стоит блондинке неловко поятнуть ее ближе за галстук. Ослабить узел, что так впился в горло, стянуть пиджак, закинув его неподалёку, а Имир больше не сдерживается, впивась губами в бархатную кожу на шее, и подталкивает к плетённой кушетке, что ближе всего к их разгорающемуся желанию. Хистория оседает на колени, ощущая как Имир пристраивается сзади. Чувствует ее руки поднимающиеся вверх по ляжкам и цепляющие кружевные края чулков.

Её пальцы расстёгивают хлипкие пуговицы на блузке, пересчитывают невесомым касанием выступающие рёбра, накрывают узкими ладонями пышную грудь через бюстгальтер. И начинают сминать. Большие пальцы чертят круги вокруг опухшего ореола, и даже через тонкую материю просшибает током всё тело. Хистории остаётся лишь опираться на чужие крепкие руки, плотнее прижимаясь бёдрами, то и дело потираясь попой, и послушно запрокинув голову назад, открывая шею Её влажным поцелуям. Горячие губы выцеловывают ключицы и водят линии шершавым языком, а Хистория может поклясться, что подобного накала не приносили даже все прежние игрища с бывшим мужем. Он не умел распалять этот внутренний азарт, не заставлял невольно выгнуться в этой дурацкой позе, ощущая оголенными лопатками чужие вставшие...чёрт возьми! Имир в одной лишь рубашке поверх голого тела и, кажется, не собирается оставлять в одежде и её. Руки, с умением дела, ловко поддевают за застежку, высвобождая грудь из тесного сейчас лифчика. Ночная прохлада в номере первым оглаживает розоватые соски, пуская мурашки, а следом и пальцы Имир, дразняще теребят бусинку, не сильно выкручивая и срывая первые томные мычания.

В следующую секунду Имир внезапно отрывается, так же резко как начала всё это, оставляя на кушетке раскрасневшуюся Хисторию в недоумении. Тянет блондинку в сторону кровати, ранее замечая отпечатанные узоры на ладонях и колен от твердой плетенной поверхности.

— Перенесём наше желание на более мягкое место? — снова улыбается — Не хотелось бы, чтобы ты уехала домой в синяках.

Хис на мгновение теряется, удивлённая вниманием шатенки даже к таким мелочам, и приподнимается, вправду ощутив как затекли ноги. Желает прикрыть руками голую грудь, стоит увидеть любующийся и одновременно смущающий своей открытостью взгляд напротив. Имир перехватывает её руки в воздухе, сплетает пальцы и вновь обрушивается поцелуями на искусанные плечи. Заваливает на кровать и нависает сверху. Белая рубашка на ней распахивается, обнажив подтянутое загорелое тело и напряженные мышцы пресса. А ещё перед Хис предстает аккуратная грудь с бордовыми опухшими ореолами, и та прикусывает губу от желания расцеловать. Её смущенный взгляд встречается с растянутыми в ухмылке губами и потемневшими зрачками. В последних плещется загадочный блеск и дурманящее желание.

И Хистория не может не согласиться — Имир имеет свой магнетизм, покоривший её сознание с первых минут. Она тянется к ней, зачесав за уши темные локоны, а шатенка в свою очередь замирает, впервые почувствовав от "клиентки" ответные касания.

— Подари мне самую лучшую ночь...

И Имир дарила. Дарила удовольствие, выносящий разум за орбиту беспрестанными движениями рук и пальцев. Дарила обжигающие поцелуи, плавящие натянутые нервы и накопившийся стресс. Поцелуями вдоль и поперёк изучала её тело, вылизывала шершавым языком с мокрого клитора до самого патлатого затылка, словно желая собрать весь запах блондинки кончиком языка. А Хистория позволяла. Позволяла дразнить до дрожи в коленях. Пускать бесстыжие фразочки, дико смущающие получше ехидного смешка под ухом, пока собственное тело ярко реагировало на каждое прикосновение Имир, вплоть до простых вдохов и выдохов.

— Сядь ко мне спиной — до сознания пробивается голос Имир, а следом слух улавливает клацнувший звук.

Хистория на разъезжающихся коленях разворачивается сперва на живот, а уже после прислоняется спиной к вздымающейся груди. И этот секундный промежуток хватает Имир невольно зацепить глазами её мокрую промежность, чувствуя как внезапно пересохло в горле.

— В анкете ты указала пункт с игрушками.

И тут Хисторию снова накрывает волной испанского стыда, осознавая ради чего потянулись к кейсу.

— Если только самые обычные. Не пойми неправильно, но я не любитель впадать в хардкор.

— Тогда попробуем парочку...

Не успела блондинка дослушать Имир, как слух уловил мерную тихую вибрацию. И от этого звука всё нутро сжалось в томном ожидании.

— Расслабься — бархатный голос, а следом мягкий поцелуй на правой скуле.

Прохладная поверхность вибратора пустила мурашки, заставляя не сильно дёрнуться. Имир придержала за талию, продолжая гладить внутреннюю сторону бёдер. Её рука меденно смещалась к промежности, уже невесомо проводя пальцами вокруг той самой точки и улавливая нетерпеливые мычания Хис. Средний и безымянный ткнулись в влажное лоно, не дав блондинке свести ноги. Одним плавным движением проникли до второй фаланги.

Обступаемая приятными волнами удовольствия в обоих сторон, Рэйс уже не могла сдерживать рвущиеся с губ звуки, запрокидывая голову на плечо Имир и одаривая приятными слуху вокальными стонами. Пальцы шатенки доводили до самого пика, чтобы в шаге от иступления прекратить ласки. Дразнили, заставляя Хис извиваться в её руках и самой насаживаться на длинные пальцы. Удивительно как быстро женщина избавилась от скованности, поддаваясь своим порывам.

Либо её так опьянила бутылка красного полусладкого, либо эти тягучие медовые поцелуи.

— Как тебя звали?...— на рваном выдохе, требовательным шёпотом. В ответ лишь тихо смеются.

— Имир.

— Так слушай сюда, Имир — всё тем же срывающимся голосом — Прекращай изводить, и доведи уже...!

"Вау, в ком-то снова проснулся властный директор."

Вслед приказному тону, Имир чувствует как чужие пальцы впиваются в ноги, оставляя царапины наманикюренными ноготками.

— Что, не терпится быстрее кончить?

— У тебя в обязательном репертуаре одни извращенские фразы...?!

— Оу поверь, ты не слышала и половины за сегодня.

— Просто молчи...!

— Значит стонать будешь лишь ты одна?

Тут же прилетает не сильный шлепок по ляжке, а следом шатенку срывает на смех.

— Ладно-ладно — примиряется Имир — Только не затыкай себя. Мне нравятся тебя слушать.

Тянут вновь довольную ухмылку, понимая как близко находятся к приоткрытым губам блондинки. Она ведь не будет против... Нельзя!

И от этого запрета хочется зубами рвать подписанное соглашение. Сотрудникам по вызову нельзя касаться своих клиентов кроме как руками. Нельзя целовать, теряя контроль и разделяя удовольствие на двоих. Удовольствие получает лишь клиент, за это он и платит.

Имир пришлось отступить на пару сантиметров, переключая внимание с губ на накатывающую разрядку Хистории, и лишь быстрее задвигать рукой. Последняя плотнее прижимается к грубоватым пальцам, догоняя сладкую негу, что покалывающим табуном мурашек поднимается вверх по икрам. Накрывает девятибальной волной всё тело, отчего кожа на голове немеет и вспыхиает судорогой на внутренней стороне бёдер. А Имир цепляет темными зрачками каждый сантиметр замершего от удовольствия лица, желая запомнить эти сведёные брови и приоткрытые губы, с застрявшим в горле протяжным стоном. Блондинка обессиленно поддалась назад, запрокидвая голову на костлявое плечо Имир и смакуя каждую угасающую искру в теле.

В эту ночь её разум и тело ещё не раз будет закидывать за орбиту от яркого оргазма, приправленного шумом в ушах, поджимающими пальцами на ногах и поплывшей картинкой мира перед глазами. А Хистория впервые за долгое время просто позволит себе окунуться в эту похоть и беспристанно шептать имя той, что дарила ей эту незабываемую ночь, чьи руки подстроили её тело под свои, чей глубокий взгляд плавил сильнее летнего озона в Майями, в июле месяце.

Имир.

Словно кожанным ремнём по оголённому телу. И почему-то запах пряной корицы, ароматных масел и шафрана.

— Как себя чувствуешь? — всё та же непринужденная улыбка и дурацкий вопрос.

"Отлично, вот только киска онемела".
Слишком пошло, хоть и в её манере.

"Не прочь повторить?..."
Не хоелось бы казаться одной из тех фривольных дамочек, которых ожидала Имир.

И пока Хистория молчит в ответ, Имир оставляет долгий поцелуй на виске, и к черту запреты указанные в контракте. Блондинка приподнимает опущенные веки, понимая что та сейчас уйдет из номера, ведь время истекло — и плевать, что придётся заплатить ещё за один "лишний" час — а пальцы почему-то цепляют край чужого пиджака.

— Мне было приятно..

Улавливает Имир тихий шёпот в приглушенном отельном номере и тянется рукой. Ладонь зарывается в пшеничные патлы, мягкие на ощупь, поглаживая по макушке и зачесав напоследок выбившийся локон.

— И мне было приятно — без тени смущения. С той же сытой ухмылкой.

А после тишина. Абсолютная. В воздухе витают остатки кисловатого запаха её духов, и оттого пустота в груди становится ощутимее. Хотела провести время в чьей-то компании, хотела забыться в этих ощущениях, но по итогу лишь обострила чувство собственного одиночества. Хистория в свои тридцать два имела всё, о чём только девушки могут мечтать, засыпая за своими учебниками и с каждым новым днем обязуются стать ближе к своей цели. И дорогую машину бизнесс класса, и собственную недвижимость, и счета в Эпл Банк***, на которые можно беззаботно прожить остаток жизни, и многомиллионный лофт. И потенциальных молоденьких ухажёров, что скорее ухлёстывали за шестизначными цифрами её карт.

Но сейчая хотелось взвыть в этом отельном номере, от неясной разъедающей тоски и горечи разочарования.

"Браво Хистория! Настолько докатилась, чтобы снимать людей с сайта интимных услуг дабы поразвлечься."

И пока остальное, пробуждающееся внутри, здравомыслие окончательно не разъело мозги, сама блондинка уткнулась в подушку, не желая портить вечер мыслями не к месту. Утром ещё успеет пожалеть, но не сейчас. Не хотелось разгонять остатки эйфории.

Но не утром, ни в эти выходные, сожаление так и не достигло того максимума, когда люди запираются дома безвылазно, стараясь отогнать все мысли о совершённой ошибке. Может виноваты те загорелые руки, что преследовали даже во сне. Тот взгляд карих зрачков и игривая ухмылка на губах. И к началу новой рабочей недели, Хистория снова воссоздавала в памяти те незначительные детали, выруливая ягуар на шестьдесят шестое шоссе по Адамс-стрит к своей компании.

♪ Lana del Rey/ playlist ♪

Понедельник в Бруклине, на удивление, выдался довольно тёплым, учитывая что на календаре двадцать восьмое число ноября, а людей на широких улицах стало больше. Даже охранники вечно ютившиеся в своих наблюдательных  кабинетах, прохлаждались снаружи R.I., затягиаясь третьей сигареткой, и тут же выкидывая недокуренную, стоит лишь заметить приближающуюся женщину.

Эта уверенная поступь, прямая осанка и властные черты лица, с холодными зрачками и плотно сжатой линией губ. Как и всегда, идеально уложенные светлые завитые локоны и бежевое длинное пальто от Бёрберри. Все в офисе узнавали её уже издалека, и трепетали от одного вида, сталкиваясь в коридорах.

— Доброе утро, миссис Рэйс! — сбоку материализовался высокий блондин с уже готовым дедлайном в руках на недели вперёд и свежими  новостями.

— Доброе Армин — кивают в ответ, окинув взглядом рабочий отдел и приступивших к заданиям притихших сотрудников. Последние успели добежать от кофемашинок до своих компьютеров с отчётами, стоило услышать знакомый цокот каблуков.

Кабинет встречает светлым обелиском утренних лучей через панорамные окна и идеальной чистотой, а ещё горячим запахом арабики. Любимым. Армин снова постарался поднять настроение чашечкой ароматного ристретто с сахаром и заранее разложенными стопками документов в алфавитном порядке. И как после этого не любить такого ценного и ответственного сотрудника, подарив благодарную улыбку и словив в ответ милый румянец.

Армин всегда был собран, хоть разбуди его в три часа ночи, он за десять минут подготовит зал для совещания, хотя Хистория никогда не переходила за грань своих полномочий. Всегда умел рассчитывать время для партнёрских встреч и заранее знать их предпочтения. Был в компании вторым лицом после Хистории, лично присутствовавший на всех проектах R.I. рядом с директором, и профессионально пользовался всеми своими достоинствами ради достижения поставленных целей. Даже внешность молодого мужчины была выгодной, симпатичной, а Рэйс не раз замечала на нём мимолётные взгляды сотрудниц и даже секьюрити.

— Слушаю.

Получив знак говорить дальше, Армин делает пару шагов ближе, параллельно открывая файлы на планшете.

— Сегодня у вас встреча с семейной парой. Они договаривались о приёме ещё в прошлую среду. Ривай и Петра Аккерманы.

— А-а-а, владельцы картинной галереи на Дамбо — вспомнила Хистория по одной фамилии.

— Да. Они с заказом на проект загородного коттеджа. Я запланировал встречу на десять тридцать.

— Перемести на пол часа. В это время я принимаю нашего нового архитектора.

— Кстати и об этом — движением руки парень перелистывает ленту заметок на экране — Было бы выгоднее объеденить обе встречи, и в этот же момент познакомить Аккерманов с архитектором, и уже заранее иметь заметки для их проекта. Таким образом у вас останется свободное время после обеденного перерыва для проверки финальных отсчётов за этот месяц.

— Документы на подпись? — уточняет блондинка сцепив пальцы в замок и внезапно замечая не сошедшее пятно от укуса на тыльной стороне. Оно пестрело розоватым оттенком и ...О, Господи! Лишь бы он ранее не был замечен работниками.

Хистория незаметно прячет руку в рукаве рубашки.

— Да — вновь коротко кивают в ответ — И ещё миссис Рэйс, заказ четы Аккерманов будет сотым по счёту. Юбилейным.

— Везёт же людям — усмехается женщина — Так и быть, у нас действует 35% скидка и бесплатный готовый вариант интерьера от нашего дизайнера.

Армин записывает предложения директора, следом получая разрешение приступить к своим делам.

— Петра. Петра. Петра — несколько раз крутит на языке блондинка, прежде чем отпить из чашки — А я ведь говорила, что у тебя когда-нибудь появится дело ко мне — ухмыляется она, вспоминая огненно-рыжие волосы и хитрый прищур зеленых зрачков.

Лет десять назад они учились на одном факультете. Любили устраивать марофоны с Нетфликс, запасаясь крабовыми чипсами, заместо выполнения проектов по маркетингу. Не пропускали ни одной вечеринки братства, и были главной темой университетских сплетен. Даже комната в общаге была одна на двоих, и единственная разница в том, что Рал была на два курса старше. Они умудрились даже влюбиться в одного человека, хотя Хистория не без улыбки сейчас вспоминает как вообще могла запасть на вечно угрюмого и невзрачного Аккермана, по совместительству нынешнего супруга Петры, который явился той самой тёмной лошадкой, что дал трещину трёхлетней женской дружбе. Хистория тогда отступила, а Петра ухватилась, не желая терять возможности, да и обеспеченного мужчину. Она была и свидетельницей их бракосочетания. Была и на самой свадьбе. А потом общение и вовсе стало угасать, окончательно утопая в семи годах молчания. Они не пересекались больше, но минувшим летом до Рейс дошла новость о новой картинной галерее, набирающая популярность и составившая конкуренцию самим Смитам, а в углу новостной ленты те же знакомые имена. Интересно вспомнит ли Петра в этой солидной женщине ту Хис из нулевых, с ярким розовым макиажем и в коротких то́пах, в купе с широкими джинсами на низкой посадке и обязательно новыми босоножками на каждый месяц.

— Миссис Рейс, новый архитектор прибыл в офис — из динамика внезапно доносится мягкий тембр Армина — Я отправил её в малый зал для совещаний. Ривай и Петра Аккерманы там же в ожидании.

— Спасибо Армин.

Женщина откладывает в сторону незавершённый эскиз планировки и напоследок окидывает взглядом собственное отражение.

Возле двери в зал совещаний уже дожидается Армин, открывая дверь перед своим директором, и проходит следом. В глаза тут же бросается интерьер в пастельных оттенках, большой глянцевый стол и парочка белых кожанных диванов, разбросанных по углам. И три силуэта контрастом выделяющиеся на общем фоне, первые два из которых, кажется, не изменились ни на йоту за эти годы, и одна высокая возле самых окон, стоящая спиной и словно критично рассматривающая открывшийся вид на утренний город. И не ясно почему вдруг затягиваются в ожидании органы узлом, а последующий шаг даётся труднее, замирая в метре от девушки.

Угловатые плечи в классическом пиджаке и темные волосы затянутые в тугой низкий хвост. Хистория моргает пару раз, натягивая дежурную улыбку на приветствия давней подруги, и параллельно пытается снять морок воспоминаний, наложившее сейчас отпечаток одну поверх другой ради сравнения.

— А вы...

Обращаясь в третьему лицу, блондинка внезапно проглатывает остаток предложения, и врезается взглядом в знакомый профиль с прямым носом. Та же загорелая кожа с россыпью веснушек, та же отросшая рваная чёлка с пробором посередине, те же прямые губы, теперь без игривой ухмылки. И те же карие глаза вспыхнувшие секундным шоком, а после... узнаванием? Снова натягивают свою улыбку, и от этой улыбки, сжавшийся желудок подпрыгивает к горлу.

"Да черт возьми, нет!"

— Имир, ваш новый архитектор.

______________________________________

*DUMBO — район на северо-западном Бруклине, штат Нью-Йорк.  Название района аббревиатура от англ. Down Under the Manhattan Bridge Overpass, дословно как "Проезд под Манхэттенским Мостом".

** R.I — Рэйс Индастриз. Название компании.

***Эпл Банк — Бруклинский банк на Олбани Авеню, Нью-Йорк.