Зомбодел

Бандюки в своих чёрных плащах всегда напоминали ему воронье, что стремится на падаль. Конечно, когда их было много, они мнили себя волками, загоняющими добычу. Но до серых хищников им далеко, ой, далеко! На его взгляд беспредельщикам не хватает ни храбрости, ни разумности. Только и ума, что у падали глаз выковырять. Что вороны птицы умные, он предпочитал не помнить. Для него они только падальщики, а никак не охотники.

Сухо щёлкнула вонзившаяся в дерево пуля, брызнув в лицо Чеха осколками древесины. Сталкер глухо выругался и упал в траву. Не ожидал такого приёма, расслабился. Ползком перебрался за кусок бетонной стены, притаился, стараясь слиться с ней.

- Эй, сученок! - голос одного из бандюков был высокий, громкий. - Мы тебя по хорошему просили! Теперь по плохому будет!

Послышался нестройный глумливый ржач с трёх сторон. Чех зло скривился. Идиоты, растерявшие остатки мозгов. Думаете, вы добычу загнали? А это ещё посмотрим. Привыкли толпой на одного. Вот и получите приветик. Он аккуратно выставил в сторону первой вероятной цели излучатель и нажал спусковую скобу. Потом, не отпуская, повёл дуло полукругом. И через минуту заорал, одновременно вжимаясь в землю под обломком:
- Расстрелять всех!

Затрещали выстрелы, заорали перепуганные внезапным нападением друганов бандюки. Чех какое-то время подождал, а потом ползком двинулся дальше, стараясь ни звуком, ни движением не привлекать к себе внимания. Одна куча мусора, вторая. Ржавый остов жигуленка. Сталкер заполз за него и аккуратно выглянул. Друг напротив друга покачивались две фигуры с автоматами, бессмысленно и бездумно дергающие курки. Сменить рожки они не догадаются никогда. Других живых рядом не наблюдалось. Если бы у него была снайперка, снял бы этих, но чего нет, того нет...

А всё человеческая жадность! Не стали бы они тянуть свои лапы загребущие к его добру, остались бы живы. А так... Ну, доброе дело сделал же - мусора меньше по Зоне бродить будет. Сейчас отсидится денька два и назад. Василек техник толковый, хоть и болтается на Барахолке, заказик соберёт. И не нужно будет брать бесполезных напарников. Обычные зомби хуже поддаются изучению, проверял. Но на две три минуты его хватит. Главное - приманить к контейнеру. А там делов-то: массированный удар по остаткам мозгов, чтобы сами в него зашли, и крепко заварить дверь. Вся загвоздка была в том, чтобы контейнер был на колесах, не на горбу ж такой груз потащишь. Вот Василек и придумал, что если с Шишки кузов снять, на днище пару листов приварить, контейнер на них, то получается почти то, что нужно. Правда, водитель почти без защиты будет и колёса, но техник обещал что-то придумать. Главное, общие черты идеи согласовать, как он выразился. Они тогда так активно обсуждали, что бандюки обратили внимание. Да ещё и как он задаток оставлял просекли. Плесень! Не успел тогда выбраться из мирной зоны, как они и подкатили. Хорошо, что идиоты - ну кто ж разговоры разговаривает, если можно было просто пулю в затылок и вуаля! Да жадность, опять же, разыгралась. Решили, что при себе всё добро он носить не будет, а вот схрон иметь должен. Ладно, не совсем имбецилы. Схрон у него действительно есть, и не один, но отдавать свои кровные шавкам и шакалам Чех ни при каких условиях не согласен.

Плюнув в сторону покачивающихся тупарей, сталкер уже в полный рост двинулся в сторону железной дороги. За ней у него заимка была, добротный блиндаж, со всем полагающимся. Очень хотелось отскрести от себя налипшую грязь и накатить рюмашку, пялясь в огонь. Только почти у входа мелькнула мысль, что надо было всё таки проверить, не остался ли кто живой. Но возвращаться было лень. Да и к чёрту. Кто бандюков слушать будет? Все знают, что они любители закинуться всякой дрянью, а там чего только не привидится. Жаль, конечно, что у них при себе не было ничего толкового. Тогда бы точно вернулся. Но тёплая и сухая постель и чистая одежда уже маячили перед внутренним взором и Чех скрипнул запорами.

За холмом тихо вякнула дикая псина. Выпучив глаза от боли в простреленной ноге, Мышастый медленно пополз прочь от обезумевших корешей. Закусив губу до крови, лишь бы не превлечь к себе лишнего внимания, он поминутно замирал, осторожно оглядываясь. Но Ракушка и Сало так и стояли, наставив друг на друга оружие. Оба получили пару ран и истекали кровью. Когда Мышастый обернулся в последний раз, перед тем, как спрятаться за обломками, Сало уже упал. Ракушка, потерявший цель опустил автомат и покачивался, будто под порывами ветра. Его ничего не выражающий взгляд скользнул по лицу кореша. Блеснуло заходящее солнце. Мышастому показалось, что он различил две тонкие влажные дорожки на щеках Ракушки. Но было слишком далеко. Наверное, только показалось.