5 часть
Мазеллов осматривает порог квартиры, пока Даня заходит следом и закрывает дверь. Коридор светлый, тут стоит большой лакированный шкаф, а если повернуть голову, то из зеркала можно увидеть своё отражение, снимая шапку он понимает, насколько его волосы взъерошились, а нос красный от холода. На комод прямо под зеркалом Кашин кладёт ключи, снимает обувь и отходит чуть вглубь квартиры, давая другу пространство.
— У меня может быть немного не прибрано, ничего страшного? — удивительно, что со стороны рыжий не кажется человеком,
который будет беспокоиться о таком.
— Ой, да без разницы, — Илья, опомнившись, наконец разувается и подходит ближе.
Дк ведёт его в свою комнату, открывается скрипучая дверь и две пары ног вступают на не менее скрипучие половицы. Часы из другой комнаты тикают, маятник качается громко и чётко, в такой тишине это слышно особенно хорошо. Справа от двери стоит кровать, она небрежно заправлена, а на стене висит ковёр, почти такой-же, как и на полу. Они садятся на кровать, видя своё отражение из стоящего напротив пузатого телевизора.
— Хочешь во что-то поиграть? У меня есть карты. Или кассеты посмотреть? — хозяин пытается увлечь гостя, пока Мазеллов рассматривает его комнату, замечая тетрадь на столе, пару скомканных бумажек и полочку с кассетами.
— Давай в дурака, в 101 ещё можно, ты ведь умеешь играть?
— 101? Ни разу не слышал. Чай хочешь? — Даня потирает замёрзшие на улице руки, поднимаясь с кровати предлагая пойти на кухню.
— Давай. Так вот, в 101 легко играть, думаю, тебе понравится! — юноша почти сияет от того, что с ним согласились поиграть.
Дк ставит чайник на плиту, начиная доставать кружки из верхних кухонных шкафов. На столе, помимо кружек появляются чай и сахар в кубиках. Хозяин открывает холодильник, в поисках чего-то для друга.
— Сладкого нет, извини, хочешь бутерброды с колбасой? — оборачиваясь, спрашивает Кашин, держась за рукачку открытого, небольшого холодильника. — Мама по талону принесла, говорит, что это хорошая, не зря в очереди стояла.
— Давай, я так проголодался. В школе отвратная еда сегодня была, — Илья забавно, по мнению его собеседника, морщится, вспоминая гороховый суп и чёрствый хлеб.
Чайник постепенно нагревается, пока Даня режет колбаску тонкими кругами и выкладывает на хлеб, свист и пар заполняют кухню. Из-за спешки он неосторожно хватается на ручку, но спустя секунду жалеет и повторяет это действие с полотенцем в руке. Разливает кипяток по кружкам, ставит бутерброды и слышит тихое "Спасибо" от Мазеллова.
***
Диван скрипит и продавливается под небольшим весом Хесуса. Вова сидит рядом и нечитаемым взглядом смотрит в потолок, наблюдая за иногда мигающей лампочкой.
— Чё это за малой вчера был?
— А? Ты про того, который с Айгуль был? — Губанов немного напрягается, ему этот пацан уже осточертел.
— Первый ухажёр уже? — шутливо, с такой хитрой улыбкой произносит друг.
— Помолчи. Он универсамовский, этого только не хватало, — Хесус закуривает сигарету, как-то нервно смотря в стену.
— Как звать хоть? Я его не очень рассмотрел, нормальный вроде пацан, дядь Лёша, — последние слова уже походят на усмешку.
— Марат.
— Который младший брат Адидаса что-ли? Я других не припомню, — Вова забирает у него из рук сигарету и затягивается сам.
— Блять, вот это уже проблема, с ними нам тёрки не нужны, — выхватывает сигарету обратно.
— Да ладно тебе, старый. Поговори с ним. Может хороший парень, в обиду не даст сестрёнку твою, — говорит Семенюк так легко.
— Поговорить? Я его даже видеть не хочу! — взрывается Хесус.
— Ты же понимаешь, что она всё равно будет с ним встречаться, если захочет. Будет скрывать, а это хуже, — Вова ещё вальяжнее разваливается на диване, сейчас он наконец-то напоминает Лёше того человека, которого он знал.
— Да знаю я! Но не хочу я, чтобы она с ним встречалась, хоть дома запру, — Он делает затяжку, докуривая сигарету.
— Опять сбежит, — Он пожимает плечами, всем видом говоря, что это очевидный исход и это бесит ещё сильнее.
— Ты не понимаешь! Почему ты вообще защищаешь её? — Разводит руками Лёша, наблюдая за тем, как Братишкин хмурится после первой фразы.
— Я говорю факты, так и будет, пенсия.
Губанов почти готов взорваться вновь, но дверь в подвал открывается с характерным скрипом петлей и самой железной двери. Уличный свет понемногу заливает пространство, а из него появляется Стинт.
— Родители уехали и Неля испечёт пирожки, пошлите ко мне вечером? — нетерпеливо задаёт вопрос, даже не замечая напряжение, витающее в воздухе вместе с пылью.
***
Антон стучит в дверь Позова, надеясь, что ему откроют и он не будет стоять как идиот в подъезде. Они договорились погулять, раз уж выходные, а Шастун дома находится только ночами, иначе не выжить. Дима открывает дверь через минуту, после стука, он улыбается ему, пропускает внутрь и по-пацански сжимает руку.
— Ну чё, гулять пойдём? — нетерпеливо спрашивает Антон, снимая куртку и уходя в комнату друга.
— Да, только надо собраться. Как вчера на дискотеку сходил? Или не пошёл в итоге? — такое желание, конечно, было, но в свет выходить надо хотя бы иногда.
— Да сходил, опять с ним подрались.
— С ним? С Арсением? — Позов не выглядит сильно удивлённым, но его брови поднимаются, — Вы даже там умудрились?
— В туалете пристал, опять про мать говорил, — Антон хмурится.
— Ну мать это святое, а ты за неё заступился что-ли? — Дима надевает свитер.
— Да достало это всё, не то что из-за матери, он же надо мной смеётся.
Друг быстро заканчивает сборы, кричит маме, что он пошёл и парни выходят на улицу, ступая по хрустящему снегу. Антон рассказывает про вечер подробнее, позже уходит от темы драки и сетует про ребят из ОПГ. Пока Дима слушал они успели покрутиться на качели до головокружения, сделать снежных ангелов, слепить снеговика и увидеть, как солнце близиться к горизонту. Издали виднеется компания подозрительно похожих ребят на ту самую группировку, Шастун смотрит на них, после чего один из парней разворачивается и замечает его, начиная подбегать ближе.
— О, это Максим, ну, Стинт погоняло, — Говорит зеленоглазый другу, обращая внимание на этого самого Максима.
— Антох! Мы ко мне идём пирожки есть домашние, хочешь? Почти все в сборе, —
— Ну, я уже с Димой гуляю... Да и скоро домой пора, — звучит не так уверенно, как хотелось, но вдруг Антон чувствует пинок в бок.
— Иди! Это твоя возможность сблизиться, нельзя её упускать, — Позов говорит шёпотом, но по ухмылке у блондина можно понять, что слышали все.
— Давай, пошли. Тебя даже друг отпустил, — Стинт нетерпеливо переминается с ноги на ногу, улыбается как-то шкодливо.
Антон, будто нехотя, машет Диме рукой, а после кидает тихое "предатель", на что тот только смеётся.
***
По телевизору идёт какой-то мультфильм, но парни не смотрят туда. Даня кидает оставшиеся в руке карты на пол, чуть возмущённо говорит:
— Да как? Как ты вечно выигрываешь? — Смотрит на Мазеллова, который в очередной раз одержал победу.
— Не всегда, я же продул пару раз, — Он пожимает плечами, начиная заново тасовать карты, — Слушай, а что ты думаешь про Айгуль и того пацана?
— Хесус его явно не любит, но куртка у него модная.
— Конечно не любит, он из другой группировки.
— Из другой? Заботливый вроде, увёл её оттуда, когда драка началась, — удивлённо отвечает рыжий, — А ты откуда знаешь, что он из другой?
— Он к ней в музыкалку приходит, спрашивал там, знаю её или нет. Так и узнал, — Илья пожимает плечами.
— А новенький тебе как? Они с Русланом общий язык нашли, вроде.
— Он неплохой, я думаю? Стесняется, наверное, я ведь и сам первое время такой был, пока ни с кем не дружил.
— Ага, вроде с нами, а вроде нет. Ходил как неприкаянный, — усмехается Кашин.
— Давай в морской бой? — Илья складывает карты в коробку, смотря на друга.
***
Они под общий хохот заходят в квартиру почти всей бандой, когда на улице уже стемнело. Девушка всем тепло улыбается, прогоняя сразу на кухню. Как понял парень, она со всеми, кроме него, знакома. Замечая школьника она подходит ближе, знакомится и приглашает присоединиться ко всем на кухне.
Стинт ставит чайник, пока в духовке стоят несколько противней с заветными пирожками, от вида которых в животе урчит. Когда чайник закипает и все сидят на местах им подают вкусный чёрный чай. Шастун добавляет немного сахара, он уже чувствует себя уютнее в этой компании, да и это похоже на посиделки с родственниками, а не на серьёзную ОПГ. Ему нравится слушать гул голосов, тут он не чувствует себя одиноким, но Димки не хватает всё равно. Неля начинает раздавать выпечку, которую только недавно достала из духовки. Антону тоже достаётся один пирожок. Румяный, мягкий и почти горячий, но по виду такой аппетитный, что у него текут слюни.
— Спасибо, — только и выдаёт смущённо парень, уже откусывая выпечку. — Вкусно. А он с чем? Понять не могу.
— С рисом, — непринуждённо говорит Неля, она улыбается, очень рада, что её еду оценили как следует.
Шастун пару секунд обрабатывает информацию, он уже съел часть пирожка, но после осознания он подскакивает на своём месте.
— Блять, — резко выпаливает парень, после чего на него оборачиваются остальные. — у меня аллергия, сильная.
Антон старается сильно не нервничать, по ошибке он рис раньше не ел, а тут так слепо взял пирожок, даже не спросив начинку. Он просит воды, ведь пока паника сильнее, чем сама реакция организма. Врачи его предупреждали очень серьёзно, говорили, что сильная аллергия может доводить до летального исхода. Неля от такого аж вскакивает, быстро набирает ему стакан воды и сама поёт его, пока мальчишка паникует где-то в своей голове. Стинт же бежит к домашней аптечке, искать есть ли что-то у них от аллергии, но ничего.
— Тебе плохо? Скорую вызвать? У тебя с собой что-то есть? — девушка закидывает его вопросами, Шастун наконец-то может найти выход из своей головы и вернутся в реальность, где не на шутку перепугал своих приятелей.
— Нет, нет, пока... Не так плохо, будет хуже и тогда уже... — Антон что-то мямлит, но Неля даёт ему новый стакан воды и тот выпивает его, в попытке успокоиться.
— Прости, я не знала, никогда бы не дала тебе специально, — Нелю гложет вина и это видно. — Может тебя в больницу отвезти? Чёрт, позднее время. В аптеку сбегать?
Стинт стоит в проходе на кухню, напряжённо думая, что можно сделать. Предупредив других, он ушёл в аптеку, надеясь что фармацевт поможет ему подобрать что-то для подростка. Шастун в ответ на слова лишь головой качает, негромко говорит, мол "Ты не виновата, это я не сказал, не спросил". Горло постепенно начинает жечь, а его тошнить, поэтому он просит отвести его в ванну, которая тут совместная. Его не рвёт, но он чувствует, что реакция есть.
Остальные ребята на кухне шепчутся, вышло безумно неловко и всё былое веселье как рукой сняло. Они не знают что делать, так как с подобным никто не сталкивался. Хоть Антон тут и новенький, а влился уже неплохо.
Девушка стоит рядом в ванной, спрашивает было ли уже такое и как она может помочь. Она выдаёт, что Стинт говорил про него, что считает его хорошим парнем, это немного поднимает Шастуну настроение. Прошло уже достаточно времени с того момента, как Макс ушёл, но сначала открывается входная дверь, а потом и приоткрытая дверь в ванную. Спрашивает про состояние, успокаивающе гладит по спине, когда парнишку снова мутит и уходит на кухню.
— Вов, поставь чайник, пожалуйста, — Стинт быстро раскрывает упаковку таблеток от аллергии и начинает читать инструкцию, после чего достаёт травяной чай.
Братишкин молча берёт чайник, заливает туда воду и снова ставит на плиту закипать. Ему тоже неловко, но если он начнёт лезть, то вероятно будет мешаться, поэтому просто спрашивает:
— Там всё нормально?
— Тошнит нехуёво так, но пока нормально, выглядит тоже не очень, — Макс дочитывает инструкцию, кивает сам себе, взяв с собой блистер и стакан воды.
Остальной вечер проходит у Антона смазано, его рвёт, он пьёт лекарства и чай, через некоторое время у него поднимается температура, клонит в сон. Ему предлагают пойти домой, но по его лицу видно, что там ему не помогут, поэтому его укладывают на диван в гостиной, ставят рядом таз и оставляют одного.
— Всё ребят, давайте, мы о нём позаботимся, а вы идите, завтра на сборе поговорим, — Стинт напряжённый из-за волнения, но табору людей тут делать нечего.
— Давай, Макс. Удачи, — Коротко бросает Братишкин похлопав его по плечу и выходит из квартиры первый, пока прощаются другие.
***
Все младшие уже дома, так что Хесус и Вова остаются вдвоём по пути домой. Снова начинает падать снег, медленно кружась, фонари освещают улочки, указывая путь. Слышен только вой ветра и хруст под ногами.
— Как думаешь, жить будет? — Губанов прячет нос в шарфе.
— Ну бывает, он вроде немного съел и промыли сразу, так что всё нормально будет, — спокойно отвечает Семенюк.
— А чего он домой не пошёл? Я, конечно, слышал некоторые слухи про его маму, но разве всё так плохо?
— Ну походу да, раз остался, — отвечает Вова, вдруг поскальзываясь на льду, сверху доносится хохот, ему даже руку помощи не хотят протянуть, а упал он больно и прямо на пятую точку, — Чё ржёшь? Помог бы лучше.
Лёша не успевает ответить как ему в лицо прилетает снежок, он смахивает его с шарфа и лица, неприятно хмурясь от холода. Ответный удар не заставил себя долго ждать, только Братишкин собирался вставать, как в него прилетел снежок.
— Ты чё, хочешь бой устроить? — хмыкнул Вова, кидая новый "снаряд".
Поднявшись на ноги он продолжил атаку, на что Лёша позорно струсил, начав убегать. Но сам поскользнулся на льду, Семенюк спокойно подходит к нему, протягивает одну руку, а вторую держит за спиной. Не успевает друг схватится, как ему в лицо прилетает ещё один снежный шар. Хесус издаёт громкое "Блять!" и почти вслепую валит Братишкина в стоящий рядом сугроб.