Глава 10. Той ночью кто-то не спал
Ханна долго сидела на полу, глядя на листок с посланием.
— Тебе ничего не принадлежит. Запомни это.
Её голос прозвучал тихо, но твёрдо.
Утро
Утро пахло кофе и новой решимостью.
Она надела удобные джинсы на низкой посадке, кофту сдекольте и распустила волосы.
В отражении зеркала была всё та же Ханна.
Коридор университета
Первый звонок ещё не прозвенел, но коридоры уже шумели.
Группы ребят смеялись, обсуждали пары, кто-то спорил — обычная жизнь кипела.
— Хєєєн! — Морвель почти влетела в неё. — Ты вчера исчезла! Мы думали, тебя похитили!
— Если бы похитили, — вставила Дина сзади, — Хартманн бы нас уже вызвал на опознание тела.
— Дин! — Ханна закашлялась от неожиданности.
Девчонки смеялись.
А она вдруг поняла:
именно их простые, дурные, смешные фразы помогаюь ей лучше всего.
Пока они болтали, Ханна почувствовала, что к ним идёт кто-то знакомый.
Тяжелые шаги, приятный запах парфюма.
Она и обернуться не успела.
— Ханна.
Ференс.
Он стоял, засунув руки в карманы толстовки, волосы растрёпаны, взгляд усталый, но внимательный.
— Нам нужно поговорить, — повторил он уже спокойнее, чем в кафе.
Дина с Марией переглянулись, оставили их одних.
Ханна вздохнула:
— Я знаю. Это был мой бывший вчера в кафе.
Ференс кивнул.
Но его взгляд сразу упал на её шею.
— У тебя синяк.
Она вздрогнула.
Да, лёгкий след от того столкновения с дверью вчера, когда Хартманн резко схватил её за плечи. И всё же — это выглядело хуже, чем было.
— Это... — она отвернулась. — Ничего.
— Это не "ничего," — он шагнул ближе. — Кто это сделал?
— Никто.
— Ханна.
От произнес твёрдо почти требовательно.
Её раздражение вспыхнуло:
— Это не твоё дело.
Он замер.
— Хорошо, — сказал он тихо. — Тогда я узнаю сам.
— Ты что, следить за мной будешь?
— Если потребуется.
Она фыркнула, но где-то глубоко внутри это вызвало странный тёплый толчок.
Хотя она и не показала виду.
После пары
Пара прошла вяло. Преподаватель бубнил что-то о механизмах поведения, студенты зевали.
Ханна вышла в коридор, собираясь направиться в библиотеку...
Но кто-то встал перед ней, преградив путь.
— Хєн.
Алекс.
Сегодня он выглядел иначе.
Собранным.
Улыбка спокойная, но взгляд напряжённый.
— Я думал чтоя доходчего объяснил, — сказал он. — Но видимо, недостаточно.
— Как знаешь, — она пожала плечами. — Меня не волнует ни твое мнение, ни твои жалкие угрозы. Это выглядит смешно. Ты смешной
Алекс слегка наклонил голову, уже с трудом держав себя в руках.
— Я не припоминаю что бы ты была такой, — проговорил он — Такой вредной. Это раздражает и нравится одновременно.
Ханна скрестила руки на груди:
— Алекс, отвали по хорошему.
— А то что, — он усмехнулся. — Что будет если я не прекращу.
— А ты не думаешь, что у тебя могут появиться неприятности.
Он подошёл ближе.
— И кто же мне их устроит? Вряд ли ты зайдешь на столько далеко, Хєн.
Она посмотрела ему в глаза. Холодно, уже с ощутимым раздражением.
— Тебе лучше не проверять это, — сказала она, думая о том, какова будет реакция Хартманна, если он увидит их вместе.
Алекс прошелся взглядом по ее телу.
И ушёл.
Ханна выдохнула.
Облегчённо и приятно.
Наблюдение
В коридоре становилось шумно, но одно ощущение не отпускало.
Кто-то смотрел.
Она обернулась.
Вдалеке, у книжного стенда, будто из тени, стоял Оберон Хартманн.
Ни шага ближе. Ни слова.
Просто смотрел.
Чёрное пальто, неподвижность хищника перед прыжком, глаза тёмные.
Не человек — тень.
И только когда она моргнула, он исчез.
Словно растворился в воздухе.
Ханна сжала ремень рюкзака.
Тепло обычного дня исчезло.
Вечерняя встреча
У выхода из университета её догнали шаги.
— Сайрен! Подожди!
Это был Ференс.
Он выглядел усталым и раздражённым.
— Ты снова с Алексом...? — он махнул рукой. — Ладно, неважно. Я просто хотел убедиться, что ты сегодня дойдёшь домой без приключений.
— Зачем?
— Потому что ты не сказала мне "не нужно". А пока ты не скажешь, я буду рядом.
Она остановилась.
Посмотрела на него.
И впервые сказала:
— Хорошо. И нет, я не с Алексом, и не собираюсь быть с ним.
Он усмехнулся:
— Приятно слышать.
Она кивнула.
— Тогда пойдем — он сделал шаг вперед, осторожно взяв ее за руку — уже темно.
Они шли до её дома молча.
Но это была та редкая тишина, которая не давит.
Даже странно уютная.
У подъезда он остановился.
— Спокойной ночи, Ханна.
— Спокойной ночи, Ференс.
Она поднялась по ступенькам, а когда обернулась — он всё ещё стоял там.
Смотрел, пока она не скрылась за дверью подъезда.
Ночь
Сон пришёл не сразу.
Мысли мешали: Ференс, Алекс, девчонки, учеба.
И когда она наконец начала засыпать — тень у двери шевельнулась.
Не звук.
Не шаг.
Просто дрожь воздуха.
Ханна резко поднялась.
В комнате никого.
Но на стекле балконной двери появилось лёгкое запотевшее пятно.
Словно кто-то дышал снаружи.
И исчез.
Она сжала одеяло сильнее.
Это был он.
Оберон.
Хорошо скрывающийся, терпеливый, всевидящий.
И он дал понять:
она его, и только его.