Глава 8. Неожиданный ход
Утро было странно тихим.
Не тишина вокруг — тишина внутри.
Ханна шла по университетскому двору уверенной, быстрой походкой.
Волосы собраны, взгляд холодный, плечи расправлены.
Она решила.
Она больше не будет стоять, как жертва.
И если Хартманн хочет кошки-мышки — пожалуйста.
Но теперь они будут играть по ее правилам.
У входа...
— Доброе утро.
Этот голос она узнала бы даже во сне.
Ханна остановилась.
Медленно обернулась.
Хартманн стоял всего в нескольких шагах.
Высокий.
Безупречно собранный.
Зеленоглазый хищник в тёмном пальто, на котором ни одна снежинка не решалась задержаться.
Он смотрел на неё внимательно.
— Доброе, — ровно ответила она, проходя мимо.
Хартманн сделал шаг рядом.
Синхронно.
— Вы вчера вышли из аудитории слишком быстро.
— Я выполняла вашу команду: "идите". Всё корректно.
Она посмотрела прямо в его глаза, даже не моргнув.
— Или вам нужно, чтобы я в следующий раз вышла медленно? Чтобы можно было дольше смотреть?
Оберон остановился.
Он не ожидал удара в ответ.
И это... отчётливо его забавляло.
— В Вашем голосе, Ханна, — сказал он тихо, — появилась дерзость.
Она пожала плечами.
— Это называется достоинство. Вам стоит ознакомиться с понятием.
Он сузил глаза.
На мгновение — всего мгновение — губы дрогнули, словно он сдерживал улыбку.
Тёмную, опасную.
— Осторожнее, — произнёс он глубоко. — Если кусаетесь, я могу укусить в ответ.
— Попробуйте, — прошептала она, подходя ближе. — И посмотрим, кто окажется на поводке.
Его дыхание на секунду сорвалось.
Настолько мимолётно, что другой человек не заметил бы.
Но она — заметила.
И тут пришло осознание:
Он не всесильный бог, он — триггеруемый зверь.
Позже, в коридоре
Она шла к аудитории, когда услышала быстрые шаги.
— Ханна! — окликнул знакомый голос.
Ференс.
Он догнал её, встал рядом.
— Ты как? — спросил он тихо, но жёстко.
— Я в порядке — ответила она. — А ты?
— Он к тебе вчера... — Ференс остановился. Челюсть напряжена.
— Я сказала, все нормально — спокойно сказала Ханна.
Ференс медленно вдохнул.
— Если он сделает что-то ещё —
— Он уже сделал, — перебила она.
Ференс замер.
Хартманн стоял в дальнем конце коридора.
Наблюдал. За ними обоими.
Ференс сделал шаг вперёд, будто защищая.
Ханна тихо выдохнула:
— Я пойду.
И шагнула.
Но не успела сделать и пару шагов как Оберон протянул руку и схватил её за локоть.
Не сильно — но так, чтобы понять:
он не закончил.
— Ханна, — произнёс он низко, так, что слышала только она. — Ваш новый тон... интересный.
Пауза.
Он наклонился ближе.
— Но не думайте, что это спасёт Вас от последствий.
Ханна медленно повернулась к нему.
— А вы не думайте, что я буду молчать и плакать.
Она наклонилась в ответ.
— Вы хотели игру?
Глаза сверкнули.
— Тогда готовьтесь, потому что правила изменились.
Оберон выдохнул коротко.
Как удар.
Он отступил — только на шаг.
Только чтобы не выдать, насколько сильно её слова его задели... или возбудили.
Ференс резко подался вперёд:
— Отпусти её.
Хартманн посмотрел на него так спокойно, что это было страшнее угроз.
— Я не держу.
Он перевёл взгляд обратно на Ханну:
— Пока.
Ханна выдернула руку сама — резко, подчёркивающе.
И пошла вперёд, не оглядываясь.
Холодок прошёл по коже.
Ханна чувствовала кожей — Хартманн не отступит.
Он будет злиться.
Будет охотиться.
Будет ломать.
А сопротивление только раззадорило его.
И по ходу, предыдущее наказание было вовсе не наказанием...