Маленькое частное расследование
Учебные пары были позади, теперь впереди подготовка к итоговым экзаменам, организации торжественной присяги и выпускного банкета. На всё это нужна была грамотно составленная документация. Когда Ангелина закончила оформлять свою гору бумаг, ей буквально хотелось кричать от радости, ибо она предпочла бы в одиночку сразиться с целым ковеном, чем заниматься бюрократией.
"Наконец-то! Мне уж начало казаться, что я с ними вечность просижу!" - собрав документы в папку, Свиридова-старшая вышла из кабинета в коридор.
Идя к Мирону, женщина надеялась просто отдать документы и потом с большим удовольствие потренироваться на боксёрской груше в зале. Однако стоило Ангелине войти в кабинет, как она застала Ардашникова, сидящего в состояние глубокой задумчивости за столом.
- Э-э... Мироша, - Геля помахала папкой, - Я документы принесла.
Мирон молча указал на стол. Свиридова, удивлённо хмыкнув, подошла к столу, чтобы положить папку. В этот момент женщина и заметила, что Ардашников читает личное дело Нинель Воронцовой.
- Ого! И что же она такого сделала? - спросила Ангелина, подсев на край стола.
Дав коллеге почитать личное дело, Мирон начал рассказывать про историю с потерей сознания во время охраны. Слушая мужчину, Ангелина внимательно вчитывалась в каждую страницу.
- Да-а... Странная история. - Свиридова положила личное дело на стол, - Но в бумагах нет ничего особенного.
- Действительно, но эта история мне уже которую неделю не даёт покоя. - Ардашников задумчиво прижал пальцы к подбородку, - Поэтому придётся воспользоваться своим положением.
- К чему ты это?
- Я уже связался с одним человек из правоохранительных органов, и с ещё одним из районной поликлиники... Есть у меня версия, которую нужно проверить.
- О! - Ангелина звонко хлопнула в ладоши, - Я хочу присоединиться к твоему расследованию!
- Геля, тебе заняться больше нечем? - фыркнул Мирон.
- Представь себе. - наиграно надув губы, женщина положила обе руки на плечи, - Мне очень скучно!
- Хм... - во взгляде Ардашникова появилось напряжение, - Что-то мне это напоминает.
- О! Я рада, что ты не забыл. - рассмеялась Ангелина, а затем кокетливо прошептала, - Не волнуйся! В этот раз тебе необязательно со мной спать.
- Свиридова, я тебе щас... - начал было возмущаться мужчина.
- Да ладно тебе злиться. - после Геля стала уже более серьёзной, - Не отказывайся от моей помощи. Как говориться: "Одна голова хорошо, а две лучше."
Не то, чтобы Мирон был рад взять коллегу с собой, однако мужчина давно её знал. И если Ангелине что-то пришло в голову, то отвязаться от неё практически невозможно.
Используя свои связи, Мирону удалось раздобыть старую медицинскую карту Нинель, а также материалы дела по нераскрытому убийству Евгении Воронцовой. Собрав нужные документы, Ардашников и Свиридова-старшая засели в кафе, дабы за самым дальним столиком изучить всё.
- Хм, как странно... - Ангелина просматривала медицинскую карту, - Судя по этим данный, у неё до года были признаки эпилепсии.
- Вот поэтому я решил заняться расследованием. - объяснил Мирон, - Меня удивило, что в карте нет точно диагноза, а лишь размытые формулировки. Хотя в личном деле указано мнение врача из детского дома. Вот он считал, что это была всего лишь некомпетентность педиатра.
- Слушай, - Гелю осенило, - А ведь у нас симптомы ломки схожи с симптомами эпилепсии!
- Молодец, правильно мыслишь! - Мирон передал женщине фотографии из уголовного дела, - Думаю, тебе это понравиться.
На фотографиях было запечатлено место преступление: убитая в ванной комнате Евгения Воронцова, а также спальня, где на полу лежала кучка пепла.
- Что-о? - Ангелина подняла фото, на котором была изображена спальня, - И как это дело не попало в руки ордена?
- Во-первых, кучка пепла ещё ни о чём не говорит. Во-вторых, на теле Евгении Воронцовой не было следов опустошения. А в-третьих, это дело вёл молодой и неопытный следователь, которому не хватило ума с кем-то посоветоваться.
- Минуточку... - Свиридова обратила внимание на фотографию, на которой была изображена стена с двумя дырками, - Это похоже на следы от выстрелов.
- Да, только сами пули не были найдены. - взгляд Мирона стал более задумчивым, - Знаешь, я думаю, что Евгения Воронцова была случайной жертвой. Думаю, убийца хотел её просто нейтрализовать, но... Перестарался. Основной же его целью была наша обморочная Золушка.
- Но зачем пожирателю понадобился маленький ребёнок?
- Вот это действительно странно! Даже в их сообществе просто маленькое высасывание детского разума считается отвратительным преступлением. Такие пожиратели подобны петухам на зоне.
- Это я тоже знаю... В любом случае, убийца не добился своей цели. - Геля снова взглянула на фотографию кучки пепла, - Кто-то её спас.
- Действительно, всё выглядит именно так. - Мирон продолжил изучение дела, - О-па!.. И, кажется, я знаю кто это.
Удивлённое выражение лица Ардашникова заставила Свиридову подсесть к нему поближе. Вместе с ним женщина прочитала свидетельские показания, в которых говорилось о загадочном парне, которого видели рядом с убитой и её дочерью. И когда Мирон с Ангелиной увидели фоторобот, составленный со слов тех же свидетелей, их удивлению не было предела.
***
Несмотря на физическую и моральную усталость, у Мирона хватило сил приехать вечером в Тутаев. Придя в местную поликлинику, мужчина снова воспользовался свои положением, и его без проблем пропустил в палату к отцу Александру, который был подсоединён к аппарату жизнеобеспечения. У Ардашникова ушло много времени, чтобы морально подготовиться к этой встрече. Взяв стул, мужчина сел напротив младшего брата. Внешне Мирон казался стойким, но внутри он сгорал от злости на самого себя.
- Прости, Саша, - прошептал старший брат, - Но пока я ещё не готов встретиться с твоей семьёй.
Тяжело вздохнув, Мирон закрыл лицо руками. На какое-то время в палате снова воцарилась тишина, которую нарушал звук аппарата жизнеобеспечение. Мужчина снова взглянул на опустошённого младшего брата. Его лицо, в котором уже не виднелось даже тени разума, больше всех причиняло душевную боль, поэтому старший брат снова потупил взгляд.
- В те лихие годы не было ни одного дня, чтобы я по тебе не скучал. - Мирон нервно сжал руки в кулаки, - Ты, наверное, сильно злился... Ты имел на это право... Знаешь, когда мы снова встретились, я был так рад за тебя. Был рад, что у тебя была своя семья... Эх... Ты ещё в детдоме говорил, что у тебя будет много детей.
Нервно улыбаясь, Мирон снова взглянул на Александра. Всё-таки смотреть на младшего брата было подобно пытке, поэтому мужчина опять опустил взгляд.
- Помню, ты мне описал все эмоции, которые испытывал к Наташе... Ты потом спросил, было ли у меня что-то подобное хоть раз... Да, было. - Ардашников зашмыгал носом, - Такие чувства я испытывал девушке, которая принадлежала моему другу. Внутри себя я злился за это, но ничего не мог сделать. А когда они поженились... Я в вечер после их свадьбы переспал с сестрой жениха, думая, что так отомщу другу за украденную женщину. Чушь, конечно, это была!.. Геля, конечно, не жаловалась, но мне, кажется, что я, как первый сексуальный партнёр для неё, был достаточно груб с ней.
Вдруг Мирон замолк. Он подумал: "Кому я это всё рассказываю?" Ведь перед мужчиной уже не лежал дорогой младший брат. Перед ним лежал овощ без разума. В этот момент Ардашникова охватила новая волна злости и не понимания того, как родные могут мучить Александра. Дабы снова не смотреть брату в лицо, Мирон взгляну на аппарат жизнеобеспечения. В этот момент Ардашников подумал, что справедливость должна восторжествовать. Резко встав со стола, мужчина подошёл к аппарату. Нажать всего на пару кнопок, и младший брат обретёт покой. На словах это кажется так просто. Мужчина поднял руку, и она начала сильно дрожать. Его принципы говорили, что он поступает правильно, да и орден с ним согласится, однако какая-то часть разума сильно этому сопротивлялась. И только эту секунду Мирон осознал, что чувствовал Андрей ту минуту, когда "освобождал" Дашу. И для Ардашникова это было намного труднее сделать, чем он думал ранее...