Жажда безудержной лжи

ЗАТМЕНИЕ.

После того, как я припарковала машину, вывалив за это сотню долларов, достаю из бардачка специально купленный для таких поводов миниатюрный кинжал с длинным острым лезвием и замудреной гравировкой на рукоятке. Цепляю его на бедро, чтобы при возникновении экстренной ситуации могла его легко достать. Он очень удобен, так так даже под такой тонкой тканью платья остаётся вовсе не заметным.

Открываю дверь машины и пересекаю парковку, с интересом рассматривая дорогущие машины, размещённые на ней. Звук моих каблуков разряжает тишину и звоном отдаётся в ушах. Вокруг ни души - наверное, все желающие уже потягивают свои напитки, сидя в VIP-комнатах или развлекаются ещё какими-либо способами.

Подхожу к грозному мужчине, которому недавно давала деньги за парковку, чтобы вручить ему ключи от машины.

- Синяя Тесла, - кладу ключи на стойку отделяющую нас.

Мужчина что-то записывает и жестом даёт знать, что я свободна.

Направляюсь ко входу, который украшает громадная неоновая вывеска с надписью «Eclipse» и парочка стокилограммовых громил. Хотя, если подумать, они скорее устрашают. К счастью, на меня их серьезные мины не действуют.

Спокойным уверенным шагом направляюсь к ним и слышу тихие голоса.

- Это она, - говорит тот, что со светлыми волосами.

- Заткнись Леон, если не хочешь, чтобы нам досталось от Босса.

Не пойму, что из себя такого особенного я представляю, и почему Доменико должен им что-то сделать, если его тут нет. Но я игнорирую эти мысли так же усердно, как и их реплики, и останавливаюсь прямо перед охранниками.

- Добро пожаловать, мисс Барнетт, - говорит темненький, открывая мне дверь.

А вот это по-настоящему интересно. Фейс-контроль я прошла просто блестяще, потому что Уилл сообщил Леону и его угрюмому дружку мое имя и показал, как я выгляжу. Однако не думаю, что каждому посетителю оказывают столь тёплый приём. Моя жизнь становится все более странной.

Захожу внутрь, внимательно оглядываясь вокруг.
Что бы не говорила Викки о визуальной красоте этого места, кажется, она преуменьшала все в тысячу раз.
Приглушённый неоновый фиолетовый является единственным источником света в этом месте, за исключением бара, где сверху свисает с десяток ламп, облегчающих работу барменам. Кстати говоря, бар тут просто потрясающий: чёрная матовая стойка, с голубой подсветкой, расставленные по ее длине прозрачные высокие стулья со спинками и невероятное множество алкогольный напитков, конечно же тоже подсвеченных для привлечения внимания.
С противоположной стороны на приличном расстоянии друг от друга находятся полукруглые чёрные кожаные диванчики с обивкой и массивные стеклянные столики, заставленные незримым количеством коктейлей. Людей там тьма тьмущая, поэтому, не раздумывая, я направляюсь к барной стойке и присаживаюсь на стул.

Пока официант выполняет мой заказ, я окидываю помещение ещё одним взглядом и понимаю, что здесь нет танцпола, а музыка и вовсе играет классическая. Предположительно здание имеет несколько этажей, и этот - самый тихий.

- Текила для мисс Барнетт, - воркует бармен, заставляя caballito, наполненный алкоголем скользить по барной стойке в моем направлении.

Улыбаюсь этому парню, кивая в знак благодарности и ловлю стакан.
Как интересно, даже бармен знает мое имя. Хоть оно и фальшивое. Однажды я смогу использовать это в своих целях.

Делаю глоток текилы, она приятно обжигает мне горло и тёплой волной разливается в груди.

Чувствую, как по моей голой спине пробегают чьи-то шершавые пальцы.

- Такая красивая и одна, - раздаётся шёпот над ухом, а потом ко мне подсаживается какой-то рыжеволосый парень лет двадцати пяти со сверкающими глазами и улыбкой во все тридцать два зуба.

Одет он с иголочки: белоснежная рубашка, не скрывающая рельефности его тела, дорогущие часы, брюки. Он что, бизнесмен?

Но будь он хоть Богом во плоти, от такой банальности я все равно закатила бы глаза, что, собственно, и сделала сейчас, не пытаясь скрыть раздражения, и отвернулась, вновь делая глоток.

- Ты такая неприветливая. Но знаешь, это лишь увеличивает твой шарм, - сладким голосом замечает незнакомец.

Не могу поверить, что у него хватило наглости проигнорировать мое нежелание заводить знакомства.
Кидаю на него тяжелый взгляд, и оглядываю тело на наличие татуировок. Их нет.

- У тебя нет татуировки, - говорю я.

Незнакомец знает, что я имею ввиду, и лишь шире улыбается. Он сканирует меня взглядом, уделяя особое внимание выпуклостям на моем теле, а потом наконец останавливается на моих глазах.

- На твоём теле ее тоже не видно, - замечает парень.

- Если она скрыта от взора, не значит, что я лишена татуировки, - неожиданно для себя выдаю я.

Славно. Я только что нарушила предостережение Эдварда.
Но фактически парень знает только, что тату есть на моем теле, но не имеет понятия, где именно.

- Если она скрыта от взора, не значит, что я лишен татуировки, - он кидает в меня моими же словами, что сбивает с толку. - Меня зовут Александр, - он протягивает руку для знакомства.

- Ария, - протягиваю в ответ.

Александр сжимает мою руку сильнее необходимого, а затем произносит на чистом русском, который я, к счастью, знаю в совершенстве.

- Лгунья.

- Русский. Ты не из Каморры.

- Мне нравятся умные женщины, - говорит Александр проводя ладонью по моей щеке, заправляя при этом волосы мне за ухо. От этого жеста мне становится не по себе, но я не подаю вида.

Теперь мы говорим на русском языке, но это не становится для меня проблемой.

- Вы обрываете наши поставки, - вспоминаю я то, что услышала от Эдварда, - но ты сидишь здесь, на территории Каморры, совершенно невредимый. Ты посол.

- Я уже упоминал твой блестящий ум? - улыбка Александра становится ещё шире.

- Ты слишком молод для Пахана или Консильери , но ты можешь быть их сыном.

- И снова в точку. Я сын Михаила Милославского, Пахана Братвы.

- Отец отправил решать тебя грязные вопросы прямиком на вражескую территорию, как это мило.

- Это моя обязанность, как будущего Пахана. И поверь, мы с Доменико хотели бы сделать все по-другому, но пока правят наши отцы и мы должны им подчиняться, это становиться невозможным.

- Ты хочешь, чтобы я поверила, что вы с Доменико друзья? - поднимаю бровь в знак подтверждения своих слов.

- Я не желаю обсуждать свои отношения с Доменико даже с его возлюбленной, которая наконец соизволила появиться из ниоткуда.

Я распахиваю глаза и вскакиваю со стула так резко, что моя голова начинает кружится от выпитого алкоголя. Я не верю в то, что он сказал. Я не верю в то, что он знает, кто я такая.
Нет.
Нет.
Нет.

- Почему ты выглядишь такой потрясённой, Мелисса? Твоё прошлое имеет такое огромное влияние на тебя?

Нет.
Я отступаю назад, не веря своим ушам.
Я не слышала, как мое имя срывается с чьих-либо губ так долго, а Александр просто взял и произнёс его.
Чертов русский. От них проблемы даже здесь.

Хватаюсь за голову, которая моментально начала болеть и пытаюсь делать глубокие вдохи, чтобы успокоиться.

Но эти махинации никак мне не помогают, комната начинает вращаться вокруг меня, и я закрываю глаза. Ком подкатывает к горлу, но я борюсь с этим ощущением. Чувствую, как начинаю соскальзывать на пол, но чьи-то руки подхватывают меня до того, как успеваю упасть.

- Вот же дерьмо, у тебя паническая атака, Мелисса, - голос Александра раздаётся прямо над моим ухом и кажется каким-то отдаленным.

Он встряхивает меня, но видя, что это не работает, прижимает к себе и начинает гладить меня по голове и спине.

- Господи, утихомирься, девочка. На нас же все смотрят, - он начинает в успокаивающем ритме постукивать по моей макушке и шептать слова поддержки.

Уже через пару минут мое сердцебиение успокаивается, и дыхание тоже приходит в норму. Я отстраняюсь от Александра и смотрю в его изумрудные глаза.

- Спасибо, - шепчу я.

- Не стоит благодарности. К тому же, - он резко отстраняется и его руки падают вдоль тела, - кажется, это была моя вина.

Он возвращается к барной стойке и, кивнув, предлагает мне присоединиться. Я присаживаюсь на своё прежнее место, обессилено облокачиваясь на стол. Александр заказывает два шота, но я отказываюсь от выпивки.

- На сегодня мне хватит.

Парень пожимает плечами и залпом выпивает друг за другом две стопки.

Снова подзывает бармена.

- Воду с лимоном для девушки.

Когда бармен отходит, я поворачиваюсь с Александру всем корпусом и интересуюсь.

- Откуда ты знаешь?

- Знаю что? - удивлённо спрашивает он.

- Что я люблю воду с лимоном.

- Ах, это, - искорки в его глаза снова начинают сверкать, - я многое о тебе знаю, Мелисса, - имя снова отзывается тупой болью в груди. - Даже то, что ты любишь этот ужасный коричневый цвет.

Это знал только Доменико, и, я полагаю, это двое находятся в очень близких отношениях.
Но я устала удивляться, поэтому просто улыбаюсь и стараюсь насладиться разговором.

- Он вовсе не ужасный, это самый спокойный цвет в палитре, а ещё он универсальный. Мне нравится.

- Обычно девушки предпочитают яркие цвета, - это замечание меня ничуть не трогает.

- Я не обычная девушка, - пожимаю плечами и делаю глоток лимонной воды.

- Совершенно, - соглашается Александр, награждая меня своей фирменной улыбкой.

- А какой твой любимый цвет? - зачем-то спрашиваю я.

- Красный, - не думая отвечает парень.

Я совсем не удивляюсь его ответу, такому самоуверенному человеку идёт этот дерзкий цвет.

- Ну конечно. Он подходит твоим волосам, - замечаю я.

У него и правда красивые волосы необычного глубокого рыжего цвета. Никогда не видела обладателей даже похожей шевелюры.

- Рад, что тебе нравятся мои волосы так же, как мне твои ноги, - он подмигивает мне, а я в ответ хлопаю его по руке.

Мое мнение об этом засранце разительно поменялось спустя некоторое время с нашей встречи. Он располагает к себе а его шутки не раздражают меня. Это одновременно пугает и восхищает.

Неожиданно улыбка на его лице меркнет.

- Кажется, твой парень пришёл навестить нас, - говорит Александр, и мое сердце готово выпрыгнуть прочь из груди.

- О ком ты говоришь? Кто там? - уже шепотом и вовсе не весело спрашиваю я, надеясь на молниеносный ответ.

- Доменико только что зашёл в клуб и направляется к нам, - Александр переводит взгляд на меня и, видя выражение мое лица, хмурится. - Что с тобой?

- Мне нужно уйти. Мне нельзя с ним видится, не сейчас, - на одном дыхании говорю я.

- О, проблемы в раю? - усмехается он.

- Помоги мне уйти, я потом тебе все объясню, - вижу замешательство на его лице и, превозмогая свою гордость, почти неслышно выдавливаю. - Пожалуйста.

- Услуга за услугу. Ты будешь должна мне, - на его лице появляется выражение азарта, а у меня нет выбора.

- Все, что угодно.

Не успеваю я и произнести эти слова, как Александр почти грубо хватает меня за затылок и наклоняет мою голову ближе к своей, накрывая мои губы своими. Секунду я сижу, ничего не понимая, а потом расслабляюсь под его напором и позволяю Александру углубить поцелуй. Наши языки сплетаются в едином танце страсти и я чувствую, как одна рука парня скользит по моей спине, вызывая во мне водоворот чувств. Он надавливает на мою спину, заставляя меня встать с барного стула и придвинуться к нему, встав между его ног. Не прерывая поцелуя, он прижимает меня ещё ближе к себе, а рука, находящаяся на моей спине скользит ещё ниже, накрывая мою ягодицу и сжимая ее. С моих губ непроизвольно срывается стон и я обнимаю Александра за талию, совершенно забыв, что это все является лишь способом спасти меня от Ника. Мы целуемся до тех пор, пока кто-то за моей спиной не кашляет, желая привлечь наше внимание.

И этот кто-то - Доменико.

Я резко отстраняюсь от Александра, тяжело дыша, и умоляюще смотрю на него. Он выглядит вполне расслабленным, а затем переводит издевательский взгляд на Ника, стоящего за моей спиной, и прижимается губами к моему уху, шепча так, чтобы парень, стоящий за моей спиной, ничего не смог услышать.

- Сейчас ты повернёшься направо и пойдёшь прямо. Там будет лестница, спустишься вниз, туда, где находится танцпол. Я отвлеку его, а затем найду тебя. Не уходи, пока мы не встретимся, помни, что твой секрет в моих устах. А сейчас похихикай, будто я прошептал тебе что-то совершенно непристойное, и иди.

Александр отстраняется с кошачьей улыбкой, а я делаю то, о чем он попросил - хихикаю, как идиотка- он подмигивает мне и оставляет короткий поцелуй на моих губах, будто мы любовники.

- Детка, ещё увидимся, - небрежно бросает Александр.

Для меня это знак, что надо сваливать. Забираю свою сумочку и начинаю отходить, как слышу, что он бьет меня по заднице.
Черт бы побрал Александра!
Снова притворно смеюсь и, не оборачиваясь, направляюсь к лестнице, только возле которой понимаю, что Александр заставил меня подняться со стула, чтобы я очутилась спиной к Доменико.
А это значит, что пока я растворялась в его губах, объятьях и нем самом, он выполнял свою часть сделки.
И, черт бы его побрал дважды, сделал это хорошо.