Звёздная Сицилия

Глава одиннадцатая - Твои чувства.

Его день начался с ночи. Комната погружалась в темноту, за окном уже давно царила тишина, но он всё ещё лежал в кровати, беспокойно ворочаясь. Часы на стене неумолимо тикали, отсчитывая каждую минуту, каждую секунду его бессонницы. Парень смотрел в потолок, пытаясь увидеть там что-нибудь, что помогло бы ему уснуть. Но потолок был пуст, и это только усугубляло его беспокойство.

- Значит, надо покурить, - сказал Янсон вслух, хотя в квартире никого не было, кроме него.

Встав на ледяной пол балкона, его мысли так же кружились в голове, словно неуловимые мотыльки, не давая ему уснуть. Каждая минута тянулась вечностью. Янсон чувствовал, как его глаза тяжелеют, но сон не приходил.

Красный огонёк дошел до фильтра, но Квилин сделал всего пару затяжек. Почувствовав запах табака, при внимательном разглядывании звёзд на небе, сон подкрался незаметно, хоть и так поздно. По чёрному небесному полотну хаотично рассыпаны звезды, словно художник стряхнул белую краску с кисточки на холст. Полная луна слегка бежевого оттенка висит средь белых точек, освещая пространство вокруг себя тусклым светом. Когда глаза парня не могли открыться больше чем на половину, Ян потушил сигарету о ржавые перила балкона и кинул то, что от неё осталось, в банку, стоявшую в углу. Нырнув в кровать под теплое одеяло, студент мгновенно уснул, в обнимку с длинной подушкой.

Утро началось в девять утра. А именно, когда сосед Яна решил начать глобальный ремонт в выходной день. Жужжание перфоратора и молотка выбили парня из приятного ощущения покоя и отдыха. С самым ненавистным выражением лица Квилин встал с кровати, ещё укутавшись в ватное одеяло, не желая с ним расставаться. Но, на удивление, день пошел хорошо. Вода с первого раза пошла необходимого градуса, кофейная пенка не вышла за края турки, а любимый свитер в бело-голубую полоску оказался чистым.

Во время завтрака, в привычку, Янсон открывал поочередно все социальные сети, в поисках информации, которую он упустил за эту ночь. К счастью, в городе не произошло ничего криминального и тому подобное, что радовало душу, ведь в предновогодние будни частенько случается что-то неприятное. Социальные сети были пусты, оно и очевидно. Парень не видел смысла вести активную жизнь в интернете, тем более на показ. В онлайн почтовом ящике завалялось несколько писем от заказчиков, которые Янсон мгновенно распределил на важные, и те, что могли бы подождать. Одна из его постоянных заказчиков вновь поступила к Квилину с заказом. Её просьбой был парковый пейзаж, с целью получения новогоднего настроения. Тот охотно согласился, решив взяться за работу уже сегодня. Моментом парень заглянул на страницу Кизуко, механически обратив внимание на время её последнего визита в сети.

- Была в сети вчерашним днём. Спит, как и обещала, - хохотнул Ян, отложив мобильник.

Солнце едва пробивалось сквозь плотные кроны деревьев, создавая причудливые узоры на снегу. Янсон нашел уютное место на скамейке, достал мольберт, кисти и краски. Мороз слегка пощипывал щеки, но вдохновение согревало изнутри. Брезгливо смахнув снег с деревянной поверхности, художник приступил к работе. Он начал с наброска, пытаясь уловить общую композицию: заснеженные ели, усыпанные инеем ветви, едва различимые силуэты прохожих. Янсон погрузился в работу. Но порой его взгляд увиливал на прохожих, отмечая их разные силуэты и образы, судьбу и движения. Кто-то шел с маленьким ребенком, кто-то нес тяжёлые пакеты, полные игрушек и сладостей, а кто-то и вовсе дурачился в сугробах снега, громко хохоча.

- Это школьные штаны, придурок!!! - кричал школьник, которого придавило горой снега.

Но, как ни как, Квилин старался не отвлекаться от работы слишком сильно. Краски смешивались на палитре, превращаясь в оттенки зимнего дня. Первые мазки ложились на холст неуверенно, что, в принципе, было естественным явлением. В скоре на полотне стали проступать заснеженные деревья, искрящийся под солнцем снег и яркие огоньки гирлянд, украшавших парк.

Ловким движением руки, стараясь как можно быстрее уловить облики прохожих, пока их силуэты совсем не скрылись с поле зрения, время пролетало максимально незаметно. Тот действительно увлекся, забыв обо всем на свете. Он старался передать не только видимую красоту парка, но и его атмосферу: тишину, нарушаемую лишь редким щебетом птиц, и ощущение приближающегося праздника. Он хотел, чтобы заказчица, глядя на его картину, почувствовала запах хвои и морозного воздуха. Порой его работы оценивали критики, и даже учитывая чужое мнение и прочее, было сложно увидеть ошибки чужими глазами на своей же работе, где, казалось бы, все написано прекрасно.

Левая рука темноволосого затекла, и от того создавалось ощщущение, что она буквально ватная. Легкое, но достаточно неприятное покалывание в конечности и мурашки по коже заставили встряхнуть запястьем несколько раз, дабы избавиться от боли. Но, сделав это максимально неаккуратно, открытая бутылочка разбавителя для масляных красок перевернулась и покатилась по кривой дороге парка, оставляя на земле дорожку прозрачной жидкости с неприятным запахом. Тот моментально вскрикнул, вскочив с места, стараясь избежать полной потери необходимого продукта. Со стороны, наверняка, это выглядело весьма нелепо, но на данный момент необходмость этого разбавителя была важнее, чем кривые взгляды со стороны. В конце концов, бутылка остановилась у ног молодого парня, что моментально поднял её и перевернул в вертикальное положение, дабы избежать ещё большей потери жидкости.

- Боже мой, спасибо! - воскликнул Квилин, приближаясь к незнакомцу уже более спокойными и равномерными шагами, дав себе волю отдышаться.

- Не стоит благодарности, - отрезал прохожий, протянув бутылку её хозяину. - С каждым может случиться.

- Тоже верно, увы, - согласился с ним студент из вежливости. Его мимика явно выражала недовольсто и злость произошедшим событием и фактом потери раствора, из-за чего он не был уверен на все сто процентов, что сможет закончить работу уже сегодня днем. Но Янсон с силой натянул уголки рта, стараясь изобразить улыбку, понимая, что обычный прохожий не виновен в этом. И тем более не заслуживает подобной реакции и лицемерия.

- Сахиа Шуэйдо, - сказал парень, протянув руку.

- Приятно познакомиться, Сахия! - приятным голосом ответил студен, слегка наклонившись в знак благодарности. - Я Янсон Квилин.

- Довольно интересное имя, - размышлял вслух мужчина. - Скорее необычное. Вы не местный?

- Местный. Просто родители не от сюда родом, вот и на имя повлияло, - С улыбкой на лицей ответил художник без всяких пауз.

- Что ж, я вижу, вы заняты работой. В таком случае не смею задерживать вас, Янсон, - дружелюбно решил закончить диалог Шуэйдо, наклонив голову в знак уважения.

- Было приятно познакомиться с вами. Удачного дня!

- С наступающим, - отозвался прохожий, уходя в даль парка, сливаясь с толпой.

Покончив с этим коротким диалогом, художник быстро вернулся на свое рабочее место, будучи воодушевленным и восхищенным образом своего малознакомого. Пока облик того парня ещё не испарился из памяти вовсе, Ян ловкими и быстрыми движениями наметил одинокого на вид встречного. На удивление, его фигура отлично вписалась во всю композицию. Серое пальто и явно любимые очки, короткие волосы, не доходящие до плеч, добавили изюминку в его заказ. Стоило лишь надеяться на то, что заказчица будет довольна такой детализацией, иначе его творение придется закрыть заснеженным деревом и прочим.

Через пару часов работа была завершена. Да, она стоила несколько стаканчиков дешёвого, но вкусного кофе и нервных клеток, но результат был волшебный. На холсте ожил зимний пейзаж, пронизанный теплом и уютом. Янсон отступил на шаг, чтобы оценить результат. Он был доволен. Картина получилась именно такой, какой он её себе представлял. Осталось только дождаться реакции заказчицы. Оставив в нижнем углу свою подпись, парень с гордостью собрал вещи и отправился прочь, желая поскорее оказаться у себя дома.

Донести маслянный холст по морозу оказалось тем ещё квестом. Ледяной ветер и осадки будто пытались свалить с ног, но сегодня удача оказалась на стороне студента. Зайдя в теплую, по сравнению с улицей, квартиру настроение сразу же улучшилось. Разбувшись, парень отнес незаконченную картину на балкон, дабы неприятный запах не перебивал благоухание ароматических свечей и благовонии. Сделав несколько фотографий сделанного на холсте, Квилин моментально отправил их заказчице по имени Лики, ожидая правок и дальнейших задач к действию.

За окном неожиданно потемнело, когда загорелись уличные фонари, студент отвлекся от интереснейшей книги, по причине того, что черные строки перестали быть читаемыми. Отложив очередное писательское издание с полки, парень перешёл в свою спальню, дабы скрасить время до сна.

Заварив самому себе любимому кофе, Квилин из последних сил присел за стол и достал дневник с кожаной обложкой - сувенир из другого города, который был самым верным слушателем его внутренних бурь. За стеклом завывала зимняя вьюга, царапая колючим снегом по поверхности. В комнате было зябко, несмотря на работающий обогреватель. Парень, сутуло склонившись над раскрытым дневником, держал старую, пожеванную жизнью авторучку и ритмично постукивал ею по пожелтевшей бумаге, прежде чем вывести очередную фразу.

«Декабрь. Зима крепчает. Кажется, морозы пробирают не только до костей, но и до самой души», - написал он.

Он отложил ручку и потер уставшие глаза. День действительно выдался очень холодным, но коротким. Время за творчеством пролетало действительно быстро, и, к сожалению, на столько, что отдыхать от учебных дней не удавалось.

«Сегодня парк казался каким-то безжизненным. Будто все краски ушли вместе с ней».

Парень вздохнул и снова взялся за ручку.

«Заказчица в восторге от пейзажа. Сказала, будто я поймал саму душу парка. Забавно, ведь я просто пытался не замерзнуть».

Он замолчал, погрузившись в свои мысли. Его взгляд зацепился за портрет, прикрепленный к стене над столом. На ней была девушка. Её глаза сияли, а на губах играла едва уловимая улыбка. Конечно, вот текст с правильно расставленными запятыми:

Он не видел её больше суток, но это время ощущалось вечностью, что довольно странно.

«Интересно, как она сейчас? Всё ли с ней в порядке?» - написал он, и сразу же добавил: - «Надо бы ей позвонить. Или лучше написать? Не хочу навязываться».

Он вспомнил их последний разговор, это тронуло его.

«Она говорила, что чувствует себя сломанной. Господи, как же я хочу ее поддержать. Просто быть рядом. Сказать ей, что всё будет хорошо. Хотя, кто я такой, чтобы обещать ей это?»

Ян снова отложил ручку и задумался. Тишина в комнате давила, нарушаемая лишь завыванием ветра за окном и тиканьем часов.

«Может, мне стоит просто сказать ей, что я скучаю? Нет, это слишком банально. Нужно что-то более искреннее».

Он снова взял ручку и, после долгой паузы, написал:

«День выдался тяжелым. На сегодня у меня всё».

Парень отложил ручку и закрыл дневник. За окном продолжала бушевать вьюга, а в комнате, освещенной тусклым светом, парень сидел, погруженный в свои мысли, и ждал. Ждал вестей. Ждал весны. Ждал её.

Но то, чего он точно не ждал, - телефонный звонок. Вибрация по деревянному столу выбила парня из потока собственных мыслей и навязчивых грез. На экране мобильного не высветилась фотография, и по привычке Ян хотел моментально смахнуть вызов, догадываясь, что это спам или мошенники. Но было одно но. Контакт студента был подписан. Белыми буквами на экране высветилось: отец.