Эпилог
Все становилось на свои места. Не все вернулись после битвы с Дьяволами. Далеко не все. Всего сорок процентов, хоть это и было больше, чем предполагалось. Огромную роль в победе сыграл капитан Альфред, Совет Семи, что присоединился к битве ближе к концу и Кастиэль Эверфольд, что в форме дракона уничтожил большую часть армии монстров.
Мирное Королевство вновь уцелело. Даже почти восстановилось. Все же, прошло достаточно много времени. Почти двадцать лет. В истории добавился пункт, восхваляющий четырёх генералов и Короля, которым почти сразу стал Эверфольд. Всего через пол года после битвы, прошлый монарх слег и передал корону сыну.
Правильно как-то давно сказали, что лидер из него получится хороший. Всего за пять лет он смог восстановить то, что успели разрушить монстры. Экономика, политика, образование и магия так же развились до того пика, при котором ни одно из Королевств уже не могло сказать, что оно первое в чем-то. Ведь это было глупо.
И все было бы ничего, если бы у Эверфольда не было своего минуса. Вот уже двадцать лет он продолжал поиски утерянной возлюбленной. Когда все закончилось, солдаты первым делом поспешили туда, где был разлом. Там и нашли целый круг из крови, обрывки кожаной одежды, клинок, что будто все ещё оплетал хозяйскую руку, и тонкую серебряную цепочку с медальоном в виде двух переплетающихся стихий (света и тьмы) и мужским обручальным кольцом.
Никто не хотел верить в то, что Танна Элиниэль умерла, закрыв врата. Один из Грехов сказал, что не видит её духа ни в одном из миров. Она не мертва, но и не жива. Это стало стимулом, толчком, чтобы продолжать поиски. Первые пять лет этим занимались все по указке короля. С каждым годом ряды поисковиков редели. Через десять лет остались только те солдаты, что присягнули на верность Танне лично. Спустя ещё пять лет сдались и они.
Эверфольд пытался вести дела королевства, будто его ничто не трогает, но ночами все смотрел на небо, наблюдая за проплывающим в вышине единственным облаком, с которого на него словно тоже кто-то смотрел.
Зимы стали суровее, выпадал снег, чего до этого никогда не было. В день победы стали праздновать всеобщий траур. Люди надевали черное и приходили к памятнику армии. Снизу были выбиты люди с оружием и маги, потом четыре Генерала на фоне дракона, а на самом верху стояла девушка, будто держащая в двух руках по шару. Иногда героем можно стать лишь посмертно.
— Ты сидишь здесь уже столько времени, а все не насмотрелась? — рядом на подоконник приземлился зеленоглазый мужчина и, чуть перевалившись, так же глянул вниз. — Скучновато.
— Если не знать этих людей, то, возможно, — перевела скучающий взгляд на Бога и усмехнулась. — Тебе всегда скучно, Кастиэль.
— Не всегда. С тобой чуть веселее, — закатила глаза, не принимая издёвку на свой счёт и вновь погружаясь в мысли.
Да, я выжила. Общими усилиями и не без уговоров мамы. Боги подняли меня в Поднебесную. Выходили, вылечили и позволили остаться. А ведь я так хотела...
Прошло уже двадцать лет, а я все ещё не успокоилась. Не знала, что депрессия может быть такой долгой. Поэтому просто обитала в одной точке небесного сада. Той самой, откуда мама наблюдала за мной. На облаке. Так как перемещаться между ними я не могу, не умея летать, приходится сидеть здесь. В принципе, пока кто-то не решит скрасить мои серые будни своим присутствием, то такое существование очень даже приятно. Относительно.
— Ты ведь знаешь, что умрёшь здесь? — кивнула. Спасибо, что напоминаешь мне об этом каждый раз.
Кстати, Кастиэль — Бог Порядка. И он не отец Эверфольду, а редкостный шутник. Узнав, что мама родила от самого обычного человека, напряглись все Боги без исключения. А когда я наконец ожила, даже немного обрадовались. Приняли в свою Поднебесную семью как родную. Так вот, Кастиэль решил подшутить и, найдя ребёнка, что родился со мной в один момент, поменял его имя на своё, заранее прописав небольшой кусочек судьбы. Кастиэль должен был встретить меня на своём высшем пути. Только вот судьба решила так, что «любовь» будет лучшим исходом для нас двоих. Оттуда и те самые ощущения при первом прикосновении. Странно осознавать, что все те чувства были прописанным судьбой сценарием, но, как сказал Создатель, она лишь подталкивает друг к другу. То же и с эпицентрами прошлого. Они, оказывается, вообще ничего не значат.
— Я умру в любом случае, — отмахнулась, откидываясь на мраморную колонну.
— Да, но в мире смертных ты умрёшь как смертная и сможешь переродиться, — в светлую залу вплыла Богиня Жизни в своей обычной манере. Я сразу же отвернулась.
Все ещё не могу смотреть ей в глаза. Она пришивала мне крылья, экспериментировала над своими людьми, сделала меня пешкой, послала своих ангелов, чтобы те были рядом. Чтобы они же сказали, что я не Богиня, а простая девочка и ничего не смогу сделать. Она знала, что я смогу закрыть врата, лишь умерев. Рассчитывала на везение и стечение обстоятельств. Уговорила братьев спуститься и забрать из лап Дьяволов, которые почти дожевали оставшееся. Кстати, тело у меня на половину кукольное. Только руки левой нет ниже кисти.
Я не просто закрыла портал, а залечила рану мира. «Зашила», если грубо говоря. На что сил и умений хватило. Вылечила мир. Смешно. А его спасти не смогла...
— Жизнь моя, я понимаю, что ты все ещё не хочешь разговаривать со мной, но хотя бы послушай, — Кастиэль тактично смылся спиной вперёд, оставляя нас наедине. — Ты должна спуститься и прожить ту часть жизни, что тебе отведена, — лет десять? В принципе, не плохо, но как-то не хочется.
— Мам, я не «не хочу» разговаривать с тобой. Просто не могу. Слишком много всего произошло, — женщина кивнула, принимая мою позицию, но так и не отступая от своей. Вот такая она, мать моя Богиня.
— Я понимаю, милая. Все понимаю, — не сомневаюсь. — Я тоже тяжело переживала потерю... Тюрона, — иронично как-то.
— Мам, у тебя хотя бы осталась от него я. Плод вашей любви. А у меня что? Память, которая уже начинает становиться туманной, — женщина взяла в свои руки мою, сделанную в прямом смысле из глины и магии.
— Милая, ты ведь любишь Эверфольда, так почему так сильно привязана к Тюрону? — повела плечом, не желая ни начинать, ни развивать этот разговор дальше, только вот женщина расценила это по-своему. — Он все ещё ждёт тебя, — знаю. И тоже скучаю. Правильно ли будет вернуться спустя столько лет?
— Долго ещё будешь там стоять, Люци? — вместо ответа, с усмешкой спросила я, смотря на маму, но краем глаза видя, как из-за одной из колонн выходит могучий черноволосый мужчина с алыми глазами, что были будто безжизненными. Соответствуют Богу Смерти. — Сегодня день посещения бессмертных родственников что ли?
— Я пришёл проверить свою работу, — сухо отозвался мужчина, скользнув по мне невидящим взглядом, снова не понимая и не принимая шутки.
Если кто не понял, именно Люцифер сделал мне тело из глины и магии. Талантливый, мне даже понравилось. Если не знать, что я на половину кукла, от настоящей плоти не отличишь. Почему и не приделали левую руку, так и не поняла. Приняла как должное.
Не хочу ничего говорить, но этому мужчине я не доверяла. Как и тому, что видела в мире Дьяволов. Да, они были похожи, даже больше. Это был он. Просто не хочу делать выводов. Поэтому об увиденном знаю только я. Думаю, Люцифер бы смог послать в мир сестры страшных монстров. Или я ошибаюсь?
— Ну проверяй, — с этими словами я скинула лёгкое платье на мраморный пол, оставаясь перед Богом в неглиже, что ничуть не смущало. Быть может, потому что я его не воспринимала как... Никак, короче. Или это из-за того, что в принципе стала более бесчувственной.
Люци совершенно спокойно осмотрел все стыки глины и моего тела, что-то где-то подтянул, помял, помассировал и наконец разрешил одеться, искоса глянув на сестру. Та приподняла бровь, Бог покачал головой. Обсуждают долго ли я проживу.
— Жизнь моя, — я остановила маму жестом и, шагнув к Богу Смерти, потянула его на себя, чтобы хоть чуть-чуть приблизиться к уху.
— Люцифер, сколько примерно я проживу на земле?
— Не больше десяти лет, — совершенно спокойно подвёл мужчина и, достав из-за ворота небольшой шарик, протянул мне. — Так чуть дольше. Он впитывает лишнюю силу и выплёскивает её в мир, когда переполняется.
— Неожиданно. Спасибо, — повертела камешек между пальцами, ненароком вспомнив наш с Тюроном поход к гному в лавку артефактов.
— Это не ради тебя, — мог на маму и не коситься. И так понятно все.
Мужчина ушёл, оставляя нас с Богиней наедине. Кажется, время прощаний. Снова. Спустя двадцать лет, но уже с другим человеком. Таким же родным и нужным.
— Мам, отправь меня вниз, — попросила я, с усмешкой отметив облегчённый вздох Богини. — Так хотела от меня избавиться?
— Так хотела, чтобы ты имела шанс на перерождение, — и эта шуток не понимает. Один Кастиэль тут как нормальный человек. Бог то есть. — Я буду скучать по тебе.
— Встретимся в следующей жизни, — пообещала я и мир перед глазами поплыл.
Я свободно падала с огромной высоты. Ветер развивал распущенные волосы и полы белоснежного платья, что было подпоясано тонким золотым шнурком. Свалился ангел с неба. Кому такая красота достанется?
Даже немного удивилась, когда оказалась в чьём-то кабинете. Хотя, чего тут гадать? Герб Мирного Королевства, куча книг и бумаг, какие-то приказы/указы/доклады/отчёты на столе. Ничего не понятно, но очень интересно. И слишком светло. А как же любимые серые тона? Или Королю нужно соответствовать Королевству?
Села на довольно удобный стул и, закинув ноги на стол, пролистала какие-то бумаги, пытаясь вспомнить язык, которого давно не видела. В Поднебесной по большей части читала на том, на котором заклинания пишутся. Кстати, в магии есть небольшие продвижения. Крохотные. Если пользоваться фотографической памятью и воспроизводить картинку в голове, то и заклинание может получиться. Хоть и не всегда.
Отчёт о восстановлении природной зоны в «Углу Разлома». Это они так тот Дьявольский треугольник обозвали? Как бермудский. Интересно. Там высадили деревья, сделали плантации. Видимо, Михаил передал слова мамы о том, что разлом больше не откроется. Облагораживают территорию.
Послышался щелчок. Кто-то открыл дверь. Хотя, почему кто-то? Мужчина медленно прошёл почти до середины комнаты и вдруг остановился, заметив на кофейном столике чужую тень. Медленно поднял глаза и замер. Я же делала вид, что все ещё увлечена чтением документов и ничего вокруг не замечаю. Дракон молчал, вероятно, пытаясь понять, не глюк ли я.
— Как я и говорила, ты стал хорошим королём, — усмехнулась, положив бумаги на стол. Откинулась на спинку кресла поменяла ноги местами. Перекинула их то есть. Как в основном инстинкте. Как раз под платьем ничего.
— Ты... — продолжения не последовало.
— Я. Лилия айс Ранморн ми Элиниэль собственной персоной, — поубавила бы иронию в голосе, да не стала. После стольких лет злость и обиды как-то сами собой растворились вместе с угасающей памятью о былых днях.
Кстати, после исполнения долга, предписанного истинным именем, оно само по себе изменилось на то, с которым я родилась.
— Эл, — мужчина сделал шаг, но остановился по одному моему жесту. Не надо мне тут нежностей, я от этого отвыкла.
— Вижу, ты женат был, — брови мужчины удивлённо поднялись к редкой чёлке, да там и остались. — На безымянном пальце левой руки остался след от недавно снятого кольца. Плюс, вот там точно висел чей-то портрет. Женский, потому что мужские вешают с другой стороны. Ещё в столе есть потайной ящик, — постучала по обозначенному месту кончиками глиняных пальцев, отчего звук получился неестественным. — Там медальон, пара колец, какой-то свиток и книга, — я не смотрела, просто по звуку поняла.
— Ха, ты точно не глюк. Так может только Шерлок, — давненько меня так никто не называл, забыла даже. — Я не женился. Кольцо носил обручальное, да. Второе хотел подарить тебе, — я вздрогнула, понимая, к чему он ведёт. — И в потайном ящике твой дневник, медальон и два обручальных кольца, — тех самых, что подарил Тюрон? Он сохранил их? Это... Странно. Значит и письмо то самое?
— Интересно. И зачем ты хранишь этот хлам? — усмехнулась, легко открыв тайник и надев на шею мамин медальон, что приятно охладил кожу и почти сразу нагрелся, будто приветствуя хозяйку. Письмо же незаметно перекочевало в дневник.
— Потому что все эти двадцать лет искал тебя, — знаю. И это было глупо. — Эл, я так виноват перед тобой. Повёл себя как дурак тогда. Я понял все, когда узнал, что ты покинула дворец. Тюрон был для тебя дорогим другом, очень важным человеком, а я поступил эгоистично, — дорогим другом? То есть письмо он все же не прочёл. — Я сам очень беспокоился о нем, боялся потерять, но у меня не хватило решимости, чтобы попытаться все изменить. В отличии от тебя, — я была шокирована этой исповедью, но не из-за самих слов.
Скорее из-за того, что мужчина опустился на колени и говорил всё смотря исключительно в пол перед собой и с силой сжимая кулаки до побелевших костяшек. Даже села нормально, не зная, как реагировать на столь неожиданную человечность, от которой успела отвыкнуть.
— Эй, Кастиэль, успокойся немного, — присела напротив на корточки, боясь дотронуться или как-то спугнуть момент. Растерянность мне не свойственна. Давно перед вами мужчины на коленях извинялись? Передо мной вот впервые.
— Эл, я все ещё люблю тебя. Я так сильно люблю тебя, — выдохнул мужчина и наконец посмотрел в глаза, будто спрашивая разрешения. Можно ли коснуться? Простила ли я его?
Промолчала, только немного истерично усмехнулась, что было расценено как зелёный свет. Эвер медленно потянулся ко мне, наблюдая за каждой проступившей эмоцией, ища в них отказ. Но его не было. Его руки скользнули по моей спине, сначала лишь придерживая, но с каждой секундой все сильнее сжимая, будто я могу куда-то исчезнуть.
— Я тоже скучала по тебе, — погладила дракона по спине, кончиками пальцев пробежалась по тем самым ямочкам на щеках, что и правда появлялись, когда он улыбался.
— Эл, ты станешь моей королевой?
***
Королевство процветало, всего за несколько лет став вершиной Аутела. Король и Королева правили мудро и справедливо. Не все узнали в этой девушке того самого Шерлока, что когда-то появился в Академии Магии и поднял её на уши. Не все узнали в ней и главнокомандующую.
Эльфийское и Мирное Королевства заключили договор о взаимопомощи и совместной работе. Конечно же, этому поспособствовали королевы. Танитриэль, ставшая правительницей Леса Богов, и Элиниэль, так и остались самыми лучшими и самыми сумасшедшими подругами. Слышали бы вы как громко визжала эльфийка, увидев у окна своей комнаты потерянную двадцать лет назад подругу. Даже Энтариэль из душа выбежал. В чем мать родила. Вот смеху было...
Иллай вернулся к своей гильдии и уже спустя год возглавил её. Ребята до сих пор истребляют нечисть, причем законно.
Алания стал одним из королевских магов. Не самым сильным, но все же. Здесь тоже не обошлось без рук Величеств.
Король и Королева Мирного прожили в браке ещё много лет, оставив после себя сыновей. Риктора и Аминала. Им обоим предначертана великая судьба, но об этом уже расскажу не я.
Если в вашем сердце живёт кто-то, не забудьте сказать об этом. Страх реальности, что может не сойтись с ожиданиями, разрушит вас быстрее, чем отказ или не взаимность. Горе от того, что вы что-то сделали не так или не сделали вовсе, съест вашу душу до основания, не оставив даже намека на прежние чувства. Не повторяйте моих ошибок.
С Любовью Лилия Эверфольд Мундус ми Элиниэль.