О взаимоотношении Бандерлогов и бывших Фазанов
«Зима»
В нашей стае появился новый человек – Курильщик. Он с нами уже 3 дня. Можно сказать, что он сильно старается стать частью четвёртой. Курильщик – славный паренёк, но его вопросы порой подбешивают. А ещё он учится ползать. Пока что у него это получается из рук вон плохо, точнее из ног, но видно, что он старается. Только Лэри никак не может смириться с его появлением. Относиться к нему агрессивно и даже врезал разочек.
Одним вечером мы сидели в комнате. Курильщик спал, Табаки курил трубку, одновременно играя со Сфинксом в шахматы, Слепой сидел на полу, Лорд на подоконнике, Горбач на своей полке, Македонский у себя на кровати, а я тренькала на гитаре.
-Ой! Курильщик проснулся! – сказал Табаки. – Глазами шмыгает! Есть еще порох в пороховницах фазаньего племени. А вы говорили, помер!
-Табаки, так говорил только ты. – сказал Сфинкс
Я отложила гитару встала с пола и села рядом с Курильщиком, заглянув в его лицо.
-Да... - протянула я. – От такого не умирают.
– Не скажи, не скажи, – отозвался Табаки. – Фазаны, даже бывшие, на все способны. Как живут? Отчего помирают? Только им самим ведомо.
Курильщик сел.
- Как ты себя чувствуешь? – поинтересовалась я.
-Лучше. – отозвался Курильщик.
-Вот и славно. Если хочешь, я могу помочь.
-Чем?
-Ах, точно, мы ведь тебе ещё не рассказывали. Шакал, просвети пожалуйста Курильщика, я сейчас приду.
Я встала с кровати и вышла в коридор. Курильщика я буду лечить в первый раз, поэтому нужно взять кое-какие ароматические палочки для большего эффекта. Если кому-нибудь нужно оно, то он с уверенностью должен пойти к Стервятнику. Поэтому я сразу иду в третью. К сожалению, Стервятника там нет, зато есть бумага, перо и чернила. Стервятник любит писать пером. Я пишу ему записку, с извинениями о том, что взяла палочки. Оставляю записку на его кровати, беру ароматические палочки из тумбочки и иду обратно. Курильщик сидит на общей кровати и всё ещё слушает рассказ Шакала.
-Ох! – радостно кудахчет Табаки. – Ну наконец-то, дорогуша.
-Ладно тебе. – говорю я расставляя ароматические палочки у кровати. – Не так уж я и долго там была.
Посмотреть, как я буду лечить Курильщика, подползает Лорд, Горбач и Сфинкс. Слепой садиться рядом, чтобы послушать «хруст снега».
-Значит, слушай, Курильщик, когда протяну руку, ты закроешь глаза и представишь себя сидящим у костра в снежном лесу. Если ты будешь чувствовать, как синяк начинает холодеть, то значит ты уже излечиваешься. Скажи, когда будешь это чувствовать
Курильщик кивает. Палочки уже пахнут, набираю побольше воздуха в грудь, подсаживаюсь ближе к Курильщику и протягиваю руку. Мои глаза закрыты, но я вижу. Вижу Курильщика, сидящего у костра в тулупе из медвежьей шкуры, его щеки потихоньку начинают краснеть от холода, а моя рука неметь. Как же сильно ему врезал Лэри. Рука ледяная, будто я засунула её в снег и продержала её там не меньше часа. Курильщик боится. Чего? Его страх перетекает в мою руку вместе с его болью. Да я уже и не чувствую её.
-Зима! – говорит Курильщик. – Уже всё!
Открываю глаза. Синяка у Курильщика почти не видно. Смотрю на свою руку. Она ужасно сухая и кончики пальцев немного посинели, совсем чуть-чуть. Оглянув стаю, я замечаю, что все закрыли глаза, даже Слепой.
-По моему... - задумчиво говорит он. – В этот раз у тебя получилось лучше, чем во все прошлые.
-Я тоже так думаю. – сказал Сфинкс. – Например мне даже стало холодно.
-Ну нифига себе! – визжит Табаки. – Как у тебя хорошо получилось! Это просто поэзия! Я должен сочинить песню!
-Ничего себе! – радуется Курильщик, рассматривая в зеркале место, на котором раньше был синяк. – Я не думал, что это правда!
-Все сначала так говорят. – хихикаю я. – Ладно, раз уж у тебя уже ничего не болит, то я пойду сделаю кофе.
Очень скоро все начали заниматься своими делами. Сфинкс и Шакал вернулись за шахматы, Лорд залез обратно на подоконник, Горбач начал кормить Наннету, Слепой затаился у спинки кровати на полу. Ничего особенного больше не намечалось, но вдруг Табаки затянул свою жуткую песню про дым.
-Эгей, эгей... только серый дым, да воронье... Эгей, эгей, не осталось ничего...
Я протянула Курильщику сигареты, Сфинкс ногой пододвинул к нему зажигалку.
-Подожди. – сказал Табаки и начал ворошить свой халат и вынул из него пепельницу. – Вот, держи! – и запустил ею в Курильщика.
Пепел рассыпался.
-Эй! – обиделся Шакал. – А спасибо?
-Спасибо. – ответил Курильщик. – спасибо, что промахнулся.
-Не за что! Всегда пожалуйста!
-Эгей, эгей... почерневшие кастрюльки! Эгей, эгей, каркас медвежьего чучела... при жизни оно было вешалкой...
-Заткните кто-нибудь этого извращенца! – взмолился Лорд
-Эгей, эгей... почерневший кулон! Ворона унесет его своим воронятам... славную игрушку, своим воронятам...
Лорд стёк с подоконника и заполз на кровать.
-Не смотри зря. – посоветовала я Курильщику.
-Мне просто интересно.
-Лучше не интересуйся. – сказала я со значением.
Курильщику мои жесты как тайна за семью печатями. Лорд возник рядом. Он уставился на Табаки как тигр на свою ещё живую добычу.
-Ну что ты, Лорд, так нервничаешь? Песня уже закончилась.
-Слава богу! А то, мог бы закончиться ты!
-Какие страшные слова по такому ничтожному поводу! Опомнись, дорогуша!
Я раздала всем кофе и села рядом с Лордом, после чего явился Лэри. По комнате раздался стук каблуков. Курильщик сразу помрачнел и замер. Лэри уставился на Шакала и сказал:
-Вот так вот! – и сел на кровать.
-Господи, Лэри! – пискнул Табаки. – Что стряслось?
-Всё тоже самое. Мне хватает.
-Фух! – выдохнула я. – Ты напугал меня! Я думала что-то новое.
Лэри хрюкнул.
-Можно потише? – спросил Лорд, полируя ногти
-Потише?! – переспросил Лэри. - Еще тише? Тише, чем мы, ведут себя только покойники! Мы здесь самые тихони, самые смирные ребята! На нас на всех скоро трава вырастет, такие мы тихие...
-Не заводись. – попросила его я.
-Я имел в виду конкретно тебя. Конкретно данный момент. – уточнил Лорд с брезгливым выражением лица.
– А-а, ну да! – вскинулся Лэри. – Мы живем данным моментом, а то как же! Только данный момент, ни туда ни сюда. Ни о чем, кроме данного момента, и говорить не стоит. Нам даже часов носить нельзя, вдруг подумаем на пару минут вперед!
-Он хочет драки, как я понимаю. – обратилась я к Лорду
-Он желает кровавого избиения. – подхватил Табаки. - Упасть между кроватями бездыханным и ни о чем больше не беспокоиться.
-Это мы ему запросто организуем. – сказал Лорд, оторвавшись от шлейфовки ногтей.
Я и Лорд ехидно переглянулись. Как приятно иметь человека, с которым можно переглядываться.
-Я не завожусь. – успокоился Лэри. – Если бы вы знали какая в Доме обстановка.
-Мы и так знаем, но уже приняли это и давно успокоились, а ты всем уже плешь проел. Уймись.
Лэри так трясло, что я чувствовала его раздражительность и его сумашедше стучащее сердце.
– Вот, – дрожащий палец с отрощенным ногтем уперся в лоб Курильщику. – Из-за этой вот сущности мы и сидим в дерьме! Кофе в постель подаем вместо того, чтобы в цемент его закатать!
Табаки захлебнулся от восторга.
– Лэри, что ты мелешь, Лэри? – взвизгнул он. – Что ты несешь, дорогуша? Как бы ты проделал эту операцию? Где брать цемент? В чем его разводить? Как макать туда Курильщика и что с ним делать потом? Топить цементную статую в унитазе?
– Заткнись, козявка! – заорал Лэри. – Ты-то хоть помолчал бы раз в жизни!
(следующая глава - продолжение, только будет вестись от лица Сфинкса)