Рутинная тяжесть

Кажется, нервная система либо отказала полностью, либо просто перестала подавать признаков ломки. Парень даже сумел подойти к окну на кухне, откуда наблюдал за Сэми, идущей в магазин и с кем-то активно разговаривающей по телефону. Интересно, может это Джи?
Окружающие сопляки, кажется, удивлялись её громкости. Приоткрыв окно, Гю даже отсюда услышал, как она беседует о том, сколько минимум должна быть зарплата у охраны. Да, на проводе явно была Джи.
Поставил чайник. Раз уж сегодня он в такой неожиданной компании, нужно и делать такие же странные занятия. Заметил, что руки всё ещё дрожали, а от одного вида ножа в раковине хотелось нервно сглотнуть. Нет, всё же не полностью отпустило.
Почему-то стало как-то странно на душе. Он буквально сейчас сидит и ждёт, пока ему принесёт продукты та, кого он мечтал убить фактически неделю назад. Хотя почему-то для него такое желание было вполне заслуженным. Он ненавидел, когда к нему относились как к какому-то мусору, чем так любили заниматься все сопляки вокруг, в том числе и сама Сэми. Девушка даже не дала ему попробовать поддержать Минсу в нужный момент, сразу же «набросившись» со своими тупыми оскорблениями. Может, ему тоже хотелось, что бы, как все эти идиоты, он мог просто быть как минимум уважаем в обществе?
Нет. Куда-то далеко его занесло.
Всё же он был лучше всех их. Он не такой жалкий и немощный. Может спокойно пережить фактически всё что угодно. Он сильнее, мудрее, хотя в их глазах и является мудаком.
В голову затесался интересный вопрос:

«А для себя?»

Для себя он всё такой же: умный, быстрый, смелый. Ему не нужна поддержка окружающих, в отличие от всех этих мелких букашек вокруг. По крайней мере, он не из тех, кто будет годами страдать из-за других людей и их действий.
Пауза. Кажется, вновь подступала паника и ком к горлу. Попытался успокоиться, сев на стул.
Мысли, напротив, ни на секунду не хотели умолкать. Словно он только что открыл какую-то забытую дверцу сознания, из которой что-то так активно пыталось выбраться всё это время.

«Мы обязательно с тобой ещё встретимся, Гю. Я вечно зависаю в твоём этом Пентагоне. Просто дождись моего следующего прихода туда, okay?»

Не такой, как они, да?
Почему же тогда сейчас глаза вновь начинают блестеть?
Нет, наверное, он просто в чём-то похож на них. Но, безусловно, остаётся выше всех этих сопляков. Это неизменная истина.
Буквально десять минут назад он умолял всех Богов на свете вернуть его к Таносу.
— Блять, — стало настолько херово, что нужно было выругаться вслух. Знакомый голос звучал в ушах на повторе, не давая ни секунды передышки, отчего на щеках вновь появилась вода, а тремор вернулся во всей красе.
Попытался поставить голову на руки, согнутые в локтях, но по итогу просто прислонился лбом к холодному столу.
Тяжело признавать то, что так долго пытался скрыть даже сам от себя.
Наверное, он мудак. Тот ещё мудак.
Как оказалось, окно осталось открытым. Холод откуда-то спереди ощущался здравым смыслом, осознанием, которое таилось где-то в глубине.

Да. Он явно мудак.

На улице, кажется, пошёл дождь. Иронично, как погода всегда «подстраивается» под настроение.
Вновь стало тяжело дышать, а истерика лишь усложняла этот процесс. Придурок.
Людишки внизу забегали в разные стороны, когда маленькие капли превратились в настоящий ливень. Слёзы же, словно дождь за окном, тоже становились всё крупнее и чаще. Впервые действительно «рыдал», не закрывая рот рукой и не пытаясь всхлипывать тихо. Оказывается, от такого плакать со временем хочется лишь сильнее. Иронично.
Схватился за волосы обеими руками, больно оттягивая их в разные стороны.
Мудак. Как с ним вообще до этого момента люди общались?

Галлюцинации вокруг вновь подали знак о своём существовании, но теперь, вместо молитв о спасении, хотелось наконец покончить со всем этим. Всё-таки одиночество — стрёмная херня. Особенно, когда у тебя с утра бесконечные панические атаки.
Сзади открылась дверь. Кажется, девушка даже смеялась со своего положения: насквозь мокрые джинсы и лонгслив теперь плотно прилегали к телу, а с волос и с ткани буквально ручьём лилась вода. Сразу же настроение переменилось, как только она увидела хозяина квартиры с красными глазами и хлюпающим носом, сидящего за кухонным столом.
— Ёпта, чё, опять? — Сэми, несмотря на тон голоса, скорее выглядела немного грустной, а не разочарованной, — Давай так: если ты мне дашь хоть что-нибудь, в чём я могу тут с тобой посидеть, то мы поговорим, ладно? — она показательно подняла руки и попробовала отжать один рукав на ковёр, но воды было настолько много, что идея сразу же показалась провальной.
Совершенно молча направился к своему шкафу. Истерика ещё не закончилась, просто пришлось ненадолго оторваться от неё, дабы выполнить чужое поручение.
Достал оттуда очередную огромную футболку чёрного цвета и шорты на завязках и аккуратно положил их на стиральную машину, стоящую возле ванной. Девушка сразу же направилась в ту же комнату.
Признаться честно, вновь оставаться одному сейчас было адски страшно. Во-первых, казалось, что навязчивые мысли всё же возьмут над ним верх. А во-вторых, даже одно осознание человека рядом хоть и немного, но успокаивало. Наверное, поэтому он до последнего оставался стоять в дверном проёме, ожидая дальнейших указаний и, словно маленький ребёнок, вытирая рукавом слёзы с щёк.
— Чё, стрёмно, да? — она попыталась аккуратно отжать волосы от ледяной воды, — В целом, если будешь в стену смотреть, то оставайся. Тока дверь закрой, а то я замёрзну нахер.
Кажется, в глазах даже появился небольшой лучик надежды после этих слов. Сел на пол прямо возле двери и, как и было велено, развернулся лицом в противоположную сторону. Вновь прижал к себе ноги, продолжая больше походить на депрессивную восьмиклассницу, а не на достаточно взрослого мужчину 27 лет. Всё ещё хлюпал носом и растягивал рукава какой-то кофты до середины ладоней, словно делая «кошачьи лапки».
Сзади включился душ и, судя по теплу, разносившемуся по комнате с огромной скоростью, такой же горячий, как тот, под которым обычно моется сам. Кажется, Сэми даже напевала что-то себе под нос, активно согреваясь.
— Рассказывай пока, чё там у тебя? — было странно в целом разговаривать на подобные темы глядя в стену, тем более именно с ней.
— Я не знаю. Просто опять разнесло от всего подряд, — продолжал так же прерывисто дышать, словно час назад.
— Ну, такого не бывает, — вода на несколько минут выключилась, видимо, пока она наносила что-то из какого-либо тюбика, — А если и бывает, то у тех, кто лежит в дурке.
— Я мудак? — звучало очень глупо.
— Да. Тот ещё, — Сэми даже не стеснялась признавать это, — А что? Только понял?
— Видимо, — попытался вздохнуть, но получилось скорее просто большое количество коротких выдохов.
— Придурок ты, — вновь включилась вода, — Щас я помоюсь, поедим с тобой и потом всё мне объяснишь. Договорились? — в ответ получила кивок и тихий всхлип. Пожалуй, день можно было записывать в один из самых позорных. Причём он бы возглавлял этот список.
Темноволосая продолжала напевать какую-то песню себе под нос, пытаясь игнорировать любые звуки, издаваемые парнем. Ощущение, что в один момент даже и забыла о его существовании.
— Я могу серое полотенце взять? — вода выключилась.
— Да, — кажется, потихоньку сам по себе начал успокаиваться. В комнате стало очень тепло, отчего даже мышцы понемногу расслаблялись, а кости переставало так сильно ломить. Почувствовал, как сзади его дважды тыкнули пальцами и, обернувшись, увидел Сэми с полотенцем на голове и в чистой одежде.
— Пойдём? — протянула руку, помогая встать. Посмотрел в зеркало и захотел посмеяться сам над собой. Какой же он был жалкий сейчас, — Ща будешь мне мыть овощи стоять.
На кухне находился достаточно большой пакет, наполненный всякими продуктами, крупами и небольшим количеством мяса. Удивительно, что на карте, кажется, даже осталось хоть что-то.
Сэми с лёгкостью распределила всё по кучам и сразу отделила вещи «для работы Намгю».
— Вот, — в руках лежало несколько огурцов, помидоров и пара болгарских перцев, — Помоешь — порежу, будешь грызть сидеть. А то этот твой РПП-шный вид начинает заёбывать, — закинула всё это в раковину и включила слегка прохладную воду.
Выполнил «приказ», пусть и с небольшими усложнениями в виде дрожи и слегка мутного зрения. Молча подождал, пока девушка, мастерски бегая в разные стороны с разными продуктами, наконец обратит на него внимание.
— О, всё? Ну, молодец, — подошла и дважды легонько хлопнула по голове. Кажется, обычно так хвалили собак, — Ща тебе будет «овощная тарелка».
Девушка, пару секунд поискав глазами достаточно большую тарелку, доску и маленький нож, приступила к делу. Уже через мгновение поставила «творение» на стол.
— Во, ешь. Если помидоры не хочешь - мне оставь, — улыбнулась в конце. Иронично, что именно их он терпеть не мог, так что с радостью согласился на такое предложение.
В кастрюле, кажется, варилось мясо, а по соседству — рис. Наверное, впервые в этой квартире так яро кипела жизнь на кухне. Странно было вновь осознать, что сейчас Гю фактически кормила самая ненавистная персона за последнее время. Кажется, только что нашёл ещё одну причину, чтобы записать себя в команду мудаков.
Первый хруст послышался от огурца. Жевал маленькими кусочками, боясь, что в любой момент может вновь начаться приступ. Девушка сзади, наблюдая за этим, тихонько смеялась с выражения лица хозяина дома.
— Так чего рыдал-то сидел? — специально отвернула голову, чтобы лишний раз не заставлять держать зрительный контакт.
— Я задумался просто, — продолжал активно насыщать организм и, кажется, даже в удовольствие.
— Далековато задумался, получается, — проверила рис и, сделав какой-то вывод для себя, подсела на соседний стул, — А с Таносом чего?— глубоко вздохнул. Надеется, что завтра забудет всё, что может сказать сейчас.
— Я не знаю, — смотрел куда-то вниз, опустив голову, — Снится мне. Вот с того момента, как мы оттуда вышли, — а теперь внимание перевёл прямо на девушку. Казалось, в её глазах даже читалась жалость и сочувствие.
— Понятно, — на секунду отвела взгляд, — А в чём сюжет там обычно заключается?
Ответ получила, хоть и безмолвный, но отрицательный. Он не хотел рассказывать о чём-то настолько сокровенном. Лично для Гю это означало раскрыть перед другим свои самые слабые стороны, чего, естественно, меньше всего хотелось.
— Хорошо. Я не буду тебя мучить с этим, — очень понимающая реакция, на самом деле. Даже немного удивился, — Давай договоримся с тобой, что, когда тебе будет нужно, ты не будешь бояться или стесняться ко мне подойти. Ладно? — звучало странно, особенно от неё. Как она вообще может о чём-то подобном говорить так спокойно, а тем более с Намгю? — Как я вижу, у тебя с этой хернёй есть явные проблемы просто, — решила уточнить, — А я как врач не могу оставить человека в беде, понимаешь?
Девушка показательно протянула руки вперёд, ожидая ответной реакции на предложение объятий. На размышление потратил буквально секунду, а потом, словно безжизненный труп, просто фактически упал на Сэми.
— Тебе получше по сравнению с тем, что было три часа назад?
— Да, — дышал куда-то ей то ли в ключицу, то ли в грудь, — Спасибо.
— Щас поедим с тобой и пойдём спать. Хочешь? — ощутила, как голова качается то вверх, то вниз, — Поняла, — слегка придвинулась, создавая удобство не только для себя, но и для парня, — Всё будет хорошо, Намгю. Обещаю.
Кажется, от переизбытка чувств и от стресса опять заплакал. Только в этот раз, вместо желания успокоить, вызвал только умилённую улыбку. Сэми, заметив этот «прилив эмоций», легонько оттолкнула его от себя и взяла чужое лицо в свои ладони.
— Ну ты чего раскис-то совсем? — голос, кажется, был таким же, как и когда разговаривают с маленькими зверушками, — Давай, доедай сиди.
Гостья быстро подошла к плите и, размешав в обеих кастрюлях содержимое, убавила огонь. Гю же, вновь весь красный от слёз, как маленький ребёнок грыз овощи. Как ни странно, именно сейчас где-то в глубине души он был очень рад подобной компании.

Следующие минут пять прошли бы в тишине, если бы Сэми активно не продолжала напевать какие-то песни. Как бы странно для него это ни звучало потом, но на данный момент было достаточно уютно. Далеко не привычный вывод в стенах собственной квартиры.
— Тебе немного, да? — девушка достала очередные две тарелки и спрашивала, наверное, про порцию еды.
— Угу, — послышался хруст от, кажется, третьего куска перца. Кажется, ему он оказался очень даже по душе.
Через мгновение перед лицом оказалась еда, впервые нормальная за, кажется, последние лет пять. Маленький кусок курицы, окружённый рисом. У самой же было всего немного больше, а рядом стояла кружка чая. Кажется, сделала его слишком горячим: попробовав, высунула язык наружу и активно пыталась его остудить. Хотелось даже усмехнуться, если бы были силы.
— А сможешь остаться сегодня? — прозвучало очень жалко, особенно учитывая, что уже третья попытка трясущимися руками дотянуть вилку до рта была безуспешна.
— Чего? — видимо, действительно не услышала. Заметив, что парень всё никак не мог даже поесть самостоятельно, схватила чужую вилку, — Давай покормлю, бестолочь.
Он будет молиться, что бы завтра чувствовал себя нормально. Второй раз он это унижение не выдержит.
— А вообще, как сейчас? Получше? — только через секунду понял, что спрашивает о состоянии.
— Да. Почти, — прожевав, сказал. В качестве доказательства «почти» вытянул руки вперёд, демонстрируя, как они дрожат.
— Ну, это я и по вилке заметила, спасибо.
Задумался. Может дело всё же именно в столовом приборе?

В голове показалась знакомая, но ненавистная картина. Труп с фиолетовыми волосами, на лице которого навечно осталась то ли боль, то ли страх. И тот блестящий чёрный крест, теперь висящий возле кровати. Кажется, от воспоминаний даже хотелось проблеваться.
Как странно. А ведь пару дней назад так активно себе доказывал, что ему насрать абсолютно на всё в этом мире.

— Ложку принести что ли? — наверное, Сэми заметила испуганный взгляд. Кивнул. Может, так будет проще, — Окей, — из ложки удалось даже поесть самостоятельно. Смешно.

Девушка быстро побежала в ванну и, создав адский грохот, вышла с ведром и какой-то тряпкой. Кажется, собиралась заставлять Гю «скрывать следы» утра. Как ни странно, с этой задачей легко справился, мысленно поблагодарив себя за максимальную сдержанность рвотного рефлекса. Сэми же совершенно спокойно отмыла эту же тряпку, даже ни разу не скорчив лицо. Интересно, все врачи такие?
Потом гостья изо всех сил пыталась разговорить. Спрашивала, кажется, даже о самой бесполезной хрени: любимый вкус мороженого, последний просмотренный сериал и прочее. Наверное, надеялась, что ответы будут длиннее, чем: «Не знаю/Не помню», но, к сожалению, это был его максимум. Было даже немного грустно видеть, как её лицо с каждой секундой становилось всё более разочарованным. В какую-то секунду даже хотел извиниться за этот несостоявшийся диалог, но предложение «пойти поваляться» опередило. Спать хотелось жутко, особенно когда осознавал, что, возможно, не на голодный желудок будет лучше.
Первой легла Сэми, заняв половину кровати. Кажется, специально выбрала позу, дабы и Намгю было если что удобно лечь на неё. Именно так он и сделал: положил голову вновь на чужую грудь и слегка опустился, чтобы и самому удавалось смотреть к ней в телефон. Вроде как даже не возражала, а, напротив, развернула экран чуть ниже. Было смешно читать переписку с Джи, где хозяйка телефона чуть ли не в каждом сообщении называла Гю «оболтусом», «додиком» и «бестолочью». Менеджер же постоянно скидывала какие-то фотки с работы: на одной красовался один бариста, держащий в зубах открытку с надписью «директор, вернитесь в семью». Сэми и Намгю вместе немного посмеялись, зная, что на самом деле этот парень терпеть не мог своё руководство.
Спустя минут пять молчаливого листания инсты, начало вырубать. Гостья, заметив это, укрыла хозяина квартиры одеялом. Кажется, была рада, что «оболтус» наконец спокойно отдохнёт, никого не мучая своей бесконечной ломкой.
Когда начал представлять вместо неё Таноса, с лёгкостью погрузился в царство Морфея. Кажется, сейчас он и увидится с рэпером с фиолетовыми волосами.