Между лекциями и микрофонами
Следующее утро началось так же, как и сотни других: будильник в 7:00, душ, кофе из кружки с трещиной, рюкзак у двери. Но сегодня всё было иначе.
Вчера Минхо впервые переступил порог студии JYP.
Вчера он пел перед **3RACHA**.
Вчера Бан Чан назвал его *коллегой*.
И теперь, надевая куртку, Минхо не просто собирался на пары - он шёл в мир, где его **слышат**.
Он вышел из дома, закрыл дверь на замок и пошёл к метро. Утренний Сеул был уже в движении: студенты, офисные работники, продавцы у тротуаров - все спешили по своим делам. Но Минхо шёл медленнее обычного, будто боясь, что если поторопится, то проснётся.
На лекции по культурологии он сидел в первом ряду - не из прилежности, а потому что так легче было не думать о том, что через несколько часов он снова увидит Чана. Он делал заметки, кивал в ответ на вопросы профессора, но мысли его были далеко - в студии B704, где, возможно, уже играли бит для его песни.
- Минхо, - окликнул его одногруппник после пары, - ты сегодня какой-то... светишься. Всё хорошо?
- Всё отлично, - улыбнулся он. - Просто... у меня сегодня важный день.
- О, романтика? - подмигнул парень.
Минхо покраснел, но не стал отрицать.
- Может быть.
***
После последней пары он не стал задерживаться. Бросил рюкзак в раздевалку, купил бутылку воды и поехал в JYP. Сердце снова начало колотиться, как перед выступлением, но теперь в этом чувстве было меньше страха и больше... ожидания.
У входа его уже ждала девушка из ресепшн.
- Ли Минхо? Вас ждут на 7-м этаже. И... к вам пришёл менеджер.
- Менеджер? - удивился Минхо.
- Да. Говорит, что хочет с вами познакомиться.
Он поднялся на лифте, чувствуя лёгкое напряжение в животе. «Неужели они уже думают о контракте?» - мелькнуло в голове.
В кабинете у двери B704 его встретил мужчина лет сорока - в строгом костюме, но с тёплым взглядом и улыбкой без напыщенности.
- Ли Минхо? - спросил он, протягивая руку. - Я Ким Сонвон, менеджер 3RACHA. Очень рад наконец-то с вами познакомиться.
- О, здравствуйте! - Минхо пожал ему руку, стараясь не выглядеть слишком взволнованным.
- Джисон и Чан много о вас говорили, - сказал Сонвон, приглашая его пройти в небольшой переговорный зал рядом со студией. - Особенно Чан. Он редко так... вдохновляется.
Минхо опустил глаза, чувствуя, как щёки снова горят.
- Я просто... пел то, что чувствовал.
- Именно это нас и впечатлило, - кивнул Сонвон. - Мы видим в вас не просто талант, а **личность**. А это редкость.
Они поговорили около двадцати минут. Сонвон задавал вопросы: о его учёбе, о том, почему он выбрал именно музыку, о планах на будущее. Минхо отвечал честно - без пафоса, без выдумки.
- Я не хочу быть «звёздой», - сказал он в какой-то момент. - Я хочу, чтобы мои слова кого-то **тронули**. Как тронули меня тексты Чана.
Сонвон улыбнулся.
- Вы добрый, неконфликтный, искренний человек. Именно таких мы и ищем.
Когда разговор закончился, менеджер встал.
- Сегодня вы репетируете с ребятами. А завтра... у нас будет серьёзный разговор.
Минхо кивнул. Он понял: это не просто «попробуем». Это - **начало**.
***
В студии царила привычная атмосфера творческого хаоса. Чан Бин сидел за ноутбуком, что-то свистел в микрофон, проверяя мелодию. Джисон стоял у пульта, поправляя уровни. А Бан Чан...
Чан стоял у окна, спиной к двери, в наушниках. Но как только Минхо вошёл, он обернулся.
- Ты пришёл, - сказал он, и в его голосе прозвучало облегчение, будто он боялся, что Минхо передумает.
- Обещал же, - улыбнулся Минхо.
- Отлично. Потому что мы переделали бит, - вмешался Джисон. - Слушай.
Он запустил трек.
Новый бит был глубже, мрачнее, но в нём чувствовалась надежда - как луч света в туннеле. Минхо закрыл глаза и услышал... себя.
- Это... идеально, - прошептал он.
- Тогда пой, - сказал Чан, подходя к микрофону. - Я с тобой.
- Вдвоём? - удивился Минхо.
- Почему нет? - Чан усмехнулся. - Если ты - мой компас, то я - твой эхо.
Сердце Минхо пропустило удар.
Они начали репетировать. Сначала по отдельности, потом - вместе. Голос Чана был хрипловатым, тёплым, почти шёпотом в некоторых местах. А голос Минхо - чистым, звенящим, как колокольчик в тишине. Вместе они звучали... как единое целое.
- Стоп, - вдруг сказал Чан Бин, поднимая руку. - Здесь, в припеве... давайте сделаем гармонию. Минхо - выше, Чан - ниже.
Они попробовали. И когда ноты слились, в студии повисла тишина.
- Вот оно, - тихо сказал Джисон. - Это то, что мы искали.
***
Репетиция длилась до позднего вечера. Минхо пел, перепевал, корректировал дыхание, учился работать с микрофоном. Чан терпеливо объяснял, показывал, иногда подтрунивал:
- Ты же не на экзамене, Минхо. Расслабься. Пой, как будто поёшь только мне.
И каждый раз, когда он говорил «только мне», Минхо чувствовал, как внутри всё переворачивается.
Когда они закончили, было уже почти десять вечера.
- Ты молодец, - сказал Чан, выключая микрофон. - Серьёзно.
- Спасибо, - Минхо снял наушники, чувствуя усталость, но и удовлетворение.
- Поедем домой? - спросил Чан, как будто это было самым естественным делом на свете.
Минхо кивнул.
Они вышли из здания. Ночь была тёплой, звёздной. Чан открыл дверцу BMW, и Минхо сел на то самое место, что запомнил вчера.
- Ты сегодня не так нервничал, - заметил Чан, заводя машину.
- Потому что теперь я знаю - вы не съедите меня, - усмехнулся Минхо.
- Мы бы съели, если бы ты пел плохо, - поддел его Чан, но тут же добавил мягче: - Но ты поёшь... как будто знаешь мою душу.
Минхо замер.
- Я... просто слушал тебя много лет.
- А я... только сегодня услышал тебя, - сказал Чан, глядя на дорогу, но Минхо чувствовал, что каждое слово - правда.
Они ехали молча некоторое время. Потом Чан спросил:
- Ты боишься?
- Чего?
- Всего этого. Студии, менеджмента, возможного дебюта... меня.
Минхо задумался.
- Боюсь. Но больше боюсь **не попробовать**.
Чан кивнул.
- Тогда держись крепче. Потому что это только начало.
***
Когда они подъехали к дому Минхо, тот не спешил выходить.
- Чан-хён... - начал он тихо. - А если... это не сработает?
- Что «это»? - спросил Чан, поворачиваясь к нему.
- Мы. Музыка. Всё.
Чан посмотрел на него долго. Потом протянул руку и слегка потрепал по волосам - по синим прядям, которые Минхо так старался укротить утром.
- Ты уже часть этого, Минхо. Даже если завтра всё рухнет - ты уже изменил что-то во мне.
- Во мне тоже, - прошептал Минхо.
Он вышел из машины, но на крыльце обернулся.
Чан всё ещё смотрел ему вслед.
- Спокойной ночи, компас, - сказал он.
- Спокойной ночи, эхо, - ответил Минхо.
***
Дома он снова не мог уснуть. Но теперь не от восторга - от **мысли**, что завтра всё может измениться навсегда.
Он достал блокнот и написал новую строчку:
> *«Ты назвал меня компасом,
> Но сам стал моим севером»*.
Потом улыбнулся, положил блокнот под подушку и, наконец, уснул.
Завтра - новый день.
Завтра - разговор с менеджментом.
Завтра - возможно, начало его новой жизни.
А пока... он просто был счастлив.
Потому что его **слышат**.
И, может быть, даже любят