Воронье сердце

Приятного прочтения!)

писательский тгк: Milly_Bosh (вся информация о выходе глав и новых работ там)

_______________________

У судьбы специфический юмор. Да и жизнь тоже не таскает с собой сборник анекдотов, чтобы казаться кому-то интересной и забавной. А вот семья... Семья это сплошная комедия, которая делает эту твою неинтересную жизнь сценой из ситкома, где не хватает только закадрового смеха и наложенной забавной музыки, чтобы сделать страдания главного героя чем-то смешным. Чтобы вывернуть его страдания таким образом, что зрители будут ухахатываясь кататься по полу, хватаясь за живот и смахивая слезы.
Когда ты из кожи вон лезешь, подставляешь задницу под самую жгучую плетку, она даже не смотрит на твои старания, считая это чем-то обычным. Как будто ты и без этого должен держать эту уверенную планку. Но стоит тебе облажаться один единственный раз, всего раз, от тебя отвернуться все. Найдут предлог повернуться, плюнут в лицо и снова отвернутся.

Ворон сидит на ветке, крепко хватаясь за тоненький сучок. Буря не на шутку разыгралась. Ливень заливает всё вокруг и даже не смотрит на что льёт. А птица чувствует себя оскорбленной. Перья насквозь промокли. Холодный ветер забирается почти в душу, выскабливает остатки достоинства и растворяет их, делая тучи гуще, молнию ярче, а гром громче. Ворон пытается удержаться за эту хрупкую ветку, потому что больше некуда идти. Он смотрит в окно особняка, где с виду все хорошо.

Трещит камин, горит свет, отражаясь в рамках семейных фотокарточек и растилается уютный тёплый плед прямо на полу. Семья этого дома безумно счастлива. Ворон видит это и его воронье сердце разрывается. Он чувствует себя слишком одиноким для этого большого мира. Он даже не знает, что в этом тёплом семейном доме он смог бы найти единомышленника. Пусть человека, пусть не понимающего его полностью, пусть без крыльев и клюва, но с тем же ощущением тоскливости на душе.

Женщина, с чёрными как уголь волосами, поглаживает мальчишку по голове, пока тот удобно разместился на своём любимом пледике около камина. Книжка прочитана, сказка закончилась, а он все не засыпает и требует маму рассказать снова о его будущем. На губах вздрагивает нежная улыбка, а ярко-изумрудные глаза ласкают родную макушку. Пальцы путаются в таких же чёрных локанах карапуза. Женщина поднимает его с пола и усаживает к себе на коленки, поправляя подол пижамной рубашки.

-Когда ты станешь большим-большим, - сладко начинает лепетать она, а мальчишка прижимается к материнской груди, словно прислушиваеться к её сердцу. - Когда поймёшь, что твоих знаний достаточно, чтобы справится самому. Ты, Олеж, возглавишь самую крупную и крепкую семью Шепс. Ты докажешь, что наша семья достойна всего, чего добивалась годами. Покажешь, что ты не из робкого десятка и напомнишь, кого стоит бояться. Укрепишь наше влияние не только в России, но и во всей Европе, - эти слова Олег выучил уже как лёгкий стишок, которые иногда он учит со старшей сестрой. Он повторяет их за мамой шевеля только губами, боясь даже издать шёпот, чтобы она не перестала рассказывать. Но из всей этой истории его волнует только один вопрос. - У тебя будет много людей. Твоих людей, которые за тебя готовы пожертвовать всем, что у них есть, чтобы помочь тебе, когда ты будешь в этом нуждаться. Ты сразу поймешь, что это твои люди, когда посмотришь на них в первый раз. И ты станешь таким же как твой папа. Умным, сильным, смелым и ответственным. Ты будешь защищать всю нашу семью. Не посмеешь даже пальцем прикоснуться к тому, что принадлежит тебе, потому что если кто-то посмеет, то ты оттяпаешь этот палец вместе с рукой.

Карапуз слышит это уже в который раз. Он отстраняется от тёплой материнской груди и заглядывает прямо в эти изумрудные глаза и по-детски криво улыбается. Но что-то треплится внутри. Что-то не даёт ему нужного покоя в этих самых желанных объятиях. Что-то о чем семья никогда не разговаривает, потому что вроде как не положено это выносить на всеобщее обозрение. Потому что неправильно. Потому что так не должно быть. Потому что это показатель воспитания, а такому не учат в этой статной семье. Но это что-то не даёт покоя, потому что это родное. Родное до боли. Родное до крови. Даже если неправильно, даже если так не должно быть, даже если этому не учат в этом доме.

Олег меняется во взгляде и глаза наполняются чистой невинностью и... и чем-то ещё, чего раньше там не было. Неужели это жалость? Он вырос до того возраста, когда может и без слов различать к кому испытывать жалость, а кто действительно этого не заслуживает?

-Мамочка, а почему... - слышится детская неуверенность и мимолетный страх. Мимолетный, потому что он сразу понимает, что ему бояться нечего. - Почему именно я? Почему не Саша? - имя брата он произносит с особой болью в голосе. Этот вопрос его мучает ровно столько, сколько мама рассказывает эту прекрасную историю о его чудесном будущем. Но голос все равно дрожит, когда он использует это «Саша» в таком контексте.

Почему не кто-то другой из их семьи предельно понятно. Арсений, самый старший Шепс, отрёкся от семьи как только ему стукнуло восемнадцать. Отрёкся, но против не пошёл. Пока что. Отец не ожидал такого предательства от родного сына и горько пережил его нож в спину. Арс обрубил все связи с семьёй и никогда к ним не возвращался. Даже тогда, когда было совсем плохо. Он вообще, скорее всего, сменил фамилию, если не вместе с именем. Он сделал всё, лишь бы больше никогда не вспоминать о тех, кто его вырастил и воспитал. Ему никогда не было дела до деятельности отца. Арсений испытывал особую неприязнь ко всему, что он делает.
Олег совсем не знает брата. Из воспоминаний остались только старые фотокарточки где-то в старых альбомах. Когда Арс покинул их семейное гнездо Шепсы активно воспитывали Александра, а Олега и в помине не было.

Вика. Вика возглавить целую семью не может, потому что она девушка. Отец не позволит себе взвалить такую ответственность на хрупкие женские плечи своей горячо любимой дочери. Она мечтает пойти по стопам матери и с головой окунуться в свой бизнес. При поддержке отца, конечно.

Георгий с самого детства хрупкий ребёнок. Проблемы со здоровьем начались с самого рождения, поэтому о нём и речи быть не может.

Поэтому вся семья воспитывает Олега как своё великое наследие. Но почему именно он? Есть ведь ещё один ребенок. Почему не он? Почему не Саша?

Мать меняется в лице, но быстро возвращает маску снисходительности и нежности. Она гладит ребёнка по волосам, словно убаюкивая укладывает обратно на грудь и целует в макушку, усыпанную тёмными волосами.

-Малыш... Саша он... - недолгая пауза, дает время задуматься. А что он? Она сама не знает. Как всё правильно объяснить, или ему ещё рано? А вдруг ему нельзя это знать? - Он другой, - на выдохе произносит она. Для матери самой горе, узнать от главы семьи, что её ребёнок негодный. Что он не достоин жить в этом доме. Что его не считают «своим», но и чужим назвать не в силах. - Ты всё обязательно поймёшь, когда станешь старше. А сейчас... сейчас тебе нужно думать о том, как ты возглавишь нашу семью и возьмёшь управление под свой контроль.

Сопротивляться маминым ласкам, объятиям и по-волшебному нежным рукам он не в силах. Поэтому закрывает глаза и засыпает под треск камина, дождя за окном и мамину колыбельную, её ровное дыхание и равномерно вздымающуюся грудь.

***

Когда просыпаешься не в своей постели, не в своей комнате, не под своим одеялом и под боком нет любимой плюшевой игрушки, это становится понятно с первой секунды пробуждения. И сразу мозг заполняет куча мыслей, а тело - эмоций. В голове желание открыть глаза, а на душе страх, сковывающий движения. Но когда ты знаешь, что проснёшься не дома, просыпаться гораздо легче.

Поэтому Влада растягивает это как собственное удовольствие. Она долго нежится с закрытыми глазами, улыбаясь от лучей солнца. Долго смакует приятный запах свежести в комнате, из-за открытого окна. Долго подбирает удобную позу, чтобы открыть глаза.

Но когда открывает, разум сразу заполняют те эмоции, которые нужно испытывать, когда ты не знаешь, где просыпаешься. Первое, что она видит перед собой это незнакомая мужская фигура, которая явно наблюдала за ней неизвестно сколько. Девушка оглядывает комнату, чтобы оценить обстановку. Нет никакого солнечного света, который щекотал нос. Есть только яркие лампочки. Нет никакой утренней свежести и открытого окна. Окна вообще нет в этой комнате.А кровать становится подозрительно удобной и по-дорогому мягкой. Такие, обычно, в жилых домах не стоят. Ну или стоят там, где живут до безумия богатые люди.

Не нужно дополнительного времени, чтобы начать бодровствовать. Влада тут же подтягивается в кровати, упирается в спинку и поджимает к себе плед, испуганно метая взгляд от двери до парня, сидящего за столом. Он, вроде, даже не стесняется разглядывать её.

-Доброе утро, - говорит Олег и садится на стул более развязно, чтобы показать свое расположение к этому диалогу. А он очень расположен и уже готов расположить её к этому разговору.

-Вы кто? - совершенно недружелюбно произносит она, но это скорее от страха, чем от злости.

Шепс привык, что его вид вызывает такие эмоции. Иногда это даже льстит и помогает в некоторых делах. Но сейчас это совсем не кстати. Он пытается широко улыбнуться, изобразив персонажа добрее опасного мафиозника. Но отсутствия сна знатно этому мешает. Этой ночью он долго думал. Думал и придумал то, что может ему помочь. Скорее, он уверен, что это ему поможет, но только временно. Один только минус. Это «временно» растягивается от суток до трёх месяцев максимум. Но он уверен, что на сегодня сойдёт, иначе бы он здесь не сидел.

-Я Олег, а тебя как зовут, ангелочек? - делать вид, что он не знает её имени, и что он не занимался всю ночь тем, что просматривал её личное дело вроде легко. Ну, как просматривал... базовую информацию он узнал, а в остальное не углублялся. Вообще играть не свою роль кажется лёгким, когда ты хочешь обмануть кого-то серьёзного. Потому что, как говорит практика: чем большую херню ты несёшь, тем больше тебе начинают верить.

Конкретно по этой тактике Олег действовать не собирается. Его легенда более приземленная к реальности. Но пока его улыбка не внушает доверия, и девушка всё ещё поглядывает на дверь. Конечно, она не подозревает, что дверь закрыта на ключ, а по обе стороны от двери стоят люди в раза три больше и крепче неё.
Шепс вздыхает и решает выдвигать вторую подготовленную реплику, на случай если девушка окажется не шибко разговорчивой.

-Слушай, Влада, я не настроен враждебно. Просто скажи, у Кирилла были какие-то серьёзные проблемы? - надавить на родное и начать выстраивать легенду перед ней, открывая её по чуть-чуть. Отличный ход. Олег бы улыбнулся сам себе и своей смекалке, но сейчас не время самодовольствоваться.

Девушка переводит взгляд с двери обратно на парня и заметно сбрасывает напряжение. Упоминание родственников в разговоре играет на руку. Это успех. Когда-нибудь Шепс сделает себе заметку и будет использовать этот приём, когда будет допрашивать каких-нибудь ублюдков лично. Не используя силы своей подружки, которая справляется с этим лучше всего.

-Почему вы спрашиваете? - так же осторожно и отстроненно говорит она, сжимая плед сильнее. Как будто хочет укутаться в него и спрятаться с головой, уходя от разговора.

Олег продолжает играть спектакль одного актёра и опускает голову смотря себе под ноги.

-Я так понимаю, что ты вообще даже не догадываешься о том, что твой брат не такой невинный и у него могут быть какие-то серьёзные проблемы, - он смотрит в её глаза, в которых проскакивает грусть, досада и что-то ещё, что Олег уловить не успевает, потому что Влада закрывает глаза.

-Знаю. Знаю, что этот придурок играется с законом, - она открыла глаза и снова смотрит на Шепса. Только уже с каким-то доверием. Стараясь это хрупкое доверие не потерять, он быстро выпаливает:

-Прежде чем ты захочешь чем-то поделиться, хочу предупредить, что я уже обо всём знаю. Обмануть меня у тебя не получится. Я хочу помочь тебе и твоему брату, поэтому будь предельно честна, - помощь мертвецам интересная штука однако. Конечно, он не собирается никому помогать. Разве что помогает ей не сойти с ума от страха. А так, в основном, он только добивается её доверия.

Зачем?
Потому что весело.

Весело самому придумывать то, как он обойдётся с ней.

-Кто вы такой? - Влада тоже пытается пробить его панцирь, забраться под самую шкуру в поисках правды. Глаза рыскают по лицу и останавливаются на верхней губе, цепляются за шрам, рассматривают его и возвращаются обратно к глазам. Конечно, она не поймёт, что он её главная опасность в данный момент. Но она ищет в нем хотя бы повод ему довериться.

-Я старый друг твоего брата, - а не «Я убийца твоего брата, а ты теперь моя собственность». Олег не думает, что ей понравится такая правда, поэтому он придумал новую. Пусть банально, классически и разыграно уже сотни раз в самых разных ситуациях, но это самое приземленное и похоже на правду.

Влада делает глубокий вдох и отпускает одеяло.

-Хорошо, - как быстро она ломается и клюет на эту наживку. Олег даже удивляется, но где-то внутри себя, чтобы не выдать свои секреты. - Я не говорила вам своего имени.

-Что? - Шепс немного теряется, но тут же приходит в форму. Всего на секунду ему показалось, что этот вопрос вгонит его в ступор. Но в эту секунду он становится уязвимым. - А, ты про это, - он смеется, чтобы снова отогнать подозрения. - Тебе больше нравится, когда я называю тебя ангелочком? - как ни в чем не бывало говорит Олег, а Влада заметно смущается. То что нужно. - Я спросил, чтобы хоть как-то начать разговор. Было бы глупо, если бы Кирилл привез тебя сюда и даже не назвал твоего имени. Честно признаться, он тщательно скрывал, что у него есть сестра. Но теперь я понимаю почему. Такую красоту действительно нужно прятать, а то такие как я непременно захотят её украсть.

Влада снова смущается, что делает теперь уязвимой её. Он уже чувствует, что она ему доверяет. Девушка пытается держать планку и хмурится, мол «твои сопливые подкаты на мне не сработают, козёл». Шепс и это предполагал.

-Слушай, я правда хочу помочь. Но чтобы моя помощь сыграла хоть какую-нибудь роль нужно, чтобы ты пошла мне на встречу и рассказала всё, что знаешь. Потому что я не понимаю почему этот придурок сбежал в Латвию.

-В Латвию?! - Влада как будто встрепенулась. Конечно, это ей о чем-то говорит. Не зря же Шепс всю ночь копался в жизни охотника. Да, пришлось перерыть не только личное дело девушки, но и заняться делом Кирилла, чтобы знать, как правильно выстраивать легенду. Он всё знал, но старательно обыгрывал свою роль. Девушка опустила глаза, как будто разочаровалась. - Я знаю, что у него в Латвии живёт знакомая. Ну... как знакомая. Они учились вместе. Одноклассница, - одноклассница, которая содержит три борделя в Латвии. Интересные у охотника связи, однако. - Почему вы хотите нам... то есть ему помочь? - в её голубых глазах снова загорается недоверие.

-А зачем по-твоему нужны друзья? - задаёт он ответный вопрос и недоверие развеевается так же быстро, как и появляется. Между ними возникает молчание. Влада не знает, что сказать, а Шепс её вроде как и не гонит. - Что ты вообще знаешь о его деятельности? Может чем занимается? Где работает? - Влада опускает глаза. Вот же партизанка. Вероятно, брат учил её держать язык за зубами. Парень вздыхает и отводит глаза, как будто он бессилен в этой ситуации. Ещё один психологический трюк, чтобы показаться человеком, которому можно доверять. - Влада, - с наигранной нежностью говорит он и складывает пальцы в замок. - Я не смогу решить его проблемы, если я не знаю, где искать их начало.

-Откуда я знаю, что вам можно доверять?

-А откуда ты знаешь, что мне нельзя доверять? - отвечать вопросом на вопрос это, пожалуй, самая действенная штука, чтобы показать своё превосходство над собеседником. Особенно если этот вопрос звучит убедительно и остроумно.

-Хотя бы потому, что Кирилл мне ни разу не рассказывал о таком невероятно щедром друге, который готов защищать его задницу, - она щурит глаза, пытаясь снова залезть ему под корку. Но Шепс ведёт себя сдержанно. Он не боится даже того, что она может его раскусить. Рано или поздно ему придётся позволить ей это сделать. Придётся рассказать ей правду. Потому что он не сможет гоняться за её братом-мертвецом всю жизнь, хотя бы потому, что он мертвец.

Конечно, можно разыграть то, что он отрубил все контакты и скрывается ради собственной безопасности. Поддерживать эту иллюзию столько, сколько душе угодно. А потом в нужный момент подстроить его смерть. Сделать это гораздо проще, даже в той же Латвии.
Но Олег врать не любит. Это дело принципа. Он может недоговаривать, играть спектакль, когда ему это нужно, но врать он не будет. Потому что рано или поздно семечка лжи, посаженная где-то в сердце, проростет и отрубить сорняк будет необходимо.

-Могу сказать тебе то же самое. Кирилл никогда не рассказывал мне о своей сестре. Может ему есть что скрывать? - он смотрит на нее с определённым натиском. - А если действительно есть, то я уверен, что то, что он скрывает обернётся не в лучшую сторону для него. Так что если не хочешь, чтобы твоего братца подстрелили где-нибудь в Латвии или не посадили по очень интересным статьям, тебе стоит рассказать всё, что знаешь.

Влада вздыхает. Аргументы «почему этому человеку нельзя доверять» кончились. Кирилл действительно много чего скрывал от своей сестрёнки, и она даже не удивится, если вдруг узнает, что у него где-то на стороне есть семья и двое детей. Так почему появление какого-то его друга должно вызывать подозрения?

Брат бы никогда не стал подвергать её опасности. Он бы никогда не оставил её в месте, где ей могут причинить боль. Ну, по крайней мере, Влада так считала. Он единственный родной человек, который у неё есть.

Девушка прячет глаза за своими пушистыми ресницами, как щенок, который нагадил где-то в углу и чувствует вину и страх наказания.

-Я знаю, что он занимается чем-то нелегальным, - продажа своей сестры в лапы мафиози действительно не самая легальная штука. - Он... торгует машинами, которые угоняет. Иногда... - она смотрит на Шепса, снова спрашивая себя стоит ли доверять такую информацию. - Иногда перевозит какие-то товары и принимает груз с Латвии. Но это всё, что я знаю. Он же ничего плохого не делал, зачем ему бежать в другую страну? Он убил кого-то?

Он убил в себе человека, когда притащил её сюда.

В глазах девушки плещется страх за родного человека. Олег принимает информацию спокойно, без лишних эмоций. Просто кивает и всё. Делает вид, что он и сам этого не знает, что тот самый груз это не русские проститутки или наркотики.

-Хорошо. Спасибо за твою прямоту, ангелочек. Это, наверное, сможет помочь, - парень встаёт, поправляя рукав рубашки. - Что ж, располагайся пока здесь, потом решим, что с тобой делать.

Девушка хмурится, пока он поворачивается к ней спиной и идёт к выходу.

-Что значит: «решим, что со мной делать?». Я не ваша личная игрушка или вещь, или собственность! - здесь она, конечно, промазала, но об этом ей пока что никто не скажет. Ключевое слово здесь «пока что». Шепс медленно оборачивается. - У меня есть своя жизнь, квартира, учёба, друзья. Я не нуждаюсь в вашей опеке, и я поеду домой.

Олег улыбается. А в ней что-то есть. Она пытается показать свой характер, выдвинуть своё я и похвастаться своей смелостью. Это забавляет. Особенно тогда, когда правда на стороне Олега. Ну, настоящая правда. И все-таки это цепляет. Цепляет, потому что интересно рассмотреть эту девчушку со всех сторон. Посмотреть, как её уверенность будет ломаться с каждым уровнем новой правды.
Вчера он просто забыл кем является по своей сути. Забыл, кто здесь зло во плоти. Забыл, кого тут всем нужно бояться. И, в конце концов, забыл, кто здесь человек-жестокость. Если его можно назвать человеком.

-Хорошо, ангелочек, твоя взяла. Только давай перейдём на «ты», идёт? Не думаю, что у нас большая разница в возрасте, - давай, Олег, продолжай делать вид, что ты не знаешь базовой информации.

-Мне уже девятнадцать, - гордо заявляет девушка. Как будто только что она назвала не свой возраст, а своё суперское достижение. Хотя дожить до девятнадцати с братом барыгой - действительно неплохое такое достижение.

Он поднимает брови, как бы удивляясь.

-Ну... ладно, разница весьма ощущаемая, - теперь он даже не старается разыгрывать сцену удивления, потому что Влада уже попалась на его сладкие речи и уже верит ему. Не особо сильно, но верит. - Я... - Шепс смотрит на наручные часы и ровно в это же время, словно секунду в секунду слышен голос за дверью.

-Олег Олегович, Рауль уже ждёт вас около входа, - спешит сообщить какой-то парень. Олег кивает сам себе.

-Отлично, буду через десять минут, - отвечает он всё ещё смотря на часы, но потом смотрит на Владу. Шепс сводит брови, пытаясь вспомнить о чем они там говорили. - Вечером отвезём тебя домой.

Олег стучит в дверь. Прежде чем девушка пытается сообразить, что ей ответить, он уже уходит, а в замке слышен поворот ключа.

Он её на замке здесь держит, что-ли?

_______________________

Спасибо за прочтение!)

писательский тгк: Milly_Bosh (вся информация о выходе глав и новых работ там)