Глава 67
Огромный дом, много модно одетых людей, девушки с яркими макияжами, светодиоды, громкая музыка, бесчисленное количество алкоголя. Пробираясь через толпу, молюсь, чтобы не психануть и уехать в общежитие, праздновать Новый Год одной. Ребят я потеряла ещё в начале, когда только зашли в дом неизвестного нам парня. Сейчас в моей голове бьется только одна мысль – взять бутылочку чего-нибудь, а потом... а потом уже как пойдёт, в любом случае, я пришла сюда веселиться.
— Эй, мистер! — кричу какому то парнише, который был рядом с бутылкой хорошего коньяка. Повернувшись, сразу расплывается в слащавой улыбке, — Подай пожалуйста.
Указав на стеклянную ёмкость, улыбаюсь. Проследил за рукой, взял бутылку, протянул, но на момент, когда я хотела ухватиться за неё, поймав как этот неизвестный подмигивает, коньяк перехватывает какой то наглый тип.
— Не успела прийти, как уже ухватилась за бутылочку, — Су Минхао, мой пригласительный билет, по совместительству вор запримеченного мной коньяка.
— Ещё не ухватилась, — подмечаю, намекая, что бутылка моя. Су улыбается, рассматривая меня.
— Ты одна? — взгляд медленно гуляет по моему телу, опускаясь все ниже и ниже. Ощущение, что он в трансе. Ну, или успел выпить, но когда я попыталась забрать моё по праву, он отдёрнул руку.
— С друзьями, но они потерялись... или я потерялась, не суть, — слегка хмурюсь, осматривая народ в доме и понимаю, что своих не найду.
— Не думала написать? — после этих слов ко мне пришла мысль. Мысль ударить себя по лбу, ведь он прав, а я глупая.
— Знаешь, как то не приходилось думать, — отстранённо отвечаю, ища телефон в небольшой сумочке, куда я поместила кажется всё, что увидела в комнате.
Нащупав, но не достав мобильник, так как за руку резко схватили и потащили, топаю по коридору за брюнетом и даже не сопротивляюсь, что странно. Я себя знаю, этот чудик получил бы под зад ещё с момента отобранной бутылки.
Мда, Лалиса, ты совсем не в настроении.
Мы зашли в светлую комнату, украшенную разноцветной мишурой и дождиком. На окне искусственным снегом из баллончика нарисована елка. Криво, но мило. Огромная плазма, такая же кровать с синим постельным бельём, много полок с наградами, под ними на полу баскетбольный мяч, плакаты с какими то мужиками и Бритни Спирс, одинокий шкаф. Не смотря на габариты комнаты, она пустовата для своих размеров. Сразу видно, здесь проживает холостяк.
— И для чего ты меня сюда притащил? — после осмотра комнаты, я начала изучать лицо нахала, пока он изучал мое, не глядя открывая коньяк, — Мне нужно найти Розэ.
— Она не маленькая, без тебя не умрет, — пожав плечами, он сделал глоток из бутылки и протянул мне. Мысленно соглашаясь с его ответом, также немного отпиваю, присаживаясь на край кровати.
— Буду во всем винить тебя, — смотрю на него, прищуриваясь, пытаясь найти в его глазах какой то подвох.
— Хорошо, — этого подвоха нет. Он чертёнок, но слишком честный. Сложный перчик попался, — Я так и не ответил на твой вопрос.
— Про свецкую бунтарку? Я все ещё жду.
— Два года назад я встречался с одной девчонкой, — это он сейчас сам напомнил про мой вопрос и снова проигнорировал. Издевается? — Не скажу, что любил, но она мне очень сильно нравилась. Её зовут Цуа, очень добрая, наивная девушка. Я был на втором курсе, такой весь из себя крутой, всем хамил, постоянно тусил в какой нибудь компании, где напивался в хлам. Она – чистая душа, первокурсница. Её притащила подруга, которая хорошо общалась с одним парнем из моей компании, так мы и познакомились. Я считал ее наивной дурой, она меня самым последним придурком. Знаешь, вот эта вот фраза «противоположности притягиваются»? Так и получилось. Притянулись, даже сами не поняли как.
— Это всё круто, душещипательно, но мой вопрос тут причём? — когда Су умолк, я открыла рот и уловила укол совести после своих слов. Может парень просто решил поделиться своей историей, поплакаться, излить душу, а ты дура некомпетентная. Но на мои слова он лишь усмехнулся, мол знал, что я произнесу подобное.
— Мы встречались пол года, не так уж и много. Цуа хоть и показывала себя, как пай девочка, но в душе она была еще той язвой. Я знал это как ни кто другой и единственный. Знал, как она умеет красиво нахамить, съязвить, пошло пошутить. Ой, а что она вытворяла в постели...
— Упустим подробности!
— Она была той самой свецкой бунтаркой. Умела держать себя, подать себя с той стороны, с которой хотела. Могла быть и милой принцессой и жестокой королевой, — Мин замолчал. Лежал и смотрел в потолок затуманенным взглядом, видимо вспоминал былые дни. До меня начал доходить смысл им сказанного, я начала проникаться его рассказом. Даже как-то тоскливо стало.
— А почему расстались?
— Она перестала быть ею, — брюнет повернул голову ко мне, смотря в глаза. С минуту молчал, не отрываясь, тщательно рассматривая, будто хотел что то в них найти, — Честно, не знаю, что или кто на неё так повлияло. Может быть я испортил её, либо наша компания, но она стала самой настоящей стервой, а все милое, невинное и правильное испарилось. Я долго наблюдал за тем, как она менялась в худшую сторону, надеялся, что это что-то типа позднего переходного возраста, что это пройдёт, но увы и ах.
— Ты бросил её?
— Инициатором был я, да. Я пытался образумить, говорил ей хотя бы на учебу не забивать, правда. Как же много мы ругались, ты не представляешь. Она просто не хотела слышать меня! В итоге мне это надоело. Ей видимо тоже.
После его истории были непонятные чувства. Что то между грустью и разочарованием. Смотреть на то, как твоя половинка губит себя, ты пытаешься как то помочь, но тебя отталкивают – ужасно. Даже представить не могу, как тяжело оставлять любимого человека в таком состоянии. И при этом все равно остаться, когда тебя тупо не слышат и не воспринимают, невозможно.
— Даже не знаю, что сказать. Тебе было очень плохо, но ты обрёл определённый опыт. Главное, ты это пережил. Уверена, после этой неприятной истории наступит хорошая и ты встретишь прекрасную, любящую девушку, — я услышала смешок, а затем Су поднялся с кровати.
— Так что я хотел этим сказать..., — потянулся и снова прошёлся по мне взглядом. Я внимательно посмотрела на его лицо, — Через десять минут Новый Год, а мы тут киснем, идём.
Раздражённый выдох.
Какая же я наивная. Снова повелась.
Что за глупый прикол недоговаривать?!
И все же я встала и направилась за ним, снова влиться в пьяную толпу, раствориться в шуме и жестких битах.
Шагая по ступенькам, медленно спускаясь на первый этаж, почувствовала легкую вибрацию, исходящую из сумочки. Не прошло и секунды, как Пак начала орать «ТЫ ГДЕ?», когда я вытащила телефон и взяла трубку, клацнув по экрану. Диалог был не больше минуты. Каждая буквально кричала на бедный гаджет и из всего хоть немного услышанного я поняла, что моя пьяная подруга у бара. В прочем, я и без этой информации поняла бы, где находится тушка этой макаки.
Пролезая между людей, заприметила вишневые длинные волосы. Цель «потеряшка нашла своих друзей»... «ну, или одну подругу» выполнена.
— Наконец то! Ты куда резко пропала? Мы же были в центре зала! — Розанна чуть не поперхнулась алкоголем, когда я подошла к барной стойке, — Танцую, танцую, кричу тебе, ты молчишь. Думаю, а какого хрена ты меня игнорируешь, сволочь такая, потом подумала, что наверное ты не слышишь, громко же тут. Оглядываюсь, а тебя нет. Ну, вот я и пошла к бару, — девушка плеснула рукой, которой держала стаканчик, показывая на стеллаж с бутылками и чуть не пролила все оставшееся содержимое, — Ты же обычно тут зависаешь.
Направляясь сюда, в голове возник вопрос, много ли успели выпить мои спутники пока меня не было? По заплетающейся речи и весёлому голосу Пак, вопросов к ней больше не было. Кроме одного.
— То есть, ты только недавно заметила мое отсутствие? — легкая обида от понимая того, что про меня забыли неприятно кольнула, но наблюдая за нелепыми легкими движениями пьяной подруги всё быстро прошло, будто ничего и не было. Да и сама хороша, забила на ребят, когда потеряла их и потом ушла с китайцем. Поэтому мой голос стал мягче с искрами сарказма, — Спасибо, любимая моя. А остальные где?
Вишня подняла брови, а я прям услышала её мысли: «Остальные!». Решив, что не стоит утруждать Чеён ответом просто кивнула ей, мол, понятно всё.
Девушка начала оглядываться, метая взгляды и пытаясь найти наших.
— Вот для чего здесь столько людей?! — раздраженно рявкнула она, топнув каблуком.
— А вот и заблудшая наша, — снова по шее прошлись мурашки. Снова этот курильщик из библиотеки. Снова со спины и так близко.
— Уже не «заблудшая», — наблюдаю, как Минхао обходит меня и встаёт напротив. Улыбается. Очень хитро улыбается. И я даже не могу понять, нравится мне это или нет. Почему то начинает раздражать, — Такое ощущение, что ты меня преследуешь.
— О, прошу прощения, что нахожусь с Вами в одном доме, — на идеальном лице парня появились складки. Он изображал беспокойство. И если не его голос, я бы поверила. Но, черт, этот густой сарказм так и лился. Это бесило и заводило одновременно.
— Эй, ты! — в наши гляделки бесцеремонно ввалилась Пак и этим спасла меня. Устроившись рядом со мной, она разглядывала с прищуром брюнета, как бы оценивала, — Наглец, если обидишь её, — Розэ указала большим пальцем на меня, — можешь начинать копать себе могилу для своих яиц! Я кастрирую тебя, чувак, и это будет без анестезии.
Знаете, то чувство, когда тебе стыдно за пьяного человека? Вот это чувство я сейчас испытываю. Некий испанский стыд. Хотя если бы она сказала тоже самое, только трезвая – это выглядело бы по-другому. Но сейчас в Пак Розанне нет ни капли здравого. Поэтому я просто закрыла глаза, чтобы не видеть, как Минхао разыграл ужас, подняв одну руку вверх, другой прикрывая достоинство снизу и испуганно выпучив глазёнки.
— МИНУТА ДО НОВОГО ГОДА!!! — заорал в микрофон диджей сегодняшней ночи. Послышались восторженные крики.
Слова парня отвлекли Вишню. Она быстро метнулась к барной стойке и что то прокричала бармену в ухо, нагнувшись к нему максимально близко, чтобы тот услышал. Он в ответ ей кивнул и показал пальцами «ок». Су и я подошли ближе к длинному столу, где постоянно появлялись и тут же исчезали разные напитки. Через короткое количество времени перед нами появились рюмки.
— Через несколько секунд Новый год, а ты все ещё трезвая, — говорит длинноволосая, жирно намекая, что эти рюмки я должна опустошить. Вот коза!
Смотрю на подругу, в надежде на понимание, но кажется я уже упоминала о неуступчивости Чеён. И кажется я уже говорила, что в подобные моменты её настойчивость меня жутко злит.
— Я с тобой, — говорит Су и ловко берёт одну из рюмок непонятного содержимого. Потом его взгляд падает на оставшиеся и снова на меня. Поднимает бровь.
«Вызов?»
И тут резко всё затихло. Музыка прекратила бить по перепонкам, студенты остановились, тяжело дыша от бесконечной пляски. Все погрузились в тишину.
— ДЕСЯТЬ! — всех пронзает громкий мужской голос в микрофон.
Начался отсчёт.
— ДЕВЯТЬ!
Чеён быстро заказывает ещё порцию алкоголя.
— ВОСЕМЬ!
Опрокидывает первую рюмку из шести. Затем вторую, держащую в другой руке.
— СЕМЬ!
Минхао с улыбкой подносит стопку к губам, не сводя с меня глаз, и повторяет за Розэ.
— ШЕСТЬ!
Я неуверенно беру один, из стоящих, шот.
— ПЯТЬ!! — народ начал кричать вместе с диджеем. Розэ и Су смотрят на меня.
Быстро выпиваю алкоголь и слышу, как кричит подруга:
— ЧЕТЫРЕ!
Накатываю ещё одну.
— ТРИ!! — кричит во все горло уже китаец, зацепив свой зор на небольшую сцену, где стоит парень с микрофоном, не обращая на меня никакого внимания.
— ДВА!!! — кричу уже я.
Ко мне подходит Розэ, берёт за руку, крепко сжимает. Она не смотрит на меня. Смотрит вперёд. Брюнет подаёт на ещё две рюмки, берет третью себе. Переводит взгляд на мои глаза, снова улыбается. Подносит руку с мини-стаканом ко рту.
— ОДИН!!! — все взревели. Голоса слились в один ужасно оглушающий рёв. Включилась музыка, становясь все громче и громче, прибавляя свой темп, и в итоге перекрывая всех. Снова началась пьянка и бесконечные танцы до победного.
Всё было, как в замедленной съемке.
В эту же секунду, пока все восторженно кричат, мы втроём опрокидываем головы, осушая до дна шот. Музыка начинает снова бить по ушам. Резкая темнота и включённые светодиоды заставляют зажмуриться на пару мгновений. Розэ ведёт меня в центр, я хватаюсь за наглого китайца, веду его. Мы танцуем. Долго. Танцуем даже, когда ноги уже кажется не держат. Как обычно, снимаем что-то на телефон, смеясь с того, как нам будет стыдно, когда мы будучи трезвыми решим посмотреть.
В глазах рябит от кромешной темноты и мерцающих по всюду разноцветных огней. Резкий разворот. Неожиданный поцелуй. Жадный. Мокрый. И пугающий. Пугающий от того, что слишком манящий. Сладкий и таящий, как сладкая вата на языке, которой ты не успел насладиться и отрываешь ещё и ещё, пока от неё не останется единственная палочка, держащая это сахарное облако.
И вот мы уже в какой то комнате. Не видела, не чувствовала, не слышала, как сюда дошли. Да и до меня не сразу дошло, пока не захлопнулась дверь и в сознание резко врезался звук запирающего щелчка.
Не сразу поняла, что произошло, как это произошло, но я уже сидела на комоде, прижатая к горячему подтянутому телу брюнета.
Вру.
Это я прижималась к нему. И так сильно, что ближе уже было некуда.
Была совсем не против, когда Минхао посмотрел в глаза, только начав снимать с меня белую кружевную, совсем прозрачную, блузку, без слов спрашивая разрешение.
Как же аккуратно и бережно он раздевал меня. Я повторяла за ним. Я не хотела никуда спешить и не хотела останавливаться. Су не принуждал меня, не воспользовался ситуацией. Брюнет поддался мимолётному чувству, совсем как я. Мы оба осознавали это, оба понимали, что это просто случайность. Вспышка страсти, оголодавшая из за одиночества, из за хреновых неудачных отношений.
— Только сегодня, — прошептал он. Снова на ухо, из за чего снова пошли мурашки по шее.
Только сегодня.
* * *
Только сегодня. Только тогда. Только в ту ночь.
Каждый гребанный вечер, когда я ложусь спать, закрываю глаза, в голове проецируются воспоминания о той вечеринке. Всплывают кадры с той ночи, показывая каждую мелочь.
Три ночи. С Нового Года прошло три ночи. Я не разговаривала с ним. Он не разговаривал со мной. Но, блять, мы постоянно пересекались взглядами, будто Су нарочно оказывается со мной в то же время в том же коридоре, в той же части колледжа, столовой. Оба безмолвно понимали, что лучше не общаться. Понимали, что это ни к чему хорошему не приведёт. Ни ему, ни мне это не нужно.
Но.
Черт бы тебя побрал. Прекрати ты мне в голову лезть. Уйди! Отвали! Исчезни!
— Скажи мне, — выходя из аудитории, начала Вишня. Закончилась вторая пара, наступил обеденный перерыв. У студентов был целый час свободного времени, чтобы пообедать, доделать домашнюю работу, погулять, слегка передохнуть. Мы же направлялись в столовую, — Как это произошло?
Я вновь закатила глаза, на вновь заданный тысячный раз один и тот же вопрос за последний три дня:
— Да что ты ко мне пристала?! Я же все тебе уже сказала.
Бывает, некоторые пары у нас проходят на этаже, где в основном учатся последние курсы – четвёртые и некоторые группы, у которых пять лет обучения. Здесь мы чаще всего сталкивались со святой троицей, но сейчас Идон, Хёна и Хви прогуливают, где то попивая кофе. И именно поэтому, закатив глаза и отвернув голову в противоположную сторону от подруги, я наткнулась глазами на того, кого в последнюю очередь хотела бы увидеть и про кого Пак начала говорить.
Он смотрел на меня.
Секунда и мы уже перевели взгляды, будто ничего и не было. Будто мы вовсе не знакомы.
— Не всё! — наблюдавшая за этим коротким явлением Розэ, удивленно подняла брови, нахмурилась, ошеломлённо усмехнулась и в конце этого колёса фортуны выражений лица моей подруги, она подняла бровь. Поднятая бровь означает: «Да что ты? Не ври мне, засранка, я вижу тебя насквозь».
— Что ты хочешь от меня услышать?
— Причину почему вы не вместе, — я остановилась на ступеньке, переваривая смысл её слов, — И не нужно так смотреть на меня, ты сама все прекрасно понимаешь.
— Потому что нам это не нужно. Лишняя трата времени, сил и эмоций.
Теперь остановилась уже макака. Хмурее, чем до этого... казалось бы, куда больше. Затем она издала смешок... нервный смешок. И наконец продолжила спуск на первый этаж.
— Вы два идиота – вот мой вердикт, — заключила подруга.
Спасибо ей и её понимающему таракану в розовой голове, который заставляет эту девушку замолчать, когда действительно нужно и не напирать. Но, конечно же, это не конец. Чеён будет мусолить эту тему и обсасывать до костей, если кости вообще останутся.
— Спасибо.
Хоть мы и закрыли на сегодня разговор о Су Минхао, эта, везде сующая свой нос, длинноволосая права. Хоть я и ответила на вопрос, отвечала множество раз, хоть я и сама для себя всё решила, почему ощущение, что что-то осталось незаконченным? Раздражает.
Как иронично, хотела забыть о Чонгуке, на тебе, пожалуйста. Не подавись.
Захотелось громко рассмеяться.