Глава 44
– Так почему вы не в колледже? – спросил Лидо, поставив на деревянный стол, уже полупустой, стаканчик с колой. Откинувшись на спинку черного мягкого дивана, он посмотрел на подруг, которые сидели напротив, между Рейвеном и Сохо.
Поиграв в догонялки, компания подростков решили ненадолго прерваться, заглянув в пиццерию, которая была неподалёку от парка, с прочими магазинами. Во время бега они придумали столько обзывательств, что, кажется, их можно занести в книгу рекордов Гинеса. И, естественно, их слышал, кажется, весь парк, отчего многие были не довольны, слушая столько ругательств, некоторые же, чаще всего это были ребята того же возраста, смеялись.
– Выгнали нас, за плохое поведение, – буркнула Лалиса, смахнув рыжие пряди волос, что ударились об диван, плавно съехав на спину своей хозяйки.
Парни переглянулись, немного не поняв смысл сказанного.
– Вас исключили? – удивлённого спросил Гонхи, смотря то на рыжую бестию, то на "вишнеку". Чеён размешивала корицу в своем капучино, а Прия доедала уже третий по счету кусок охотничьей пиццы.
– Ага, сейчас прям. Разбежались, – хмыкнула Розэ, аккуратно кладя ложку на блюдце. Взяв белую чашку, девушка несильно подула на горячий напиток, сделала глоток, затем продолжила, пока парни выжидающе смотрели на подругу, – Отстранили на месяц от занятий.
Облегчённо выдохнув, парни продолжили набивать рот пиццей, наслаждаясь вкусом и запивая её своими напитками. Пак с Манобан лишь незаметно улыбнулись их небольшому волнению, которые их друзья, хоть и не пытались скрыть, но сдерживались показывать.
Спустя полминуты парни снова на них посмотрели, молча задавая вопрос "почему?".
– Четвёртый курс устроили вечеринку в спорт зале, пригласив туда некоторых с третьего и вторых курсов, – объяснила им Лиса, жуя корочку от того же третьего кусочка. Мокнув запечённое тесто в сырный соус, рыжая закинула в рот оставшийся кусочек и посмотрела на Чеён, ожидая продолжение с её стороны.
– Ну, в общем, мягко говоря, мы напились, – начала она, пока её не перебили.
– А грубо говоря, набухались, – вставил свои пять копеек Рейвен, уже предполагая, что будет дальше. Компания парней начали издавать смешки, после слов их друга, но быстро заткнулись, взглянув на недовольную Розэ с Лалисой.
– Не судите по себе. Бухаете, как свиньи, прошу заметить, только вы, – ответила за розоволосую Манобан, оглядев всех присутствующих за их большим столом.
– Ой-ой-ой, – спародировал голос Лисы Хванун, закатив глаза в её манере, чему все усмехнулись, даже сама Пранприя, мысленно давая ему подзатыльник, – Ну, так?
– Обворвали буфет, стянули в столовой шторы и устроили погром в библиотеке, – продолжила Чеён, кратко описав ситуацию, что произошла после того, как студенты напились. Парни начали смеяться, представляя картину, как Манобан и Пак воруют булки и пинают стеллажи с книгами.
– Самое главное забыла, Розэ, – прервав смех ребят, Лалиса посмотрела на подругу. "Вишенка" с недоумением уставилась на свою соседку по комнате, а затем до неё дошли слова Прии. Издав смешок, Розэ прикрила лицо ладошками, чтобы не видеть ржущих друзей, когда они услышат, что им скажет рыжая подружка.
– Вы о чем? – первый решил спросить Сион, улыбаясь до ушей и переглядываясь с другими.
– Будучи пьяными, мы стащили из главной гостиной картину, – быстро произнесла Манобан, закрыв глаза и закусив нижнюю губу, чтобы не засмеяться.
После её слов весь небольшой ресторан был наполнен диким ором ребят, которые сидели в самом дальшем углу за большим столом.
От смеха парней, девушки тоже не смогли сдержаться и сами начали смеяться, вспоминаяя, как проснулись, не понимая, от куда эта хрень у них в комнате.
– Я, значит, просыпаюсь, вроде, все, как обычно. Смотрю на эту штуку, думая, что так и должно быть, а потом до меня доходит, что этой картины в нашей комнате не было, – начала свой рассказ Чеён, звонко смеясь.
– Ага, потом я просыпаюсь от её ора и первое, что вижу, как подушка летит мне в ебало, – перебила подругу Лалиса, добавив от себя ситуацию, с её стороны.
После её слов, все залились смехом пуще прежнего.
– Мы орём друг на друга, не понимая, как мы могли утащить картину, ибо, блять, она нихуевых размеров таких. Придумали план, что во время пар быстро вернём её на место...
– Собираемся выходить и к нам начинают стучаться. ЕБААААТЬ, мы так пересрали! А это оказался чувак, который тоже был на той тусе, говорит, такой: "Вас ждёт директор" и смотрит на наши ноги, АХПХААХП...
– Мы, блять, как самые слабоумные, просто спрятали эту огромную картину за спинами, думая, что чувак такой же, не обратит внимания!
С каждым предложением компания угорала с новой силой, мешая посетителям и работникам пиццерии. Многие оборачивались к ним, недовольно говоря, чтоб те вели себя нормально. Ребята извинялись и смеялись тише, но когда подруги продолжали рассказ, снова, как лошади, ржали на все помещение.
– Ну, вы знаете, что Лиса не блещет умом, кароче, она сказала этому ноунейму, что директор сама попросила отнести эту картину к ней, после чего вытурила его из комнаты, – произнесла тише Чеён, смеясь и прикрывая рот ладошкой.
– С кем проведёшься - от того и наберёшься, – съязвила вторая, зло зыркнув на "глупую макаку", как Манобан её часто называла.
– Пошли мы значит относить и нам попадается староста девочек. Боже, вы бы знали, какая она зануда! Эта мразь нас заставила идти сразу к директору!
– В итоге, мы ебашили с этой тяжёлой херней прямо на кресла, блять!
– Я представляю, как на вас все пялились и от этого ещё смешнее, – сгибаясь от смеха, еле произнёс Хванун. Снова представив это, он ещё сильнее заржал, чем заразил всех остальных, хоть они и так смеялись, но теперь ещё громче.
– Кхм-кхм, – к их столику подошел официант, привлекая внимание этих неугомонных подростков. Рыжий парень недовольно осмотрел каждого, прежде чем сказать, – Извините, но не могли бы Вы вести себя тише. Посетители жалуются на вас.
– Извините, – одновременно произнесли подруги, улыбаясь до ушей, пока их друзья тихо смеялись лёжа на диване, а кто-то наклонился под стол, прикрывая лицо руками.
– Так вот, – продолжила Чеён чуть ли не шепотом, когда работник пиццерии ушел к другим столикам брать заказы. Ребята вернулись в сидячее положение, облокотившись об стол, – Мы ждали, пока староста не свалит, чтобы тихо смыться и провернуть свой план, но эта упрямая кобылиха до последнего не уходила. В итоге, Лиса её разозлила, назвав "Штирлицем в юбке".
Школьники снова начали тихо смеяться, склонив головы.
– Она подошла к кабинету и открыла дверь, сказав входить, – продолжила Лиса, посмотрев, как Розэ начала закусывать губу, чтобы не заржать, – Директор сказала нам входить, но, ебаный сыыыыр...вы бы видели её лицо, когда она узрела картину, которую мы держали. Женщина просто лишилась дара речи. Пока она пыталась что-то сказать, Чеён такая: "Здравствуйте и досвидания" и закрыла обратно дверь!
– Кароче, я прогнала этого очкарика старосту, говоря о том, что нам пиздец, АПХАХП, бляять, мы договорились с Лисой, что на счёт три входим в кабинет, и, АЖПЭАП...
– Подожди, подожди! Я хочу эту ахуенную часть рассказать! – прервала рыжая, взяв инициативу на себя. Чеён кивнула, в знак согласия, предвкушая ржач друзей, тихо посмеиваясь.
Все перевели взгляд на Манобан, пока та думала, как бы не заорать на весь ресторан.
– Розэ начинает считать, а я уже взялась за ручку двери, – начала она, – и когда она почти сказала "три", дверь резко открывает мудила со словами "Шевелите колготками", сбивая меня НАХУЙ! Я, БЛЯТЬ, СНАЧАЛА ПРИПЕЧАТАЛСЬ К ДВЕРИ, А ПОТОМ НАХУЙ К ПОЛУ!
После слов рыжей бестии даже на улице можно было услышать гогот ребят. После чего они там и оказались. Работники выгнали их из пиццерии, когда люди с соседних столиков в открытую начали на них ругаться.
– А что дальше было? – проржавшись со слов Лисы, спросил Сохо, настаивая на продолжении.
– Угадайте, кто, блять, этим мудилом оказался! – возмущённо крикнула Пранприя, взмахнув руками, чуть не задев Сиона, – ЕБАНЫЙ ЧОН ЧОНГУК! ЧТОБ ЕГО СОБАКИ ПЕРЕТРАХАЛИ!!!
Теперь уже улица, по которой шли наши герои, была заполнена чуть ли не истерическим смехом. Ребята сгибались, иногда стирая слезинки. Гонхи с Хвануном чуть ли не лежали на асфальте, а Розэ сидела на корточках, опустив голову и прикрывшись руками, пытаясь не заржать на весь Пусан.
Все, кто шел мимо, оборачивались, продолжительно смотря на компанию, гадая, что их так рассмешило.
– И ЗНАЕТЕ, ЧТО? МЫ СИДЕЛИ, БЛИН БЛЯТЬ, С ЭЛИТОЙ НОМЕР ДВА! ЕБАНЫЙ КОМПОТ, ОНИ ЧУТЬ В НАС ДЫРКИ НЕ ПРОЖГЛИ, Я ТАК ХОТЕЛА ХАРКНУТЬ ИМ В ГЛАЗА, ЧТОБЫ ХОТЬ НА НЕСКОЛЬКО СЕКУНД ОТВЕРНУЛИСЬ!
Ещё один взрыв смеха и на этой ноте, история о том, почему отстранили Пранприю Лалису Манобан и её лучшую подругу - Пак Чеён, от занятий, закончилась.
Ребята ещё долго гуляли, все еще смеясь с рассказа девчонок по дороге и только, когда на часах показало "00:00", они решили разойтись по домам.