Часть девятая.
Четыре
Вновь прозвучало число, спустя несколько кругов раскручивания. Ми На лихорадочным взглядом осмотрела всю команду и осознала, что их пятеро. Она уже готовилась бежать и искать себе другую команду или пару, когда ее крепко схватили за руку.
— I'm sorry, my boy, [Извини, мой мальчик] Мин Су, — с наигранным сожалением произнес Су Бон, утаскивая Ми Ну.
Хотел он так сказать или нет, парень сам не понял. Ему было плевать на остальных людей в своей команде, даже на Нам Гю (или все-таки Нам Су?). Он просто схватил Ми Ну и потянул в сторону пустых комнат. Оставалось несколько секунд, и спустя это время дверь закрылась, а за ней вновь прозвучали выстрелы и крики проигравших игроков.
— Черт, — девушка прижалась спиной к стене и тяжело выдохнула прямо в шею Су Бона, который все еще не отпускал ее.
Когда парень повернулся к ней и, кажется, хотел что-то сказать, Ми На вырвала свою руку и пошла к двери, игнорируя его полностью. Она все еще не могла с ним нормально разговаривать то ли из-за странного смущения, то ли из-за неприязни.
— Как думаешь, он смог найти команду? — обеспокоенно спросила Сэ Ми, подумав, что рядом стоит Ми На. Триста восьмидесятая внимательно всматривалась в щель, где «треугольники» убивали проигравших игроков.
— А что, переживаешь, нуна? — как-то странно выделил Нам Гю последнее слово.
— Нам Гю? — у триста восьмидесятой неожиданно пропал голос.
«Ну, конечно, вот именно сейчас», — недовольно пробурчал ее внутренний голос.
— Что? Дар речи потеряла? — усмехнулся он, нежно убирая ее челку, которая попадала в глаза.
Сердце громко стучало в груди, дыхание сбивалось, а глаза смотрели куда угодно, лишь бы не на Нам Гю. Девушка не могла понять этого идиота: то он стебется над ней и обзывает, то нежно к ней относится. Взять хотя бы в пример ту ночь в клубе и настоящий момент.
— Ми На, — позвала триста восьмидесятая девушку, которая подходила к ним и, кажется, не планировала нарушать их идиллию. Девушка схватила сто девяносто шестую за локоть и приблизила к себе, лишь бы отделиться от Нам Гю.
— Что такое? — с ухмылкой спросила девушка. — Я не хотела мешать вашему общению, — улыбка не сходила с ее лица.
— Хватит молоть чушь, — фыркнула Сэ Ми, стараясь не смотреть назад, где двести четырнадцатый чуть ли не дыру в ней прожигал.
Выйдя из комнаты, оставшиеся игроки вновь прошли к «диску».
— Мин Су! — неожиданно крикнула Сэ Ми и побежала к парню, который с опаской смотрел на всех остальных за ее спиной. — Я так испугалась, — девушка крепко его обняла. Она действительно переживала за него.
— Какой ужас, — закатил глаза Нам Гю на эту «милую сцену».
Сто двадцать четвёртый не мог поверить, что Сэ Ми им всем соврала насчет своего возраста. Но поскольку он не хочет раскрывать всей правды, продолжает притворяться, будто ничего не знает. Честно говоря, он не очень и старается это делать. Просто хочется увидеть ее растерянное и даже смущенное лицо, когда Нам Гю обращается к ней уважительно.
— Don't worry [Не переживай], — слегка толкнул его локтем Су Бон. — Может, она тебя проверяет: как ты отреагируешь.
— Что за бред? — усмехнулся сто двадцать четвертый, смотря на Таноса.
Они зашли на диск, и песня вновь заиграла. Парни отошли чуть дальше от всей остальной команды так, чтобы оставшиеся точно не услышали их разговор.
— Looook [Смотри], она, — указал он пальцем на Сэ Ми, — скорее всего, тебя вообще не понимает. Поэтому выводит на ревность. It's as clear as day [Все просто и понятно].
— Ну, допустим, это так. Но что я должен сделать? — непонимающе уставился на него Нам Гю.
— Dude [Чувак], просто поговори с ней, — закатил глаза Су Бон, раскачиваясь на месте в такт музыки.
— Ага, конечно, — Нам Гю язвительно усмехнулся. — Раз такой гений отношений, чего сам к Ми На не подойдёшь?
Су Бон замер и уставился в крутящийся пол. Его плечи слегка напряглись, выдывая настоящее состояние.
Нам Гю тут же пожалел о сказанном, но было поздно — Танос уже пошел ближе к их команде.
Зато теперь у сто двадцать четвертого появилась новая цель: допросить этого идиота Мин Су, чего это он там так близко к Сэ Ми пристроился.
Нам Гю последовал примеру Су Бона и встал рядом со всеми. Сэ Ми все еще не отпускала сто двадцать пятого: ее рука покоилась на его плече, тем самым парень прижимался к телу триста девяносто восьмой.
Сто двадцать четвертый только закатил глаза и засунул руки полностью в рукава, чтобы не чувствовать себя слишком одиноким. Ему не хотелось верить, что Сэ Ми может быть влюблена в этого придурка. Вариант с проверкой его полностью устраивал, вот только не факт, что так и есть на самом деле.
Три
Диск остановился, свет отрубился, и время пошло — как обычно.
Все посмотрели друг на друга. Их всего пятеро, и равномерно поделиться не получится. Су Бон уже хотел схватить Ми Ну за руку, но девушка пресекает это движение и, взяв под руки Сэ Ми и Мин Су, уходят в ближайшие свободные комнаты.
— Вот стервы, — проговорил под нос Нам Гю, охваченный ужасным чувством. Их бросили, как ненужных котят на мусорке.
— Okay, — тяжело выдохнул Су Бон, а затем сказал чуть громче и злобно: — Okay. Нам Су… То есть Нам Гю, ищем ещё одного playerИгрока.
Тем временем девушки уже закрылись в комнате и стали ожидать, когда дверь уже можно будет отпустить и не держать.
— Ты думаешь, мы правильно поступили, раз бросили их там? — тихо спросила Ми На, шепча на ухо Сэ Ми.
— Мы?! — рефлекторно возмутилась Сэ Ми. — Ты же сама нас сюда потащила, — уже спокойнее произнесла она.
— Да ты права, — согласилась девушка, вновь вздрагивая из-за выстрелов. — Мне просто не по себе находиться рядом с Су Боном.
— То же самое, — тихо прошептала Сэ Ми сама себе, чуть заломав пальцы от стресса.
Как только возможно было выйти, девушки и парень тут же это и сделали. Игроков осталось еще меньше. Ми На постоянно оглядывалась, чтобы найти Су Бона и Нам Гю. Глаза их все не находили, и девушка уже подумала, что они умерли, как вдруг ее талию сильно сжали и притянули к горячему телу.
— Вы нас бросили, — тихо прошептал Су Бон на ухо девушке, заставляя ту засмущаться, но, естественно, сто девяносто шестая даже под страхом смерти не рассказала Су Бону об этом.
— Каждый сам за себя, — цинично ответила девушка, вырываясь из его объятий.
— You're so rude [Ты очень грубая], — со строил обидчивую гримасу двести тридцатый, но спустя пару секунд на его лице вновь сияла улыбка.
Начинается финальный раунд.
От музыки и кручения всех уже тошнило, но они же делали вид, что все в порядке. Страх за свою жизнь заставлял всех идти по головам, независимо от того, чья она. Именно поэтому девушки и сбежали, прихватив Мин Су. Уж лучше они бросят, чем их.
Два
Все в группе посмотрели друг на друга. Ми На уже хотела брать за руку Сэ Ми, когда мужская рука сомкнулась на ее предплечье и потянула в сторону комнаты. Су Бону было все равно на то, что девушка против быть вместе с ним. Но поскольку от двести тридцатого зависала жизнь Ми Ны, она решила успокоиться и разрешить Таносу делать все, что он хочет.
— Почему ты опять меня затащил без моего разрешения?! — не выдержала сто девяносто шестая и высказала все, о чем размышляла несколько минут этой игры.
— Я спасал тебя, my flower, — мило произнёс Су Бон, укладывая свою фиолетовую макушку на мое плечо.
— Почему ты называешь меня так, только когда под наркотой? — тяжело сглотнула Ми На, но всё-таки задала терзающий ее вопрос.
Су Бон резко перестал улыбаться и убрал свою голову, уставившись в стену напротив. Он не мог ответить на этот вопрос даже сам себе, особенно когда он был под наркотой. Мозг просто плыл по своему течению, галлюцинации заставляли прыгать и веселиться, но рациональная часть, которую он не слушал, пыталась его привести в чувства.
— Ну… — неожиданно улыбнулся он и повернулся к ней лицом. — Ты же мой цветок, — его взгляд сосредоточился сначала на недоуменных глазах Ми Ны, а затем переместился на губы.
Голос Су Бона дрогнул. В глазах мелькнуло что-то неуловимое — не наркотический блеск, а старая знакомая Ми На боль.
«Она так же смотрела на меня тогда, в дождь, когда впервые сказала, что любит…»
Мысль пронеслась, как вспышка. Рука сама потянулась к ее щеке, пальцы дрожали, едва касаясь кожи.
Он не слышал ничего больше. В ушах гудело, а перед глазами плыли обрывки воспоминаний: ее смех, теплый, как летнее солнце; пальцы, вплетенные в его волосы; губы, шепчущие его имя не «Танос», а «Су Бон-а»…
И тогда он сорвался.
Притянул Ми Ну за талию и поцеловал. Он старался быть нежным, но поцелуй вышел резким, почти отчаянным — будто он пытался через него вернуть то, что потерял. На миг ему даже показалось, что девушка отвечает…
Но затем — боль. Укус, пощечина, ее голос, полный ненависти:
— Придурок! — выкрикнула сто девяносто шестая. — Наркоман ненормальный!
От боли помутнело в голове, и Су Бон отстранился от девушки, пальцами сжимая пульсирующий язык, но это было ничто по сравнению с тем, что творилось внутри.
«Опять… Опять все испортил.»
Где-то в глубине сознания, под слоями дурмана, шевельнулось жгучее осознание: он только что совершил очередную ошибку. Ту, за которую она никогда не простит.
Пока девушка пыхтела и возмущалась, Су Бон, внезапно оглушенный физической и эмоциональной болью от того, что Ми На ненавидит его, вспомнил, почему, в принципе, стал принимать эти дебильные таблетки.
«Она ушла…» — как мантру повторял внутренний голос, пока Су Бон продолжал глушить все алкоголем.
Ми На просто взяла и ушла, ничего не объяснив. Он пытался с ней поговорить, стучался в ее квартиру, но девушка так и не открыла. Возвращаясь домой по осенней улице, Су Бон внезапно почувствовала, что будто от него оторвали кусок его самого.
Несколько дней он ничего не ел, а только пил алкоголь, слушая собственные песни, посвященные ей и вдыхая такой вкусный и знакомый аромат с ее подушки.
В какой-то момент он решил, что задолбался пить в прокуренной квартире, полностью лишенной света. Парень решил пойти в клуб развеяться. Может, найдёт какую-нибудь другую и заменит Ми Ну. Но в глубине души он понимал, что ее никто не сможет заменить.
Сняв VIP-комнату он заказал алкоголь. После того как к нему пришел официант, Танос хотел дать чаевые и распорядиться, чтобы ближайшие часы его не беспокоили, когда этот официант положил рядом с ним пакет с очень интересным содержимым.
Су Бон даже не притронулся к нему за весь вечер, но в какой-то момент, когда мозг уже плавал где-то далеко, а Ми На все не уходила из головы, парень все-таки решил попробовать.
«Ничего же не будет от одного раза», — подумал он и без зазрения совести засунул в рот таблетку.
Ощущения, которые он получил, были незабываемые. Он видел то, что хотел видеть: успешную карьеру, кучу фанатов, денег и любимую Ми Ну, которая была прямо перед его глазами.
С этого момента началась его новая жизнь: наркотики, клуб, новый знакомый и отсутствие концертов. Тексты песен не писались, тем самым его фан-база уменьшалась, как и деньги, но все равно хватало на новую небольшую порцию, лишь бы заглушить боль.
Глупо с его стороны? Безусловно.
Но остановиться уже было невозможно. Он пытался убрать эту зависимость другой, например, курением, но когда осознал, что запах сигарет ему вообще не нравится, Су Бон перешел на электронки. Наркотики он, конечно, не перестал принимать, но стал это делать все реже, хотя у него и появился абстинентный синдром, он не сдавался.
Откуда же у него в кресте появились наркотики? Все просто. Он совсем забыл про него. Когда он был полностью погружён во весь «кайф жизни», он запрятал несколько таблеток в этот самый крест. А нашел его только после того, как решал ехать ли на эту игру или нет.
Очнулся он от болезненных воспоминаний только после того, как его толкнули в плечо.
— Ты чего застыл? — Ми На старалась делать голос менее обеспокоенным, но волнение все равно просачивалось.
Но всю атмосферу нарушил диктор, который наконец-то сказал заветные слова:
Игра закончилась.