Часть третья.
— Сейчас в копилке находится 9,1 миллиарда вон. Если вы решите прекратить игру, оставшиеся триста шестьдесят пять игроков смогут забрать приз, поделить его поровну и покинуть это место. На каждого игрока двадцать четыре миллиона девятьсот тридцать одна тысяча пятьсот вон. Если после каждой игры будут выбывать еще игроки, то денежный приз будет расти, — проговорил «квадрат».
Ми На нахмурилась. Фактически, они прямым текстом заявляют, что чем больше смертей, тем лучше. Но в чем смысл всего этого? Ми На действительно не понимала, кому нужны люди, что будут играть в детские игры за деньги, а за проигрыш убивать их.
— То есть мы можем проголосовать за прекращение игры после завершения второй игры, верно? — услышала девушка дрожащий голос.
— Так было отмечено в соглашении. После каждой игры у вас будет возможность проголосовать и покинуть это место с накопленными до того момента призовыми деньгами. Для нас всегда самое важное — это ваше добровольное желание участвовать в играх. Итак, приступим к голосованию.
Вскоре «круги» принесли интересное оборудование: прибор с двумя кнопками: кружок и крестик. Как им объяснил «надзиратель», «крестик» — против игры, «кружок» — за игру. Ничего сложного и сверхъестественного. Первый голосовал четыреста пятьдесят шестой игрок. Как Ми На и ожидала, он нажал на крестик.
Честно говоря, сто девяносто шестая бы тоже с удовольствием покинула это место, вот только деньги сами себя не заработают. Хотя она и держалась на плаву в моделинге, но конкуренция и месть агентства заставляли ее браться за любой проект. Плюс долг и болезнь мамы. Короче говоря, все свалилось как снег на голову.
Когда назвали номер Су Бона, он радостный побежал к стойке с кнопками. Он думал исключительно про деньги, которые свалились в эту копилку-свинью. Он уже видел, как эти миллионы станут его. Наркотики давали эффект, но так как прошло немного времени, он начал потихоньку спадать. Разум пытался достучаться до Су Бона, говоря ему, что это не детская игра за деньги, а игра на выживание. Дурман заглушал голос разума, так что парень радостный пошёл к «кружкам», что ожидали окончания голосования.
Пока Ми На стояла в очереди ожидавших голосования, вскрылась правда об игроке четыреста пятьдесят шесть. Сто девяносто шестая не поверила, что этот мужчина действительно играл раньше в эти игры. Если это правда, то зачем ему возвращаться? Разве что он мазохист или потратил все деньги.
В общем, девушка сама не была уверена в своих рассуждениях. Ей просто хотелось уже проголосовать, поучаствовать в новой игре и уйти с призом. Даже если она сейчас нажмет на крестик, кардинально ничего не поменяется. Отрыв между крестиками и кружками будет колоссальным. Тем более настоящего приза недостаточно, чтобы хотя бы покрыть долг, так что Ми На приняла решение нажать на кружок.
Наконец очередь дошла и до Ми Ны. Она незамедлительно нажала на кружок, даже не смотря на число, которое изменилось. Аплодисменты и крики радости заглушили ее, как только девушка подошла к «кружкам».
Ми На присоединилась к этой толпе, только чуть отойдя к кроватям. Ей совершенно не хотелось находиться в этой компании. Тем более где-то был Су Бон, и это был большой минус. Девушка продолжала следить за людьми, которые голосовали, когда это действо прервал голос:
— Так ты все-таки реальна. Я даже сначала не поверил Нам Су, когда он сказал, что видит тебя, — неожиданно Ми Ну пригвоздили к перекладине кровати. — Какого хрена ты здесь делаешь? — прошипел Су Бон ей прямо в лицо, не обращая внимания на людей, которые странно на них косились.
— А тебе какая разница? — с такой же интонацией спросила она, отталкивая его от себя. — Я свободный человек, что хочу, то и делаю. Тем более тебя это никак не касается, Танос, — специально произнесла она его псевдоним. Когда они встречались, парень любил, когда девушка называла его настоящим именем, и бесило, когда она использовала сценическое. Теперь она специально это использовала против него, чтобы как следует побесить.
— А ты стала еще ехиднее, — усмехнулся он, шмыгая носом.
— А ты каким раздолбаем был, таким и остался, — Ми На не могла не вставить свои пять копеек и не сделать так, чтобы за ней осталось последнее слово.
— Но ты в этого раздолбая была влюблена, — прошептал он ей на ухо и тут же отошел на расстояние, делая вид, что будто ничего не произошло.
Девушка хотела было уже возмутиться, когда ее пыл остудили восторженные крики. Ми На мигом перевела взгляд с радостной толпы на циферблат: 182/183 — в пользу «кругов».
***
Ми На вяло ковырялась ложкой в рисе, пытаясь избавиться от угнетающих ощущений. Внезапно край кровати прогнулся под чьим-то весом. Она резко подняла голову, готовая кричать — сначала от испуга, потом от безысходности, когда узнала Су Бона.
Его рука с контейнером дёрнулась странным, прерывистым движением, будто управлялась невидимыми нитями. Пальцы слегка дрожали, оставляя на металле жирные отпечатки.
— Будешь? — голос сорвался на хрипоту. Он моргал слишком часто, словно пытался сфокусировать зрение.
Девушка бросила взгляд на идентичную порцию в его контейнере. Её губы сжались в тонкую ниточку.
— Нет, спасибо, — в голосе не осталось и намёка на вежливость. — Мне не нужны твои подачки. — она намеренно громко хрустнула морковью, наблюдая, как он напрягается от резкого звука.
— Почему ты такая злая? — Су Бон неестественно растянул губы в улыбке, но левый уголок рта дёргался мелкой судорогой.
— А ты почему такой весёлый? — парировала Ми На, замечая, как его зрачки неестественно расширены даже при ярком свете.
Его улыбка мгновенно исчезла. Взгляд Су Бона забегал по стенам, полу, собственным рукам — куда угодно, только не на неё.
Правой рукой он нервно крутил кольцо на безымянном пальце. Ми На невольно опустила глаза и застыла — на чёрном ободке чётко читалась гравировка: «навсегда». В горле неожиданно встал комок, заставивший её сглотнуть с усилием.
— Я не весёлый, — он говорил монотонно, слишком медленно подбирая слова. — Просто… нет смысла грустить. Если умрём — значит, судьба.
— Ну-ну, — Ми На намеренно чавкнула, наблюдая, как он морщится от звука. — Может, перестанешь мешать мне есть?
Су Бон резко толкнул контейнер в её сторону. Металл скользнул по покрывалу, оставляя жирный след. Он встал так быстро, что на секунду потерял равновесие, схватившись за спинку кровати, но тут же выпрямился и спустился по лестнице, не оглядываясь на застывшую девушку.
Ми На прикусила губу. Её взгляд упрямо возвращался к оставленному контейнеру.
«Какой-то он… не такой», — мелькнула мысль, но она тут же отогнала её.
Какая разница? Пусть хоть по потолку ходит — это не её проблема.
Девушку неимоверно бесило поведение Су Бона. Будто не он изменил ей и заставил ее страдать. Сейчас он ведет себя так, будто совершенно не причем. Хотя Ми На и не говорила настоящую причину их расставания, девушка думала, что это логично, но, видимо, не для Су Бона. Все-таки правильно говорила ее мама: «идеальных парней не существует». Правда, затем она тут же добавляла: «кроме Су Бона». Но это уже неважно.
«Черт, зачем я вспомнила свою маму?» — мысленно простонала девушка. Аппетит окончательно пропал, и Ми На, закрыв крышку, отложила контейнер.
Подтянув колени к груди, она положила на них лоб, закрывая глаза. Хотелось рыдать от сложности жизни, но слезами делу не поможешь, именно поэтому несколько месяцев Ми На только пахала, оплачивала лечение матери и пыталась найти достойное агентство.
Звуки драки заставили девушку поднять голову и посмотреть прямо. Вот почему ему не сидится на месте?! Су Бон вместе со своим другом избивали какого-то парня. Ми На не могла рассмотреть отсюда номер на его спине, да и Танос закрывал весь обзор.
И откуда у него столько сил? С учётом того, что он еще отдал свою еду Ми Не. Нетронутую. И это важная деталь.
«Может, он что-то принимает?» — внезапная мысль посетила девушку.
Хотя что за бред. Су Бон всегда отвергал наркотики и алкоголь. Но все-таки на экране, где показывали всех должников, он курил ашкюди.
— Дети, что вы делаете в обеденное время? — громкий голос «первого» прервал драку. — За столом так себя не ведут. Здесь много взрослых. Это невоспитанно. А также вас двое на одного. Вам не стыдно?
Су Бон тут же повернулся к мужчине и с самоуверенной походкой подошел к нему. Все еще под наркотой и адреналином от драки, парень не понимал, что делал. Он почувствовал неограниченную власть, которая взбудоражила его кровь.
Ми На же спустила ноги на пол и медленно стала подходить к людям, что стояли и глазели на все происходящее. Находится ближе ко всему этому действию было намного интереснее.
— Решил поучить меня, когда сам сюда приполз. Как и все мы. Вместо того чтобы трепать языком, иди-ка ты лучше домой, учи там своих детей, — парень подошёл практически вплотную к первому.
— Что ты сказал? — спокойный голос мужчины ввёл Ми Ну в ступор. Она даже позавидовала такой сдержанности. Именно ее не хватало ей при разговоре с Су Боном.
— Говорю: читай свои лекции своим сосункам, — с наглой улыбкой заявил Танос.
Когда «первый» схватил его за шею, Ми На машинально дернулась и ахнула от неожиданности. Су Бон пытался убрать его руку со своей шеи, но, видимо, мужчина только сильнее сдавил ее.
— Ах ты, — Нам Гю хотел наехать на мужчину, но получил только удары и упал рядом с избитым триста тридцать третьим (девушка наконец-то смогла увидеть его номер).
Как только «первый» отпустил Су Бона, он тут же рванулся вперёд с неестественной для трезвого человека резкостью. Его движения были резкими, прерывистыми — тело не слушалось, но адреналин и наркотики делали его опасным. Но, судя по всему, мужчина явно был не промах: он ударил Таноса в солнечное сплетение, уклонившись от кулака, а затем, скрутив его руку, подбил ногами в плечо.
«Черт, это выглядело очень больно», — скривилась Ми На, не представляя, что сейчас испытывает Танос. Но как только «первый» начал душить Су Бона, Ми На непроизвольно дернулась, чтобы хоть что-нибудь сделать в защиту парня. Девушка сделала шаг вперед, затем замерла. Почему её ноги сами понеслись к нему? Ненависть и что-то ещё, тёплое и противное, боролись в её груди
«Если убьют, то значит, что баланс повысится, а значит, все в этом помещении получат еще больше денег», — именно этим девушка пыталась оправдать свои чувства. Но что-то в глубине ее души очень хотело подойти к Су Бону и помочь ему встать. Сто двадцать четвертый же лежал, потирая ушибленную конечность, так что он ничем не мог помочь своему другу.
— Вот кретины, — усмехнулась девушка рядом с Ми Ной, смотря, видимо, на Су Бона и Нам Гю.
— С одним из них я встречалась, — неосознанно сказала Ми На вслух.
— И с кем из них? — девушка посмотрела на нее с любопытством. Она прекрасно знала ответ, ведь с Нам Гю сто девяносто шестая никак не могла пересекаться, остается только фиолетовый.
— С Таносом. Если, конечно, его знаешь, — с улыбкой посмотрела Ми На на нее.
Номер триста восемьдесят висел у нее на груди. Красивый номер. Да и девушка сама красивая: короткие черные волосы, пирсинг в губе и носу и куча колец на пальцах.
— С ним? Серьёзно? — рассмеялась она.
— Он не такой уж и плохой, — сто девяносто шестая сама не знала, зачем вступилась за него. — Слишком самоуверенный и наглый, но в целом это не самые плохие черты.
— Я Вон Сэ Ми, — протянула она ей руку.
— Кан Ми На, — пожала девушка в ответ.
— Что ж, Ми На, почему же рассталась с ним?
— Изменил мне с фанаткой, — голос Ми На дрогнул, и она тут же злобно стиснула зубы. Даже спустя огромное количество времени это жгло, как свежий ожог. — Он… — голос внезапно пересох. — У меня было фото. Его голого с какой-то… — она резко выдохнула. — Но какая теперь разница.
Сэ Ми изучающе посмотрела на неё:
— А ты с ним говорила? Может, это фотошоп?
— О чём говорить?! — Ми На резко вскинула голову. — Всё было ясно как день! У него вечно были какие-то фанатки.
Но где-то глубоко, в самом тёмном уголке сознания, шевельнулся червь сомнения.
— Воу, — протянула ошарашенно Сэ Ми. — Если я скажу, что мне жаль, ты поверишь мне?
Ми На посмотрела на нее непонимающе, когда она продолжила говорить:
— Это даже хорошо, что правда вскрылась. А если бы ты об этом узнала, когда была от него беременна?
— Все равно больно, когда вы встречаетесь несколько лет, а затем выясняется, что он все это время изменял, — она тяжело сглотнула, потому что почувствовала ком в горле.
— Надеюсь, ты отпустила его? Ну или как минимум отомстила? — Сэ Ми положила на ее плечо руку, слегка его сжимая.
— Угу, — что-то невнятное буркнула Ми На себе под нос.
Су Бон же лежал на холодном полу после унизительного избиения, ощущая, как бетон впивается в его рёбра. Кровь из разбитого носа затекала в рот, оставляя медный привкус на языке. Каждый вдох давался с трудом — «первый» действительно знал, куда бить.
Его пальцы судорожно сжались, пытаясь найти опору. В ушах стоял звон, смешиваясь с отголосками недавнего гнева. Он не мог вспомнить, когда в последний раз чувствовал себя настолько опустошённым. Наркотический туман потихоньку рассеивался, оставляя после себя лишь стыд и физическую боль.
Где-то рядом копошился Нам Су, но Су Бон не поворачивал голову. Ему было стыдно встретиться взглядом с тем, кто видел его унижение. Вместо этого он уставился в потолок, чувствуя, как дрожь пробегает по избитому телу.
Медленно вставая с пола, парень чуть не потерял равновесие из-за качающейся комнаты, но вскоре, проморгавшись, смог устоять на ногах. Он чувствовал, как эффект наркотиков спадает, и хотел было схватиться за крест под кофтой, чтобы вернуть его, когда его взгляд встретился с Ми Ной, что стояла в «зрительском зале». Рядом с ней стояла какая-то знакомая девушка, но поврежденный насилием и наркотиками мозг отказывался выдавать правильный ответ.
Сто девяносто шестая же резко отвернулась от страдающего Су Бона и пошла к своей кровати, игнорируя триста восьмидесятую.