глава 12
В квартиру заходить было страшно. То, что Джису увидела здесь вчера вызывало отвращение и чувство брезгливости. И сейчас, обнаружив, что замок не заперт, стало совсем не по себе.
— Ю-Юнхо? — позвала она, не представляя, зачем вообще вернулась сюда. Неужели это чувство вины перед мужем за то, что она провела ночь с другим мужчиной? Откуда? Учитывая, что вытворял сам Вадик за ее спиной.
На телефоне было куча пропущенных звонков от мужа, но перезванивать Джису не хотела. Будь он хоть немного нормальным, порядочным человеком, Юнхо бы уже приехал к своим родителям, чтобы пообщаться с дочерью, и попробовать наладить диалог с обманутой женой. Но там он не появлялся.
А значит, и перезванивать Джису ему не станет.
Пусть квартира не изменилась внешне, теперь здесь все казалось, будто грязнее. Джису не могла представить, что снова назовет это место своим домом. Не после того, что она видела вчера. Женщина просто хотела убедиться, что ее обманщик-муж жив. После чего Джису отправится за дочерью, и придумает, как ей быть дальше.
— О боже, — выдохнула она, стоило заглянуть в спальню.
Вся кровать была залита кровью. Темная вязкая жидкость, впитавшаяся в постельное белье, наполняла комнату неприятным запахом сырости и приторной сладости. На матрасе, посреди лужи крови, находилась женщина со светлыми волосами. Ее тело лежало лицом вниз, но у Джису ни на секунду не возникло сомнения, что это та самая особа, которая проводила ночь с ее мужем.
Сдерживая приступ рвоты, Джису пулей выскочила в гостиную, в надежде отдышаться. Дрожащими руками она нащупала телефон в сумочке и набрала первого, кто пришел на ум.
— Кюхен? — голос срывался от волнения. — Ты говорил, что у тебя в полиции есть знакомые? Они могут приехать к нам домой? Очень срочно. Да. Случилось.
Разговор получился короткий. Дима привык исполнять то, что ему говорят без лишних вопросов. Джису понимала, что должна позвонить в полицию. Но для этого звонка ей пришлось дать себе пару минут, чтобы взять себя в руки и восстановить дыхание.
— Алло? Полиция? Меня зовут Ким Джису. Я вернулась домой и обнаружила труп девушки в своей спальне. Запишите адрес, пожалуйста.
Когда все было сделано, Джису присела на край дивана. Ей нужно хорошо продумать все то, что она будет говорить дальше. И найти адвоката. И...
«Где Юнхо?» — женщина еще раз разблокировала телефон, на этот раз набирая мужа. Треть его смартфона донеслась из ванной.
С замиранием сердца, Джису подошла к двери и медленно потянула за ручку. Увидеть сейчас еще один труп... Она не была уверена, что выдержит. Но телефон продолжал звонить, и никто не собирался брать трубку.
С глубоким вдохом, женщина потянула ручку двери на себя.
Юнхо сидел на полу в углу ванны, обнимая колени. Услышав, что в ванную кто-то вошел, он поднял голову. Его лицо, бледное и осунувшееся, было влажным, глаза красные от слез. Как заведенный, он начал качать головой, запустив пальцы в свои волосы.
— Джису, — выдохнул он тихо. — Это не я.... Не я... Я не убивал... Это не я....
***
Ким Дже Ук не любил ранние подъемы. Армия и работа, конечно, приучили его вставать ни свет нм заря, но теплых чувств к этому действу мужчина не испытывал. Так и сегодня, когда ему позвонил Кюхен, Дже Ук с готовностью подорвался в свой выходной, чтобы подъехать на указанный адрес, по пути проклиная все на свете.
Очутившись у нужного подъезда, мужчина с интересом обнаружил, что он далеко не первый сотрудник полиции, прибывший на место происшествия. Его коллеги на этот раз проявили невероятную прыть.
«Взял выходной, называется», — Ким Дже Ук затушил окурок о край урны, и направился внутрь. На входе в квартиру уже дежурили, было слышно, как сотрудники полиции обходят квартиры на этаже, в попытках найти понятых для обыска. Как обычно это бывает, все жители подъезда словно сквозь землю провалились.
Ким Дже Ук показал документы, чтобы его пустили на место преступления, выслушал привычное бурчание по поводу «не ваш участок, чего лезете». Но ему было плевать. Сегодня он здесь по просьбе друга.
Быстро заглянув в хозяйскую спальню, где фотограф делал снимки, Ким не сдержался от ругательств. Мертвую девушку еще даже не прикрыли, так что Дже Ук понял, что не опоздал. Окинув квартиру быстрым взглядом, он нашел ту, ради которой он вообще приехал.
Молодая женщина сидела на диване и нервно дергала ногами. Ее пока не трогали, следователь сидел на кухне, допрашивая подозреваемого.
— Держите, — Дже Ук протянул ей свой кофе, который он купил себе по дороге. Мужчина точно знал, что бедняжке даже кружку не позволят тронуть в собственной квартире, пока здесь все не закончат. — Я от Кюхена.
Девушка дернулась, стоило услышать обращение к себе, от чего Дже Ук стало немного не по себе. Он много раз видел таких же, как она. Жертв домашнего насилия, слишком привязанных к своим мужьям, чтобы уйти или пожаловаться. Этой хотя бы повезло не оказаться сейчас на месте убитой.
— Ким Дже Ук, — представился мужчина, присаживаясь на журнальный столик напротив девушки. — Ким Джису... К сожалению, сейчас мы уйти не можем, следствию я настоятельно не советую мешать. У вас есть адвокат?
Девушка покачала головой.
— Лучше найти в ближайшее время. Я прослежу, чтобы ребята отработали здесь все... по правилам. Но говорите ни с кем.
«Хотя бы пока мы не обсудим, зачем Кюхен меня вообще сюда вытянул», — добавил про себя Дже Ук. Он итак сегодня поработает «против» своих коллег.
Надо сказать, что управились сотрудники полиции очень быстро. Уже к трем часам дня тело погибшей увезли, сбор улик был закончен, а хлипкого парнишку, который оказался Ким Юнхо, мужем Джису, увели в наручниках. Глядя на него, Дже Ук никак не мог представить этого хиляка в качестве домашнего тирана.
Да и видя Джису, не было понятно, что такая красивая женщина нашла в Юнхо. В любом случае, Дже Ук уже успел прийти к выводу, что в этой ячейке общества явно творилось что-то ненормальное.
— Мы можем идти, — Дже Ук поднялся на ноги. — Я видел здесь недалеко кафе, мы могли бы там посидеть и поговорить. Не думаю, что вам здесь будет комфортно.
Джису послушно закивала и с готовностью направилась за мужчиной.
Кафе оказалось совсем простеньким. Светлое помещение с пластиковым столами и старыми советскими абажурами на лампах. У окна нашлось свободные места, где можно было присесть на диванчик.
— Вам лучше поесть, — пока Джису не спешила начинать разговор, Дже Ук высказал свое предложение.
— Спасибо, — девушка кивнула. — Но я не буду. Только кофе. А вы заказывайте, не стесняйтесь. Я угощаю.
— Доведете себя до обморока, — недовольный ответом, произнес мужчина. — И я сам в состоянии заплатить за себя. И угостить милую девушку. Настаиваю, хотя бы на десерте.
Джису не стала возражать, и Ким не отказал себе в удовольствии заказать им по бизнес-ланчу. Десерты — это, конечно, прекрасно. Но ни одно пирожное не заменит пользу горячего супа. И для желудка, и для нервов.
— Вы знали убитую? — решив не оттягивать начало неприятной беседы, спросил Дже Ук.
— Не, наверное. Вчера я видела ее впервые.
— Вчера?
— Я... узнала, что Юнхо мне изменяет. Застала их в квартире вечером, — призналась Джису. Она так и не сняла с себя пальто, несмотря на то, что в кафе было достаточно тепло, и сейчас снова куталась, стараясь отгородиться от всего мира. А вот сообщенные подробности Ким не обрадовали.
— Это плохо, — честно выпалил он. — Вы тоже можете стать подозреваемой. Убийство из в ревности. У вас есть алиби?
Джису растерялась от услышанного.
— Но... Да, наверное. Не знаю. Я застала их и сразу же ушла. Сидела в кафе, почти всю ночь. Наверняка, официанты подтвердят...
— Хорошо, будем плясать от этого..., - Дже Ук почесал шею, прикидывая возможные варианты. — Не думаю, что вам стоит беспокоиться. Юнхо получит по заслугам.
— Но.... — Джису побледнела. Она вытянула руки перед собой, сжимая ладони в замок. Дже Ук понимал, это один из тех жестов, которые помогают людям держать себя в узде, чтобы не сорваться. — Ким Дже Ук, Юнхо этого не делал...
Ну вот оно.... Ким покачал головой, сочувствуя этой женщине, впавшей в неадекватную зависимость от больного ублюдка. Не понимать очевидного — разве не самое печальное в этой ситуации?
«Жаль», — подумал про себя Дже Ук. Девушка ему действительно понравилась, только вряд ли, при всех обстоятельствах, она скоро будет готова сходить на свидание. «Да и не этично это», — ругая себя за собственные планы, добавил мужчина. Он тут не личную жизнь налаживать пришел.
Тем не менее, Дже Ук осторожно накрыл своими теплыми ладонями миниатюрные кисти Джису, стараясь нежно погладить ее кожу, чтобы девушка почувствовала, что она не одна.
— Ким... Джису. Я все понимаю. И даже ваше желание защитить Юнхо. Но вы же умная женщина. Труп в вашей квартире, орудие убийства — нож с вашей кухни. Следов взлома не было. Отпечатки, опять же...
— Да какие отпечатки? — почти истерично воскликнула девушка. — Конечно же они там будут, он же постоянно готовил... Ким Дже Ук, Юнхо этого не делал. Потому что.... Я знаю, кто на самом деле убийца.
Джису смолкла, будто выпалила то, что не собиралась. Ей потребовалось еще несколько минут, чтобы продолжить, и все это время она жевала свою нижнюю губу. Обед уже принесли, но ни Дже Ук, ни Джису, к еде не притрагивались.
— Я... — Дже Ук не торопил ее, позволяя самой принять решение — хочет она делиться информацией, или нет. — Есть человек. Некоторое время назад он начал меня преследовать и... домогаться.
Слова давались ей с трудом, а Дже Ук с ужасом начинал узнавать, насколько банальный выезд на убийство превращается в историю куда более запутанную.
— И как далеко зашли его домогательства? — осторожно уточнил мужчина. Собственный вопрос вызвал на душе неприятный осадок, Дже Ук сжал кулаки под столом.
— Далеко, — Джису хмыкнула, пытаясь хотя бы своей неловкой улыбкой сгладить собственные ощущения. — Максимально.
— Он?..
— Да, — кивнула девушка. Стараясь хоть как-то отвлечься от воспоминаний, Джису потянулась к курице на своей тарелке. Отщипнув маленький кусочек, она отправила его в рот, и начала поспешно разжевывать.
— Простите, — зачем-то извинился Дже Ук. — Юнхо был в курсе?
— Нет, я не смогла рассказать. Этот человек... Он опасный.
— Почему вы считаете, что именно он убил девушку? — решил уточнить Дже Ук, прежде чем Джису замкнется в себе. Сейчас любая информация будет полезной, но вытягивать ее тисками из собеседницы не хотелось. Ей и так досталось немало в последнее время.
— Он сам мне сказал. Вернее, дал понять. Сказал, что у него есть ключ от моей квартиры, что он знает код от сигнализации. Я видела его машину у подъезда вчера, когда уходила. И видела рубашку, залитую кровью.
— Вы общались с этим человеком? — удивился Дже Ук.
— Это не то, чего я желала бы, — немного обижено ответила Джису, отреагировав на нотки обвинения в голосе мужчины. — Но да. У него было разбито лицо. Наверняка девушка сопротивлялась. И еще... Он сказал мне, что «Юнхо больше нет». И, видимо, таким образом, он решил устранить моего мужа... Я только из-за этой фразы и вернулась домой, чтобы проверить... Думала, что он что-то сделал с Юнхо...
Дже Ук думал. Что-то в этой истории все равно не сходилось.
— Зачем так сложно? — задал он вопрос. — Если ваш преследователь пошел на убийство, почему не убить сразу вашего мужа? К чему такие сложности?
— Не знаю я, — раздражаясь, огрызнулась Джису. Она растерла свое лицо, словно только что проснулась, и пытается прогнать остатки сна. — Он псих, помешанный на контроле!
— Ладно, не злитесь, — Андрей миролюбиво поднял руки вверх. — Мы с вами в одной лодке. Но скажу честно... Я пока не представляю, как можно отмазать вашего мужа. Я могу попробовать нарыть что-нибудь на нашего клиента, но не знаю — будет ли результат...
— Я все понимаю, — печально ответила Джису. — Мне... Мне просто нужен шанс забрать дочь и уехать. Я знаю, это может звучать ужасно, но... Саран важнее.
— Вряд ли у вас это получится. Следователь попросит у вас подписку о невыезде.
Было видно, как девушка выругалась, при этом не произнося ни слова вслух. Дже Ук подумал про себя, что она выглядит очень интересно, когда вот так загорается. Оживает по-настоящему.
— Ким Джису...
— Можно просто Джису.
— Хорошо. Тогда я — просто Дже Ук, — мужчина улыбнулся. — Я постараюсь помочь. Чем смогу. Посоветую человечка — толковый адвокат. Вам есть куда переехать?
Джису пожала плечами.
— У меня есть деньги. Сниму квартиру.
— Не хотите пожить у меня? — Дже Ук сам не ожидал, что скажет такое. Но глядя на девушку, ей очень хотелось помочь. И уже не просто потому что Кюхен попросил, а как-то по-человечески.
— Что вы! — Джису покраснела. — Это неудобно...
— Было бы неудобно, я бы не предлагал. Места хватит, вы хотя бы часть времени будете под охраной, и сможете не опасаться за свою безопасность...
Дже Ук видел, как Джису продолжала колебаться, но почувствовал, что уговорить ее сможет.
— В любом случае, так мы сможем держать друг друга в курсе происходящего. Это лучше, чем каждый вечер бегать на встречи.
— Хорошо, — видимо, взвесив все «за» и «против», Джису последовала голосу разума. — Но я хочу возместить все расходы. И как только я найду способ уехать с дочерью — мы перестанем быть для вас обузой.
Дже Ук ухмыльнулся. Все-таки, Джису очень рассудительная девушка.
«Но хоть на один вечер я все равно ее приглашу», — подумал про себя мужчина. Конечно, когда будет подходящий момент. Хотя бы после того, как девушка перестанет трястись как осиновый лист от любого шороха.
***
Джису сидела на кухне и поглядывала на часы. Чай в кружке давно остыл, Саран спокойно спала в своей новой временной комнате. Квартира Дже Ук не была лишена некого простецкого обаяния, можно сказать, что по-своему, тут было вполне уютно. Но все равно бросалось в глаза нехватка женской руки. Ну или хотя бы немного живых растений. А так — типичная квартира холостяка. Ничего лишнего или сентиментального. Но, в конце концов, Джису понимала, что они с дочерью здесь ненадолго, да и Дже Ук нужно быть благодарной, за его гостеприимство.
Приютить у себя двух гостей, за плечами которых такой «багаж»... Что ж, тут хочешь-не хочешь, а поверишь в истории про настоящих рыцарей. А Джису очень хотела сейчас верить в что-то подобное. Ей слишком не хватало чего-то доброго в жизни.
Мысли о том, что последние приятные ощущения, что она испытывала, ей доставил спокойный сон рядом со своим мучителем вгоняло даже не в тоску, а в полное отчаяние. Так как из-за нервов, сон все равно отказывался приходить, Джису судорожно перебирала в памяти последние недели своей жизни, в поисках позитивных моментов. Но все что приходило на ум вызывало только большее желание пожалеть себя. Или обвинить в очередной раз в наивности.
Ведь давно можно было понять, что с Юнхо что-то не так. Иллюзия почти идеальных семейных отношений теперь казалась детской необходимостью носить розовые очки. Джису не хотела замечать, как муж к ней охладел, как некогда родной и милый сердцу человечек свел все свои ухаживания к формальным кличкам и трем зазубренным словам. «Я тебя люблю». Она не хотела видеть, что Юнхо слишком часто пропадает на работе, или как он стал безразличен к ее состоянию...
Да и Джису была не лучше. Теперь, оглядываясь назад, она в сотый раз за эти дни задавала себе один и тот же вопрос — она-то любила своего мужа? Потому что слишком многое за последнее время заставляло думать, что нет. Если бы она любила Юнхо разве она бы не рассказала ему про Чонгука сразу, как только он появился? Разве бы Джису не объяснила бы мужу, почему не хочет продавать фирму, и зачем им так срочно нужно уехать?
Или все-так на подсознательном уровне она чувствовала, какая между ними с Юнхо пропасть, и не могла с ним просто поговорить, чтобы их счастливая иллюзия испарилась?
Джису не знала ответов. А вопросы, которых становилось только больше, совсем не нравились женщине. Хотя, вряд ли она могла с уверенностью сказать, что ей нравилось в последнее время. Джису уже пришла к осознанию, что окончательно запуталась.
Чертовы нервы сдавали... Да что уж там, их просто не осталось. Сидеть и ждать, что Чонгук предпримет дальше было невыносимо. И чем дольше он не появлялся, тем сильнее волновалась Джису. Чонгук ведь так поступает, дает передышку в три-четыре дня, а потом убивает своим появлением. Причем в последний раз — в буквальном смысле.
Джису передернуло. Сегодня третий день тишины. И женщина физически ощущала, как поводок, которым мужчина ее одарил, с каждым часом становился все короче. Она положила голову на стол, испытав облегчение от соприкосновения с едва прохладной поверхность. Это на несколько секунд облегчило мигрень. Для Джису все это было слишком. Слишком мало сна, слишком много стресса, слишком много Чонгука.
«Или мало», — тут же отозвался его голос в ее голове.
Это шизофрения. Настоящее безумие. Женщина не чувствовала себя нормальной. В ней не было сил на элементарную заботу о дочери, или хоть какую-то помощь Дже Ука, в качестве благодарности. Она не готовила, а только заказывал еду из нескольких ближайших ресторанов. По утрам Юнхо часто готовил Саран свои фирменные блинчики, и дочь, скучая по папе, просила Джису это лакомство. А женщина не нашла ничего лучше, чем забить всю морозилку полуфабрикатами.
«А в общем, все правильно», — вздохнула Джису, поворачивая голову, чтобы и второй висок немного угомонить пульсирующую боль и в нем. Разглядывая серую унылую стену, она продолжила самобичевание — «Никчемная мать, плохая жена. Ужасная женщина».
Дверь в квартиру открылась, и Джису с сожалением поняла, что ей нужно подняться и уйти в комнату. Ей не хотелось, чтобы Дже Ук видел ее в таком состоянии. Никому не хотелось бы, чтобы его видели разбитым. Дже Ук, конечно, молодец, что так стремился помочь совершенно незнакомой женщине, но сейчас Джису не хотелось, чтобы он смотрел на нее с жалостью. Нет, возможно, это просто забота, или сочувствие.
Первым на кухне появился тот самый запах.
По спине пробежал холодок. Вот как отличить очередную галлюцинацию от реальной опасности, если голова так раскалывается? Джису не знала. Но приближающиеся шаги даже не заставили женщину вздрогнуть. Апатия захватила полностью.
«Лишь бы Саран не тронул...»
— Джису? С вами все в порядке?
Женщина не сразу узнала голос. Ей вообще казалось, что она может слышать только то, как кровь стучит в ее голове. Глаза вообще не хотелось открывать. Голос Дже Ука казался очередной невероятной иллюзией.
— Джису! — крепкие мужские руки опустились на ее плечи. Дже Ук совсем слегка встряхнул девушку, пытаясь привести ее в себя.
Джису лениво подняла веки, продолжая видеть перед собой стену с однотонными серыми обоями. Аромат той самой туалетной воды заполнял всю кухню, окончательно сбивая женщину с толка.
Ким, еще раз встряхнув девушку и не дождавшись реакции, опешил.
Дже Ук осторожно потянул Джису на себя, все еще надеясь, что она просто засиделась на кухне и не заметила, как уснула. Но глаза девушки были раскрыты. Она ни на чем не фокусировалась, будто вообще отсутствовала.
— Да тоже это такое..., - мужчина выругался. — Джису!
И опять ноль реакции. Девушка смотрела куда-то в пустоту перед собой, повисая в его руках безвольной марионеткой. А Дже Ук даже не сомневался, что этим все закончится. Мало того, что Джису и так от жизни досталось в последнее время, так она себя только больше загоняла бесконечными переживаниями и бессонными ночами. Вот только что делать с нервными срывами, Дже Ук не очень себе представлял.
Подхватив Джису на руки, Дже Ук направился в свою комнату, чтобы уложить девушку на кровать.
— Вы с ним заодно, — тихо прошептала она, стоило мужчине подняться на ноги. Но уточнить, о чем говорит Джису, Дже Ук решил после того, как принесет холодной воды и аптечку.
— Джису, я думаю, вам нужно успокоиться, — раскопав в старой коробке из-под обуви, которая служила пристанищем для всевозможной медицинской ерунды, пузырек с валерьянкой, Дже Ук с облегчением выдохнул. Настойка оказалась даже непросроченной. Отсчитав тридцать капель, мужчина протянул стакан Джису. — Выпейте.
— Вы с ним заодно....
— Джису, не заставляйте звонить в скорую, — Дже Ук еще раз прошерстил аптечку, в поисках других успокоительных. Жаль, что в оказании медицинской помощи его знания заканчивались наложением жгута или искусственным дыханием. Что можно предложить девушке кроме валерьянки, чтобы ей стало легче — Дже Ук не знал. Валидол, корвалол или парацетамол — все казалось вариацией одного и того же лекарства. А йодная сетка, в которой Ким был мастером, вряд ли лечит душевные травмы.
Джису допила воду, и мужчина забрал пустой стакан из дрожащих рук.
— Зачем вы ему помогаете?
— О чем вы, Джису? — все еще не понимая, что так сильно зацепило его гостью, поинтересовался Дже Ук.
— Этот запах, — Джису, еще бледнее, чем обычно, попробовала подобраться на кровати, но тело плохо ее слушалось. А ведь при первой встречеон был уверен, что она может быть настоящим бойцом.
— Запах? — мужчина отогнул ворот своей рубахи, принюхиваясь. Ничего особенного, запах как запах. После работы от него иногда и посильнее разило. А тут только.... — А... Это новая туалетная вода. Сегодня на работе подарили. Вам от этого плохо? Давайте я переоденусь.
— Подарили? Кто? — Джису оживала на глазах. Появился намек на человеческую мимику, а не фарфоровую маску на лице. Она словно загоралась, как ребенок, увидевший чудо. Настоящая, девушка цепляла своим неумением скрывать эмоции.
— Не знаю, — Дже Ук пожал плечами. — Сотрудникам передали, они оставили у меня на столе. Сейчас...
Мужчина вышел из комнаты, чтобы вернуться через несколько секунд. Он протянул Джису небольшую картонную коробку, в которой находился злосчастный парфюм.
— Я посмотрел — штука дорогая, я таким не пользуюсь. Но решил попробовать, — теперь Дже Ук чувствовал себя полным идиотом. Надушился, чтобы понравиться замужней женщине с ребенком, чей муж пару дней назад зарезал любовницу в их квартире.
Джису несколько раз повертела коробку в руках, не собираясь открывать. Она смотрела на Дже Ука, стараясь убедить себя в том, что он не врет. Такой большой, сильный... Он чем-то напоминал плюшевого медведя, которого хотелось обнять. У этого человека были слишком добрые глаза, чтобы быть плохим.
«Дура.... Взрослая тетка, а на такую ерунду до сих пор смотришь», — сама себя отругала женщина.
— Вам нужно отдохнуть, — заявил Дже Ук строго. Он забрал коробку из рук Джису и отставил ее на полку.
— А то я не знаю, ответила девушка глухо.
— Оставайтесь сегодня здесь, предложил мужчина. И тут же поспешил добавить, пока его не поняли неправильно. — Я лягу на раскладушке. Вам нужно как следует выспаться, а то так никакого здоровья не хватит.
— Дже Ук, Джису, конечно, возразила, но честно признаться — спина уже ее замучила.
— Это вы прекратите. Все в порядке. Одну ночь я спокойно посплю на кухне. А вы отдыхайте.
Не желая больше ничего слушать, Дже Ук встал, подошел к шкафу и извлек из него комплект чистого постельного белья.
— Комната запирается, если вам будет так спокойнее.
— Но... Саран...
— Спит крепко, если что — я позову.
Сказать спасибо Джису не успела, так как Дже Ук уже вышел, плотно прикрыв за собой дверь и выключив свет. Женщина с облегчением выдохнула. Все-таки в одиночестве ей было чуть комфортнее. Да и отсутствие света в комнате немного успокаивало ее разыгравшуюся мигрень. Женщине хотелось поскорее забыться крепким сном. Но не получалось.