Второй шанс для свиданий

Ири­на сог­ла­ша­ет­ся на по­ез­дку очень быс­тро: у нее до­воль­но хо­рошая ус­пе­ва­емость, по­это­му она мо­жет се­бе поз­во­лить про­пус­тить нес­коль­ко дней за­нятий, тем бо­лее впе­реди вы­ход­ные. А мне на мою уче­бу нап­ле­вать — я свой дип­лом уже по­лучи­ла!

Чер­но­гория встре­ча­ет нас яр­ким сол­нцем.

Мы быс­тро про­ходим пас­пор­тный кон­троль, ви­за для въ­ез­да не нуж­на. По­ка ждем че­модан Ири­ны на дви­жущей­ся лен­те, я ус­пе­ваю за­казать так­си че­рез при­ложе­ние. У ме­ня и Ва­силь­ка толь­ко руч­ная кладь — не­боль­шие рюк­за­ки за пле­чами, а вот Иван­цо­ва так не мо­жет — ей обя­затель­но в каж­дую по­ез­дку нуж­но взять го­ру ве­щей и кос­ме­тики.

При­об­ре­таю мес­тную сим­ку, пусть у ме­ня и мно­го иг­ро­вых де­нег, но тра­тить­ся на ин­тернет в ро­умин­ге — это не прос­то швы­рять­ся день­га­ми, а ки­дать их на бе­шено вра­ща­ющий­ся вен­ти­лятор.

Вил­ла на по­бережье Све­ти Сте­фана об­хо­дит­ся на удив­ле­ние де­шево. Хо­тя фор­маль­но уже и на­чало се­зона, но ту­рис­тов на ку­рор­те нем­но­го. Пляж от на­шего вре­мен­но­го прис­та­нища на­ходит­ся в ста мет­рах — на­до толь­ко спус­тить­ся по ка­мен­ной лес­тни­це.

— От­лично, де­воч­ки, рас­по­лагай­тесь, а я пой­ду ра­зуз­наю нас­чет фес­ти­валя, — Ва­силек за­тас­ки­ва­ет в дом че­модан, и по­махав нам с Ири­ной ру­кой, рас­тво­ря­ет­ся в све­жем чер­но­гор­ском воз­ду­хе.

Пу­тешес­твие втро­ем на­чита­ет ка­зать­ся все бо­лее и бо­лее стран­ным, осо­бен­но по­веде­ние Вет­ро­ва. Вре­мена­ми я ощу­щаю се­бя то вто­рой, то глав­ной, то иног­да и лю­бимой же­ной, а Ири­на бро­са­ет на ме­ня рев­ни­вые взгля­ды. А я не мо­гу ей ска­зать, что все это, воз­можно, из-за де­нег, по­тому как не смо­гу от­ве­тить на воп­рос: а от­ку­да они у те­бя?

Бро­сив ве­щи и пе­ре­одев­шись, мы с Иван­цо­вой спус­ка­ем­ся к мо­рю. На ок­руглые ма­лень­кие ка­меш­ки так при­ят­но нас­ту­пать бо­сыми ступ­ня­ми. Вол­на, на­бегая, об­ли­зыва­ет на­ши но­ги, и Ири­на с виз­гом от­ска­кива­ет.

— Хо­лод­но же! Я ду­мала, бу­дет теп­лее.

— Тут гра­дусов двад­цать два, мо­жет да­же боль­ше, впол­не теп­ло, — воз­ра­жаю я.

Мне нра­вит­ся прох­ла­да, при­бой ока­тыва­ет ме­ня до ко­лен. Я спе­шу ста­щить платье че­рез го­лову.

Се­реб­ристые в ве­чер­нем сол­нце вол­ны лег­ко рас­сту­па­ют­ся, при­нимая мое те­ло. Глу­бина на­рас­та­ет дос­та­точ­но быс­тро, и вот я уже не чувс­твую дна под но­гами, плы­ву, по­том ны­ряю. Мне нра­вит­ся это ощу­щение со­леной и мок­рой прох­ла­ды, омы­ва­ющей ме­ня. Здесь в глу­бине мож­но ни о чем не ду­мать, прос­то быть.

По­луче­но дос­ти­жение «Ру­салоч­ка», 1 уров­ня, -3% к Ком­му­ника­бель­нос­ти, +6% к Рас­кре­поще­нию

Иг­ро­вое со­об­ще­ние вры­ва­ет­ся, на­рушая мое у­еди­нение. Я не­охот­но всплы­ваю на по­вер­хность и гре­бу к пля­жу. Дос­ти­жение нем­но­го не­обыч­ное, оно умень­ша­ет на­вык «Ком­му­ника­бель­нос­ти» и до­бав­ля­ет ка­кое-то «Рас­кре­поще­ние». Что это та­кое? И во­об­ще стран­но, что "Ру­салоч­ку" мне рань­ше не да­ли. Я же уже пла­вала. Мои раз­мышле­ния пре­рыва­ют кри­ки.

— Маш­ка! Ду­ра, ты что де­ла­ешь! Я по­дума­ла, что ты уто­нула! — на бе­регу Ири­на раз­ма­хива­ет ру­ками.

Черт! Она же не зна­ет, что я хо­рошо умею пла­вать и ны­рять!

Иван­цо­ва, не об­ра­щая вни­мания на сте­ка­ющие с ме­ня струи во­ды, ки­да­ет­ся ме­ня об­ни­мать.

Та-дам!

— Не де­лай так боль­ше, я чуть с ума не сош­ла! Ты ис­чезла под во­дой и не­из­вес­тно сколь­ко не по­яв­ля­лась!

— Эй, все в по­ряд­ке, я от­лично пла­ваю и мо­гу на­дол­го за­дер­жи­вать ды­хание, — я да­же нем­но­го рас­те­рялась от та­кого на­пора. Над го­ловой Ири­ны рас­цве­та­ет еще од­но крас­ное сер­дечко. Иног­да дей­ствия, уве­личи­ва­ющие шка­лу вза­имо­дей­ствия, на­роч­но не при­дума­ешь!

— Ты дол­жна мне бу­тыл­ку ви­на, — за­яв­ля­ет Иван­цо­ва, — мне пос­ле та­кого на­до нер­вы ле­чить!

— Хо­рошо, я не­дале­ко тут ви­дела су­пер­маркет, — я са­ма пок­ла­дис­тость.

В ма­гази­не мы при­об­ре­та­ем не толь­ко еже­вич­ное ви­но, но и олив­ки, сыр, на­рез­ку пршут — все про­дук­ты мес­тные. Де­вуш­ка за кас­сой уз­на­ет в нас «рус­со-ту­рис­то» и доб­ро­жела­тель­но улы­ба­ет­ся.

Мы рас­по­лага­ем­ся с Ири­ной на тер­ра­се вто­рого эта­жа, а я ни­как не мо­гу при­думать прав­до­подоб­ную от­мазку «по­чему мне нель­зя пить ви­но». По­яв­ля­ет­ся Ва­силек, сра­зу вклю­ча­ет­ся в ра­боту, отс­тра­няя нас: при­тас­ки­ва­ет по­суду из кух­ни, все рас­став­ля­ет и рас­кла­дыва­ет.

— Де­воч­ки мои, по­сиди­те, от­дохни­те, вон за­кат ка­кой кра­сивый, по­любуй­тесь!

Он дей­ству­ет со сно­ров­кой зап­рав­ско­го офи­ци­ан­та и улы­ба­ет­ся так оба­ятель­но, что я да­же не вор­чу нас­чет «де­воч­ки мои». Хо­тя с ка­кой это ста­ти мы вдруг ста­ли его?

— За Чер­но­горию! — тост Вет­ро­ва ла­кони­чен. Я нем­но­го удив­ле­на, что он не ска­зал ба­наль­нос­ти в сти­ле «за прек­расных дам».

Я то­же под­ни­маю бо­кал, в ко­тором пле­щет­ся бор­до­во-фи­оле­товая жид­кость. Де­лаю вид, что пью, став­лю бо­кал об­ратно на стол. От­даю дол­жное олив­кам и сы­ру — дей­стви­тель­но очень вкус­но!

— Ка­кое пот­ря­са­ющее ви­но! Та­кой ягод­ный прив­кус. Прав­да, Маш? — Ири­на поч­ти осу­шила свой ста­кан.

— Ага, очень вкус­но, — сог­ла­ша­юсь я, не со­бира­ясь да­же и про­бовать это «пот­ря­са­ющее ви­но». Знаю я шу­точ­ки этой иг­ры: нем­но­го ал­ко­голя и Ма­ша про­сыпа­ет­ся на ут­ро в нез­на­комой ком­на­те с го­лой зад­ни­цей. Спа­сибо, не на­до!

По­луче­но дос­ти­жение «Сус­лик», 7 уров­ня, +18% к Вос­при­ятию

Ос­тавляю ми­лую па­роч­ку до­пивать ви­но, под­ни­ма­юсь на­верх. Дол­го не мо­гу ус­нуть, во­роча­ясь с бо­ка на бок. Пра­виль­но ли я пос­ту­пила, сбе­жав в дру­гую стра­ну? Сме­нились де­кора­ции, но суть ос­та­лась преж­ней. Я опять не знаю, как быть даль­ше. Чем вы­ше уро­вень, тем боль­ше по­хоже на то, что это иг­ра иг­ра­ет мной.

-10% к Вос­при­ятию, 4 ча­са

Не­гатив­ный эф­фект сла­бень­кий, не уг­ро­за, а так... на­поми­нание.

***

Фес­ти­валь, ку­да мы от­прав­ля­ем­ся на сле­ду­ющий день, на­ходит­ся не­дале­ко от Све­ти Сте­фана, на од­ном из ди­ких пля­жей. Ус­та­нов­ле­на им­про­визи­рован­ная сце­на, об­ра­щен­ная к мо­рю, по бе­регу гу­ля­ют лю­ди в длин­но­полой раз­ноцвет­ной одеж­де. Я со сво­ей ко­рот­кой при­чес­кой смот­рюсь как чу­жерод­ный эле­мент: вок­руг ко­сы, ло­коны, дре­ды и у муж­чин, и у жен­щин.

Ва­силек в этом ок­ру­жении чувс­тву­ет се­бя как ры­ба в во­де, ма­шет ка­ким-то зна­комым, улы­ба­ет­ся.

— Поч­ти как в детс­тве, па­па час­тень­ко ме­ня тас­кал на по­доб­ные ме­роп­ри­ятия, — Вет­ров при­об­ни­ма­ет нас с Ири­ной за пле­чи. — Де­воч­ки, по­гуляй­те тут по­ка, ос­мотри­тесь, а я ско­ро вер­нусь.

— Это ка­кое-то сбо­рище хип­пи! — вы­носит вер­дикт Иван­цо­ва, ог­ля­дыва­ясь вок­руг.

— Ну мо­жет быть му­зыка бу­дет ин­те­рес­ная. Ва­силек те­бе не го­ворил, он бу­дет выс­ту­пать? — по­мимо взрос­лых с рас­тре­пан­ны­ми во­лоса­ми на пля­же пол­но го­лых де­тей, но­сящих­ся ту­да-сю­да с виз­га­ми. Маль­чик лет трех, со свет­лы­ми куд­ря­выми во­лоса­ми вре­за­ет­ся в мои но­ги и па­да­ет на по­пу.

— Ма­лыш, ос­то­рож­нее, — я нак­ло­ня­юсь, что­бы под­нять кро­ху. На мое счастье, тот не пла­чет, а с лю­бопытс­твом смот­рит на ме­ня сво­ими го­лубы­ми гла­зен­ка­ми.

— Я Ма­ша, а те­бя как зо­вут?

— Рро­маш­ка, — звук «р» по­луча­ет­ся рас­ка­тис­тый, как буд­то маль­чик изоб­ра­жа­ет трак­тор.

Та-дам! Та-дам! Та-дам! Та-дам!
Сим­па­тии ре­бен­ка за­во­евы­ва­ют­ся мо­мен­таль­но, но прак­ти­чес­ки не да­ют опы­та — слиш­ком низ­кий уро­вень.

Мы с Ири­ной пе­рег­ля­дыва­ем­ся.

— Это его?! — это пред­по­ложе­ние мы вы­да­ем од­новре­мен­но. А что, маль­чик и прав­да, по­хож на Вет­ро­ва!

— Сын, о ко­тором он за­был упо­мянуть? — в го­лосе Ири­ны не­верие сме­шано с по­доз­ри­тель­ностью.

Маль­чиш­ка убе­га­ет, ос­та­нав­ли­ва­ет­ся че­рез нес­коль­ко ша­гов и ог­ля­дыва­ет­ся, по­махав нам ру­кой «по­ка-по­ка».

— Зна­ешь, Маш, я окон­ча­тель­но и бес­по­ворот­но ре­шила с ним рас­стать­ся, — за­яв­ля­ет Ири­на, ко­выряя но­гой мел­кие ка­муш­ки пля­жа.

— Мне ка­жет­ся, я неч­то по­доб­ное уже слы­шала.

— С ним ве­село и хо­рошо, но на роль пар­ня он со­вер­шенно не го­дит­ся. Я чувс­твую, что ес­ли про­дол­жу, то окон­ча­тель­но влюб­люсь в не­го и это бу­дет боль­но.

Это что-то но­вень­кое: Ири­на, ко­торая бо­ит­ся влю­бить­ся.

— Ты серь­ез­но?

— Бо­лее чем! Я ре­шила это ска­зать те­бе сей­час, по­тому что ви­жу, что он то­же те­бе нра­вит­ся.

Ири­на от­ма­хива­ет­ся от мо­их воз­ра­жений и про­дол­жа­ет:

— Я да­же ре­комен­дую те­бе за­мутить с ним ку­рор­тный ро­ман. Лег­кий, ни к че­му не обя­зыва­ющий.

— Да не со­бира­юсь я с ним! — воз­ра­жаю, но Иван­цо­ва не об­ра­ща­ет на это ни­како­го вни­мания.

— Он от­личный кан­ди­дат, что­бы рас­стать­ся с девс­твен­ностью. Ес­ли бы он мне по­пал­ся рань­ше... — вы­раже­ние ли­ца Ири­ны ста­новит­ся меч­та­тель­ным, а по­том она до­бав­ля­ет уже серь­ез­но: — Или ты ждешь, по­ка прис­ка­чет принц на бе­лом ко­не?

— Ни­кого я не жду, — от­ре­заю я, гля­дя на под­ру­гу ис­подлобья, — но мне не нра­вит­ся, что ты мне сво­его пар­ня сва­та­ешь, пусть и поч­ти уже быв­ше­го.

— Ну и ду­ра! — сме­ет­ся в от­вет Иван­цо­ва. — Пой­дем к тем лот­кам, пос­мотрим на фе­неч­ки.

К мо­ему удив­ле­нию, мне нра­вит­ся этот стран­ный фес­ти­валь, зву­ки му­зыки и тан­цу­ющие на бе­регу лю­ди. Вет­ров то по­яв­ля­ет­ся, то ис­че­за­ет, оп­равды­вая свою фа­милию. Мы с Ири­ной то­же тан­цу­ем, ра­зув­шись и под­хва­тывая по­долы лег­ких лет­них плать­ев. А я ста­ра­юсь не об­ра­щать вни­мание на зву­ки «Та-дам!», раз­да­ющи­еся пе­ри­оди­чес­ки. Еще не­дав­но я го­това бы­ла на мно­гое, что­бы прод­ви­нут­ся по уров­ням, а сей­час я де­лаю вид, что иг­ры не су­щес­тву­ет. И иг­ра прак­ти­чес­ки иг­но­риру­ет ме­ня в от­вет. Кро­ме вспы­хива­ющих сим­па­тий-сер­де­чек, боль­ше ни­каких со­об­ще­ний не по­яв­ля­ет­ся. Мне хо­рошо!

Да­же за­яв­ле­ние Ири­ны, что она воз­вра­ща­ет­ся на вил­лу, не пор­тит это­го бла­годуш­но­го нас­тро­ения.

— По­весе­лись тут и по­думай еще раз нас­чет Ва­силь­ка, — на­путс­тву­ет она ме­ня на­пос­ле­док.

Опять ря­дом по­яв­ля­ет­ся Вет­ров, бе­рет ме­ня за ру­ку и тя­нет в сто­рону.

— Пой­дем со мною, там мно­го вкус­но­го!

— Столь­ко? — я по­казы­ваю рас­сто­яние в два сан­ти­мет­ра меж­ду боль­шим и ука­затель­ным паль­цем.

— Нет, вот столь­ко! — Ва­ся ра­ду­ет­ся, что я уз­на­ла ци­тату и под­держа­ла его иг­ру. Пе­ред его оба­ятель­ной улыб­кой дей­стви­тель­но поч­ти не­воз­можно ус­то­ять!

Уз­нав, что Ира у­еха­ла, он чуть хму­рит­ся, а по­том опять улы­ба­ет­ся мне.

— Хо­рошо, что ты ос­та­лась!

Мы едим ка­кие-то стран­ные сла­дос­ти из ме­да и оре­хов. Все паль­цы лип­кие, а я по­нимаю, что пос­ледние влаж­ные сал­фетки из­расхо­дова­ла, что­бы вы­тереть ру­ки пе­ред едой.

— Пой­дем к мо­рю, вы­мо­ем­ся, — пред­ла­гаю Вет­ро­ву.

— За­чем? — он как кот, сли­зыва­ет ос­татки ме­да со сво­их паль­цев. — Те­бе по­мочь?

— С чем? — не­до­уме­ваю.

— С этим, — язык Ва­силь­ка про­ходит­ся по мо­ей ла­дони. Его ру­ка мяг­ко об­хва­тыва­ет мое за­пястье, но я и не пы­та­юсь выр­вать­ся, я как за­воро­жен­ная смот­рю на быс­тро мель­ка­ющий ро­зовый язык, про­ходя­щий­ся по мо­ей ко­же.

Воз­дей­ствие «Рас­кре­поще­ние», вре­мя дей­ствия 6 ча­сов.

Ох, ка­кая ж я все-та­ки ду­ра! Рас­сла­билась, за­была! По­чему я ре­шила, что ес­ли рань­ше не бы­ло ни­каких воз­дей­ствий от Ва­силь­ка, то их и не бу­дет? У не­го же вы­сокий уро­вень! Но у ме­ня же вы­ше! По­чему «Соп­ро­тив­ле­ние» не ней­тра­лизо­вало его? Так, не па­нико­вать! Что из­ме­нилось, что я чувс­твую?
Я вни­матель­но прис­лу­шива­юсь к сво­им внут­ренним ощу­щени­ям, но не за­мечаю ни­каких кар­ди­наль­ных из­ме­нений.

Мне при­ят­ны теп­лые при­кос­но­вения губ и язы­ка к мои паль­цам, это да­же нем­но­го воз­бужда­ет. Но ведь это обыч­ная ре­ак­ция, не так ли?

— У те­бя еще мед ос­тался.

— Где? — спра­шиваю с лю­бопытс­твом, по­тому что мне хо­чет­ся, что бы вы­лизы­ва­ющие при­кос­но­вения вер­ну­лись.

— Здесь, — язык про­ходит­ся по мо­им гу­бам, а я чувс­твую се­бя ко­тен­ком, ко­торо­го умы­ва­ет ма­ма-кош­ка, и от это­го при­кос­но­вения ста­новит­ся так теп­ло, так спо­кой­но и хо­рошо.

— Ма­ша моя, уй­ди! — я чувс­твую, как мою но­гу об­хва­тила ма­лень­кая руч­ка. Куд­ря­вый свет­ло­воло­сый ка­рапуз дер­жится за по­дол мо­его платья и от­пи­хива­ет вто­рой ру­кою Ва­силь­ка. Они и прав­да, по­хожи, да­же слиш­ком! Те­перь, уви­дев их вмес­те, я не мо­гу по­верить сво­им гла­зам. Это не мо­жет быть прос­то сов­па­дение!

— Ро­маш­ка, — Вет­ров под­хва­тыва­ет ма­лыша на ру­ки, — а где па­па?

Я уже прак­ти­чес­ки ожи­даю, что маль­чик от­ве­тит «А вот же он!», ука­зывая на Ва­силь­ка, но ре­бенок ты­чет паль­чи­ком ку­да-то в сто­рону.

— Бе­ги к не­му и ска­жи, что мы сей­час при­дем!

Маль­чиш­ка, об­ра­дован­ный по­руче­ни­ем, не­сет­ся со всех ног, свер­кая бо­сыми пят­ка­ми.

— Ты зна­ешь его ро­дите­лей? — уточ­няю я ос­то­рож­но, при­кусы­вая се­бя за язык, что­бы не спро­сить «А не из­ме­няли ли ма­ма это­го ми­лого ма­лыша его па­пе с од­ним куд­ря­вым го­лубог­ла­зым субъ­ек­том?».

— Ко­неч­но, знаю, пой­дем, я те­бя с ни­ми поз­на­ком­лю!

— Ой, нет! — я упи­ра­юсь пят­ка­ми и от­ка­зыва­юсь ид­ти даль­ше, по­тому что уви­дела па­ру, у ног ко­торых кру­тит­ся Ро­маш­ка. С этой ми­ни­атюр­ной свет­ло­воло­сой жен­щи­ной я уже зна­кома, но в мои пла­ны не вхо­дило встре­тить­ся с ней сно­ва.

— Ты же ска­зал, что хо­чешь на фест, что­бы быть по­даль­ше от се­мей­ных скан­да­лов.

— Ага, — ки­ва­ет го­ловой Вет­ров. Он пы­та­ет­ся даль­ше ме­ня та­щить, но я не под­да­юсь. — Па­па то­же так ре­шил, а за ним и ма­ма. Вот так мы здесь все и встре­тились!

У не­го вся се­мей­ка су­мас­шедшая или он так шу­тит?

— У тво­их ро­дите­лей чрез­мерная лю­бовь к цве­товодс­тву! А я в этом ни­чего не по­нимаю, — мои ар­гу­мен­ты не­лепы, но, ка­жет­ся, Вет­ров до­гады­ва­ет­ся, что я пле­ту все это от сму­щения.

— Мо­его бра­та хо­тя бы «Ро­маном» в до­кумен­тах за­писа­ли, — сме­ет­ся Ва­силек. — Ну ес­ли не хо­чешь зна­комить­ся - не бу­дем! Пой­дем в дру­гую сто­рону.

— А ты бу­дешь иг­рать на сце­не? — ме­няю я те­му.

— Еще не знаю, я же ги­тару не взял.

— Мне пон­ра­вилась ва­ша му­зыка, тог­да в клу­бе, хоть я не­дол­го ус­пе­ла пос­лу­шать, — ми­лый свет­ский раз­го­вор, идем вдоль ли­нии при­боя. Ру­ка Ва­силь­ка об­хва­тыва­ет ме­ня за пле­чи. Он уже не раз так де­лал в те­чение пос­ледних су­ток, при­об­ни­мая нас с Ирой од­новре­мен­но. Этот жест ка­жет­ся поч­ти при­выч­ным, что я не ви­жу смыс­ла соп­ро­тив­лять­ся. Я все еще пы­та­юсь по­нять, что это за воз­дей­ствие «рас­кре­поще­ние». У ме­ня оно то­же есть. Но как оно вли­яет, и как им поль­зо­вать­ся? Ни­каких из­ме­нений я так до сих пор не по­чувс­тво­вала, и это нас­то­ражи­ва­ет ме­ня еще боль­ше.

Зву­ки ба­раба­нов на­чина­ют до­мини­ровать в му­зыкаль­ном фо­не, а кро­ме го­лых де­тей на на­шем пу­ти на­чина­ют по­падать­ся об­на­жен­ный взрос­лые. Я ста­ра­юсь не пя­лит­ся на них, а Ва­силек как буд­то и вов­се не за­меча­ет от­сутс­твия на них одеж­ды.

— А вот и фи­наль­ная часть, — го­ворит Ва­силек, ос­та­нав­ли­ва­ясь и на­чиная раз­де­вать­ся.

Вет­ров дей­ству­ет без су­еты, ни­куда не то­ропясь и не сму­ща­ясь. Я за­мечаю, что все ок­ру­жа­ющие нас лю­ди за­няты при­мер­но тем же. Все раз­де­ва­ют­ся!
По­ка я хло­паю гла­зами, Ва­силек ус­пе­ва­ет ак­ку­рат­но сло­жить свою одеж­ду и при­давить ее кам­нем.

Они все здесь ну­дис­ты! Так вот по­чему у не­го та­кой ров­ный за­гар, и он со­вер­шенно не стес­ня­ет­ся сво­ей на­готы! До ме­ня мед­ленно, но вер­но до­ходит.

— Под­ру­га, ты что зас­ты­ла? — в воп­ро­се Ва­силь­ка нет под­тек­ста или из­девки, он прав­да не­до­уме­ва­ет, по­чему я до сих пор не раз­де­лась.

Я по­жимаю пле­чами и на­чинаю ра­зоб­ла­чать­ся, скла­дывая свою одеж­ду ря­дом с ве­щами Вет­ро­ва. А­аа! Вот оно! Воз­дей­ствие «Рас­кре­поще­ние»!

Я не то что­бы не мо­гу соп­ро­тив­лять­ся, прос­то не ви­жу в этом смыс­ла. Ну об­на­жен­ное те­ло, что та­кого?

— Сум­ку то­же здесь ос­тавь, ее не тро­нут.

При­дав­ли­ваю свои ве­щи кам­нем и вып­рямля­юсь. Ва­силек смот­рит на ме­ня, но не раз­гля­дыва­ет. Мой взгляд то­же спо­кой­но сколь­зит по его об­на­жен­но­му те­лу. И са­мое глав­ное: я ни кап­ли не сму­щена! Ос­та­ет­ся толь­ко удив­ле­ние, что я не чувс­твую стес­не­ния.

Я тан­цую под зву­ки му­зыки в при­бое. Рит­мичный звук как буд­то вво­дит ме­ня в транс. Я улы­ба­юсь лю­дям, и они улы­ба­ют­ся мне в от­вет. Крас­ные за­гора­ющи­еся сер­дечки то­же часть это­го тан­ца.

— Бум-бум! — сту­чат ба­раба­ны.

— Та-дам! Та-дам! — вто­рит иг­ра.

Ли­цо Ва­силь­ка по­яв­ля­ет­ся пе­ред мо­им, он ка­са­ет­ся ме­ня гу­бами, при­зывая мой рот рас­крыть­ся, вдох­нуть. Я под­чи­ня­юсь и чувс­твую горь­ко­ватый, по­лын­ный прив­кус.

Вы­дыхаю дым, пе­редан­ный мне. Черт, что это?!

Нет, вос­при­ятие у ме­ня не про­пада­ет. Я пом­ню все, но кон­троль ра­зума как буд­то нем­но­го за­паз­ды­ва­ет. Спер­ва дей­ствия, по­том мыс­ли.

-140% к Ком­му­ника­бель­нос­ти, 4 ча­са

Я чувс­твую се­бя зри­телем, а не ак­тивным учас­тни­ком. А еще мол­чу, как буд­то ру­салоч­ка, по­меняв­шая свой го­лос на две но­ги вмес­то че­шуй­ча­того хвос­та. Я не знаю, дей­стви­тель­но ли я не мо­гу го­ворить, мне да­же не хо­чет­ся про­верять это, про­из­но­ся ка­кие-то сло­ва.

— Пой­дем, — Ва­силек опять при­об­ни­ма­ет ме­ня, уво­дя от тан­цу­ющей тол­пы даль­ше по бе­регу. Зву­ки му­зыки все еще слыш­ны, но учас­тни­ков фес­ти­валя ря­дом нет. За­кат­ное сол­нце ок­ра­шива­ет мо­ре в цвет рас­плав­ленно­го зо­лота.

— Ты уме­ешь пла­вать? — спра­шива­ет ме­ня Вет­ров, я ки­ваю и сме­юсь. Умею ли я пла­вать? Ты бы еще у ры­бы это спро­сил!

Ни­ког­да рань­ше я не ку­палась без одеж­ды, во­да сколь­зит вдоль мо­его те­ла бес­пре­пятс­твен­но. Я дей­стви­тель­но чувс­твую се­бя ры­бой, ма­лень­кой юр­кой рыб­кой сре­ди волн ад­ри­ати­чес­ко­го мо­ря. Ме­ня ох­ва­тыва­ет ощу­щение цель­нос­ти, еди­нения с при­родой, меж­ду мо­им те­лом и мо­рем нет прег­рад, мы еди­ны. Ря­дом в во­де со мной сколь­зит вто­рая рыб­ка, быс­трая и силь­ная, она хо­чет по­иг­рать. Мы плы­вем на­пере­гон­ки, под­ны­рива­ем друг под дру­га, пле­щем­ся, брыз­жем во­дой в ли­ца.

По­луче­но дос­ти­жение «Ру­салоч­ка», 2 уров­ня, -5% к Ком­му­ника­бель­нос­ти, +10% к Рас­кре­поще­нию

Я чувс­твую сколь­зя­щие при­кос­но­вение по спи­не и не мо­гу по­нять — это по­ток во­ды гла­дит ме­ня или чу­жая ру­ка. Ны­ряю, ухо­дя на глу­бину. Ва­силек сле­ду­ет за мною, не от­ста­вая.

Уди­витель­но, как у нас мно­го об­ще­го: мы оба лю­бим бег и пла­вание. Мысль нем­но­го отс­тра­нен­ная, дис­со­ниру­ющая с про­ис­хо­дящим. Я от­кры­ваю гла­за и ви­жу чер­ную тень в во­де ря­дом. Об­хва­тываю это не­из­вес­тное мор­ское су­щес­тво ру­ками и но­гами, а оно в от­вет на­ходит мои гу­бы. По­целуй со вку­сом мор­ской во­ды. Я и за­была, что Сре­дизем­ное мо­ре нас­толь­ко со­леное!

От­фырки­ва­ем­ся, спле­вывая во­ду.

«Это не­удоб­но, не де­лай так боль­ше», — я это не го­ворю, ду­маю, но Вет­ров сог­ласно ки­ва­ет, буд­то слы­ша ме­ня, мол по­нял, це­ловать те­бя в гу­бы под во­дой боль­ше не бу­ду.

Он опять ны­ря­ет, а я чувс­твую ка­сания его рук. Ожи­даю, что сей­час за­бавы про­дол­жатся, ме­ня утя­нет вниз, на глу­бину. Го­тов­люсь, глу­боко вды­хаю. И за­дыха­юсь, от не­ожи­дан­ности опять хва­таю ртом воз­дух.

При­кос­но­вение меж­ду мо­их ног, еще бо­лее влаж­ное, чем ок­ру­жа­ющая нас во­да. Что он де­ла­ет?!

Над во­дой по­казы­ва­ет­ся го­лова пар­ня, мок­рые во­лосы при­лип­ли к го­лове Ва­силь­ка, де­лая его не­похо­жим на се­бя са­мого, но его бе­лозу­бая улыб­ка ос­та­ет­ся не­из­менной. Да что он тво­рит! Я от­кры­ваю рот и прав­да, не мо­гу про­из­нести ни сло­ва. Мне толь­ко и ос­та­ет­ся, что воз­му­ща­ет­ся у се­бя в го­лове. Сты­да по-преж­не­му нет.

Та-дам!
Вы­пол­нен квест «По­целуй ни­же по­яса» +2 уров­ня.
Поз­драв­ля­ем, Вы дос­тигли 77 уров­ня!
Поз­драв­ля­ем, Вы дос­тигли 78 уров­ня!

Я стою на кам­нях приб­режной по­лосы, све­жий бриз с мо­ря сду­ва­ет кап­ли во­ды с ко­жи. Все те­ло пок­ры­ва­ет­ся му­раш­ка­ми. Хо­лод­но! Над го­ловой Вет­ро­ва све­тит­ся еще од­но но­вое крас­ное сер­дечко, мне его вид­но да­же в сгу­ща­ющих­ся су­мер­ках. Ос­та­лось еще нем­но­го, все­го две ячей­ки до пол­но­го за­пол­не­ния шка­лы. Я жаж­ду, ал­чу их, хо­чу за­полу­чить, во что бы то ни ста­ло.

Си­ла это­го же­лания пу­га­ет ме­ня, в го­лове про­носят­ся кар­тинки, как я мо­гу их за­полу­чить. Как на­яву, я ви­жу Ва­силь­ка, ле­жаще­го на спи­не, пря­мо здесь, на этом ка­менис­том пля­же и се­бя, си­дящую свер­ху. Я пред­став­ляю, как мой язык чер­тит до­рож­ку по его гру­ди, сли­зывая ос­тавши­еся со­леные кап­ли с ко­жи, и от это­го мои гла­за на­пол­ня­ют­ся крас­но-чер­ным ту­маном, та­ким же, ка­кой пле­щет­ся в сер­дцах над го­ловой пер­со­нажей. Мне нуж­но боль­ше, еще! Еще!

Ме­ня на­чина­ет бить дрожь, я де­лаю шаг бли­же к Вет­ро­ву.

— За­мер­ла? Пой­дем, там кос­тры раз­ве­ли!

Я бла­годар­на за эти сло­ва, раз­бившие мо­рок, за бе­лозу­бую без­за­бот­ную улыб­ку Ва­силь­ка, за то, что он та­щит ме­ня об­ратно к мес­ту про­веде­ния фес­ти­валя.

Я опять тан­цую, а об­на­жен­ные те­ла вок­руг в бли­ках све­та жи­вого пла­мени ка­жут­ся крас­но­кожи­ми. Учас­тни­ки фес­ти­валя об­ра­зу­ют пер­во­быт­ное пле­мя, ис­полня­ющие ри­ту­ал вок­руг кос­тра. Мир вок­руг плы­вет, сма­зыва­ет­ся раз­ноцвет­ны­ми пят­на­ми.

— Бам-бум!

Та-дам! Та-дам!

Эти за­гора­ющи­еся звез­дочки-сер­дечки у ок­ру­жа­ющих на ка­кое-то вре­мя на­сыща­ют ме­ня, умень­шая мою жаж­ду. Мне уже не хо­чет­ся пло­то­яд­но об­ли­зывать­ся на пос­ледние не­запол­ненные ячей­ки Вет­ро­ва. Он тан­цу­ет ря­дом, улы­ба­ет­ся мне и ок­ру­жа­ющим.
Бум-бам!

Та-дам! Та-дам!
Поз­драв­ля­ем, вы по­лучи­ли 79 уро­вень.

Примечания:

Пршут – это особым образом провяленный или копчёный свиной окорок. Почти тоже самое, что итальянское прошутто, которое героиня ела в 10 главе.