Неделя зачета
После остановки в кофейне они поехали в центр города. Софи попросила свернуть к старому художественному музею — его залы с античной скульптурой и живописью идеально подходили для разговора о философии.
— Здесь лучше всего объяснять философские концепции через искусство, — сказала она, когда они вошли внутрь.
Они шли по залу с древнегреческими статуями, и Софи рассказывала про идеи Платона о мире форм, показывая на идеализированные скульптуры. Алекс внимательно слушал, иногда вставляя вопросы:
— А почему Платон думал, что идеальная форма существует отдельно от вещей? — спросил он с неподдельным интересом.
— Потому что он верил, что материальный мир лишь тень совершенного, а истина — в этих вечных идеях, — ответила она, остановившись перед мраморным бюстом.
Далее они перешли в зал Ренессанса, где Софи связала философию гуманизма с полотнами Тициана и Боттичелли, рассказывая о возвращении к ценности человека.
— А если всё — иллюзия, как тогда жить? — спросил он, глядя на неё.
— Жить так, будто всё реально. Иначе теряется смысл. Сомневаться полезно, но в жизни нужна решительность, — ответила она твёрдо.
Алекс смотрел на неё с искренним интересом — он и правда слушал каждое слово.
Когда они вышли из музея, по городу уже лил сильный дождь. Ветер пробивался сквозь тонкую одежду, капли хлестали по асфальту. Софи прижала к груди сумку, а Алекс обернулся к ней и сказал:
— У меня недалеко квартира. Пойдём ко мне, переждём дождь. Потом, если захочешь, отвезу тебя домой.
Софи посмотрела на него, на поток дождя, который стал только сильнее, и сдалась:
— Ладно, веди.
Они побежали к его машине, уворачиваясь от луж, и сели внутрь, промокшие и запыхавшиеся. Алекс включил обогреватель, и в салоне сразу стало тепло.
— Ты сегодня хорошо задавал вопросы, — сказала она, улыбнувшись, когда немного отдышалась.
— А ты хорошо отвечала, — ответил он с тем же внимательным взглядом, что был в музее.
Машина тронулась по мокрым улицам, и они поехали к нему.
Алекс припарковался возле современного жилого комплекса и жестом пригласил Софи выходить. Они быстро забежали в подъезд, всё ещё слегка мокрые. Поднявшись на лифте, он открыл дверь своей квартиры — просторной, со стильным минималистичным интерьером в тёплых тонах. Внутри пахло кофе и чем-то древесным — его любимыми свечами.
— Проходи, — сказал он, помогая ей снять куртку. — Чувствуй себя как дома. Хочешь что-нибудь выпить? Чай, кофе?
— Чай, если можно, — ответила она, оглядывая гостиную с большим диваном и полками, заставленными книгами и виниловыми пластинками.
Алекс поставил чайник и вернулся в комнату, где Софи уже разглядывала фотографии на стене: на них он был с друзьями, на спортивных соревнованиях, в путешествиях.
— Ты много где был, — заметила она.
— Да, люблю движение. А вот философию не любил, пока не встретил тебя, — сказал он с лёгкой улыбкой, подходя ближе.
— Это я должна воспринимать как комплимент? — приподняла бровь Софи, но в глазах сверкнула искра.
— Конечно, — ответил он и протянул ей кружку с горячим чаем.
Они сели на диван. Алекс включил музыку — лёгкий джаз играл на фоне, когда они снова заговорили о философии. Софи продолжила рассказывать ему о стоицизме и том, как важно уметь сохранять внутреннее спокойствие. Алекс слушал внимательно, иногда перебивая вопросами, но в его взгляде читался не только интерес к теме — он явно наслаждался её обществом.
Потом она заметила, как он всё чаще смотрит на её губы и приближается. В какой-то момент они оказались совсем рядом, но Софи осторожно отстранилась:
— Не забывай, Алекс, я всё ещё твой преподаватель.
— А ты не забывай, что я тоже человек, — хрипло ответил он, но не стал настаивать.
Несколько минут они молча пили чай, слушая стук дождя по окнам. Вечер начинал обретать особую атмосферу — напряжённую, но одновременно уютную.
Софи поставила кружку на журнальный столик и обернулась к Алексу. Тот внимательно смотрел на неё, не сводя глаз с её лица. Она чувствовала его взгляд кожей — напряжение между ними сгущалось с каждой секундой.
— Ты всё ещё думаешь, что сможешь надавить на меня? — спросила она тихо, но с вызовом.
— Нет, — честно сказал он. — Но я хочу понять тебя. И не только как преподавателя.
Она рассмеялась коротко, но это был нервный смех, в котором слышалась усталость.
— Понять? Меня? Ты даже себя ещё не понял, Алекс, — ответила она, но голос дрогнул.
— Может, ты мне поможешь? — сказал он, придвигаясь ближе.
Их лица оказались всего в нескольких сантиметрах. Софи ощутила его дыхание с лёгким запахом мяты и кофе. В следующий миг он медленно наклонился, давая ей время отстраниться, но она не сделала этого. Их губы соприкоснулись — сначала осторожно, словно оба проверяли, позволено ли это, но через секунду поцелуй стал глубже, настойчивее.
Софи прижалась к нему, его рука легла ей на талию, а другая скользнула к её шее. Она почувствовала, как уходит вся накопившаяся за день усталость, как в голове растворяются воспоминания о Марке и его словах. Сейчас был только он — Алекс, его жар и запах, его рука, его дыхание.
Поцелуй длился долго, он то замедлялся, то становился более жадным. Когда они наконец оторвались друг от друга, оба были немного запыхавшимися, в глазах — искры.
— Этого... не должно было быть, — выдохнула она, но голос звучал уже без прежней строгости.
— Но это случилось, — ответил он, не убирая рук. — И мне не жаль.
Софи хотела что-то сказать, но вместо слов лишь провела пальцами по его щеке, задержавшись на мгновение. Тишину нарушал только дождь за окном и приглушённая музыка.
Алекс отстранился от поцелуя, его дыхание было сбивчивым. Он смотрел на неё так, будто не мог насмотреться. Несколько мгновений они молчали, пока он не решился заговорить:
— Софи... Давай завтра поужинаем вместе. Настоящее свидание. Без лекций и книжек. Только ты и я.
Она подняла на него глаза, в которых смешались удивление и что-то ещё — что-то, что он не мог пока разгадать.
— Алекс... — выдохнула она. — Да, мы поцеловались. Но это не значит, что мы вместе.
Он улыбнулся, но в его глазах мелькнула едва заметная боль. Он сделал шаг назад, давая ей пространство, но не отводил взгляда.
— Я и не говорю, что мы вместе, — мягко сказал он. — Я просто хочу узнать тебя лучше. Провести с тобой вечер не как студент с преподавателем. А как мужчина и женщина.
Она посмотрела на него внимательно, оценивающе, словно пыталась понять его настоящие намерения. И, кажется, увидела в нём не только наглого парня, каким он показался ей в первый день.
— Хорошо, — наконец сказала она, надевая пальто. — Завтра вечером.
Он улыбнулся шире, чувствуя, как внутри поднимается что-то тёплое и давно забытое.
Когда она ушла в прихожую, чтобы обуться, Алекс остался стоять в гостиной, сжимая руки в кулаки от переполнявших эмоций. Он не ожидал, что этот вечер так его изменит. И хотя ещё совсем недавно он был готов использовать её ради зачёта, теперь хотел, чтобы она осталась в его жизни гораздо дольше, чем продлится семестр.
Он услышал, как она захлопнула за собой дверь, и в тишине своей квартиры впервые за долгое время почувствовал себя по-настоящему взволнованным и живым.