Элемент выживания

Неизвестно сколько времени прошло, статуя которая когда-то стояла в трехэтажном здании сейчас лежала на земле. Каменное лицо ничего не отражало, лианы покрывали уже голое тело, а сама статуя уже покрылась плесенью.

«Медицина — это наука о здоровом человека, его болезнях, их профилактике, диагностике и лечении. Она объядиняет знания о строении, его функциях и нарушениях, вызывающих заболевания...»

Сколько раз он уже повторял это? Чтоб не заснуть и не провалится в бесконечную темноту, Ренджи уже многие столетия повторял всю теорию медицины. Тело уже давно не чувствовалось, одиночество уже так крепко въелось, что даже кажется невозможно разговаривать.

«Терапия и лечение включают консервативное лечение с помощью...»

Уже наверное сотый раз проговоривая, Ренджи резко ощутил холод. Темнота в одном глазу исчезла и впервые за 3700 лет парень смотрел в облачное небо. Пошевелив головой, камень упал с лица и резкий холодный воздух подул на его лицо. Оглядевшись Ренджи увидел, что проснулся он ЗИМОЙ.

«Ну я же качал удачу...»

⋄ Внимание! Золотое задание века выполнено!

Поздравляю вас игрок! Вы сделали то, что не смогли сделать больше половины людей! Вы не только сохранили рассудок, но и смогли освободится самым первым!

Получен статус «Первый пробудившийся человек».

Получена библиотека системы! Теперь вы можете запомнить любую информацию, которую прочитаете или увидите хоть один раз.

Добавлены +1000 очков по всем характеристикам!

Прочитать ещё...

Ренджи ошарашено смотрел на уведомления перед своим лицом. Надо же, он так отвык слышать, что даже непривычно слушать чей-то голос кроме своего, вечно повторяющего теорию медицины.

Пошевелив другими конечностями, Ренджи наконец вдохнул холодный воздух. Конечно, он может заболеть, но кого это волнует, когда спустя несколько тысячелетий заточения можно наконец вдохнуть свежий воздух.

Но вся серьёзность ситуации проясняется после опьяняющей радости. Он сейчас один, голый посреди зимнего леса, без еды, воды и убежища, где можно укрыться от лютого холода.

После долгого нахождения в камне организм уже деградировал, и тепла практически нет. Мышцы ослаблены, и при любой тяжести есть риск ломки костей. Желудок уже начал урчать, требуя еды. Как оказалось, протез тоже уже ничего не видит, и единственный выживший глаз начинает слезиться от холода.

Казалось бы, ситуация без выхода, но в нос ударил раздражающий запах сгнившего лука или чеснока. Повернув голову, глазу предстала пещера, от которой и исходил запах.

Первое, что приходит на ум: камни, обрушившиеся с потолка, и сухой мох на полу. Ренджи, не раздумывая и не теряя времени, аккуратно расстелил мох под собой и использовал камни как барьер между телом и кислотой, стараясь держаться в углу пещеры, куда капли не доходят.

Летучие мыши шумят, часть из них испускает кислые испарения, поэтому Ренджи движется низко к земле, избегая прямого контакта с кислотой. Он, прижимаясь к камням, покрывает тело мхом и кусками коры, чтобы создать хоть минимальную изоляцию от холода и ядовитых паров.

Теперь нужно думать о тепле. Локвуд, проведя взглядом по пещере, обнаружил сухие ветки у входа, немного мха и листья. Используя знания выживания и химии на максимуме, Ренджи начал пытаться разжечь огонь с помощью трения камня о камень и сухих органических материалов. Огонь небольшой, но согревает тело и даёт возможность слегка нейтрализовать пары, создавая небольшое безопасное пространство.

Когда есть хоть какая-то крыша над головой и минимальное тепло, желудок напоминает о себе. Пить снег Ренджи опасается напрямую — холод усиливает переохлаждение, да и пары азотной кислоты могут попасть в рот. Поэтому он, аккуратно собрав снег у входа в пещеру, вдали от капающей кислоты, растопил его на огне. Еду нужно искать осторожно и внимательно: съедобные корни, мох и остатки растений под снегом.

Возможно, пробудись парень хотя бы осенью, выживание было бы легче, но, как говорится, довольствуемся тем, что есть. Ведь Ренджи мог даже не проснуться.

Чтобы не получить ожоги от кислоты, химику нужно было постоянно оценивать траекторию капель. К счастью, были низко свисающие камни, которые перекрывали путь каплям, поэтому Ренджи использовал камень как единственный щит.

И конечно, чтоб азотная кислота не капала ему прямо в голову, Ренджи держится подальше от летучих мышей. А вообще парень не любил их даже в первой жизни. А всё потому, что как-то ночью летучая мышь прямо ему в лицо прилетела, когда он окно закрывал. Неприязнь даже через миры передалась.

Сейчас единственные приоритеты — тепло и утоление жажды. Удача наконец улыбнулась парню, и в пещере было предостаточно камней и мхов, поэтому можно использовать мох как одежду, пока весна не наступит.

Ренджи, 3700 лет проведя в кромешной тьме, повторяя одни и те же фразы, не намерен так глупо погибать. И что, что пробудился зимой? Всё решимо! Главное — не отчаиваться и не тупеть в нужные моменты, тогда и можно дождаться весны.

Каждое движение должно быть продуманным, потому что один неверный шаг — ожоги или переохлаждение. Пещера, изначально смертельная, превращается в импровизированное убежище, где Ренджи может выжить день за днём, используя осторожность, смекалку и свои накопленные знания за 27 лет жизни в этом мире.

***

Ренджи уже привык держаться в углу пещеры, избегая капель кислоты и летучих мышей. Он заметил первые признаки, что зима близка к концу. Дни стали чуть длиннее — солнечный свет теперь проникает глубже в пещеру, отражаясь на влажных стенах. Холод всё ещё пронзает тело, но того самого мороза в день пробуждения уже не наблюдается, особенно на солнце.

Снег за пределами пещеры начал таять. Ренджи видит капли воды, стекающие по камням на склоне к пещере, а под снежным покровом выступают влажные пятна мха и лишайников. Некоторые растения уже пробиваются через снег. Смотря на эти крошечные зелёные точки, надежда, которая теплилась в груди, продолжает толкать вперёд, не давая сдаться.

Животные постепенно возвращаются к активности. Вдалеке слышны голоса птиц, которые недавно вернулись с юга. Иногда он замечает следы зайца или белки на влажном снегу возле входа. Когда впервые Ренджи заметил это, то чуть не лопнул от радости!

Воздух стал чуть теплее и влажнее. Даже в пещере ощущается лёгкая перемена тем, что пары от кислотных капель заметно медленнее поднимаются, а влажность воздуха чуть выше, чем раньше, что создаёт ощущение менее острого холода. Ветер снаружи иногда приносит запах воды и сырой земли, смешанный с морозной свежестью.

Эти признаки уже знакомы Ренджи. Когда-то он решил испытать себя и отправился в кемпинг под конец февраля, тогда он примерно такие признаки и наблюдал. Ренджи отметил про себя, что зима близка к концу, и теперь нужно планировать более активные действия по выживанию: расширить безопасное место, собирать воду и растения, осторожно готовиться к выходу из пещеры, когда погодные условия станут мягче.

Ренджи всё ещё надеется, что кто-то тоже пробудится. Беспокойство за Сенку, Тайджу, Юдзуриху и других ребят съедает с каждым днём. Если он не умрёт от холода или азотной кислоты, так самовыпилится от вечных переживаний.

«А если их унесло водой в океан? А если их статуи разбились на части? А если они не сохранили рассудок и уже никогда не смогут проснуться?»

Становилось тоскливо от своих же мыслей. Сидя вокруг мхов и камней, невольно начинаешь думать о беззаботном прошлом, которое уже кажется давно забытым сном.

Интересно, а Фукуда с Миюки смогли избежать окаменения? Они же уже улетели тогда. Может, до космоса не дошло, и они смогли выжить.

— Надо заняться делом, а то скоро реально сойду с ума от переживаний, — нервно посмеялся парень, сильнее укутываясь в свои лохмотья из мха и выходя из пещеры.

Как и рассчитывал Ренджи, скоро пришла весна. Снег таял ручейком, а растения уже начали показываться в большом количестве. С радостными воплями химик выбежал из пещеры, уже насквозь пропахший азотной кислотой, и побежал искать каких-нибудь зверей. Сейчас ранняя весна, значит, олени уже вышли на охоту. Тихо идя по лесам, Ренджи наткнулся на сброшенные оленьи рога.

Это уже хорошая добыча, так как, заточив их, можно получить оружие. Очистив рог от грязи, Ренджи нашёл подходящий камень и начал тереть им рог, который оказался молодым и подходящим для заточки.

Получив оружие, чтобы положить добычу, молодой «охотник» поплёлся по лесу, выискивая хоть кого-то. Вскоре он обнаружил оленя, который пил воду из ручейка. Медленно двигаясь, Ренджи ударил в шею животного, заставляя его дезориентированно упасть. Воспользовавшись этим моментом, он ударил прямо в сердце. Олень перестал барахтаться и, последний раз дёрнувшись, перестал двигаться.

— Прости, — неловко пробормотал Ренджи.

Так как заточенный рог не помог для разделки животного, химику пришлось затачивать камень и импровизировать нож.

Теперь наконец вместо лохмотьев из мха на Ренджи была адекватная рубаха и штаны. Ну ладно, возможно, то, что он не качок, даёт свои преимущества. Хорошо, что Фукуда не дал ему нажраться протеином.

Теперь нужно было думать о жилье. В ту пещеру с азотной кислотой уже нельзя возвращаться. Он и так много времени провёл там, и чтобы избежать летального исхода, нужно как можно больше проводить времени на воздухе, чтобы кожа проветрилась.

В лесу было много бревен. Когда Ренджи всё притащил и собрал их в кучу, получилось аж штук 20–30, не меньше.

⋄ Просто я компенсирую ваше пробуждение зимой.

«Дай я тебя поцелую моя золотая»

⋄ Смущаете.

Сначала, взяв шесть брёвен и соорудив из них стену, Ренджи сделал то же самое с другими шестью, положив получившиеся стенки друг против друга. Потом по правую сторону начал строить другие стены, а в конце всё это объединил, сделав одну длинную стену.

В одну из «комнат» Ренджи построил крышу и укрыл её листьями и мхом, а в середину помещения поставил костёр. Получилось очень даже неплохое укрытие на свежем воздухе.

Наконец, поужинав нормальной едой, Ренджи устроился в углу своего шалаша, встал, зевая. Какая же эта одежда из кожи неудобная.

— Надо начать делать шёлк, — проговорил парень, закрыв глаза.

Мужик сказал — мужик сделал. С наступлением весны Ренджи начал чаще замечать, как лёд в озёрах начинает подтаивать, а снег становится влажным. На южных склонах показались первые побеги мха, начали зацветать цветы, а снег уже исчезал с поля зрения.

Он вспоминает про шелкопрядов. Для этого нужен корм — листья шелковицы. Ренджи сначала вышел на поиски деревьев, у которых набухают почки. Их ещё нет в зелени, но химик отметил для себя несколько деревьев рядом с шалашом: скоро они оживут.

Пока листья не появились, он занимается подготовкой. В глубине пещер Ренджи собирает сухие ветки и камни, устраивает для гусениц будущие «коробки» — защищённые места, где они будут спокойно питаться. Ренджи понимает, что гусеницы нежны и беззащитны, поэтому выбирает угол, где меньше опасностей и меньше сквозняков.

Когда весна продвигается, и на тутовых деревьях появляются первые свежие листья, он начинает искать яйца шелкопрядов. Локвуд осматривает ветви и кору, находя крошечные точки, похожие на семена мака. Несколько кладок Ренджи бережно переносит в безопасный уголок шалаша.

Через несколько дней из яиц начинают вылупляться крошечные гусеницы. Они сразу требуют пищи. Химик рвёт молодые листья шелковицы и приносит их внутрь. С этого момента его дни проходят в ритме: утром Ренджи шляется по лесу, выискивая свежие листья, днём откармливает гусениц, вечером идёт в рейд, чтобы никакие насекомые или мыши не добрались до его будущих драгоценных «ткачей».

Недели идут. Гусеницы растут, линяют, становятся всё прожорливее. Ренджи едва успевает собирать листья, но понимает: это нужно выдержать. Он видит, как они крепнут, как их тела наливаются силой, и, соответственно, нужно больше пищи.

Примерно в конце весны они начинают беспокойно ползать и перестают есть. Локвуд понял: скоро они будут прясть. Он приготовил для них тонкие ветки и места, куда они смогут прикрепиться. И вскоре чудо начинается — каждая гусеница выделяет тончайшую нить, блестящую в свете костра, и начинает обвиваться в кокон.

Проходит несколько дней, и на тонких ветках развешаны десятки плотных белых комков. Ренджи берёт один, кладёт в горячую воду, нагретую на каменном очаге. Серицин растворяется, и он осторожно находит конец нити. Та легко разматывается — длинная и гладкая. Он соединяет несколько нитей вместе, скручивая их между пальцами. Получается прочная жила, которая может стать и нитью для шитья, и тонкой верёвкой, и материалом для будущей ткани.

Ренджи улыбнулся, довольный собой: от голого, дрожащего существа, проснувшегося в фиг пойми где, он дошёл до первого собственного материала.

— Не зря я тогда переехал в библиотеку.

Дальше он построил ткацкий станок из дерева. На станке, переплетая нити основы и утка, Ренджи получил ровную ткань. Наконец можно кроить одежду. Для верха он взял прямоугольные детали: перед и спинку, сделав глубокий V-образный вырез, а рукава — широкие и прямые. Нижний край вырезал асимметрично, по диагонали. Для штанов Ренджи выкроил два широких полотнища, у пояса сделал складки и зафиксировал их завязкой.

Шил он с помощью иглы, которую сделал из кости того самого оленя. В качестве нитей Локвуд использовал тонкие шёлковые волокна. Стачивал детали простыми ручными швами, края ткани подгибал, чтобы не осыпались.

В итоге получилась лёгкая и прочная одежда из шёлка: свободная, мягкая, с геометричными линиями и естественным кремовым цветом.

Наконец одетый, сытый и с крышей над головой, Ренджи позволил себе просто прогуляться по лесу. Сидя на тёплом солнышке, он услышал крик. Человеческий крик.

— Наконец-то свобода! — прокричал голос Тайджу где-то с другой части леса.

Ренджи ошарашено оглянулся на голос и, резко встав с места, побежал туда. Когда он добежал, то увидел ту самую пещеру с азотной кислотой. Войдя внутрь, Ренджи сразу заметил каменные осколки. Значит, Тайджу всё-таки пробудился.

Идя по следам, Ренджи вышел на поляну, где увидел ещё одну знакомую макушку.

— Сенку! Тайджу! — радостно выкрикнул Ренджи и, быстро подойдя к ребятам, забрал их в крепкие объятия. Всё же он скучал и думал всё это время, что они мертвы.

Тайджу сначала растерянно и с ужасом оглянулся на химика, но потом расплакался и тоже в ответ обнял его. Сенку с проблеском счастья посмотрел на него, но потом, еле покраснев, отвернулся, что-то бурча себе под нос.

⋄ Цель [Ишигами Сенку]
Симпатия: 146%/200%
«Он жив? Это же ведь мне кажется? Я уже думал искать его статую, всё же первым кого я воскресил — это Ренджи. Без него я не хочу восстановливать никакую цивилизацию»

— Я так волновался за вас! Я думал, что вы потеряли сознание и уснули, — наконец, отстранившись и активно жестикулируя, говорил Ренджи.

— Пробудившись, вообще не ожидал, что кто-то кроме меня проснулся! Вы двое как лучик света, — в ответ прокричал Тайджу.

Сенку внимательно смотрел в слепой глаз Ренджи. Он прищурился и будто что-то заметил.

— Ты видишь этим глазом? — спросил Ишигами, указав на его протез.

— А? Ну... когда окаменение спало, то протез уже не видел, — пожал плечами Ренджи, — а когда вы проснулись?

— Я специально считал время, чтоб не проснуться зимой, а летом или весной, — хмыкнул Сенку.

— А я зимой проснулся, — с пустой улыбкой проговорил Ренджи.

— Зимой? Ренджи-сан, как вы выжили? — тут же начал Тайджу. Вон даже Сенку уже незаметно напрягся и за рукава потащил Ренджи в своё убежище.

Встреча, в общем, прошла хорошо. Сенку теперь постоянно держит холодную руку Ренджи, невольно пытаясь согреть, а Тайджу кричит о своей любви к Юдзурихе и о том, что нужно быстрее её освободить.

— Нам повезло, что один из лучших химиков смог пробудиться сам, — сверкнул глазами Сенку, повернувшись к Ренджи.

— Что бы вы без меня делали, — как самый настоящий павлин в брачный период протянул химик.

Началось всё с той же азотной кислоты: как оказалось, именно она действует на камень, которым были покрыты люди. И если сознание всё-таки смогли сохранить, то с помощью азотной кислоты можно выбраться на свободу.

— Не думаю, что все здесь сохранили сознание, нужно, чтоб пробуждались и нейроны мозга, — задумчиво уставился Ренджи в одну точку, начиная гладить шрам.

Сенку всё это время экспериментировал с ласточками, которых находили ещё до окаменения человечества.

— Именно. Сама по себе азотная кислота нестабильна, а чтобы её уравновесить, нужен алкоголь, то есть этанол, — с ухмылкой протянул Сенку, хрустнув шеей. В этот же момент прибежал Тайджу с целой корзиной винограда.

— Тайджу, ты же моё солнце! — вот как можно было угадать такой подходящий момент?

Кинув всё в корзину, Тайджу начал измельчать виноград ногами, а Сенку с довольной миной смотрел на это. Радовался, что есть кому делать грязную работу.

Потом началось брожение. Каждый день перемешивали будущее вино, чтобы «шапка» мезги не закисла. Когда брожение разогналось, сок аккуратно отцедили от мякоти и перелили в бутыль под гидрозатвор.

Бутыль поставили в тёплое тёмное место на 3–6 недель. Перчатка на горлышке надулась, вода в гидрозатворе начала активно пузыриться. Когда выделение пузырьков почти прекратилось и на дне осел плотный осадок, вино осторожно слили через трубочку в чистую ёмкость.

После этого его закрыли и оставили дозревать ещё на 2–3 месяца.

Когда всё было готово, мы, конечно, попробовали. Тайджу же сразу выплюнул.

— Это реально вино?! — у меня тоже такая реакция была, когда я впервые узнал об этом.

— Теперь перейдём к самому интересному, — начиная смешивать азотную кислоту из пещеры и только что полученный этанол, Сенку злобно ухмылялся.

— Можно лицо попроще, — пробормотал Ренджи, отходя от Сенку ради безопасности.

И вот, ответственный момент. Жидкость выливают на каменную ласточку. Проходит минута — ничего не происходит. Когда уже все разочарованно поплелись к выходу, послышался треск.

Резко повернувшись, глазам ребят предстала картина: ласточка медленно начала просыпаться. Будто не она проспала 3700 лет.

— Я начал делать оживляющую воду год назад, не думал, что так быстро получится, — усмехнулся Сенку, подперевшись на плечо Ренджи.

— Не зря я раньше очнулся.

_________________🪷_________________

Извиняюсь что только одна глава😔, как только школа стабилизируется стану активнее.

Так же прошу прощения за ошибки.