Для вас - мистер Маус

Полицейская машина приехала ровно через полчаса. Всё это время Джеральд Маус стоял под козырьком круглосуточного магазина и хмуро глядел на мотогонщика, следя за тем, чтобы тот ненароком не удрал. Водитель же сидел верхом на сиденье мотоцикла, что припарковал возле обочины, без остановки курил и трещал с кем-то по телефону. За несколько минут до приезда полицейских на землю обрушился ливень, заставив прохожих не просто бежать, а мчаться до ближайшего здания, подобного тому, у которого прятался Джерри.

«Ха! Так я и знал, — подумал невысокий мужчина в костюме. — Похожий цвет заката всегда предвещает дождь».

Тем временем парень у мотоцикла неожиданно оказался в эпицентре урагана. Он подскочил со своего места и замельтешил, яростно выкрикивая что-то в трубку, прежде чем та, вероятно, повредилась от воды, выключилась и стала абсолютно бесполезной.

«Так ему и надо», — усмехнулся Джеральд, наблюдая за «плясками» незнакомца под дождём. Покрутившись рядом со своим железным конём, он руками оттолкал его куда-то за угол. Джерри про себя ликовал и, поглядывая на часы, дожидался момента истинного правосудия.

— И чего это ты тут ржёшь, сучоныш? — вдруг прозвучал знакомый наглый голос совсем рядом. Мистер Маус повернул голову и встретился взглядом с полными гнева глазами мотогонщика. По его злому лицу градом стекала вода, задерживаясь крупными каплями на кончике носа.

Джерри не заметил, как парень подошёл к нему, и теперь они стояли под козырьком вместе. Мужчине было не по себе: близость к людям его смущала, а к неуравновешенному парню рядом с собой — особенно.

— Не могли бы вы отодвинуться? — вкрадчиво спросил Джеральд, не скрывая своего недовольства от сложившейся ситуации.

— А ты не хочешь отдать мне ключи от моего же байка, мелкий паршивец? — огрызнулся в ответ гонщик, надвигаясь на Джерри, словно грозовая туча.

— До приезда полиции – и не подумаю, — громко фыркнув, твёрдо выдал мистер.

— Я же могу и силой у тебя их отобрать, гадёныш, как раз плюнуть, — снова грубо, резко, опасно заявил парень.

— Ну попробуйте. И тогда лишитесь не только прав, но и свободы, загремев на пару недель за решётку, — неожиданно для самого себя дерзко ответил Джеральд, однако тут же стушевался, осознав, что незнакомец только что ему по-настоящему угрожал.

— Вот как... — скривил губы в хищной усмешке юнец. — Мышонок хочет показать зубки, которые у него ещё не выросли?

Услышав угрозу в голосе гонщика, Джерри вжался в прохладную витрину магазина, что могло стоить ему запачканного пиджака, и принялся обдумывать, как образумить наглеца. Мистер Маус знал, что правда на его стороне, поэтому не мог позволить себе быть запуганным крайне неуравновешенным юнцом. Однако, не успев вымолвить и слова, он услышал, как вдалеке завыла сирена. Звук всё стремительнее приближался к ним, а затем на горизонте, между стеной рябящих серыми помехами высоток, показалась полицейская мигалка — как раз вовремя, пока Джеральд снова от волнения не наговорил лишнего.

— Мистер Маус? — стараясь перекричать дождь, уточнил полицейский, выглянувший из окна машины. — Прошу пройти в салон, а то нас всех здесь сейчас затопит.

— Если вы всё же хотите получить свои ключи обратно, то прошу следовать за мной, — предложил мистер, наслаждаясь явным раздражением на лице гонщика, которому пришлось отступить в присутствии офицеров. Затем, не глядя на незнакомца, Джеральд шагнул вперёд, прямиком под дождь.

В полицейской машине стоял плотный, душный запах табака, отчего Джерри почувствовал дискомфорт, прямо как несколькими минутами ранее, снаружи, стоя рядом с незнакомцем под козырьком. Мотогонщик сел на заднее сиденье авто следом за пострадавшим — чересчур близко, чтобы Джеральд смог почувствовать себя комфортно. Если бы не полиция, ему действительно могло достаться — ведь парень рядом с ним хоть и моложе, но значительно крупнее и, очевидно, сильнее. Из-за мыслей о возможной драке сердце Джерри непроизвольно сжималось, а тошнота от неприятного запаха и чувства угрозы, исходящей от одного конкретного человека в машине, не давала спокойно дышать и говорить. Пока офицер что-то писал в своих бумагах, мистер Маус отрешённо вглядывался в плотную стену дождя, так внезапно обрушившуюся на город. Всё, что он в тот момент мог делать, — это наблюдать через окно танец дождевых капель и слышать их бесконечный стук по крыше. Стараясь отвлечься, Джеральд думал о том, как рано ему завтра придётся встать на работу. Из размышлений его вырвал громкий бас одного из офицеров:

— Ваше имя, мистер, — обратился он к водителю мотоцикла.

В тот момент Джерри готов был поклясться, что увидел хитрую ухмылку на лице незнакомца. Его угловатый профиль не дрогнул даже в присутствии полицейских, а серые глаза выдавали всё тот же неизменный уверенный прищур, что и в момент, когда они с Джеральдом впервые встретились взглядами. Мужчина только и успел подумать о том, что юноша напоминает ему нашкодившего кота, как вдруг тот с гордостью и с тоном победителя, выигравшего эту жизнь, сказал:

— Томас МакКиттен, сэр.

Джерри скрыл смешок за тихим кашлем в кулак и сделал вид, будто нашёл нечто невероятно занимательное в разглядывании застёжки на своём коричневом портфеле. И всё же ему показалось, что мотогонщик по имени Томас немного стеснялся своей фамилии, потому что несмотря на напускное самодовольство, в его голосе послышалось лёгкое смущение. Воспоминания неожиданно промелькнули в голове, на секунду возвращая в школьные годы, когда каждый второй называл его «мышкой». Прозвище прилипло к нему на долгие годы вперёд не только из-за фамилии, но и из-за достаточно скромного, миниатюрного телосложения. Позднее, в университете, для одногруппников он стал «Микки», потому что кому-то это показалось смешным, а остальные подхватили. Джеральд был уверен, что даже сейчас некоторые студенты за спиной продолжают называть его каким-нибудь прозвищем, несмотря на должность старшего преподавателя.

Джерри уже давно не переживал по поводу прозвищ, оставив обиды и недовольства в прошлом. Однако же словам этого парня, небрежно брошенным с желанием унизить, удалось пробиться сквозь многолетнюю броню и отпереть засовы двери, за которой пряталась его детская рана. Щёки Джеральда вспыхнули от яростного негодования: какое право этот МакКиттен имел называть его так пренебрежительно? Пока Джерри тщетно пытался уложить события вечера у себя в голове, у одного из полицейских зазвонил телефон, он поднял трубку и долго стал что-то выслушивать от собеседника с противоположного конца линии. Пару минут спустя, положив трубку и спрятав телефон в карман брюк, он обратился к Томасу:

— Не смею Вас больше задерживать, мистер МакКиттен. Будьте так добры, мистер Маус, отдайте ключи от мотоцикла.

Джеральд, услышав это заявление, завертел головой и перевёл негодующий взгляд с безразличного лица офицера на невозможно довольного Томаса.

— Что здесь происходит? Почему Вы его отпускаете?

Раздражение охватывало Джерри всё сильнее с каждой новой секундой молчания правоохранителей, с каждой мимолётной и до безобразия хитрой ухмылкой Тома. И уж точно мистер Маус никак не ожидал услышать следующие слова от стража порядка:

— Мы будем разбираться в Вашем деле, мистер Маус, но ничего не гарантируем, потому что со стороны мистера МакКиттена не было замечено нарушений.

— Как это: «не было замечено нарушений»? — вытаращил карие глаза на полицейских Джеральд. Томас, сидевший рядом, задиристо хмыкнул, за что мистеру с портфелем мгновенно захотелось его придушить. — А как же то, что он чуть меня не сбил?! — возмутился пострадавший. — Поблизости наверняка есть камеры видеонаблюдения, Вы можете проверить...

— На данный момент мистер МакКиттен свободен. Удерживание личных вещей незаконно, мистер Маус, и приравнивается к краже. По этой причине прошу Вас вернуть мистеру МакКиттену его ключи от мотоцикла. Вы же можете проехать с нами в участок для заполнения других документов или обжалования имеющихся свидетельств, — выпалил офицер, словно на одном дыхании, и умолк. Всё, что мог видеть обалдевший Джерри в тот момент, пока вытаскивал из кармана брюк ключи от мотоцикла и отдавал их мотогонщику — это издевательскую, полную триумфа улыбку Томаса с двумя ровными рядами белых зубов, по которым парню так и хотелось проехаться кулаком.