Эпилог
Год спустя
Прошел год. С того момента,когда Глеб сделал мне предложение прямо в Новый год .Один маленький, упрямый, шумный и одновременно тихий год, наполненный бесконечным количеством первых раз.
Первый раз — когда я осознала, что больше не прячусь от жизни, а иду ей навстречу.
Первый раз — когда не спрятала чувства в тетрадь, а позволила им дышать.
Первый раз — когда поверила, что любовь может не разрушать, а спасать.
Теперь я — писатель. Странно произносить это вслух, будто в игре, где примеряешь на себя чужие роли, пока однажды не замечаешь, что они стали твоими. Я сижу за новым белым столом у панорамного окна в нашей с Глебом квартире — первой, общей, родной — и на коленях у меня лежит книга. Моя.
Первая.
Та, которая, возможно, не станет бестселлером, не разлетится по издательствам с грифом "сенсация", но она написана каждым битым куском моего сердца, каждой улыбкой, каждым словом, которое мы не успели сказать.
Я помню, как всё началось.
Университет.Письма. Странные, полные загадок, чужой боли и моей собственной тревоги. Тогда, в зимнюю ночь, я даже не подозревала, как эти строки изменят всё. Как переплетутся прошлое и настоящее, как Глеб протянет мне руку — и не отпустит, даже когда будет страшно, тяжело, даже когда молчание звучит громче крика.
И вот теперь — я держу книгу.
Не письмо.
Книгу.
В ней — наша история. Не только любовная, нет. Гораздо глубже. Это история о выборе. О том, как однажды ты решаешь не прятаться, не спасаться бегством, а поверить — пусть дрожащими руками, пусть с ранами, но поверить.
Я не писала её сразу.
Сначала были лишь фразы, обрывки, заметки на полях блокнота. Я писала, когда Глеб спал рядом, его ладонь всё ещё лежала на моей — будто даже во сне он не мог позволить себе отпустить. Я писала утром, когда в доме пахло кофе, и ночью, когда только уличные фонари освещали клавиши ноутбука.
Словно вычерпывала из себя всё то, что слишком долго молчало.
Глеб знал, что я пишу. Но не знал — что именно. Он не спрашивал, не давил, не подглядывал через плечо. Он просто был рядом — его тишина была самой бережной поддержкой.
А когда я закончила... я долго не решалась дать ему прочесть.
Но книга была не для мира.
Не для редакторов и читателей.
Она — для него.
Для того, кто стал моей реальностью после долгих лет снов.
---
> "Глебу.
За то, что нашёл меня — среди лабиринтов, сквозь шорох чужих писем, через дождь, через молчание и слёзы.
За то, что выбрал меня не однажды, а каждый день.
За то, что стал моей историей."
---
Я помню, как он читал.
Сидел в кресле, ногой качая воздух, пролистывая страницы неторопливо, вдумчиво. Я не дышала — не смела. А потом он закрыл последнюю страницу, посмотрел на меня... и ничего не сказал.
Он просто встал.
Подошёл.
Обнял.
Поцеловал.
И мне не нужны были слова.
Потому что это была не просто книга.
Это был мой крик.
Моя благодарность.
Моя любовь.
Теперь я знаю, что письма иногда приходят не для того, чтобы что-то объяснить, а чтобы открыть тебе путь. Чтобы встряхнуть, заставить оглянуться, вспомнить, кто ты есть на самом деле. Чтобы привести к тому человеку, с которым ты наконец поймёшь — жизнь, какой бы трудной она ни была, всё-таки стоит того, чтобы её прожить.
Я писатель.
Я — Алина.
И я люблю.
Не на страницах.
А в реальности.
И мы счастливы.
Навсегда.
Конец.