12 Часть: Ромка попался в ловушку.
–Идем, чего ты тянешься то? Так все гамбургеры раскупят!
Закат окрашивал небо в багровые тона, когда Антон подъехал к школе, снова, как и неделю перед этим. Отражение хмурого дня играло на лакированном боку его дорогущей BMW, на который он копил месяцами, можно сказать год проработал, чтобы нужную сумму собрать, но он не жалеет, машина – одна из лучших! Он наблюдал, как стайка учеников, на вид не больше шестых классов словно воробьи, вспорхнула в сторону продуктового магазина, который находился совсем неподалёку, чтобы лойк, было достаточно просто перейти через дорогу, конечно же, следуя правилам дорожного движения, осматриваясь внимательно по сторонам, прежде чем выбегать на дорогу. Конечно, находились и те, у кого адреналин в крови зашкаливал и на свою безопасность они плевать хотели, но они дети, что с них возьмёшь то? Предвкушая сладкую награду за учебные часы, они нетерпеливо столпились в очереди. Другие, более понурые, неспеша тянулись домой, влача за собой усталость, мечтая о том, чтобы отдохнуть от грохота доски и криков учителей.
–И он мне такой говорит...
До боли знакомый голос его младшего сына – Ромки донёсся до него сквозь приоткрытое окно машины, мальчик, увлечённый беседой, энергично жестикулировал перед своим лучшим другом Владом, не замечая ничего вокруг, выходя вместе с ним из школьного заведения.
–Рома, там кажется твой папа приехал...
Проговорил тихим голосом Влад, прерывая его на полуслове, когда взгляд цепляется за дорогую марку машины, – BMW, которая стояла у ворот школы, дожидаясь младшего. Ромка тут же обернулся, вздохнув, при виде знакомой машины, которая часто стоит у них, у подъезда. Встреча с любимым отцом не вызвала ожидаемой радости, ему хотелось хотя бы чуточку свободы, на лице мелькнула тень разочарования, настроение ощутимо ухудшилось.
–А? Ой, и вправду он.
Расставаться с Владом не хотелось, мир мальчишеских секретов и нераскрытых тайн оставался незавершённым, но заставлять отца ждать он не решился.
–Ладно уж, пойду я, до встречи.
Прощальное рукопожатие было крепким и немного грустным, это выдывали их глаза, кричащие о том, что им не хватило этого времени, чтобы обо всем поговорить. Ромка неспешно направился к машине, придерживая сползающий рюкзак на крохотном плече.
–До встречи! А… А когда мы сможем погулять?
Влад задал вопрос, в котором звучала неприкрытая тоска по прошлому, по их беззаботным временам, по их шуткам, по их прогулкам после уроков, безумно хотелось вернуть то время, когда их дружба была неразрывной, казалось, утекло сквозь пальцы...
–Не знаю, но я попытаюсь отпроситься у родителей, обещаю!
Ромка помахал ему рукой и ускорил свой шаг, отец терпеливо ждал, в машине, как всегда, пахло кожей и дорогим одеколоном, но сегодня этот запах казался каким-то чужим, отстранённым.
****
–Привет, пап!
Ромка резво юркнул в салон новенькой BMW, словно в свою уютную норку, и захлопнул дверь с приглушенным стуком, рюкзак соскользнул на кожаное сиденье, а на лице расцвела искреннее улыбка – маленькое солнце, согревающее даже самый хмурый день.
–Привет, малыш! Как прошел твой день?
В бездонных, зелёных глазах Антона плескалось отражение этой самой улыбки, запах дорогого одеколона смешался с детским ароматом, создавая неповторимый домашний уют, видя, насколько сияет его маленький сын, Антон сам непроизвольно улыбнулся, сердце на мгновенье согрелось.
––Отлично, только один придурок немного раздражал. А так, все как обычно!
В голосе Ромки проскользнула досадливая нотка, он вцепился в передние сиденья, словно пытаясь удержать ускользающее хорошее настроение. Конечно, в моменте хотелось от души врезать по уродливой физиономии этого Мельникова за то, что он так бессовестно подставил его, но в другую секунду мальчик поймал себя на ускользающей мысли, что если они с Мельниковым подерутся, это не повлечёт за собой ничего хорошего и его отцу придётся опять выслушивать директора.
–Надеюсь, вы не дрались?
Бровь отца вопросительно поползла вверх, Антон знал, что директор школы с нетерпением ждёт малейшего повода, чтобы обвинить его сына в необузданном нраве, обозвать его нежеланным отпрыском и вовсе испоганить настроение Шастуна.
–Нет, конечно, папа! Еще чего, я ведь не глупый.
Ромка отмахнулся, но в глазах промелькнули озорные искры. Да, по челюсти Мельникову врезать хотелось от души, но цена такой вспышки гнева была слишком высока, поэтому пришлось сдержаться, чтобы не навлечь на себя неприятности.
–Хорошо. Голоден?
Тихое «Ага» и короткий кивок были красноречивее всяких слов, деньги, выданные им на обед, давно и безвозвратно испарились в ненасытном, детском желудке, слишком уж энергичные нынче дети пошли, что еще сказать?
–Тогда в Макдональдс?
В салоне воцарилась гробовая тишина, наполненная предвкушением. Макдональдс – это не просто еда, это символ, маленькое приключение, самая лучшая награда, после долгого учебного дня, и Ромка знал, что в глазах отца он видит не только понимание, но и легкую грусть. Ведь такая мелочь, на самом деле, а его ребёнок уже сияет от счастья.
–Да!
****
–Ну что ж, заказывай.
Калейдоскоп неоновых огней Макдональдса отражался в широко распахнутых глазах Ромки, они стояли у интерактивного меню, перед мальчиком открывался целый гастрономический мир: Различные бургеры, пиццы, хрустящая курица, золотистая картошка фри… И все это – в его распоряжении. Неужели это является реальностью? Обычного отец не разрешал ему так много вредного... Что за случай, чтобы отец был таким снисходительным к нему?
–Правда можно заказать все, что хочу?
В голосе звучало неподдельное удивление, смешанное с детским восторгом. Отец аккуратно кивнул, давая ему своё разрешение, и Ромка на мгновение задумался, словно решая судьбу вселенной... Что же ему следует заказать?
–Тогда мне чёрный бургер, картошку фри и колу.
Радостная улыбка озарила лицо мальчика. «Чёрным» он называл бургер с угольно-черными булочками, с пикантной начинкой из красного лука, соленых огурчиков и сочной котлеты, чей вкус он выбирал каждый раз по настроению, но в большинстве случаев это была говяжья или свиная котлета.
Антон терпеливо оформил заказ сына, он выбрал себе скромный чизбургер и стакан апельсинового сока, на контрасте с аппетитами Ромки его выбор казался почти аскетичным, но верным.
–Пойдём.
Они заняли столик у окна, запах фастфуда, смешанный с запахом бензина и уличной пыли, создавал неповторимую атмосферу городской жизни. В этот момент, среди блеска и шума, они были просто отцом и сыном, делящими маленькую радость вместе. Ромка с жадностью вгрызся в свой «чёрный» бургер, когда заказ принесли, а Антон смотрел на него с улыбкой, зная, что эти мгновения – самые ценные в его жизни.
****
–Олег, подойди ко мне, пожалуйста.
Вечер окутал дом тишиной, Антон открыл входную дверь и застал старшего сына, Олега, поглощенным экраном компьютера, он рубился в свою любимую игру. Привычный мир игр рассыпался на пиксели, когда отец позвал его, Олег вздохнул. Вот на самом интересном месте прервал его!
–Окей.
Олег неохотно поставил игру на паузу, снял наушники и направился к отцу, гадая о причине столь внезапного вызова. Что уже могло случиться? Вроде бы, никаких неприятностей он не допускал. Или же он где-то всё-таки посчитался?
–Я тебя слушаю, бать.
Он уселся напротив, с благодарностью принимая из рук отца стакан тёплого какао, начало беседы казалось вполне безобидным, даже приятным, стоит учесть, даже некое напряжение начало отступать.
–Слушай, сын, не буду ходить вокруг да около. С моего телефона было отправлено сообщение учительнице. Не я его писал. Может, знаешь, кто это сделал от моего имени?
Слишком приторно-сладкий тон отца, фальшивая, натянутая улыбка – Олег сразу понял, что отец всё знает, но прикидывается дураком.
–Эм...
Олег прикусил нижнюю губу, лихорадочно соображая, прикидывая в голове варианты ответа, предать Рому он не мог, но и гнева отца избежать очень хотелось, глаза бегали по всему помещению, выдыхая его нервозность, волнение.
–Ну... Это...
Отец прервал его замешательство:
–И даже не думай мне говорить, что это сделал Рома, я не поверю в то, что восьмилетний ребёнок мог так корректно написать сообщение без единой ошибки.
Голос начал постепенно приобретать стальные нотки, от чего даже Олегу, которому уже давно не восемь становилось не по себе, парень вздохнул и чуть сжал свою штанину, он мечтал, чтобы этот разговор, который приносил такой дискомфорт и давление наконец закончился.
–Нууу... Вдруг ты сам написал и забыл? Годы летят, скоро и до пенсии не далеко.
Олег усмехнулся, он подумал, что шутка немного развеет сгущающуюся атмосферу между ними, но увидев холодный взгляд отца, улыбка тут же спала, сменившись волнением.
–Олег.
Процедил отец, парень чётко услышал каждую букву своего имени, сердце пропустило удар, взгляд отца проникал в самую глубину его души, затрагивая всё.
–Ладно, бать, харе кряхтеть, это я сделал.
Призвался Олег, выдохнув, кажись, отец в этот раз не оценил его шутку, неужели настолько зол от безобидного сообщения? Да, допустили погрешность тем, что хотели скрыть, но с благими намерениями же.
–Молодец, что могу еще сказать! Вы двое хоть представляете, в каком положении я оказался? Учительница подошла ко мне, спрашивает:«Вы разве не отпросили Рому? Сами же писали о том, что повезете его в поликлинику», а я не знаю даже, о чём речь, потому, что никакого сообщения я не писал и не про какую прививку я не был осведомлён!
Рявкнул на сына Антон, стукнув кулаком по столу, от чего стакан с какао затрясся, благо, Олег успел схватиться за стакан и жидкость не пролилась, только если пару капель.
–Прости, отец, просто мне стало жалко Ромку, вот я и решился на это…
Олег тяжело вздохнул, низко опустив свою голову, любовь к младшему брату, Ромке, была безграничной. Да, в детстве случались ссоры, как у всех, но сейчас они были неразлучны. За Ромку он готов был на все, даже на ложь собственным родителям, пусть и осознавал, что это неправильно, но если другого выхода нет, он пойдет на такое.
–Завтра утром мы поедем с ним к врачу, и это не обсуждается.
Антон не оставлял шанса на возражения, его голос был холодным, строгим, не терпящим протестов, Олег на секунду поднял взгляд, но тот час же опустил голову. Поездка к врачу означала опасность, прививку, как не крути, это всё-таки укол, а Ромка их панически боялся, именно поэтому Олег и решился на шантаж.
–Ох, Ромка, Ромка...
Отец направился к спальне, оставляя Олега в одиночестве. Тишина кухни давила. Олег посмотрел на стакан с какао, уже остывшим. Завтра будет тяжелый день....
***
На следующий день.
–Проснись и пой, малыш!
Антон, словно ласковый рассвет, ворвался в комнату сына, опережая назойливый будильник, который прондал младшему мозг по утрам, в полумраке колыхалось белоснежное одеяло, скрывая восьмилетнего Ромку, все еще плененного сладостным сном. Раздвинув шторы, отец впустил солнечный луч, который тут же пронзил сонный кокон, мешая ребёнку спать.
–Мгх... Папа...
Протестующий шепот вырвался из-под одеяла, Ромка попытался уклониться от назойливого света, безуспешно перевернувшись на другой бок, пытаясь заснуть обратно и досмотреть свой прекрасный сон.
–Просыпайся, совёнок, или же мне стоит понести тебя в ванную на руках, как я это делал, когда тебе было четыре года?
Антон осторожно присел рядом, опуская руку и очень нежно поглаживая шелковистые волосы сына, которые были такими мягкими и приятными на ощупь, а его ангельское личико так и грело отцовское сердце, он был таким милым в спящем состоянии, да и не только в спящем, он был чудесен всегда!
–Еще ведь совсем рано, папуууль…
Малыш укрылся одеялом с головой, не желая покидать уютное гнездышко, где грезились волшебные сны, где не было надоедливых одноклассников и истеричных учителей, которые за каждый вздох по мнению Ромы готовы поругать.
–Раз так, мы с тобой поступим по-другому, малыш.
Пауза, недолгая тишина. Антон, поняв, что уговоры бесполезны, решительно стянул одеяло с крохотного тела и с лёгкостью подхватил сонного мальчика на руки, ощущая влажную от пота майку, пропахшую детским запахом, одной рукой поддерживая под маленькой спинкой, другой – под крохотными ягодицами, слушая невнятное бормотание под ухом.
–Чисти зубки и умывайся.
Антон придвинул стул к раковине, опустил на него сына, помог удержать равновесие и включил тёплую воду, позаботившись о том, чтобы сам он ненароком не обжёгся.
–Мгх... Хорошо, папа...
Ромка начал постепенно просыпаться и протирать глаза своими маленькими кулачками, сонно зевая, стоя перед раковиной и чувствуя лёгкий холодок, так как его защищали лишь маленькие боксеры и тоненькая майка, которая еще и была влажной из-за пота.
–Умница, жду на кухне.
****
–Пап, я готов. Доброе утро, мама!
Ромка, свежий и более менее бодрый, как майское утро, спустился на кухню в чёрных штанах, белой рубашке и в чёрном пиджаке, широко улыбаясь. Там уже во всю колдовала мама, Ирина, нависая над тарелкой с аппетитными бутербродами, горячий сыр тянулся ниточками, дразня утренний аппетит, запах стоял на всю кухню, а возможно, и на всю квартиру.
–Доброе, мой хороший, садись завтракать.
Ирина с любовью поставила перед сыном тарелку с ароматными бутербродами, а затем, нежно коснувшись губами крохотного лба Ромки, потянулась за стаканом для тёплого чая, в этом простом жесте крылась вся материнская любовь и тревога...
–Давай, малыш, кушай, нам еще надо ехать.
Антон, стоя у окна и наблюдая за пробуждающимся городом, торопил сына, попивая чёрный кофе, так как он был из тех, кто не ел по утрам, в его голосе чувствовалась какая-то натянутость, словно он готовился к чему-то неприятному, но пока было не понятно, к чему именно, так как старший хранил это в тайне.
–Хорошо, папа.
Ромка, ничего не подозревая, кивнул и уселся за стол, подвинув к себе тарелку, бутерброды оказались невероятно вкусными, и он с удовольствием начал их уплетать за обе щеки, не о чём пока что не подозревая...
****
–Эм... Пап, школа ведь в другой стороне.
Ромка, хорошо пристегнутый на заднем сиденье, настороженно указал маленьким пальцем на мелькнувший за окном знакомый поворот. За этим поворотом, в уютном дворике, пряталась его школа, а они неумолимо катились в противоположную сторону. Куда?
–Тогда... Куда?
Голос Ромы дрогнул, он надеялся услышать заветное: "В парк", или "В кино, сегодня никакой школы", но отец хранил зловещее молчание, что начало его напрягать.
–Мы едем ставить твою прививку.
Слова прозвучали как смертный приговор, спокойствие в голосе отца контрастировало с паникой, мгновенно охватившей Ромку, когда он услышал слово «прививка».
–Прививку?...
Переспросил он, едва слышно, его крохотное, худощавое тело покрылось ледяными мурашками, страх поселился в его душе. Неужели отец все узнал? О том сообщении? О учительнице? О его трусливой уловке?
–Да, ту, о которой ты каким-то магическим образом забыл мне рассказать.
В голосе отца проскользнула еле ощутимая сталь. Ромка почувствовал, как неумолимо сжимается вокруг него ловушка, в которую он угодил. Прививка – это не просто укол, это крах его маленькой вселенной, где можно избежать неприятного, обманув взрослых, но сейчас, похоже, этот мир постепенно рушился, а впереди его ждала безжалостная реальность и зловещий кабинет врача, который так пугал мальчика. Паника нарастала, словно снежный ком, грозя погрести под собой все его надежды...
Антон взглянул на сына через зеркало заднего вида, ребёнок не плакал, мужественно держался, но старший заметил, как слёзы накапливаются на уголках его глаз, увы, его выдержка будет не долгой.