Легенда о хрустальной бабочке

В темноте блеснул жёлтый огонёк. За ним второй. Третий. Пятый, седьмой, одиннадцатый. Тёплый, почти солнечный свет маленьких звёзд, сотканных из магии, озарил аллею академии Фатум.

На улицу начали стекаться маги: первоклашки и почти выпускники, профессора и горничные. Близился Новый год, а значит, и бал. Промежуточные экзамены позади, а после бала долгожданные каникулы, объятия домочадцев и подарки за усердный труд.

Вдохнув поглубже морозный воздух и закашлявшись, Анастасия посмотрела на своих подруг. Они без зазрения совести кидали друг в друга искрящийся при свете фонарей снег, толкали в сугробы и заливисто хохотали на всю округу. Аристократка присматривала за ними и негодовала: «Как можно быть столь беззаботными? Уже девушки, всем по шестнадцать лет, а резвятся как дети малые».

– Лови!

Прямо в лицо эльфийки прилетел снежок.

Ошеломлённая этим, Анастасия стояла и пыталась сообразить, что же нужно делать, но, услышав почти гогот своих подруг, смиренно стряхнула и с укором посмотрела на одноклассниц.

– Девочки, это сущее баловство.

– Да будет тебе, Насть! И вообще, пошли к нам.

– Я уже говорила и повторяться более не намерена: я не люблю такие игры и не хочу играть.

–Почему не хочешь?

–Моего «не хочу» уже достаточно.

–Зануда, – протянула подруга и кинула ещё снежок в эльфийку.

В раздражении смахнув с себя снег, Анастасия направилась в свою комнату.

– Ну, Насть, прости!

Но эльфийка уже их не слушала.

***

В комнате Анастасия сбросила с себя мантию и легла в одежде на кровать. Вздохнув и отсчитав про себя до десяти, она медленно встала, аккуратно повесила одежду и поправила одеяло, сменила уличные перчатки на домашние, белые и лёгкие, длинной до локтя.

Негодование сдавливало грудь, но эльфийка за последние десять лет научилась с этим более или менее справляться.

Чтобы хоть как чем-то себя занять, аристократка села за своё платье.

Это было её платье. Эльфийка сшила его с нуля: делала замеры, чертила, кроила, искала шёлк и сатин изумрудного цвета, сшивала, подшивала, перешивала, колола пальцы до крови и работала, думала, мечтала.

Изумрудное, лёгкое, с неплотным корсетом, голыми плечами, небольшим декольте, объёмными рукавами и летящей юбкой до щиколоток. Свободное, лёгкое.

Красивое.

В шкафу было другое, парадное платье. Плотная парча, закрытая грудь и шея, длинные рукава, тугой корсет и подъюбник, подходящие к туалету перчатки, расшитые золотыми нитями и обрамленные неизменными маленькими чёрными алмазами, туфли, заколки, серьги.

Анастасия горестно взглянула но своё творение. Как бы она не любила это платье, аристократка понимала, что никогда не сможет его надеть. Дама она почти замужняя, к тому же высокородная, надо беречь честь своей семьи.

В коридоре послышались весёлые шаги. Эльфийка быстро спрятала своё платье и взяла лежащую рядом книгу.

–Эх, жалко, что ты с нами не осталась, – войдя в комнату и занося с собой морозную свежесть, почти пропела низкая подруга. Ни капли сожаления на её лице не было.

– Представляешь, он на меня посмотрел! – тут же начала щебетать высокая подруга.

Завязался светский разговор про мальчиков, мороз и прошедшие экзамены. Скорее, это был диалог: эльфийка лишь сидела, кивала, иногда односложно отвечала и ни разу не подняла глаза на своих соратниц.

Часы пробили девять, и воспитанницы готовились ко сну: смывали лёгкий макияж, расчёсывали волосы и проводили прочие уже ставшие рутинными процедуры.

Завтра будет предпоследний в их школьной жизни бал. Для девочек, ещё не нашедших, но страстно мечтавших о родственной душе, это был шанс найти его и провести последний учебный год вместе.

Для Анастасии это был очень красивый, но утомительный ежегодный ритуал, дающий всем чувство счастья, чуда, а кому-то безнадёги.

***

Утро началось рано, хоть и было воскресенье: беготня прислуги, студентов, занимающихся организацией, девочек, желающих быть самыми красивыми на столь важном мероприятии, в общем, лёгкий хаос и ощущение приближающегося праздника.

Хоть эльфийке и нужно было собираться, она всегда была рада помочь, поэтому выполняла мелкие поручения: принеси, отнеси, повесь, рассортируй, найди и так далее.

От всей этой кутерьмы кружилась голова, но аристократку это устраивало: она чувствовала себя значимой, нужной для этой школы.

К обеду всё было готово, и тогда настало время туалета.

Макияж, платье, причёска, мелкие детали и нюансы. Времени на сборы было потрачено немало, но результат был удовлетворителен: платье сидело хорошо, пучок был ровный, без торчащих волос, камни блестели, лицо не излишне накрашено, но веснушки и прочие мелкие недостатки не видны.

В половине пятого в комнату постучались.

–Войдите.

Дверь медленно открыл юноша. Волосы убраны, наряд с иголочки, улыбка широкая, глаза блестят.

– Вы готовы, моя леди?

– Конечно, милорд, – мягко ухмыльнувшись и с искусно выработанной нежностью взглянув на избранника, ответила Анастасия и встала из-за столика.

Невесомой, почти летящей походкой, аристократка подошла к жениху и взяла его под руку.

– Ты выглядишь невероятно, – промурлыкал Михаил.

– Ты тоже, – с приторным вдохом ответила эльфийка.

Они медленно и очень изящно направились к зале. На них смотрели с восхищением и завистью: обручённые истинные партнеры, нашедшие друг друга в раннем возрасте, да к тому же талантливые маги и аристократы. Их чета словно бы сошла с кисти живописца.

Анастасия расправила плечи и устремила взгляд вперёд: она привыкла к этим настырным взглядам, но каждый раз всё равно чувствовала лёгкую дрожь и покалывание в кончиках пальцев.

– Ты готова?

– Как и всегда, – с полуулыбкой ответила аристократка и прошла сквозь приветливо открытые двери.

От увиденного у эльфийки заблестели глаза: волшебные огоньки, блеск хрусталя, свечи, игрушки на исполинской ёлке, соловьиная трель волшебного оркестра, состоящего из скрипок, флейт, альтов, арфы и многих-многих других инструментов, но лишь с одним человека, учителем музыки, сидящего за органом, что стоял в самом конце залы как некий алтарь. Преподаватели в праздничных нарядах стояли по периметру и следили за учениками, семиклассники резвились, а старшеклассники пили что-то из своих бутылок и стайками прятались за колоннами, а совсем малыши крутились около ёлки и с упоением смотрели на сладости, которые строгие магистры пока ещё не разрешали брать. В общем, жизнь текла своей обычной в столь необыкновенное время чередой.

В зале уже были подруги Анастасии, и, откланявшись своему жениху, эльфийка двинулась к ним.

– А он ничего, – подметила высокая подруга, стрельнув глазками в сторону Михаила.

– Спасибо, – сухо отозвалась Анастасия и слегка приподняла уголки губ.

– Будешь сегодня танцевать?

– Если позовут.

– Ну а сама?

– Сама? – со смешком выдавила эльфийка. – Я дама, я могу лишь намекнуть.

– Насть, это правила этого вашего дворянского этикета, – рассуждала низкая подруга. – Но ты в академии, в чём проблема?

– Нельзя, – отрезала аристократка и взглянула на отворившуюся дверь.

Вошёл юноша странного внешнего вида: его волосы цвета жемчуга с помощью голубой ленты были завязаны в низкий хвост, некоторые прядки выбивались из причёски, чёрная рубашка, голубой галстук, чёрный жилет, брюки, туфли, очки и шрам на левом виске. Пожалуй, и не было в нем ничего необычного, но что-то не давало покоя Анастасии, притягивало её взгляд.

Но это наваждение длилось всего мгновение: рядом низкая подруга начала яростно дискутировать про традиции и манеры, и аристократка забыла про светловолосого юношу.

А вскоре и объявили начало бала: вышла директриса, поблагодарила всех присутствующих и отсутствующих, пожелала всех благ, затянув это на пятнадцать минут, и, откланявшись, объявила первый танец.

Правила школьного бала отличались от дворянских правил, и это было не удивительно: не все маги были аристократами, лишь около трети. Хоть магия и чаще возникала в семье магов, это было вовсе не обязательно, и даже самый простой крестьянин мог обучиться магии. Сами дворяне были нужны скорее как символ старого мира и устоев: остальные же маги жили в городах, занимались научной деятельностью или работал в правительстве, впрочем, как и любой немаг.

Анастасия искала глазами жениха: первый танец должен быть с ним. По правилам бала все должны станцевать первый танец, но дальше каждый волен делать так, как желает. Обычно эльфийка танцевала с Михаилом, а остальное время ходила от компании к компании и вела светские беседы, ела закуски и наслаждалась почти живой музыкой.

Юноша сам подошёл к невесте,и, поклонившись, поцеловал её руку, прижимая свою вторую к спине.

– Вы согласитесь подарить мне первый танец?

– Безусловно, – величественно ответила аристократка и положила ему левую руку на плечо, дав взять себя за талию.

Послышались первые аккорды, и музыка потекла по залу ручейком, двигая собою немного неловкие, стеснительные парочки юных возлюбленных и друзей, словно лепестки опавшей вишни в глади безмятежного озера. В этом водовороте юбок, девичьего смеха, блеска камней при свете хрустальной люстре, Анастасия слышала лишь счёт.

Раз-два-три. Раз-два-три.

Руки Михаила держали её уверенно и привычно: они танцевали вместе на каждом балу с их седьмого дня рождения, часто тренировались и на каникулах в родовых поместьях, и во время учёбы.

Скучающим взглядом эльфийка окинула взгляд и увидела светлую макушку. Её сердце забилось чаще.

Он был подобен волшебству, самой магии. Каждое его движение было грациозным, лёгким и плавным, шаг размеренным и точным, лицо было чувственным, преисполненным эмоциями и чувствами, жизнью.

Заглядевшись на него, Анастасия сбилась со счета и чуть не упала, но сильные руки партнёра не дали конфузу произойти.

– Что-то случилось?

– Нет! – выкрикнула аристократка и тут же смутилась. – Прости, моя вина, я ошиблась, я...

Эльфийка дёрнула ухом и посмотрела на партнёра. Он выглядел совершенно спокойным.

– Постарайся, дорогая моя, танцевать лучше. Не позорь нас, – с укором сказал жених, острым взглядом пронзая Анастасию.

– Д-да, прости, – стараясь незаметно надавить ногтями на ладонь, почти прошептала эльфийка и дёрнула ухом. Это получилось непроизвольно, но аристократку это раздражало: она не могла это контролировать и тем самым выдавала своё волнение.

К счастью, танец закончился: партнёры разошлись, поклонились, Михаил ещё раз прожёг невесту взглядом, а потом мило улыбнулся и направился в сторону к друзьям, желая хорошо провести время своей половинке. Анастасию аж чуть не усмехнулась от подобного обращения, но смогла сдержаться и лишь кротко улыбнулась, провожая взглядом суженного.

Делать было особо нечего: эльфийка медленно передвигалась по зале, приветливо болтала ни о чем со знакомыми и немного играла с детьми: в общем, убивала время как могла.

Аристократка посмотрела на большие часы, левитировавшие над головами учеников.

Шесть часов.

Час с начала бала прошёл, значит, можно спокойно пойти в комнату.

Но сердце не желало.

Эльфийка поискала взглядом подруг. Девочки отдыхали в компании молодых людей. Они пересеклись взглядами, но ни приглашения, ни улыбки не последовало.

Хмыкнув, Анастасия пошла к фуршету. Сладости – вот что могло значительно улучшить этот вечер.

Воровато оглядевшись, аристократка взяла несколько маленьких печенек и, спрятав их в ладошку, незаметно отходила от стола.

– А ты сладкоежка.

От резкого звука эльфийка вздрогнула и тут же замерла, медленно переводя глаза на источник звука.

Перед ней стоял светловолосый парень и насмешливо улыбался.

– Я Вам помешала?

– Нет, что ты, всё хорошо. Я Бенедикт, – не спуская глаз с Анастасии и излишне манерно поклонившись, сказал юноша.

– Моё имя Анастасия, рада знакомству, – стараясь не обращать внимание на выходку нового знакомого, аристократка уважительно наклонила голову и хотела уйти.

–Стой, – Бенедикт схватил её за руку, – ты уже хочешь уйти?

– Если не сочтёте за грубость, я бы хотела покинуть Ваше общество.

– Сколько манерности, – цокнув, пожаловался студент, не отпуская руки эльфийки.

«Сколько наглости» – подумала Анастасия, пытаясь легко стряхнуть его руку.

Вдруг музыка затихла. Начинался новый танец. Студенты зашептались и заговорщически смотрела друг на друга.

– Ох, мазурка, – вспомнил Бенедикт и лукаво посмотрел на девушку, – леди...

Он отошёл, перехватил руку девушки по-удобнее, чтобы та лежала у него на ладони, поклонился и, не спуская с аристократки глаз, поцеловал перчатку, другую руку выставив рядом, не убирая за спину.

Анастасия думала, но туман в голове мешал. Она могла отказаться от танца, но зачем? С женихом она танцевала, уговоров у них нет, да и бал на то и создан, чтобы танцевать.

– Почту за честь, – со сдержанной, но искренней улыбкой ответила на предложение аристократка.

Бенедикт с воодушевлением поднялся, взял девушку под руку и отвёл к остальным парам. Печенье осталось одиноко лежать на столе.

По залу разлилась стремительная мелодия мазурки. Дамы и их кавалеры сражались друг с другом в танце, показывая все свои лучшие движения: девушки были соблазнительницами, объектами страсти и восхищения, но при этом и возлюбленным существом, милым и нежным; юноши же были смелы и ярки, будто укротители дикого зверя, но и не скрывали свою Афродиту, показывая всем её красоту и изящество, хвастаясь своей удачей.

Акценты в музыке сменялись друг другом, заставляя танцоров импровизировать, сбиваться с ритма и создавать свой.

От этого нежного, но страстного танца кружилась голова: тёплые руки, с нежностью, но уверенно держащие за талию, почти переплетённые пальцы, глубокий взгляд пьянили.

Это было не как с женихом. Это было ярче, глубже. Живее.

– А ты хорошо танцуешь, – между делом сказал Бенедикт, закружив аристократку в очередном повороте.

– Вы тоже недурны, – с некой издёвкой протянула Анастасия.

– Почему бы нам не перейти на «ты»? Как-никак, мы танцуем мазурку.

У аристократки больно кольнуло сердце. Как она могла забыть? Ей же прямо в лицо сказали, что это мазурка.

«Михаил меня убьёт»

Глазами эльфийка встретилась с женихом. Её ухо дёрнулось: он был крайне недоволен.

– Твой парень? – поинтересовался партнёр, проследив за взглядом аристократки.

– Жених.

– Ох, тогда ладно.

– Что? – недоуменно спросила Анастасия, вскинув голову и с вопросом посмотрев в глаза студента.

– Ты же аристократка, а у вас женихи обычно по политическим причинам, а не по соображению любви.

Эльфийка смотрела на него с укором и удивлением.

– Он моя родственная душа.

– Тогда почему ты не с ним?

Этот простой вопрос загнал аристократку в тупик.

– Ну, ты же меня позвал.

– Нет, почему ты изначально была одна?

– А с кем ты танцевал первый танец? – стараясь перевести тему, тут же вопросила Анастасия.

– Переводишь тему? Хорошо, – Бенедикт хмыкнул и спокойно ответил. – Это моя бывшая девушка. Обещал ей недели две назад подарить первый танец на Новогоднем балу, вот и пришлось исполнять.

– Ох, мне жаль.

– С чего это? Я её бросил.

– На всё есть свои причины, не буду судить.

Бенедикт приподнял кончик губ и с одобрением взглянул на партнёршу.

Под их разговор танец закончился: пара поклонилась друг другу.

Анастасия хотела было направится к жениху, но её под руку взял Бенедикт.

– Куда так спешишь? Я должен провести тебя до стола и поухаживать за тобой. Всё-таки я танцевал с тобой мазурку.

– Ты не обязан, это просто норма, – выдохнув, медленно говорила аристократка. – К тому же, меня ждёт мой суженный, и я должна объясниться с ним.

– Да брось, это просто танец.

– Не ты ли только что говорил про какие-то обязательства после мазурки? – с укором спросила Анастасия и тут же замолчала. – Извини, это было грубо, я не должна тебя попрекать.

– Мне нравится, – улыбнувшись как кот, промурлыкал Бенедикт. – Слушай, давай сначала выслушаем тост, поедим, а потом уже все разборки.

Пара направилась к столу, где уже собрались студенты: стояло множество столов, образовывавших сверху букву «ш»: три длинных ряда столов для учеников младшей, средней и старшей школы соответственно, и стол для учителей, перпендикулярный остальным.

Бенедикт галантно отодвинул стул и посадил в него Анастасию. Сам сел по правую руку от неё и завязал лёгкую светскую беседу, приправленную дружелюбными насмешками и колкими замечаниями в адрес любого человека, одновременно накладывая аристократке нравившиеся ей блюда.

– И ты правда это сказал? – надтреснутым голосом спросила эльфийка, еле удерживая смех.

– Не веришь мне? – лукаво спросил Бенедикт, смотря своими голубыми, как небо с лёгкими белыми облачками глазами будто бы в саму душу аристократки.

– Что самое ужасно, верю, – хихикнув и слегка наклонив голову, произнесла Анастасия. Рядом со студентом ей было спокойно, она даже почти забыла о манерах, слегка сгорбившись и без прикрытого счастья смотря на стороннего юношу.

– Не отвлекаю? – как гром среди ясного неба раздался сзади голос.

– Михаил? – не успев собраться, испуганно ответила эльфийка и тут же дёрнула ухом.

– Ох, так это вы жених этой леди? – сложив руки на груди, спросил Бенедикт, высокомерно взглянув на стоявшего юношу.

– Всё так. А Вы?

– Её друг, а ещё тот, кто спас Вашу милую невесту от одиночества. Вот Вы мне как мужчина мужчине скажите, – закинув ногу на ногу, отчеканил студент, – по какому такому праву Вы оставили свою половинку? Тем более на мазурке, это же уму непостижимо!

– На то были обстоятельства, – слегка замявшись, ответил Михаил и с укором взглянул на невесту, от чего так почти вжалась в стул.

– Ах, обстоятельства! – притворно радостно воскликнул Бенедикт. – Это какие, позвольте узнать?

– Что Вы себе позволяете?

– Это ВЫ что себе позволяете? – вскочив со своего места и прижавшись вплотную к сопернику, прошипел студент. – Вы посмели бросить свою невесту, свою родственную душ одну, и не на пять-десять минут, а почти на час, так ещё и не пригласили её на мазурку! Для нас, конечно, простых смертных, это значит не так много, однако, о чудо! Вы и есть аристократ! Вам как никому другому должно быть известно, что мазурка – танец-признание, танец-чувство, танец-шанс для влюблённого сердца показать всё своё намерение и проложить дорогу к общему, а значит, и к совместному будущему! Конечно, если бы Вы были лишь договорным женихом и невестой, то это было бы легко понять: чувств нет, так и к чему показывать пустоту! Но вы истинные! И-с-т-и-н-н-ы-е! Вы должны любить друг друга и быть рядом постоянно!

– Это на что Вы намекаете, сударь? – выслушав гневную тираду и едва сдерживаясь от эмоционального всплеска, прошипел Михаил.

– Да на то, что никакие вы не родственные души, и-

–Стойте! – воскликнула Анастасия, подскочив со своего места и встав между юношами лицом к Михаилу.

Это было тяжело для аристократки: привлечь к себе столько внимания, так ещё и таким возмутительным образом.

– Раз так, то быть дуэли, – уверенно отчеканил Михаил и бросил перчатку на пол. В его глазах читалась непоколебимость.

– Нет, нет, я запрещаю вам! – запротестовала эльфийка и сжала рубашку жениха. – Это лишь мелкое недоразумение, я сама с ним поговорю, успокойся, прошу!

Анастасия чуть ли не дрожала от стыда и страха. Михаил с укором на неё смотреть: лезть в это дело было не в её власти, но не мог же он ей это предъявить перед толпой.

Заметив её слегка дрожащие плечи, Бенедикт положил свои тёплые ладони на её локти и прошептал на ухо:

–Прости, я не хотел тебя расстраивать.

Эльфийка медленно кивнула и выдохнула, повернувшись к другу.

Бенедикт, победно улыбаясь, поцеловал руку студентки и одними губами сказал: «Мы ещё встретимся». Анастасия смущённо улыбнулась, и, вновь повернувшись к своему жениху, заняла решительную позицию.

– Поговорим?

– Даже удивлён, что ты сама предложила, – хмыкнул жених и заозирался по сторонам. – Пошли на балкон.

Эльфийка выдохнула и направилась вслед за стремительно уходящим аристократом.

Выйдя на свежий воздух, Анастасия почувствовала зимнюю прохладу и волнение. Ещё минуту назад на была настроена решительно, но сейчас её смелость таяла на глазах.

– Итак, что ты хотела сказать? – насмешливо начал Михаил.

– М, я хотела сказать, что вызывать его на дуэль было лишним, – тихо начала эльфийка.

– Лишним? – перебил её жених. – Ты в своём уме? Он порочил нашу честь своими наглыми речами! Да как он смел!

Аристократка дёрнула ухом и склонила голову. Её било мелкой дрожью то ли от холода, то ли от страха.

Михаила внимательно на неё взглянул и хищно улыбнулся.

– Боишься? Правильно. Ты должна меня уважать, – горделиво вскинув голову, надменно произнёс аристократ. – Подойди.

Медленными шагами и не поднимая головы, эльфийка подошла к жениху и протянула ему правую руку, сняв перчатку.

Михаил взял её руку в свою и сильно нажал. От его пальцев пошёл нестерпимый жар, созданный магией.

Аристократка не кричала, лишь с подступавшей к глазам влагой смотрела на место появления нового ожога, расцветавшего среди других огненных бутонов.

Удовлетворённый своим результатом, жених убрал руки.

– Я мог бы, конечно, наказать тебя отдельно за все три твои ошибки, но, раз уж сегодня праздник, сделаю тебе небольшой подарок, – со смешком сказал маг.

Михаил кинул ей какую-то ткань в лицо и вышел с балкона. Эльфийка осталась одна на балконе и плакала, перематывая свою руку брошенной тряпкой.

Внезапно послышался скрип открытой двери.

– Леди?

Это был Бенедикт. Меньше всего она хотела видеть его сейчас.

– Уходи, – сипло попросила аристократка.

Студент осмотрел балкон и, увидев брошенную перчатку и прячущую свою руку Анастасию, стремительно подошёл к ней.

– Уходи! – прокричала эльфийка, мотая головой и прижимая к себе раненную руку.

На её плечи упал пиджак, а тёплое дыхание опалило ухо.

– Всё хорошо, я рядом.

Слёзы градом покатились по щекам девушки, и она обернулась и уткнулась лицом в грудь Бенедикта.

Он аккуратно сжал её плечи и гладил по волосам, тихо приговаривая что-то успокаивающее. Эльфийка не слушала его, но от его размеренного голоса и дыхания становилось легче, спокойнее.

Они простояли так минут десять, пока Анастасия не отодвинулась и с благодарностью и смущение взглянула на друга.

– Спасибо, – тихо просипела она.

– Ты хочешь про это поговорить?

Эльфийка помотала головой.

– Может, позже, но не сегодня.

– Я тебя услышал, – проговорил студент и взглянул на её руку. Он не показал удивления, но в его глаза читался ужас и медленное осознание.

Анастасия растерялась и тут же убрала руку за спину.

– Что это?

– Это? Моя рука, – пыталась отшутиться эльфийка, но по тяжёлому взгляду друга поняла, что в этой ситуации такое поведение неуместно.

Бенедикт ещё пару секунд тупил взгляд, а потом, на задавая лишних вопросов, нежно, но уверенно взял её за запястье, снял ткань и внимательно рассмотрел ожог.

– Он магический, – то ли спрашивая, то ли утверждая прошептал студент. Его брови сдвинулись к переносице.

Одним движением руки он наложил охлаждающее заклинание и самое простое исцеляющее. От ожога магии оно помогало лишь для скорейшего образования шрама и уменьшения боли, но не могло полностью исцелить.

Закончив, Бенедикт достал из кармана жилета белый платок и заботливо замотал ожог эльфийки, стараясь не рассматривать её другие шрамы, и, подняв с земли перчатку, натянул на её руку с нежностью, почти ласково.

– Как я понимаю, нам лучше больше не видеться сегодня?

Аристократка расстроено кивнула головой и с сожалением посмотрела на друга.

– Прости.

– Ты не виновата. Но если что, – он заговорщически шептал эльфийке, взяв её за руки, – я всегда где-то рядом.

Опьянённая новыми эмоциями и старыми переживаниями, Анастасия ярко улыбнулась и с нежностью смотрела на нового знакомого. Казалось, будто бы они не знакомы лишь час, а всегда были вместе.

Бенедикт подмигнул и первым вышел с балкона. Через пять минут эльфийка последовала за ним.

В толпе она увидела своих подруг: они весело щебетали о чем-то.

– Насть, представь, я с таким парнем познакомилась, – заметив подругу, тут же начала рассказывать высокая подруга.

Её монолог длился минут пятнадцать и был полон различными восклицаниями и повторениями. О состоянии Анастасии никто не спрашивал, хотя она была понурой и с размазанным макияжем, а ещё с чужим пиджаком на плечах.

К ним подлетел поднос со стоящим на нём шампанским: взрослым воспитанникам оно разрешалось в небольших количествах, ведь они всё равно его принесут, а так хоть можно удостовериться, что все будут целы после этого вечера.

Анастасия взяла фужер не глядя и немного пригубила.

– Ох, у меня меньше, – воскликнул низкая подруга, взглянув на количество игристого вина в своём бокале.

– Разлилось, наверное, – предположила эльфийка.

– Слушай, а дай мне свой!

Анастасия поперхнулась.

– Почему я?

– Тебе что, жалко для подруги? – тут же начала строить из себя обиженную низкая подруга.

Чтобы не продолжать этот разговор дальше, аристократка поменяла их бокалы и выпила из своего нового весь алкоголь почти залпом.

Студентки ошеломленно смотрели на неё, а эльфийка лишь победно улыбнулась и поставила на летающий поднос обратно стакан.

– Была «невероятно» рада с вами поболтать, но меня жду дела, – с неприкрытой насмешкой сказала Анастасия и покинула общество своих «верных друзей».

Краем глаза она заметила Михаила в компании парней и девушек: он беззаботно смеялся и ласково смотрел на какую-то девушку. У аристократки защемило сердце: у её истинного появилась симпатия к кому-то?

Повернув голову, она наткнулась на внимательный взгляд Бенедикта. Эльфийка улыбнулась к нему и решительна подошла.

– Что-то случилось?

– Нет, – помотала головой Анастасия и подняла свой взгляд. – Ох, ты с подругой, прости.

Рядом с Бенедиктом стояла красивая девушка, с враждебностью смотрящая на эльфийку.

– Ох, это Эмилия, моя партнёрша, я с ней танцевал сегодня, помнишь? Эмили, это Анастасия.

– Приятно познакомиться, – поклоном поздоровалась аристократка.

– И мне, – кивнув, ответила новая знакомая и полностью повернула голову к Бенедикту, не желая даже смотреть на волшебницу.

Эмилия что-то щебетала Бенедикту, а тот вполуха её слушал, смотря на Анастасию. Ей было неловко от сложившейся ситуации, но она не уходила и смотрела на друга в ответ.

– Эмили, извини, я отойду ненадолго, – впервые посмотрев на свою бывшую возлюбленную за последние минут 5, сказал маг и, не дожидаясь ответа, аккуратно взял под руку Анастасию и отошёл с ней к фуршету.

– У тебя что-то случилось? По глазам вижу, что ты расстроенная.

Эльфийка глубоко вдохнула.

– Ты слишком догадливый.

– С тобой да. Ну так что?

Аристократка постаралась как можно суше рассказать свою историю: она не была какой-то вопиющей, просто захотелось поделиться.

– Ты должна им всё высказать.

– Зачем?

– Как зачем? Чтобы ни знали, что тебе неприятно и больше так не делали.

– Это бесполезно, так что я просто смирилась.

– А почему ты смирилась?

Анастасии не хотелось продолжать этот диалог, поэтому она повернулась у нему и встала в позу.

– Сейчас начнётся танец. Бал всё-таки, мы должны танцевать.

– Лиса, – лукаво прошептал Бенедикт и взял партнёршу за талию.

Они танцевали весь вечер: их дыхание сбилось, а ноги устали, да и периодические хмурые взгляды Михаила выбивали из колеи, но Анастасия была счастлива.

– Почему я тебя раньше не видела? – во время одного из танцев спросила аристократка.

– Я перевёлся лишь месяц назад: до этого я учился в другой академии, около моря. А потом ты меня не видела, потому что я на год тебя старше, а между занятиями ты не особо смотришь по сторонам.

– Ты меня видел до этого?

– Конечно. Ты же отличница, лучшая ученица своего года, постоянно около преподавателей и в библиотеке.

– Ох, сейчас мне так неловко, что я тебя до этого не замечала.

– Это нормально, даже не переживай. Зато мы сейчас вместе.

Анастасия заворожённо смотрела в его глаза, и музыка резко остановилась. Усиленный магией голос директрисы начал свою очередную речь про счастье и будущие успехи учеников. Студенты слушали вполуха и перешёптывались между собой. Потом через магическую трансляцию школа услышала поздравления от царствующей семьи, и, под бой курантов, вскинули руки вверх и запустили разноцветные искры в небо, к потолку, крича что-то и смеясь.

Анастасия запустила зелёный огонёк в небо и радостно смеялась, подобно колокольчику, лишь на мгновение повернув голову к Бенедикту. Он с нежностью смотрела на неё и вдруг взял за руку. Эльфийка почувствовала, что её рука через перчатку будто горела огнём, и очень смущалась, но ответила взаимностью на данный жест.

В конце концов, это был лишь один вечер. Больше они не увидятся, не поговорят и не потанцуют.

Верно же?