Глава 28.
POV Ирина:
Утро пришло и ушло. Я его не заметила. Я его проспала. По случаю Никиного приезда, точнее уже уезда, мама разрешила не идти в универ. Я бы и обед проспала, если бы не подруга. Она проснулась и начала греметь чайником, громко топать, в общем, делать все то, что так ненавидят по утрам спящие. Я упрямо заставляла себя спать еще минут двадцать после ее пробуждения. Но аромат кофе лез мне в нос и заставил открыться глаза. Живот забурчал, напоминая, что не плохо было бы и перекусить. Мамы не слышно. Она, наверное, уже ушла на работу. Превозмогая голод, я пинками направила свое тело в ванную. Очень глупо вчера было ложиться не помывшись полностью. Потому что в волосах застряли частички ягод, от шоколада и сливок местами волосы превратились в неаппетитного вида комочки, на руках и ногах тоже кое-где виднелись разводы. Хорошо, хоть лицо отмыла. Проведя в ванной добрых сорок минут, наконец, почувствовала себя человеком. На кухне Ника приготовила завтрак и съела его почти весь.
- Неужели спящая красавица почтила нас своим присутствием! – обрадовалась мне она. – Мы уже и не чаяли.
- Кто "мы"? Ты и твоя воображаемая подружка? – улыбнулась я и стащила последний блинчик с тарелки вперед Ники.
Пикируясь таким образом мы позавтракали. Ника засобиралась.
- Мне пора ехать, бабушка уже звонила. Заждались.
- Уже? – расстроилась я.
- Да. Тем более у тебя все равно планы, - хитро подмигнула мне подруга. Я вспомнила о свидании с Андрияненко и нахмурилась.
- Планы подвинуться! Подожди, ты же спала! Или нет?! – я шутливо ткнула ее в живот. Она рассмеялась и отскочила.
- Не настолько крепко, чтоб не слышать вашего воркования!
Я бросилась за ней, желая покарать, но Ника ловко сманеврировала и прорвалась с кухни.
- Подслушивать нехорошо! – вопила возмущенно я, заскакивая за этой негодяйкой на кровать в моей комнате, но Ника уже у окна, защищается стулом.
- Не так хорошо, как подглядывать! – поправила она меня со смехом, - Потому что то, что я увидела у подъезда, мне очень понравилось!
Мы гонялись друг за другом и вопили на всю квартиру, как в былые времена. От смеха уже болели животы, когда соседи застучали по батарее. Мы снова рассмеялись и обессилено растянулись на полу.
- Я отменю встречу с Андрияненко. Давай сходим куда-нибудь напоследок? – предложила я.
- Нельзя отменять, - вздохнула подруга.
- Я все равно не хочу с ней встречаться, – надула я губы, - А с тобой хочу. Пойдем?
- Нет, после вчерашнего ты обязана с ней встретиться. Она устроила все это для тебя. Ты тоже должна постараться.
- Никто её не просил. Я терпеть её не могу. Заносчивая, самовлюбленная дура. – принялась я смаковать любимую тему, какая Андряиненко плохая, - Сколько она мне гадства сделала, а теперь в отношения набивается. Нашла дурака. Дуру. Нужна она мне. Моя жизнь стала такой тяжелой и ненормированной из-за неё. И вообще, это все точно не может быть правдой. У неё наверняка какой-то план коварный...
- Да хватит ныть! – вдруг прервала меня Ника суровым тоном. – Хоть раз в жизни просто возьми то, что она предлагает, а не ищи в этом подвох! Просто рискни! Ты ничего не теряешь, зато можешь заполучить влюбленную в тебя богачку! Ты не обязана ей отвечать взаимностью, но попробовать стоит! Надоела! В твоем случае можно применить слово «зажралась». На твоем месте все девчонки страны мечтают оказаться, но она выбрала тебя. Все само тебе на блюдечке упало. Ты совсем идиотка?
Подруга всерьез разозлилась. Я даже опешила от ее тирады. С чего она так разговаривает со мной? Думает, это подарок судьбы, когда тебя все ненавидят и регулярно травмируют? Тогда у нее проблемы со здравомыслием. Я надулась.
Ника заметила мою обиду после долгого молчания.
- Прости, я перегнула. Просто я поняла вчера, что ты была права на счет Юры. Меня злит это еще больше оттого, что ты видишь истину в нем, но не видишь в Лизе. У тебя, конечно, есть основания ей не доверять, но у меня нет. И я вижу все иначе. Ты нравишься ей даже не просто как девушка, а как человек. А это не просто постель и даже не влюбленность. Это уважение. Если ты позволишь этому случиться, она будет любить и боготворить тебя всю жизнь.
Ника встала и ушла в ванную. А я осталась лежать, обдумывая услышанное. Её отношение изменилось кардинально, да. Даже не так. Она сама будто бы изменилась. Но ведь я всегда считала, что люди не меняются. Они только меняют маски. Это одна из них? Вообще-то, она не похожа на человека, который станет притворятся ради выгоды. Это я не к тому, что она такая благородная. Ей просто нет в этом необходимости. Зачем претворяться человеку, который может просто брать все необходимые выгоды не напрягаясь? И сейчас она хочет меня. Но я ведь не тот случай, да? Меня нельзя просто «взять не напрягаясь» образно говоря, не подумайте никаких пошлостей. Или она хочет, чтоб я сама к ней пришла. И для этого играет такую роль. Чтоб я голову потеряла от её совершенства, мда. Хочет победить таким образом?
Да что я совсем уже какую-то ерунду горожу! Сама ведь понимаю, что ей нет необходимости идти таким сложным путем. Логичней было бы предложить мне денег. Я бы отказалась, конечно. И она это могла предположить, поэтому не стала действовать так грубо. Хотя она уже предлагала мне деньги за то, чтоб я её простила после инцидента в чулане, а я на них книжек купила.
Ну, вторым шагом тогда было бы запугивание. Если меня лично запугать не получилось, можно угрожать маме. Тогда я на что угодно пойду. Черт побери, он же этим уже пользовалась! Только не так, как могла бы. Просто мелко шантажировала, так сказать. Обед, домой отвезти и все. Что за дура! Не понимаю её!
Она ведь действительно испробовала все методы. Но за ними не таилось для меня ничего плохого. Пока. Это может значить только одно - что я ошибаюсь. Не понимаю её. Неужели она действительно не хочет моего поражения. В смысле, чтоб я капитулировала и исчезала из её жизни. В смысле, чтоб я унизилась и пала ниже некуда... Короче, вы поняли, перепала с ней. Потому что её методы такие нелогичные.
Или как это говорят, может она хочет еще и мое сердце разбить? Чтоб уничтожить меня и внутри... тогда это логично: строить из себя хорошую, вежливую, классную такую. Влюбленную, проще говоря. Чтоб я как дура повелась и тоже влюбилась. Взлетела как можно выше, чтоб мое падение было более эпичным. И смертельным. Кажется, я уже приходила к этому выводу. Только тогда мысль о том, что я могу влюбиться в Андрияненко, была невероятной. Но нет смысла отрицать, что мое сердце уже начинает предавать меня. Я странно стала реагировать на неё.
Ай, я слишком много думаю. Совсем запуталась! Хватит анализировать! Просто повтори сама себе клятву: я никогда не скажу Андрияненко, что влюблена в неё! Даже если мир сойдет с ума и это действительно произойдет. Что бы ни было, никогда не произнесу этих слов! Никаких чертовых признаний. Точка.
Зазвонил телефон. Не глядя на номер, я на автомате ответила.
- Еще не забыла про свидание?
Ну конечно, кто бы еще это мог быть. Андрияненко собственной персоной. И как я могла согласиться на это? Черт меня дернул. Бес попутал. Красивая такая кареглазая дьяволица. Тьфу!
- Ты слышишь меня?
- К сожалению. – выдавила кисло я. Все же отказаться от своих слов я не могу. Ну, уж я ей устрою сегодня!
- Отлично. Буду через два часа, будь готова. Ненавижу опоздания. – деловито заметила эта нахалка и отключилась.
Отключилась, блин! Наглая самоуверенная дура! Может я передумала! Или заболела! Или у меня другое непредвиденное обстоятельство! И вообще!
Я набрала её сама.
- Что-то хо... - начала она, но я её перебила.
- Это мое свидание! Я решаю, когда оно состоится!
Я даже топнула ногой от раздражения.
- Ты и так решила, что оно сегодня.
- Вообще-то это ты решила! - попыталась вставить я, но меня проигнорировали.
- А поскольку в твою дыру ехать столько же, сколько до луны на велосипеде, - невозмутимо продолжила Андрияненко, - я прикинул оптимальное время. Пока доеду, пока уедем, пока погуляем или что ты там захочешь, пока вернемся. Оптимальное время для встречи – три часа.
Андрияненко отвечала спокойно и обстоятельно. Убедительно. Что бесит меня еще больше!
- В четыре. У меня дела! – рыкнула в трубку и сбросила.
В раздражении бросила телефон на кровать. Чтоб сразу же топать к нему, потому что он снова зазвонил. Брать не хочется.
- Что еще?!
- Мне нравится, когда ты так злишься. Приеду в два и помогу с делами, - ехидно и со смехом в голосе ответила Андрияненко. Вот же! Что бы придумать...
- Меня не будет дома! – быстро выдала я. Точно, поеду Нику провожать к бабушке, с чемоданом помогу по транспорту.
- А где ты будешь? – вкрадчиво спросила Андрияненко.
- Ника уезжает, провожать... – начала я, но оборвала себя. - А вообще не твое дело!
И правда, фигли я отчитываюсь?
- Когда она уезжает?
- Скоро! Что пристала? Отключаюсь.
- Я отвезу вас. Буду через час. – услышала я прежде, чем нажать кнопку сброса. Вот придурошная! Я раздраженно стала набирать сообщение, потому что слышать её больше не хочу!
«Ты слишком навязчивая! Мы обойдемся без твоей помощи! До встречи в ЧЕТЫРЕ!»
Ответ пришел незамедлительно.
«Сделаю вид, что не получала сообщение, чтоб скорей увидеть твою злую рожицу»
Я чуть не бросила телефон в стену, когда прочитала это. Зашедшая как раз в комнату Ника уронила от неожиданности фен, когда я завизжала.
- Не в себе что ли? – ошарашено уставилась она на меня.
- Андрияненко, скотина! – хотела было я пожаловаться на её наглость, но передумала, вспомнив ее реакцию двадцать минут назад. – Настаивает на том, чтоб подвезти нас. – решила ограничиться таким пояснением я.
- Нет необходимости. Я уже вызвала такси. – Ника критически оглядывала фен на предмет повреждений. Удовлетворенно кивнув, когда фен зашумел, она сунула его в чемодан. Туда же планомерно отправлялись ее вещи, здесь и там разбросанные по комнате.
- Уже? – расстроилась я, - А я хотела тебя до бабушки проводить.
- Не надо. Ехать ведь черти куда, не успеешь вернуться. Ради меня ты должна быть на свидании! – примирительно прищурилась она.
Бабушка ее жила в пригороде. Но на метро я бы за три часа успела туда и обратно приехать. Даже если опоздала бы, ничего страшного. Приличным девушкам положено.
- Как хочешь, - загрустила я. Очевидно, ей моя помощь не нужна. Между нами, что называется, кошка пробежала. Сквозняк.
Никин телефон просигналил о том, что такси ожидает у подъезда. Она виновато на меня посмотрела. Заколебавшись на секунду, она ринулась ко мне и крепко обняла.
- Я буду ужасно скучать. Выходные были незабываемыми. Спасибо тебе за все. И прости.
- Ты прости. Я уже скучаю.
Мы разрыдались, как дуры. Ника наскоро утерла слезы и мы потащили ее багаж на улицу. Там еще раз обнялись и она упорхнула. Стало очень одиноко. Я еще минут пять стояла и пялилась на пустую уже улицу. Пока Саша не подкрался сзади и не заорал на ухо.
- Привет, пропажа! Меня выглядываешь?
У меня вся жизнь перед глазами промелькнула и сердце чуть не выскочило из груди от неожиданности. Крепко я в мысли погрузилась.
- Дурак! Чуть инфаркт не получила! – хлопнула я его по плечу. Тот ржал, аки конь, согнувшись пополам и едва не падая, тыкая пальцем в сторону моего обкакавшегося лица и что-то неразборчиво хрюкал. Я бросилась на него с кулаками.
Когда он отсмеялся, а я достаточно сильно его побила, мы пошли наверх. Я напомнилала, что Ника приезжала. Он извинился, что не отвез, и расстроился, что не повидались и принялся жаловаться на Катю, мол, она его замотала. На работе уже все над ним смеются, друзей не видел неделю, мама намекает на внуков. Я только злорадно посмеивалась, все же его девушка мне решительно не нравилась. Да и подзатянулись их отношения. И нет, это не ревность. Не совсем ревность. Немного обидно было, что он стал так мало уделять мне времени. Глупая детская обида, я знаю, поэтому запихнула ее поглубже. В любом случае я ему прозрачно намекнула, что пора бы ему кого получше найти. Он только пожал плечами.
Мы, кстати, благополучно разместились у меня на кухне и пили чай. Когда пришла моя очередь рассказывать, он только присвистывал. Про Зазу история его повергла в шок и злость. Но все же наказание мое посчитал слишком жестоким. Я лишь снова повторила, что мне жаль только того, что не я сама отбила ему все его причендалы. Саша только поежился от моей кровожадности и поспешил перевести тему. Расстроился, что лимузина не видел.
- Вот такое я сегодня устрою ей свидание. – самодовольно поведала я конец истории.
- Обалдеть! Гном охмурила Андрияненко! Хочешь, чтоб я в это поверил? Нет, нет, нет. И ты её на рынок поведешь гардероб обновлять. Чушь какая, хоть бы что правдоподобное выдумала, - смеялся надо мной Саша. Я разозлилась.
- Не веришь, конопатый?! Я тебе докажу. Андрияненко скоро за мной заедет! – я взглянула на часы и поняла, что уже почти два. – Через час! А я не собрана! Сиди тут и жди! Я собираться.
Только я встала из-за стола, как мой телефон пропищал о сообщении.
«Я у подъезда, спускайтесь!»
Какого хрена? Неужели она серьезно писала, что приедет так скоро?! Я думала, она просто позлить меня хотела. Я выглянула в окно. Знакомый белый автомобиль стоял под подъездом. Наследница миллиардов невозмутимо оперлась на его капот своим царским задом и уткнулась в телефон. Саша выглянул тоже. Восхитившись крутой тачкой он поинтересовался, не Андрияненко ли. Я только кивнула, набирая сообщение.
«Меня нет дома. Приезжай через час» - решила соврать я чисто из вредности. Нет, ну а кто её просил приезжать так рано?
Видимо, прочитала сообщение, потому что задрала голову на наши окна. Я отшатнулась. А Саша нет! Я торопливо и его утянула, дав подзатыльник.
- Дома меня нет, а ты торчишь в окне! – объяснила я его возмущенной физиономии. Он все равно ничего не понял, но я лишь махнула рукой. Телефон запищал.
«Не умеешь врать даже в смс))) Если бы ты уехала провожать подругу, то не смогла бы вернуться через час. К тому же я точно видела кого-то в окне. Мама на работе. Кто тогда дома, если не ты?»
Я хлопнула себя по лбу в сашиных традициях. Тот хмыкнул, прочитав из-за моей спины сообщение. Как я могла так со временем проколоться!?
- И ты еще! – рыкнула на Сашу, - Проваливай уже домой!
- Вот еще. Я тебя провожу. Заодно и убедюсь, что это именно Андрияненко. – сложил он руки на груди.
- Убедюсь? – с жалостью посмотрела я на него. Пробурчав себе под нос о невежестве лучшего друга, я поплелась переодеваться. Не забыв впрочем из все той же вредности отправить смс.
Д: «Я не с Дашкой! Буду через час.»
Ц: «А С КЕМ???»
Ц: «И ГДЕ?»
Д: «В КАРАГАНДЕ, с любовником»
Ц: «Датчик показывает, что ты дома. Выходи»
Д: «КАКОЙ ЕЩЕ ДАТЧИК??? СЛЕДИШЬ ЗА МНОЙ???»
Молчание. Какого лешего?! Я убью её! Натянув джинсы и толстовку, я бросила Саше ключи, чтоб закрыл квартиру, и помчалась вниз. Датчик слежения на меня повесила? Маньчка! Сталкер!
Я выскочила из подъезда и бросилась на андрияненко, сжимая кулаки перед кровавым боем. Она ухмылялась, сложив руки на груди и задрав одну бровь. Но когда до неё оставалось не больше трех шагов, мой пыл почему-то испарился и нападать на неё я не решилась. Воинственный настрой, впрочем, никуда не делся. Я уперла руки в боки, остановившись в трех шгах.
- Как ты посмела следить за мной? Не думаешь, что это перебор! Какое ты имеешь право так врываться в частную жизнь чужих людей? Это подсудное дело! И вообще это ненормально! Я, конечно, знала, что ты психичка, но зачем так наглядно демонстрировать свое сумасшествие? Сталкер невменяемый! Шпионка!
Пока я ругалась, Андрияненко старательно прятала улыбку и делала серьезный вид. Но вины или покаяния ни на миг не промелькнуло!
- Смешно тебе? – я даже все слова от его наглости растеряла. - Бесстыжая! – не придумала я ничего лучше. Тут она не выдержала и рассмеялась. Я тоже не выдержала и принялась её колотить по всему, до чего могла дотянуться. С трудом сквозь смех она смогла перехватить мои руки.
- Я такое слово уже лет десять не слышала. В последний раз меня так наша престарелая няня называла, когда я за горничными подглядывала.
Я прекратила вырываться и взглянула на неё, подняв брови. Андрияненко поняла, что сказала и поспешила оправдаться:
- Это она так думала! На самом деле я хотела проверить, качественно ли они убирают мою комнату. А одна из них валялась на моей кровати, между прочим! Проехали. – она прекратила смеяться, но отпускать меня не спешила. – Нет никакого датчика, не будь наивной. Я просто знала, что ты так отреагируешь. Не сказала бы так, и пришлось бы мне тут стоять целый час, с тебя станется. А так вон как ты быстро собралась.
Андрияненко выглядела донельзя довольная собой.
- Меня просто развели! Взяли на понт! А я повелась! Как последняя дура! – сокрушалась я, не осознавая, что говорю вслух.
- Любишь шпионские фильмы? – веселилась Андрияненко. Я посчитала ниже своего достоинства отвечать. – Датчики – прошлый век, сейчас все уже встроено в смартфон, - серьезно ответила она и открыла в приглашающем жесте дверь машины.
Настал мой час! Вдоволь насмеялась, шут гороховый? Смотри, как бы плакать не пришлось. С самой доброжелательной улыбкой я медленно шагнула к ней вплотную. Улыбка на её лице сменилась недоумением. Я улыбнулась еще шире.
- Ты немного пугаешь сейчас, - сглотнула она и посмотрела вдруг на мои губы. Я почувствовала, что краснею. Она подняла в удивлении брови, заметив это, и стала наклоняться, восприняв мое смущение, как добрый знак. Так, главное не переиграть. Когда она была совсем близко, я мстительно прищурилась и злорадно ухмыльнулась.
- На маршрутке поедем. – шепнула я почти ей в губы.
И хлопнула дверью, едва не прищемив её пальцы. Андрияненко вздрогнула и даже головой потрясла, сбрасывая наваждение. Я почувствовала удовлетворение и усмехнулась, гордая собой. Так её Лазутчикова. Её же вчерашним оружием. Красотка.
Андрияненко немного повозмущалась для проформы, но согласилась. Стоило нам войти в маршрутку, как на её лице поселилось брезгливое выражение. Почти с ужасом она посмотрела на поручни, и решила к ним не прикасаться. Я уже успела пройти назад и сесть у окна. Она подошла и с тем же ужасом посмотрела на не самые чистые сидения. Пробормотав что-то о том, что придется отправить в утиль брюки и пиджак, она осторожно присела на самый краюшек с самым несчастным видом. Происходящее мне нравится все больше! А как её перекосило, когда рядом с ним плюхнулась какая-то женщина и их ноги соприкоснулись – не описать словами. Я отвернулась к окну и тихо смеялась в кулак. Она же, стараясь расширить пространство между собой и женщиной, скоро почти размазала меня по стеклу. Я пыталась её оттолкнуть, но тут женщина начала возмущаться и ругаться на нас. Мол, вот пошла молодежь, мало того что места не уступят, так еще и толкаются. И такая у нее речь была зажигательная, что скоро ей стала половина маршрутки поддакивать. Другая половина стала намекать, что мало того, что кто-то слишком много ест и занимает полтора места, так еще и говорит много, не дает покоя нормальным людям. Спор нарастал. Андрияненко уже почти села мне на руки.
- Слишком близко! – выдавила я. – Выходи давай, приехали.
То, как она выходила, стараясь ни к кому не прикоснуться, надо было видеть. Тетка, которая нас обругала, подтолкнула её в спину. Она разозлено повернулась, в маршрутке в миг похолодало. Я поняла, что сейчас она скажет что-то ужасное. Но лучше бы ей это не делать.
- Тут тебе не Империаль, тебя и поколотить могут. Выходи, давай, - подтолкнула я её к выходу, пока маршрутка не поехала. Та сдержалась, и направилась было к выходу, но споткнулась о чью-то ногу и полетела бы на пол, если б не успела схватиться за поручень. С горем пополам мы выбрались. Она с отвращением смотрела на руку, будто на ней поселилась колония, простите, глистов. Я хмыкнула и достала из своего рюкзачка влажные салфетки.
- Да это же кунскамера какая-то! – взорвалась она. - Как там можно ездить? Антисанитария, вонь. Поэтому и люди злые такие. Это самое ужасное, что со мной происходило за всю жизнь. А эта тетка? Она домогалась ко мне? Так прижималась, фу.
Андрияненко остервенело оттирала руку, громко сетуя на жизнь. А я смотрела на неё одновременно со смехом и недоверием. Она точно с другой планеты. То, что мне кажется таким обычным и привычным, для неё самый настоящий ужас.
- С этого и начинается мой мир. Мой уровень. Раз он тебе так не нравится, может, на этом и закончим наше свидание?
И, правда. Ни к чему хорошему это все равно не приведет. Андрияненко остановилась и невозмутимо посмотрела на меня, за секунду справившись с эмоциями.
- Я не буду больше жаловаться. Я просто пережила социальный шок. Куда дальше? – упрямо возразила она и бросила салфетку в урну с пяти шагов. Попала. Вот что значит баскетболистка. Я завистливо, но одобрительно кивнула. Андрияненко сразу скорчила горделивую морду.
- Нам туда, - указала я направление, откуда шла основная масса народу, под аккомпонимент аплодисментов у меня в голове. Тараканьих, надо понимать.
Рынок. Я веду Андрияненко на рынок. Жестоко, согласна. Но что делать? В такие места не ходят на свидания, да, но мы же должны одеть её под мой уровень. А то что это за очередной дизайнерский костюмчик? Стоит наверняка бешеных денег. Хотела попасть в мой мир? Придется одеться соответственно и на себе прочувствовать, какого быть обычным человеком.
- Одежду надо сменить, - напомнила я, когда она поинтересовалась конечным пунктом нашего назначения.
- Рынок, - отстраненно прочитала она вывеску над широкими воротами. – Рынок? – повернулась она ко мне с интересом. Я кивнула. – Я думала, рынки под открытым небом остались в средневековье.
- Не все, как видишь, - весьма довольная собой ответила я, а Андрияненко скривилась. Это точно будет незабываемо.
Мы прошли ворота и пошли по узким рядам. Здесь и там раздавались завлекающие выкрики, сновали люди и пахло жженым маслом из пирожковой. У Андрияненко был несколько испуганный вид. Непривычно видеть её такой. Даже стало немного жаль её. Но не сильно. Зато весело. Она крутил головой по сторонам с такой скоростью, что я запереживала, как бы она не отвалилась. На шарнирах она у неё что ли?
- А та девчонка! Она узнала меня, но не поверила глазам! Могу представить, что было бы завтра в СМИ, а сегодня у всех светских блогеров, – сокрушалась Андрияненко часом позже в дешевом суши-баре, задумчиво и без аппетита ковыряясь в каком-то супе с лапшой. – Что это вообще?
- Мисо-суп. Разве ты не это заказывала? – удивилась я, поедая роллы.
Хотя бар и недорогой, но готовят тут божественно. На мой вкус. Конечно, Андрияненко так легко не угодить. И не только в еде. Когда я выбрала ей джинсы модно-рваные и футболку с принтом популярного рок-исполнителя, она потребовала купить ей еще и очки с кепкой. Чтоб её никто не узнал. Потому что у меня не просто убогий вкус, это самый настоящий позор. Я с удовольствием намекнула на чью-то зависимость от общественного мнения. Да и что она возмущается, круто одета же. Вон все кашолки в баре на неё как жадно смотрят. Одна даже уже осмелилась подойти, но Андрияненко так на нее посмотрела своим фирменным Андрияненским уничижительным взглядом, что она ретировалась из кафе за минуту. Несчастная.
Совсем совести нет, видят же, что девушка не одна! Или я прозрачная?
- Но здесь... Не важно. А у тебя что? – посмотрела она в мою тарелку голодным взглядом. У меня сразу кусок поперек горла встал, и я с трудом сглотнула.
- Калифорния с креветкой и аляска с окунем. Вкусно. Хочешь? – невольно предложила я. Голодная же, еще и смотрит так. Та обрадовалась и забрала мою тарелку. В ответ на мой возмущенный взгляд она подвинула мне свою. Я смиренно попробовала. Не шоколадный фонтан, конечно, но съедобно. К тому же если чаем запивать, то очень даже ничего. Андрияненко быстро проглотила остатки роллов и стала поглядывать и на суп. А её не прокормишь, подметила я. Торопливо доела, а то она наглая, заберет еще.
По счету хотела заплатить сама, все же это я её пригласила. Но она не позволила. Не смотря на смехотворную сумму, она настояла. Даже не поверила сначала, что это не шутка и что это в рублях. Причем не в тысячах. Для меня такой счет – обычное дело, но если её он так удивил, страшно представить, какой чек за обед для неё является обычным.
Выйдя на улицу, мы остановились. Что же дальше делать? Так далеко я не планировала. Думала, она еще из маршрутки сбежит. В крайнем случае, с рынка. В суши мы пошли, потому что они по пути попались, и мы были голодны. Хотя, откровенно признаться, я и сейчас голодна. Да и Андрияненко наверняка тоже. Волей судьбы взгляд упал на вагончик с шавермой.
- Ты ведь тоже голодна? – я коварно улыбнулась, предчувствуя очередную гадость – сердцу радость. Андрияненко отрицательно покачала головой, проследив за моим взглядом. – Я угощаю!
Шаверма ей неожиданно понравилась, хотя она ногами и руками упиралась, когда я ей совала ее в рот. И когда я съела лишь половину и больше не могла, она уже покончила со своей и посмотрела в сомнениях на вагончик.
- Я не хочу подходить ближе и видеть, как и из чего это делают. Но я хочу еще, - она посмотрела на меня с намеком. Я протянула ей свою. Она взяла. – Вообще я имела ввиду, чтоб ты сходила и купила еще, но и так сойдет.
- Не брезгуешь доедать за чужими людьми? – едко поинтересовалась я, поражаясь её скорости поедания этой пищи богов.
- Я хочу тебя поцеловать. Как я могу брезговать твоей едой? – невозмутимо ответила она.
Я подавилась воздухом от такой её откровенности. Как она может так просто говорить о таком?! Снова я краснею. Она заметила мои красные щеки и улыбнулась, дожевывая мою шаверму. Я отвернулась. И какого черта мне так неловко?! Веду себя как наивная школьница. Ну и что, что я ни с кем не целовалась, уверена, у Ники губы ничем не отличаются. Да, конечно, она учила меня целоваться еще в четырнадцать. Только мне это так пока и не пригодилось. Нельзя демонстрировать свою совершенную неопытность в таких вопросах. А то засмеет еще, не целованная в почти восемнадцать. Меня можно с динозаврами сравнивать в современном мире похоти и разврата. Только они вымерли, а я вот нет. Пока.
- Что дальше в программе? – спросила она, вытирая салфеткой свою довольную сытую физиономию.
- Честно говоря, я так далеко не загадывала. Ты оказалась крепким орешком. – пожала плечами я и хихикнула, заметив кетчуп на носу у Андрияненко. Она восприняла этот смешок, как смущенное восхищение и выпячила грудь. Я только фыркнула её самодовольству.
- Предлагаю пойти в кино. Судя по фильмам, именно это делают на свидании.
Я мстительно прищурилась. Попалась.
- Любишь сопливые мелодрамы? – припомнила я её шутку про шпионские фильмы.
- Нет. Занималась самообразованием перед парным свиданием, - слегка смущенно ответила она.
То-то первой мыслью при осмотре стола под тентом вчера сразу возникла ассоциация с фильмами. А она обстоятельно подходит к делу. И хотя это немного нелепо, но у меня почему-то вызывает уважение. Не знаешь, как сделать все наилучшим образом – посмотри, как это сделал кто-то другой и повтори. А она, получается, посмотрела несколько вариантов и выбрала самое лучшее. Такого человека ждет успех, да.
- Пойдем тогда что ли? Тут недалеко станция метро. Ближайший торговый центр с кинотеатром в нескольких остановках.
Метро, как ни странно, не стало очередным социальным шоком для богатенькой девушки. Кажется, она уже освоилась. Хотя за поручни все еще старалась не держаться. Благо, людей было не так много.
В кинотеатре выбор был между мелодрамой-комедией, боевиком и приключенческой фантастикой про пиратов. Не споря ни минуты, мы единогласно выбрали последний вариант. И сильно удивились. Такое единодушие? У нас? Это нонсенс. Того гляди, красный снег пойдет.
В зале потух свет. Началась реклама. Андрияненко не смотрела на экран, а повернулась ко мне. Стало неловко, и я вопросительно посмотрела на неё. Он отрицательно помахала головой. Я пожала плечами и повернулась к экрану, старательно пытаясь сохранить невозмутимое выражение лица. Попытки сосредоточится на просмотре фильма терпели феерические провалы. Андрияненко продолжала пялиться, вгоняя меня в краску. Я всерьез забеспокоилась о возможном самовоспламенении от смущения. Что она делает? И зачем? Это раздражает. Пытаясь расслабиться, я откинулась на кресле и положила руки на подлокотники. С одной стороны никого не было, а с другой Андрияненко сложила руки на груди. Однако стоило мне это сделать, как моя рука попала в плен к Андрияненко. Я попыталась ее вырвать. Как всегда безрезультатно.
- Что ты делаешь?! – прошипела я, продолжая дергать рукой.
- То, что обычно делают парочки на свидании, - упрямо ответила она и отвернулась к экрану с видом чрезвычайно заинтересованного фильмом человека.
На нас зашикали и я перестала вырываться.
Это было так странно. Андрияненко держит меня за руку. Та самая, которую я ненавижу. Немного волнительно. И смущает. Постепенно моя ладонь расслабилась и я сделала вид, что смотрю кино. Но я ничего не видела. Чувствовала лишь, как сначала и её ладонь медленно расслабилась. Она больше не держала, но я не попыталась вырвать руку. Мне не хотелось. Эти ощущения были слишком волнительными и любопытными. Что же будет дальше – этот вопрос заставлял меня томиться в ожидании. Её рука такая большая. И теплая. Надежная. Потихоньку она начала перебирать мои пальцы. Поглаживать их. Я покраснела до корней волос. Стало очень жарко. И еще более любопытно. Что будет, если я тоже сделаю это? Будет ли ей так же неловко? Прекратит ли она тогда? А вдруг совсем уберет свою руку? Тогда это будет маленькой победой.
Я повернула свою руку на подлокотнике ладонью вверх, переплела свои пальцы с ничего не ожидающей Лизой и быстро поменяла наши руки местами. То есть теперь её рука лежала на подлокотнике, а моя сверху на её руке. Андрияненко напряглась и повернулась ко мне. Я сделала вид, что ничего не понимаю, и вообще, это не моя рука, и продолжила невозмутимо пялиться на экран. Боковым зрением я видела, что она стал смотреть на наши руки. Чувствуя себя как на минном поле, я стала повторять её движения: перебирать и поглаживать её длинные пальцы. Такие мягкие и теплые. Мелькнула мысль, что странно ей иметь такие мягкие руки. Хотя где ей мозоли-то зарабатывать?
Она не сопротивлялась, нисколечко не смутилась, и руку убирать не спешила. А потом и вовсе включилась в игру, бесстыдная гадина! Все пошло несколько не по плану. Вдруг она крепко схватила мою ладонь другой рукой и потянула на себя. Я не ожидала такого подвоха и фактически упала ей на грудь, но осталась на своем сидении. Попыталась упираться, но она обняла меня за плечи левой рукой, продолжая правой удерживать мою ладонь. И зашипела мне в ухо, которое теперь было прямо на её плече.
- С огнем играешь. Ты сама ступила на этот путь. А теперь испугалась?
- Вот еще! – прошипела в ответ и демонстративно устроилась поудобнее.
Посмотрим, кто испугается первым. И хотя я и дрожу от страха, ни за что не отступлю.
Когда я показала, что не собираюсь убегать, её хватка ослабла и рука на плече расслабилась. Я вдруг почувствовала себя очень уютно. Снова это ощущение надежности. Как странно. Если не думать, кто она, а просто отдаться этим ощущениям, то неловкость исчезает. Тепло. Спокойно. Не боясь, что она увидит это, я закрыла глаза. Странное чувство. Удовлетворение? Радость? Что это? В животе как будто пузырьки. Неужели это и есть бабочки? Как волнительно.
Идиллию разрушил свет. Кино кончилось. Я вздрогнула, Андрияненко тоже. Я поспешно подскочила с кресла, и она не стала удерживать. Растерянно оглянувшись, она подняла взгляд на меня. Стало неловко, и я тут же спрятала глаза.
- Пойдем что ли? – кашлянула я, чтоб скрыть неловкость. Она поднялась, и я пошла вперед. Щеки предательски пылали. Кажется, сегодня я исчерпаю лимит смущения. И что на меня нашло?! Что бы это ни было, это было слишком интимно. Слишком близко.
- Хороший фильм, - посмотрела на меня Андрияненко, догоняя и подстраиваясь под мою скорость.
- Ага, - кивнула я, совершенно в этом не уверенная, - Смешной, - зачем-то добавила, наблюдая за её ногами. В её широком шаге два моих.
- Разве?
- Не знаю, - улыбнулась робко я, бросив на неё короткий взгляд. Она кивнула и тоже улыбнулась.
Мы были уже в холле, когда я столкнулась с какой-то девушкой. Слишком много людей, как для понедельника.
- Ой, простите, - поспешила извиниться я.
- Глаз нет, корова?! – взвизгнула та, поднимая с пола и отряхивая сумочку.
- Выражения выбирай. Сама прешь не глядя. – вмешалась возмущенно Андрияненко. Я в успокаивающем жесте положила ладонь ей на грудь.
- Офигел, лоху... ой! Это же! Вы же Елизавета Владимировна Андрияненко?! – вдруг сменила гнев на милость эта хамка. Я растерялась, зато Андрияненко никогда не испытывает это чувство.
- Ты обозналась, - угрожающе бросила она и быстрее потянула меня к выходу. Но хамка не отставала.
- Постойте! Меня зовут Лиза Сливки. У меня канал на ютубе о знаменитостях. Миллион подписчиков. – она с трудом поспевала на своих шпильках за нашим быстрым шагом. – Постойте, вы были на свидании? Это Ваша девушка? Как ее зовут? Это договор или любовь? Дайте комментарий!
Я оглянулась. У нее в руках уже был телефон с камерой и небольшой квадратный микрофончик. Я поспешила спрятать лицо.
Вот это ситуация! За нами папарацци гонятся. Как в звездных новостях.
- Остановитесь! Пожалуйста, ответьте на вопрос. Вы впервые замечены с девушкой. Все так серьезно?
Андрияненко резко остановилась и я врезалась в её спину. Она повернулась ко мне и тихо сказала:
- Не показывай свое лицо на всякий случай.
Я послушно кивнула, не желая больше светиться в интернете. Она перевела взгляд на подоспевшую блогершу. Обошла меня. Дальнейшее я не видела, зато слышала.
- Скажите, пожалуйста... - начала она, обрадованная нашей остановкой, но Андрияненко ее прервала.
- Заткнись. И не смей ходить за мной. Я тебя уничтожу, если хоть одно слово обо мне скажешь. – послышался треск, я аккуратно посмотрела в низ на источник шума. Андрияненко раздавила ее телефон своим ботинком. – И если в сети появится хоть одно фото девушки, даже если не у тебя, то ты мучительно, но быстро умрешь. А теперь исчезни.
У меня мороз по коже побежал от его ледяного голоса с драматическими устрашающими паузами.
Послышались быстрые удаляющиеся шаги и всхлипы. Я облегченно выдохнула. Если даже мне, видавшей всякое, стало так не по себе от её тона, не представляю, что чувствует она. Вот и прежняя Андрияненко. Холодная, жестокая, всемогущая. Хотя я уже тертый калач в общении с этой её стороной, сегодня успела забыть о том, какой она может быть. И кто она вообще. Юная миллиардерша и знаменитость, за которой охотятся СМИ. А я могла стать её проблемой. Стать звездой ютуба снова. Ужас.
На улице уже стемнело. Зажглись тысячи огней. Прохладный ветерок остудил мое лицо. Мы так и не проронили ни слова. Андрияненко отставала на шаг. Я оглянулась. Такая напряженная, отстраненная и холодная. Так похожая на того человека, которого я встретила два месяца назад. Молча мы уселись в такси, Андрияненко назвала адрес и мы понеслись по вечернему городу, отвернувшись друг от друга.
Внутренний голос робко поправил: она не изменялась, я просто узнала её поближе. Вошла в круг приближенных, и она показалась мне не такой плохой. И в такую, какой она мне показалась в этот уикенд, влюбиться легче легкого! Красивая, смешная, одновременно робкая и наглая, откровенная и загадочная. Еще и всеми силами старается понравится и выказывает симпатию! Невозможно остаться равнодушной.
Инцидент с блогершой стал ведром холодной воды. Лазутчикова, приди в себя! Как бы ни было, вы все равно никогда не будете вместе. Отбрось эти глупые мысли! Подумай здраво, ты же рациональный человек. Кто она, и кто ты? Это смешно, невозможно и вообще, скорей всего не по-настоящему! Дав себе мысленно затрещину, я обвиняюще уставилась на Андрияненко. Она сразу заметила перемену и насторожилась.
- Что? – спросила она, когда мы вышли из машины под моим подъездом.
- Я успела забыть, кто ты. Вспомнила и осознала.
- И что ты осознала? - напряженно и даже несколько угрожающе спросила она, раздраженно прищуриваясь. От этого моментально не по себе стало, но я упрямо продолжила.
- Между нами невозможно ничего... подобного. Невозможно.
- Но все было отлично, пока... - вскричала она, но я её перебила, тоже повышая голос.
- Пока ты претворялась НЕАНДРИЯНЕНКО! Это сегодня, а вчера ты сделала из меня Золушку. Но мы не в сказке! Быть рядом для нас настоящих невозможно, а это все ненастоящее. Глупая игра!
Я сбивчиво пыталась объяснить, собрать мысли в кучу, но Андрияненко вдруг подошла ко мне, взяла в ладони мое лицо и поцеловала. Упрямо, настойчиво и крепко. Сминая все мои доводы. Голова мгновенно стала совершенно пустой. От неожиданности я впала в ступор. Поцелуй быстро закончился, а я осталась стоять с широко раскрытыми глазами. Андрияненко наблюдала за моей реакцией.
- Я ожидала немного иного, - тихо проговорила она. Я с трудом сфокусировала взгляд на ней. Так близко. Зрачки расширены, брови нахмурены. Губа закушена. Стоило мне на губы посмотреть, как они снова приблизились. На этот раз аккуратно и нежно. Она целовала меня так нежно. Глаза закрылись сами собой, а тело откликнулось на этот поцелуй. Я расслабилась, колени подогнулись, и она прижала меня к себе, обнимая одной рукой за талию, а другая удерживала меня за затылок. Но я и не сопротивлялась. Подобная мысль возникнет у меня значительно позже, а сейчас я отдалась ощущениям, не думая совершенно. Поцелуй прервался, и она прислонилась лбом к моему лбу. Я открыла глаза и утонула в её взгляде. Слишком близко.
- Разве это ненастоящее? – спросила она шепотом. – Это самое настоящее, что есть в моей жизни. Ты тоже чувствуешь это. Не говори, что не чувствуешь.
- Невозможно, - всхлипнула вдруг я, вырвалась и убежала в подъезд.
Она тысячу раз права. Я уже давно перестала только лишь ненавидеть её. Хватит отрицать очевидное.
Но ей ни за что не скажу.
*************