Институт благородных парней

Незаметно пролетело несколько недель, заканчивался сентябрь, на улице стало значительно прохладнее. Парня знатно осадили всего за пару, поэтому он несколько утих, но это не означало, что не будет мести. Юношу всё ещё теплили мысли о расправе над его обидчиками - соседями по комнате, а так же директором. Кроме того он планировал отомстить и преподавателям, которые позорили его перед всей группой.

Вскоре парень раздобыл каким-то образом директорские ключи от его кабинета. Затем проник туда, пока того не было на месте. После открыл свой ноутбук, который ему когда-то выдали вместе с учебниками перед учёбой и отыскал в интернете жëсткий рок. Следом он включил кнопку микрофона, которая подключалась к общей системе оповещения и включил музыку на полную.

Всюду раздалась громкая песня в стиле хард-рока на английском языке. Студенты, преподаватели, весь персонал были в полном шоке. Кто мог устроить такое? Да не иначе как новенький. Правда младший Маклаген не учёл одного, дверь изнутри директорского кабинета закрыть было нельзя, так как замок был сломан. Она закрывалась только снаружи при помощи ключа. Поэтому достаточно скоро заявился хозяин этого учебного заведения и нисколько не удивился персоне, которую здесь обнаружил.

Подобный акт хулиганства тут же был прерван, всё вернулось на круги своя. По громкоговорителю директор созвал студентов группы Л1 в один из кабинетов учебного корпуса. Туда же он лично отвёл и нашего бунтаря.

Несколькими минутами позже студенты сидели за партами и внимательно сметрели на мужчину в строгом сером костюме, который уже подозвал нарушителя к себе.

- Ваш одногруппник Адам совершил сегодня то, что вам довелось услышать из системы оповещения. Мне жаль вам это сообщать, но вы должны выбрать пять студентов, которые примут на себя наказание за подобную выходку. Эти студенты будут принудительно направлены в отдельный корпус в комнаты воспитания.

- Вы серьёзно? - рассмеялся новенький. - Что за детский сад?

- Директор Эшвуд, прошу вас! - староста вскочил со стула из-за первой парты, на которой сидел, и бросился ему в ноги. - Только не комнаты воспитания! Это очень строгое наказание. Мы говорим с Адамом, - затем обратился к одногруппникам. - Правда ребята? Подобной выходки больше не будет!

Но все молча опустили головы, боясь не то что шевельнуться, даже просто дышать. Это ввело нашего юношу в ступор.

- Пф! Тоже мне, комнаты воспитания... Что за чушь вообще? - Маклаген снова рассмеялся.

Из коридора в помещение вошли люди в белых халатах, отчего студенты пуще прежнего вжали головы в шеи.

- Ух ты, да к нам клоуны в белом пожаловали, - не унимался первокурсник.

- Предлагаю наказать соседей Адама по комнате, - вдруг достатовно смело заявил черноволосый парень Честер. - Они ведь с ним бок о бок живут. Должны были объяснить ему что к чему. А заодно и старосту туда же, нужно быть более ответственным на такой-то должности... - его тут же перебили.

- А почему сразу мы, не лучше ли отправить туда тебя? - возразил Уильямс, вскочив со стула.

- Мальчики! - грозно прервал их спор директор и оба сразу же угомонились, пока он сам обратился к людям в белых халатах. - Решено, можете забирать старосту и соседей Адама себе, - он довольно улыбнулся, провожая их взглядом.

Младший семейства видел застывший ужас на лицах тех, кого предложили отправить в конаты воспитания и его это несколько волновало. Парней схватили под руки и буквально силком вывели вон. Они вполголоса просили прощения и умоляли этого не делать.

- Что происходит, куда их повели? Директор Эшвуд? - с большей взволнованностью и нотками паники в голосе спросил парень.

Теперь ему уже не было так весело наблюдать всё это жалкое зрелище.

- Они будут исполнять за тебя наказание. Видишь, к чему привела твоя выходка? Спроси на досуге у своих одногруппников, что это за место «Комнаты воспитания», - довольно ухмыльнулся мужчина. - Остальные свободны.

Затем он покинул учебное помещение, оставив новенького один на один с остальными студентами. Они молча с разъярëнными глазами смотрели на Маклагена, который лишь нервно сглотнул.

- Это из-за тебя их туда отправили, Адам! - первым встал Честер, надвигаясь на юношу тяжёлыми шагами. - Спроси же меня, что случается в тех комнатах! Ну же, спроси! - напряжение между ними нарастало, пока остальные поспешили покинуть учебный кабинет, толкая новенького плечом в знак недовольства.

Парень же был отчасти доволен произошедшим. Хоть ему и было не много жаль тех ребят, которым не повезло получить наказание вместо него самого. Выходка удалась, сам он остался не тронутым, как гусиное пëрышко на утренней траве. Вроде всё складывалось хорошо.

- Мне до жути любопытно, - со сторонф новичка в голосе прозвучали нотки насмешки.

- «Комнаты воспитания» - это что-то вроде местных карцеров для отпетых бунтарей вроед тебя, - пояснил черноволосый. - Там тебя воспитывают самыми изощрëнными методами и способами. Благодаря тебе сегодня туда отправили невинных ребят. Не переживай, как только их выпустят, они сдерут с тебя шкуру за такую подставу, - Честер стремительно пошёл прочь.

Кажется, новенький серьëзно влип. Но, не смотря на все страшные байки, теперь ему не терпелось попасть в те комнаты, чтобы самолично убедиться в словах однокруппника. Ему казалось, что это всё бредни и росказни, чтобы запугать новичков.

План, как попасть в одну из таких комнат, пришёл достаточно быстро. Парень схватил стул и швырнул в окно, стекло моментально треснуло и разлетелось на куски, а мебель полетела в окно. Затем в ход пошёл второй стул на соседнее окно. Студенты, находившиеся в это время на улице неподалëку, обратили внимание на происходящее, о чëм-то друг с другом шушукаясь.

Долго ждать не пришлось. По приказу директора в аудиторию вошли два человека в белом и, взяв парня под руки, повели в здание, предназначенное для перевоспитания. Это было так завораживающе волнительно, пока они наконец не оказались внутри.

Все комнаты были белыми и едва не блистели от чистоты. Парень словно попал в больницу для психически больных. Все стены обшиты мягкой плотной тканью. Справа и слева были двери, плотные и без окон, от самого потолка до пола. Маклагена остановили возле одной из таких, открыли кодовым замком и швырнули внутрь, приказав снять всю одежду до нижнего белья и сложить в ящик.

- Чего? Да вы натуральные извращенцы! Отвалите от меня со своими фантазиями, - съязвил студент, на что один из людей достал из кармана халата шокер и знатно зарядил парню разрядом прямо в шею.

От лëгкой судороги сковало тело, из-за чего тот упал навзнич на мягкий пол. Теперь было не до шуток. Маклаген мигом смекнул, что церемониться с ним здесь никто не будет, поэтому молча и послушно выполнил их просьбу.

Затем его повели в другую комнату по коридору, вновь открыли дверь электронным кодовым замком и швырнули внутрь помещения. На удивление тут была кромешная тьма. Когда комната закрылась, Адам ожидал, что включат свет, но этого не произошло.

Сначала происходящее казалось ему шуткой, но спустя минут 30 началась частичная дизориентация. Вместо плинтусов пол плавно закруглялся, перетекая в стену, что жутко путало. Парень ощупывал комнатушку 2 на 2 метра и постоянно сбивался с толку, ведь было сложно понять где стена, а где пол.

Затем прошло ещё около получаса и голова начала покруживаться или так просто казалось. Мозг не понимал, почему вдруг стало так темно и тихо. Младший Маклаген слышал собственное сердцебиение и лёгкий шум в ушах.

Потом прошло ещё несколько часов и вдруг в кромешной тьме откуда-то сверху его окатило до жути ледяной водой. От неожиданности студент даже вскрикнул. Теперь ему либо казалось, либо здесь действительно становилось холоднее. Внутри стала появляться паника, к тому же живот просил еды и во рту несколько пересохло. Парень намеревался затарабанить по двери и позвать хотя бы кого-то. Он думал, что ему положен хотя бы полдник или даже уже ужин, что возможно про него просто забыли. Однако дверь была такой же мягкой и все старания звучали глухими постукиваниями. Ориентация во времени давно была сбита. Сколько уже прошло? Час, два, может шесть?

Прошло ещё несколько часов. Нервы стали сдавать. Собственная психика играла с Адамом злую шутку. Ему слышались какие-то звуки, перед глазами мелькали цветные вспышки. Неожиданно сверху снова хлынула холодная вода. Пол был залит теперь примерно на два сантиметра в высоту. Леденая вода настолько холодила, что парню пришлось принять положение стоя, чтобы не морозить свою задницу. Это уже не было шуткой.

Затем внезапно вспухнул яркий свет наверху потолка. Оказалось, они были очень высокими. Каждая лампа была защищена белой решёткой. От резкой смены освещения глаза младшего Маклагена резало и они слезились. Прищурив их посильнее, он пытался продрать их и привыкнуть к яркости. Тут же открылась дверь и люди в белых халатах подхватили парня под руки и повели в другую комнату.

- Вы меня отпускаете? Какая прелесть! - в голосе по старой привычке прозвучали нотки ухмылки и надменности.

- Мы только начали, голубчик, - довольно съехидничал один из сотрудников.

- Что, то есть как? - тут же его завели в другую комнату, где поставили вплотную к стене и прикрепили к руками канды, которые крепились к стене. - Эй! Перестаньте! У нас что, 19 век? - возмущался парень, пытаясь дергаться, однако ноги тоже оказались прикованными к стене.

Затем парню нагло с силой зажали щёки, и пока он соображал, что к чему, во рту оказался плотный рещиновый кляп в форме шара. Сколько Маклаген не вырывался, сколько не мычал, а всё было бесполезно. Двое в белых халатах ушли и наконец-то вошёл кто-то другой. Перекинув голову через плечо, краем глаза студент заметил знакомый силуэт, это был директор.

Последовала ещё одна волна воплей, на что мужчина в дорогом костюме не обращал никакого внимания.

- Адам, ты разбил 2 окна, ты выбросил стулья на улицу, а что будет с тобой дальше? - риторически спросил мужчина. - Советую тебе отвернуть голову к стене, чтобы мой любимый кнут не испортил столь прекрасный вид твоей мордашки, - тут же спину пронзил тонкий, хлëсткий и жгучий удар.

Протяжный стон студента лишь распалил в мужчине пущее желание отыграться за разбитые окна в одной из аудиторий. Однако здравый смысл тормозил, пока не стоило торопиться. Едва парень пришёл в себя, как в его нежную белую кожу вновь впилась горячим поцелуем кожаная плеть. Чуть отдышавшись, новенький почувствовал новый удар, а затем без паузы ещё два, но уже с большей силой. Не в силах сдержать удары, он вскрикнул, обранив скупые слëзы.

- Этого хватит, чтобы ты понял свою ошибку, Адам? - директор отстегнул кляп и парень с неимоверной скоростью поспешил его выплюнуть, подбирая собственные слюни.

Хозяин заведения вовсе не ждал ответа на свой вопрос, по молчанию было понятно, что студент сейчас покорен, как никогда раньше. Главное, чтобы он не растерял своей покладистости.

- Что с моими одногруппниками? - неожидкнно даже для себя вдруг поинтересовался Маклаген.

- Ну... Примерно тоже самое, что и с тобой, - ответил как ни в чём не бывало директор. - Хорошая порка пошла тебе на пользу, не так ли, Адам? Жду не дождусь увидеть тебя в этих комнатах снова, - кинул самодовольно с долей усмешки мужчина и поспешил покинуть комнату.

Парень был разбит, его фактически сломали. Психика была расшатана, нервы шалили, даже глаз на время задëргался. Былое бунтарство и охота у него попросту исчезли. Теперь новенький смиренно ждал, пока люди в халатах снимали с него эти холодные железные оковы. Когда с теми было покончено, Маклагена завели в самую первую комнату, где разрешили надеть обратно свои вещи.

Студент вышел на улицу, было достаточно прохладно и свежо. Судя по тëмному небу, усыпанному звёздами, был вечер. Хотя по часам над входом уже даже была ночь, а именно 2 часа. Устало и смиренно по пустым кампусовским дорогам, едва освещëнным уличными фонарями, он пошёл к корпусу общежития.

Позже временем парень вошёл в комнату, включив свет и обнаружив кровати своих однокурсников всё ещё пустыми. Это могло значить только одно, их всё ещё держали в комнатах для воспитания.

- Боже мой, это вообще законно? Чёрт! - недовольно пробурчал парень, снимая форму и убирая в шкаф.

Затем он выключил свет и стал укладываться в кровать. Спать в одной из любимых и привычных поз, а именно на спине, было просто невозможно. Места недавней порки отдавали болью. В его голове никогда ещё не ыозникало столько много мыслей. Они бушевали, не желая уходить, и не давали студенту покою. Однако психологическая и моральная истощëнность всё де взяли своё и совсем скоро Адам уснул.