Девочка Без Души

Маленькая девочка, которой всего год от роду, в светлом кружевном платье сидит верхом на красивом белом коне. Ярко-голубые глаза девочки сверкают, а губы озаряет счастливая улыбка. Конь медленно ходит вдоль цветочного сада, постукивая копытами. Рядом с конём идёт красивая женщина с чёрными волосами, придерживая девочку за живот. Женщина широко улыбается, то и дело поглядывая на девочку.
И только эта женщина хотела что-то сказать, как всё вокруг потемнело...

Я резко села на кровати. Снова воспоминание. И, что удивительно, в моих снах когда кто нибудь собирался что-то сказать – чаще всего сон обрывался. Не знаю, с чем это связано, но, как говорится, всё что не делается – всё к лучшему.

Я посмотрела на часы. Сейчас было пять тридцать утра. Глубоко вздохнув, я сходила в душ, оделась в школьную форму, взяла перо, чернила и свежий пергамент и села писать письмо Малфою.

"Доброе утро.
Как спалось? Как ты думаешь, кого выберет Кубок Огня? Могу поспорить, чемпион Хогвартса будет из Гриффиндора!
Ариана Дайсон."

Накинув на себя тёплую мантию я пошла в совятню.

Интересно, кем окажутся чемпионы? Честно говоря, я не считала что чемпион Хогвартса будет из Гриффиндора. Я так написала, скорее, чтобы позлить Малфоя. А чемпион, вероятно, будет из Когтеврана. Это ведь они у нас самые умные, не правда ли? Что до чемпиона Дурмстранга – я ставлю на Виктора Крама. Просто по той причине, что из всех дурмстранговцев единственного, кого я знала был Крам. С Шармбатоном та же песня.

В подобных размышления я и добралась до совятни. На плечо мне сразу же приземлилась моя сова – Лика. Она ухнула и легонько прикусила мне палец. Я достала из кармана печенье и угостила Лику. Сова тут же зажевала моё печенье и как ни в чём не бывало уставилась на меня своими янтарными глазами. Я достала письмо и привязал его к лапке совы. Лика ухнула и села на своё место. Всё равно совы всегда ждут завтрака, чтобы доставить почту своим хозяевам. На дальней жёрдочке я увидела филина Малфоя. Он смотрел на меня своими большими глазами, не решаясь подлететь ко мне. Я сделала приглашающий жест, и филин с громким ухом приземлился на стол рядом со мной. Я достала печеньку и угостила этого неугомонного филина. Последний жадно зажевал угощение и ещё громче угукнул.

Я вздохнула и отправилась в Большой зал. Делать всё равно не чего. Всего шесть утра.

По приходу в столовую я увидела нечто... Необычное.

Картина Репина: "Приплыли".

Хогвартских студентов, если не считать меня, было всего двое: одна пуффендуйка-второкурсница и... И Драко Малфой. Его я меньше всего ожидала здесь увидеть. Кажется, мир сошёл с ума. Ну, или это я сошла с ума.

Шармбатонские девицы были всем строем: лохматые, с мешками под глазами и мантиями набок. Они то и дело звали и потирали глаза. Мадам Максим, их директриса строго и раздражённо смотрела на них. Это всё объясняет.

Дурмстранговцы тоже были все здесь: ещё более хмурые чем вчера.

Из преподавателей тут были: МакГонагалл, Стебль и Дамблдор.

И все сидели в ожидании завтрака. Кто-то читал книги, кто-то вёл разговоры, одна из шармбатонских девиц вообще заплетала другой косички. В общем, очень весело. И настроения не улучшал Кубок  Огня, синяя черта которого слепила прямо в глаза.

Я уселась за свой стол и полезла в  рюкзак чтобы достать книгу, но, видимо, не было мне это суждено. Как оказалось, книгу я не взяла. Вздознув, я подпёрла щёку рукой и стала рассматривать зарубежных студентов.

Но, как оказалось, закончить это занятие успехом мне тоже не удалось: я почувствовала, как что-то легко врезается мне в руку. Это оказался свёрнутый в несколько раз пергамент. Я посмотрела на Малфоя. В его руке была палочка, которой он едва заметно шевелил. Я поджала губы, взяла в руки и развернула пергамент. Малфой усмехнулся и убрал палочку.

"Надо поговорить. Прямо сейчас.
Д. М."

Я едва заметно кивнула и вышла из зала.

– Ну и?

– И тебе доброе утро. Есть разговор.

– Я вся во внимании.

Малфой закатил глаза.

– В общем, моя мать, Нарцисса, сказала из рук в руки передать тебе вот это. - слизеринец достал из кармана мантии небольшой свёрток. Я нахмурилась и взяла его. – В общем то это всё. И да, кстати, ты если что можешь не ходить сейчас в совятню, а передать письмо прямо так.

Ого, какой самоуверенный.

– Поздно. Письмо получишь во время завтрака. Я уже отнесла.

– И когда ты встаёшь? - Малфой поднял брови. В его голосе проскользнула нечто среднее между удивлением и недоверием.

– Рано. - я кивнула ему в знак прощания и удалилась в Большой зал, где уже во всю шёл завтрак.

***

Освещенный свечами Большой зал был уже почти полон. Кубок огня стоял на преподавательском столе перед пустым креслом Дамблдора. Скоро должны стать известны имена трёх чемпионов, поэтому зал заполнялся с невероятной скоростью. Фред и Джордж, опять с гладкими лицами, как видно, стоически перенесли разочарование. Они сварили зелье которое якобы делает вас старше и пробовали обмануть черту, но, как оказалось, только потратили время зря.

— Надеюсь, он выберет Анджелину, — сказал Джордж.

— Я тоже! — горячо откликнулась Гермиона. — Теперь совсем скоро узнаем!

Ужин, казалось, никогда не кончится. Может, потому, что праздник длился второй день, я не налегала, как обычно, на изысканные блюда. И не я одна: все вокруг ёрзали на стульях, тянули шеи, вставали на ноги, всеми овладело нетерпение: скоро ли Дамблдор завершит тра­пезу? Кто будет Тремя избранными Волшебниками?

Наконец, золотые тарелки засияли первозданной чи­стотой. Зал шумел, гудел и вдруг смолк – Дамблдор под­нялся с места. Сидящие по обе стороны от него  Каркаров и мадам Максим замерли в напряжённом ожидании. Людо Бэгмен, как всегда, сиял, подмигивая то тому, то другому в зале. У Крауча, напротив, вид был безу­частный, почти скучающий.

— Кубок огня вот-вот примет решение, — начал Дам­блдор. — Думаю, ему требуется ещё минута. Когда имена чемпионов станут известны, попрошу их подойти к сто­лу и проследовать в комнату, примыкающую к залу. — Он указал на дверь позади профессорского стола. — Там они получат инструкции к первому туру состязаний.

Он вынул волшебную палочку и широко ей взмахнул; тотчас все свечи в зале, кроме тех, что горели в тыквах, погасли. Зал погрузился в полумрак. Кубок огня засиял  ярче, искрящиеся синеватые языки пламени ослепитель­но били по глазам. Но взгляды всех всё равно прикованы к Кубку, кое-кто поглядывает на часы...

— Осталась одна секунда, — сказал Ли Джордан.

Пламя вдруг налилось красным, взметнулся столп искр, и из Кубка выскочил обгоревший кусок пергамен­та. Зал замер. Дамблдор, протянув руку, подхватил пергамент, осве­щённый огнем, опять синевато-белым, и Дамблдор гром­ким, отчетливым голосом прочитал:

— Чемпион Дурмстранга – Виктор Крам!

Зал содрогнулся от грохота аплодисментов и востор­женных криков.

— Так и должно быть! — громче всех кричал Рон. Виктор Крам поднялся с места и, ссутулив плечи, враз­валку двинулся к Дамблдору, пожал ему руку, повернул направо и, мино­вав профессорский стол, исчез в соседней комнате.

— Браво, Виктор! Браво! — перекричал аплодисмен­ты Каркаров, так что его услышал весь зал. — Я знал, в тебе есть дерзание!

Постепенно шум в зале стих, внимание всех опять приковано к Кубку. Пламя вновь покраснело, и Кубок вы­стрелил ещё одним куском пергамента.

— Чемпион Шармбатона — Флёр Делакур! — возве­стил Дамблдор.

—Смотри, Рон! — крикнул Гарри. — Это она!

Девушка, так похожая на вейлу легко поднялась со стула, откинула назад волну белокурых волос и летящей по­ходкой прошла между столов Гриффиндора и Пуффендуя.

— Вы только гляньте, как они расстроены! — восклик­нула Гермиона, кивнув в сторону стола, где сидели шарм­батонцы.

"Расстроены – мягко сказано" – подумала я: две де­вушки, спрятав лицо в ладони, плакали навзрыд. Флёр Делакур удалилась в соседнюю комнату и зал опять утих.

Но напряжение, казалось осязаемое на ощупь, усилилось. Осталось только узнать чемпиона Хогвартса!

Всё опять повторилось. Огонь покраснел, посыпались искры. Из Кубка вылетел третий кусок пергамента. Дам­блдор поймал его и прочитал:

— Чемпион Хогвартса – Седрик Диггори!

—Ну почему он?! Почему? — завопил Рон. Кроме меня, Гарри и Гермионы, его, однако, никто не услышал: взорвал­ся криками стол Пуффендуя. Все до единого пуффендуйцы вскочили на ноги, топали, вопили до хрипоты, при­ветствуя идущего к профессорскому столу Седрика.

Ап­лодисменты не смолкали долго. Дамблдор стоял и ждал; вот наконец зал угомонился, и он, довольно улыбаясь, начал вступительную речь:

— Превосходно! Мы теперь знаем имена чемпионов. Я уверен, что могу положиться на всех вас, включая уче­ников Шармбатона и Дурмстранга. Ваш долг – оказать всемерную поддержку друзьям, которым выпало защи­щать честь ваших школ. Поддерживая своих чемпионов, вы внесете поистине неоценимый вклад...

Дамблдор внезапно остановился, и все сразу поняли почему. Кубок огня вдруг покраснел. Посыпались искры. В воздух взметнулось пламя и выбросило ещё один пер­гамент. Дамблдор не раздумывая протянул руку и схватил его. Поднес к огню и воззрился на имя. Повисла длинная па­уза. Дамблдор смотрел на пергамент, весь зал смотрел на него. Наконец он кашлянул и прочитал:

— Гарри Поттер! ГАРРИ ПОТТЕР!

Препо­даватели и ученики – все устремили на него изумлен­ные взгляды. Никаких аплодисментов, только жужжание, как буд­то в зал залетел рой рассерженных пчёл. Кто-то встал, чтобы лучше рассмотреть приросшего к стулу Гарри. Профессор МакГонагалл стремительно встала из-за стола, обойдя Людо Бэгмена, подошла к Дамблдору и что-то горячо прошептала ему. Директор школы нахмурился. Гарри повернулся ко мне и Рону с Гермионой. Все гриффиндорцы глядели на него, разинув рты.

— Это не я бросил в Кубок своё имя, — растерянно проговорил Гарри. — Вы же знаете, это не я.

Рон и Гермиона ответили ему не менее растерян­ным взглядом. Я лишь нахмурилась, ведь на большее способна не была.

Дамблдор за профессорским столом вы­прямился и кивнул профессору МакГонагалл.

— Гарри Поттер, — сказал он, — подойдите, пожалуй­ста, сюда.

— Иди, — шепнула Гермиона, подтолкнув его. Гарри поднялся на ноги, запутался в полах мантии и, спотыкаясь, побрёл к преподавательскому столу.

Жужжание становит­ся громче, взоры всех сопровождают его, как лучи про­жекторов. Минула целая вечность. Гарри наконец скрылся в комнате.

– Всем спасибо! - сказал Дамблдор, и, вместе с остальными профессорами, а так же Бэгменом, Краучем, Каркаровым и Максим ушёл в ту комнату.

Мы с Гермионой и Роном решили подождать Гарри в гостиной и ушли туда, обсуждая вот это вот всё.

   ***

– Ну что? - первой спросила я, когда Гарри вошёл в гостиную. Кроме меня, Рона и Гермионы все давно уже ушли спать.

– Я буду участвовать. - устало сказал Поттер, сел на кресло и уронил голову на руки. – Я правда не знаю как это получилось!

– Мог хотя-бы поделиться с лучшим другом, как ты это повернул. Лгун!

— Это не я, — снова и снова твердил Гарри. — Не знаю, как такое могло случиться!

– Да, конечно. - буркнул Рон и ушёл в спальню мальчиков.

– Я тебе верю! - сказала я, села на подлокотник кресла и положила руку на плечо Гарри

– И я тебе верю! - сказала Гермиона. Гарри слабо улыбнулся.

– Спасибо.

***

"Седрика поддержим, он – Настоящий Чемпион!"

  — Нравится, Поттер? — заметив Гарри, воскликнул Малфой на следующий день. Последний указывал на значок. — Но это ещё не всё! Полюбуйся!

Он нажал на значок, красная надпись исчезла, её сме­нила зелёная:

"Гарри Поттер, ты смердяк, Задавала и дурак"

Слизеринцы загоготали. Все, как один, нажали на значки, и на Гарри отовсюду теперь смотрели блестящие зелёные буквы. Гарри  залился краской.

— Очень смешно! — язвительно бросила я, презрительно глядя на группу слизеринских девчонок во главе с Пэнси Паркинсон, смеявшихся громче всех. — Верх остроумия!

Рон стоял у стенки вместе с Дином и Симусом. Конеч­но, он не смеялся, но и не вступился за Гарри. Вот тебе и друг.

Я сощурила глаза и посмотрела на Малфоя. Последний сразу же перевёл взгляд в пол.

***

Ближе к шести часам вечера мы с Поттером вышли прогуляться в школьный двор. Отовсюду слышались смешки в сторону Гарри. Последний весь сжался, но я наоборот потянула его вперёд, гордо вскинув голову вверх.

– Знаешь, Поттер, мы с отцом поспорили. Я считаю, что ты и десяти минут на первом испытании не продержишься. Отец не согласен. Он считает и пяти.

Всё вокруг засмеялись. Гарри остановился, тяжело задышал и перевёл убийственный взгляд на Малфоя. Я неодобрительно смотрела на последнего, но всё его внимание было обращено на Гарри.

– Не лезь ко мне! - мы с Поттером развернулись, чтобы уйти, но тут услышали голос Грюма.

– Не вздумай, малыш! - послышался удар об землю. Я со скоростью света развернулась, но вместо Малфоя увидела лишь белого хорька, который то подлетал, то падал в такт палочке Грюма.

– Не смей. Так. Делать! - рычал Грюм. Меня заплеснула какая-то ярость, что мне захотелось прямо сейчас послать одно самое мерзкое проклятие в Грюма из моего арсенала.

Я незаметно достала палочку и одними губами прошептала контрзаклятие.

Мгновение, и вместо белоснежного хорька на земле стоит помятый и лохматый Малфой. Он смотрел прямо на меня. Видимо, понял, что это сделала я. Грюм взревел.

– Аластор, что здесь происходит!? - наверное, впервые я была настолько рада приходу МакГонагалл.

– Ничего. Поттер! Есть разговор.

Гарри подпрыгнул и растерянно посмотрел на меня. Я кивнула, и Поттер ушёл.

Когда я пришла в спальню, я села делать эссе про бу-бон-тю-бер-ов по Травологии. Вот это день.

  ***

И только когда я ложилась спать, я вспомнила о свёртке, который мне передала Нарцисса Малфой. Достав его из рюкзака, я с ногами забралась на кровать, задёрнула балдахин и развернула свёрток. Это было письмо.

"Здравствуй, Ариана.
Я случайно узнала от Северуса о наследстве, которое тебе завещали Вальбурга Блэк и Рабастан Лестрейндж. И по счастливой случайности, ключи от их сейфов были у меня. Сейчас это официально принадлежит тебе. В конверте лежат два ключа.
Нарцисса Малфой.
P. S. Ответное письмо можешь не присылать."

И действительно, на дне письма лежали два небольших ключа. Решив, что с этим я разберусь позже я убрала свёрток и провалилась в царство Морфея.

_______________________________________

Уф, я над этой главой очень долго сидела😌

Всем удачи,
Ваш, автор💖

05.05.20.