Глава 6
Дафна
Боже. Как же мне плохо.
Это единственная мысль, успевающая посетить мои мысли прежде, чем виски взрываются потоком пульсирующей боли. Я даже не успеваю открыть глаза, а уже чувствую, как их выжигает проникающий через окно солнечный свет.
Дерьмо.
Каждое, даже маломальское движение сопровождается острым желанием вывернуть желудок наружу. Но еще сильнее на меня давит чувство жажды. Кажется, сейчас я готова выпить целый океан.
— Черт, — стону я, ворочаясь, за что тут же расплачиваюсь новым взрывом головной боли.
Но все равно делаю отчаянный разворот, чтобы спрятать лицо от солнца, и натыкаюсь на мягкую стену прямо посреди кровати.
Даже за пеленой собственных мучений отчетливо чувствую, как по спине пробегает холодок. И вряд ли это воздух из кондиционера, потому что, судя по духоте в комнате, его никто не включал.
Твою мать.
Приходится все-таки открыть глаза, превозмогая над дискомфортом, которое приносит солнечный свет и желание опустошить желудок. Когда мир немного приходит в равновесие и перестает кружиться, я оглядываю номер. Судя по знакомым чемоданам в углу и раскиданной по туалетному столику косметике, я, как минимум, нахожусь в своем номере.
Что ж, все не так уж плохо.
Успеваю подумать я, а потом перевожу взгляд на вторую половину кровати, отделенную от меня той самой стеной из подушек.
Изо рта чуть не вырывается грязное ругательство.
Вытянувшись на белоснежных простынях, на кровати в МОЕМ номере лежит Йен. Его волосы в беспорядке, а между бровей пролегает складка. Но он продолжает мирно спать, разрушая тишину своим тихим посапыванием. Взгляд скользит от его лица дальше, пробегая по обнаженной спине. Точеные мышцы заставляют сердце стучать быстрее, а когда я замечаю красные полосы, выделяющиеся на фоне золотистой кожи, то и вовсе прикрываю рот рукой.
О боже. Неужели это я?
Судя по тому, что он в штанах, а я и вовсе при полном параде — если так можно назвать помятую после сна одежду — то вряд ли между нами что-то было этой ночью. Но...
Прикрываю глаза и сжимаю переносицу, отчаянно пытаясь откапать в воспаленной голове хоть что-то. Но все, что мне удается нащупать: чертов лонг айленд... текилу... и чьи-то горячие губы.
Чувствую, как щеки вспыхиваю и еще раз оглядываю спящего Йена.
— А что было дальше? — шепчу я, протягивая руку, чтобы убрать одну из прядей, упавших ему на лицо, но вовремя себя одергиваю.
Черт, что я творю?
Тихо поднимаюсь с кровати, чтобы не разбудить Йена, и оглядываюсь по сторонам в поиске своей обуви. Жаль, конечно, что мы оказались именно в моем номере, но даже это не помешает мне сбежать.
Не знаю, как мужчина на моей кровати, но я явно не готова к утреннему неловкому диалогу. Особенно, если учесть, что я не помню и половины того, что произошло этой ночью. Хотя мне бы этого хотелось, но еще больше мне хотелось бы, чтобы ничего не было.
Я приехала сюда не для того, чтобы в очередной раз влюбиться и разбить себе сердце. Нет, этого я наелась сполна. Теперь я хочу только веселиться. И мне не кажется, что Йен из тех, кто согласится на игру с моими правилами.
Засовываю ноги в первые попавшиеся тапочки, приглаживаю волосы и даже не смотрюсь в зеркало, будучи уверена, что там меня ждет настоящая катастрофа. Но, не зная этого наверняка, можно делать вид, что все нормально.
Схватив с прикроватной тумбочки сумку, я оглядываюсь в последний раз. Йен, лежащий в моей постели, кажется чем-то чертовски правильным, но одновременно с этим отдает уколом в районе груди.
Я все делаю верно.
Напоминаю себе и наконец выбираюсь из номера. Лучше я утоплюсь в маслах здешнего спа, чем в неловкости этого утра. И надеюсь, Йен на самом деле не грабитель. Иначе я войдя в список самых глупых жертв.
***
Девушка, встретившая меня в спа, отнеслась с пониманием к моему внешнему виду и выдала целый набор средств, чтобы я смогла смыть остатки макияжа, а еще супер мягкий халат, чтобы после этого отправиться на полный комплекс процедур.
Не думаю, что можно придумать что-то лучше для утра после вечеринки!
Закончив со всеми масками и обертываниями, меня оставляют у маленького крытого бассейна, где помимо меня оказывается лишь два человека. К счастью, прошлым вечером я надела купальник, так что сейчас могу чувствовать себя более, чем комфортно, занимая один из лежаков.
Вчера мне было совсем не до телефона, поэтому теперь приходится разгребать новые сообщения. Там оказывается несколько от одногруппниц, парочка фото от Скарлетт, которая всего за пару дней успела пережить ту еще драму, и мне не терпится с ней это обсудить, но сделать это хочется уже при личной встрече. Так что я просто отправляю селфи со стаканом смузи и подписываю: «постарайся не завидовать». На что тут же получаю в ответ стикер среднего пальца.
Усмехаюсь и листаю входящие дальше. Больше всего там сообщений от матери, но у меня нет ни малейшего желания ей сейчас отвечать. Наконец дохожу до последнего сообщения, отправителем которого значиться бабушка:
«Поняла, что забыла спросить, как ты долетела. Но мне не звонили, чтобы опознать тело, поэтому надеюсь, что все хорошо»
Закатываю глаза, пока губы расплываются в улыбке. Ба такая ба. Вдруг чувствую сильное желание услышать ее голос, хоть мы и расстались всего пару дней назад, и набираю ее номер.
В конце концов в Испании уже должен быть обед, и она наверняка встала. Хотя, зная свою ба, которая за мое пребывание у нее раза три вытаскивала меня на ночные пляжные вечеринки... ни в чем нельзя быть уверенным наверняка.
Но она все же берет трубку, когда я почти теряю на это надежду.
— Дафни, милая! — восклицает ее звонкий голос с небольшим акцентом.
Она перебралась в Испанию лет десять назад, и уже успела достаточно выучиться их языку, чтобы обзавестись определенным акцентом. Думаю, ее многочисленные пассии среди испанских мужчин сыграли в этом далеко не последнюю роль.
— Привет! Надеюсь, я тебя не разбудила.
— Ну что ты! Я уже давно на ногах. Маттео пригласил меня обед, чтобы попробовать новую бутылочку вина. Ты знаешь, какой он проказник, так что я не могла ему отказать.
Знаю. Как и некоторых других ее «друзей», с которыми мне пришлось познакомиться, пока я гостила в ее доме.
— А ты как? Уже нашла себе жертву для любовных интриг?
Пока бабушка что-то напевает в трубке, я прикусываю губу. Не знаю, насколько это нормально для других семей, но мы с бабушкой всегда были довольно откровенны в теме отношений. Она всегда была человеком, к которому я бежала за советом или просто, чтобы поделиться тем, что мне понравился какой-то мальчик. Обсуждать подобное с мамой казалось чем-то из рода фантастики, а вот с ба всегда было просто, и я никогда не переживала, что она может меня осудить. Думаю, живя она с нами в одной стране, а тем более в одном городе, я бы проводила у нее все свое свободное время. Но, к сожалению, приходиться довольствоваться телефонными звонками и двумя неделями летних каникул, проведенных вместе.
— Милая, ты там? — вновь слышу голос ба, который вырывает меня из меланхолии.
— Да, — выдыхаю, откидываясь на спинку лежака. — Я не уверена. Тут есть один парень, но я думаю, мне стоит забыть о нем. Он задает слишком много вопросов.
Слышу, как она хмыкает.
— Боишься сильно привязаться? Понимаю, — и так всегда. Кажется. порой она понимает меня лучше, чем я сама. — Тогда просто найди того, с кем не будешь чувствовать опасность влюбиться. Если ты, конечно, хочешь этого.
— Думаю, это будет правильно, — изо рта вырывается тяжелый вздох. — Я уеду через две недели. И, вероятно, мы больше никогда не встретимся.
— И это может быть причиной, чтобы взять от момента все. Но, если ты уверена, что не сможешь выбраться сухой из воды, то тогда ты права и тебе стоит забыть его. Хотя стоящий роман все равно должен вызывать у тебя в животе фейерверки, иначе он того не стоит.
Ее слова застревают у меня поперек горла.
— Ты права. Но я не думаю, что он единственный, кто сможет вызывать у меня внутри фейерверк.
— О, как показывает практика, в ваши дни с этим справляются многие! Я тут недавно шоу на YouTube смотрела...
— Ба! — восклицаю я, смущенно оглядываясь по сторонам. — Я поняла. По твоему мнению, в моем поколении каждый второй пиротехник.
— И это ли не чудеса! — хихикает она. — Ладно, мне пора бежать, вино само себя не продегустирует! Но держи меня в курсе своей интрижки. Кажется, она становится интереснее, чем я предполагала.
— Ну спасибо, — фыркаю я и прощаюсь.
Что ж, ситуация определенно не улучшилась.
Остается только одно. Действовать по намеченному плану и надеяться, что все само как-нибудь решится.
Блестяще, Дафна!
***
Вернувшись в номер, я, к счастью, не нахожу в ней ни следа Йена. Клининг даже успел убраться и застелить смятую постель, из-за чего мне даже начинает казаться, что утренняя картина — лишь плод моего воображения. Но я прекрасно понимаю, что это не так.
Однако все равно облегченно выдыхаю, падая на постель и думая о том, что сегодня мне предстоит питаться лишь батончиками из мини-бара. Ни за что не выйду из номера! Встретиться с Йеном после моего побега будет еще более неловко.
Устало стону и зарываюсь лицом в прохладное одеяло, осознавая, что оно до сих пор пахнет его парфюмом.
— Черт, — зажмуриваюсь и перекатываюсь на другую сторону кровати. — Мне определенно нужно развеяться.
Привезя с собой приличную часть своего гардероба, я не подумала о том, что богатый выбор будет играть мне не на руку, а скорее наоборот. Когда у тебя всего два варианта, принимать окончательное решение куда проще, чем когда их у тебя около двадцати.
Выложив на кровати пять почти готовых нарядов, я вот уже минут десять со скепсисом оглядываю их с высоты своего роста.
Что-то кажется слишком элегантным — в конце концов я иду в клуб, а не на званный ужин — а что-то чересчур открытым. И, даже если мне нравятся эти состоящие преимущественно из разрезанной ткани топы и юбки, я не готова противостоять мужчинам, которые могут посчитать, что подобным я провоцирую их. От этого я еще больше бешусь, с каждой секундой все сильнее склоняясь к тому, чтобы провести остаток вечера, смотря что-нибудь, найденное на англоязычных каналах телевизора.
Но нет! Я хочу танцевать и пить джин-тоник. И никто мне в этом не помешает. Моя душа требует веселья, а значит она его получит!
Взгляд падает на крайний из вариантов, и внутри звучит четкое: это оно.
Стянув мягкий халат, надеваю черное платье с длинными рукавами и открытой почти до поясницы спиной. Под короткую юбку идут ажурные колготки, а из украшений выбираю крупные и золотистые кольца в уши. Удобные каблуки и небольшая сумочка — и образ готов.
Подвожу губы красной помадой и традиционно подмигиваю своему отражению.
— Ох, сколько сердец она раздавит своими ботильонами...
Когда я спускаюсь на лифте вниз, меня уже ждет такси — об этом мне сообщили, позвонив с ресепшена. Наконец, впервые за день, я чувствую на душе легкость, а коленки даже подрагивают от предвкушения.
Лифт издает характерный звук и открывается, выпуская меня наружу. Веселой походкой иду вдоль холла, совсем не глядя по сторонам. А стоило бы.
— Дафна! — знакомый голос заставляет вздрогнуть.
Повернувшись на звук, я натыкаюсь на улыбчивую Алису, сидящую на одном из кожаных диванчиков. Рядом с ней так же радушно машет мне Стефан, а скользнув взглядом на соседнее кресло, я, конечно же, замечаю Йена.
Выдыхаю и заставляю губы растянуться в улыбке. Просто поздороваюсь и уйду — успокаиваю себя, пока расстояние между нами сокращается.
— Привет, — старательно не смотрю в сторону Йена, хотя и замечаю боковым зрением, как тот не сводит с меня своего пронзительного взгляда.
Мне тут же становится жарко.
— Ты выглядишь невероятно! — тем временем продолжает улыбаться Алиса.
Как жаль, что она сестра Йена. Мне правда нравится эта девушка, и я была бы совсем не против, если бы мы подружились. Но не думаю, что теперь это будет уместно.
— Спасибо, — благодарно киваю, поправляя невидимые складки на платье.
— Куда-то собираешься? — голос Алисы такой звонкий, что мне кажется, будто его слышит весь отель.
— Да, меня уже ждет такси. Продолжаю изучать местную сферу развлечений.
— Круто! Может опять захватишь с собой Йена? Ему полезно ночевать вне номера, — она кидает на брата косой взгляд. — Продолжаю надеяться, что он был у милой девушки, а не валялся под каким-нибудь кустом.
Щеки в мгновение заливаются краской, и я молюсь, чтобы за волосами это было не заметно.
Он не сказал им.
Это, впрочем, совсем неудивительно. Не то, чтобы Йен был похож на того, кто бежит поделиться каждой деталью своей жизни с другими. Да и я даже не уверена, что там есть чем делиться.
Кроме того, что этой ночью он спал со мной.
Я правда не собиралась на него смотреть, но взгляд сам перескакивает, когда воздух разрезает его бархатистый голос.
— Не думаю, что это хорошая идея.
По спине пробегают мурашки, и вот я вновь оказываюсь в ловушке серых глаз.
Черт.
— Почему? — тут же восклицает Алиса.
А я могу смотреть только на грубую ухмылку в уголках его губ. Губ, воспоминания о поцелуях с которыми заставляют внизу живота разгораться жидкий огонь.
Единственное воспоминание, которое теперь становиться четким: я, сидящая у него на коленях, и тяжело дышащая от страсти, с которой Йен меня целует...
— Не хочу портить Дафне отдых. В конце концов она приехала сюда веселиться.
Его слова ощущается словно удар битой по голове. Но я стараюсь не показывать, какой горький осадок они оставляют у меня внутри. Не дождется!
— Хорошего вечера, — склонив голову, одариваю их улыбкой, вновь намеренно избегая Йена. — Мне пора бежать.
— Повеселись! — кричит вслед Алиса, но я уже выхожу из здания отеля.